Тема: ЭТИКО-АКСИОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ТРАНСГУМАНИЗМА

Научно-технический прогресс поставил под сомнение господствовавшие доктрины относительно статуса человека, морали, нравственности и ценностей, соответствующих существованию в трансформирующемся при участии высоких технологий мире. Наиболее актуальными и заметными симптомами этого явления стали философские концепции трансгуманизма и постгуманизма. Дебаты на тему транс и постгуманизма не только привлекли в последнее время значительное внимание ученых и общественности, но и создали широко распространенную в философских и научных кругах концептуальную путаницу. Это не удивительно, учитывая их недавние даты появления, их концептуальное сходство и их взаимодействие с аналогичными вопросами, темами и мотивами в истории философии. Кроме того, транс и постгуманизм подвергают сомнению всю предшествующую историю гуманистической этики и ценностей гуманизма, и констатируют необходимость новой постановки проблемы «что значит - быть человеком».
Нет никаких сомнений в том, что мы являемся свидетелями технологической и промышленной революции, подпитываемой быстрыми научными инновациями. Наиболее быстро развиваются такие области науки, как исследования в области искусственного общего интеллекта (ИИ), редактирование генома, вычислительные науки, нанотехнологии, нейробиология и биотехнологии. Особенность нынешней технологической революции заключается, прежде всего, в ее экспоненциальном характере, который наиболее наглядно объясняется законом ускоряющегося возврата (экстраполяция закона Мура).
Рэй Курцвейл, наиболее известный проповедник технологической революции, утверждал, что подобный подход первоначально применялся только к производительности полупроводникового чипа [40, 32]. Курцвейл применил закон ускоряющегося возврата к парадигмальным сдвигам в науке, распространению интернета в глобальном сообществе, росту мирового ВВП на душу населения и многим другим аспектам жизни, где можно наблюдать эволюционный прогресс. Еще один уникальный характер нынешней научной революции заключается во взаимосвязанности и взаимообусловленности различных областей науки, междисциплинарном характере исследований. Границы научных и академических дисциплин размыты; различные области науки развиваются во взаимоформирующих коллаборациях, что еще больше ускоряет научный и социальный прогресс. Открытия в области нейробиологии находят применение в исследованиях искусственного интеллекта; создание и развитие автономных машин с ИИ возвещает о том, что наступает новая эпоха сверхбыстрых квантовых компьютеров, создаваемых на базе достижений в области исследования квантовой механики. Скорость перемен усиливает динамичное взаимодействие между наукой, техникой и обществом. Публичный дискурс обращается к темам, которые ранее относились к сфере научно-фантастической литературы. Любое обсуждение конкретного научного достижения всегда неразрывно связано с его воздействием на общество и вытекающими из него политическими последствиями. Именно по этой причине мы рассматриваем изменения в рефлексии по поводу социальных ценностей (например, труда) в связи с распространением роботизации; поэтому мы обсуждаем необходимость многосторонних соглашений об автономном оружии с учетом последних достижений в области искусственного интеллекта, или ожесточенно обсуждаем этические вопросы, поднятые новейшими технологиями редактирования генома.
Вслед за философами-трансгуманистами мы констатируем наступление новой золотой эры моральной философии и философии ценностей. В обществе, трансформирующемся под воздействием прогресса инфо-и биотехнологий, возникает необходимость новых теоретических подходов в философии и новых социальных и политических практик. Эти разрушительные перемены пугают многих, в то время как другие смотрят на будущее человечества с оптимизмом. Те, кто называет себя трансгуманистами, как правило, принадлежат к последней группе. Трансгуманизм стоит на пересечении технологической и научной революции, глубоких культурных изменений и постмодернистской политики.
Трансгуманизм - это философское и общественно-политическое движение, занимающееся комплексом вопросов биоэтики, в частности вопросов, связанных с использованием технологий для радикального преобразования человеческого организма. Суть трансгуманизма заключается в поощрении использования биотрансформирующих технологий для «улучшения» человеческого организма, конечной целью которого является радикальное изменение человеческого организма, чтобы «преодолеть фундаментальные человеческие ограничения» [8] и тем самым пересмотреть понятие «человек» как таковое. В первом приближении трансгуманизм можно рассматривать как позицию, утверждающую радикальную трансформацию биологических возможностей и социальных условий человека с помощью технологий. Эти преобразования определяются трансгуманистами как улучшение человеческой природы, которое может быть настолько фундаментальным, что способно будет порождать жизненные формы с существенно отличающимися от человеческих характеристиками, которые могут восприниматься как не-люди. Другими словами, используя трансгуманистическую терминологию, основная цель трансгуманистов - стать «постчеловеком» [8].
Согласно философам-трансгуманистам, «трансчеловек» - это «человек переходного периода», который стремится стать постчеловеком и предпринимает соответствующие шаги (например, технологическое усовершенствование) для достижения этой цели, тогда как «постчеловек», идеал и цель трансгуманистов, является существом, настолько радикально отличающимся по физическим, когнитивным и эмоциональным способностям от «естественных» людей, что уже не является однозначно человеком. Однако трансгуманистическая риторика о постчеловеке, как правило, идет гораздо дальше: в своем «Письме из утопии», например, один из основателей трансгуманизма Ник Бостром принимает повествовательную роль будущего постчеловека, обращающегося к нынешним людям, и пишет: «Вы могли бы сказать, что я счастлив, что мне хорошо. Можно сказать, что я чувствую превосходную степень блаженства. Но это слова, придуманные для описания человеческого опыта. То, что я чувствую, настолько далеко от человеческих чувств, насколько мои мысли находятся за пределами человеческих мыслей. Хотел бы я показать вам, что я имею в виду» [8, 3¬4]. В другом месте он пишет, что разрыв в интеллекте между постлюдьми и людьми будет менее сопоставим с разрывом в интеллекте между человеческим гением и человеком со средним уровнем интеллекта, чем различие между человеком и жуком или червем ( 8, 112 ).
Еще одна ключевая черта трансгуманизма, отстаиваемая почти всеми трансгуманистами, - это заявленная ими преемственность с рационализмом Просвещения и гуманизмом. Трансгуманизм берет на вооружение гуманистические ценности, таких как ценность разума, свобода личности, и так далее, его сторонники утверждают, что основное различие между трансгуманизмом и традиционным гуманизмом - это то, что трансгуманизм не ограничивается традиционными средствами, используемыми гуманизмом для улучшения условий жизни человека: «Гуманизм, как правило, для улучшения человеческой природы полагается исключительно на образовательную и культурную утонченность, тогда как трансгуманисты хотят применять технологии для преодоления ограничений, налагаемых нашим биологическим и генетическим наследием» [4].
Следует отметить, что сегодня, даже в академическом языке, термин «гуманизм» обычно используется в свободной, исторически неоднозначной манере, которая стирает грань между гуманизмом и Просвещением. При таком использовании термин обычно предназначен для неспецифического обозначения современного светского гуманизма с акцентом на преемственность между этим движением и более ранними «гуманизмами», в частности ренессансным гуманизмом. Для нашего исследования важно то, как трансгуманисты интерпретируют эту преемственность в этико¬аксиологическом ключе. Например, Макс Мор пишет, что трансгуманизм «разделяет многие этические и аксиологические элементы гуманизма, включая уважение к разуму и науке, приверженность прогрессу и оценку человеческого (или трансчеловеческого) существования в этой жизни, а не в какой-то сверхъестественной «загробной жизни»» [ 43, 1], в то время как Бостром определяет «рациональное мышление, свободу, терпимость, демократию и заботу о наших собратьях» [ 43, 4] как гуманистические ценности, принятые на вооружение трансгуманизмом.
Трансгуманисты также опираются и утверждают преемственность с другими интеллектуальными и культурными традициями, такими как научная традиция (например, Роджер Бэкон), античная философия (например, Платон и Аристотель) и другие. Очевидная мотивация для таких заявлений о преемственности с различными авторитетными традициями состоит в том, чтобы успокоить более консервативно настроенных философов и ученых, особенно так называемых «биоконсерваторов», которые обеспокоены радикальной природой трансгуманистического проекта и последствиями потенциального разрыва между человеком и постчеловеком.
В настоящее время трансгуманизм, ранее существовавший в философии и футурологии как довольно небольшое или даже незначительное движение, набирает обороты в качестве философского, культурного и интеллектуального движения, и становится глобальной политической силой. Так, например, Золтан Иштван, который создал первую национальную трансгуманистическую партию (Трансгуманистическая партия Соединенных Штатов) в 2014 году и баллотировался на пост президента США в 2016 году, в конце 2014 года стал одним из основателей Трансгуманистической партии "Глобал" (ТПГ); кроме этого, на всех континентах, в множестве стран, в том числе и в России, уже существует сеть организаций трансгуманистического гражданского общества, предназначение которых заключается в поддержке и координации трансгуманистических политических партий на национальном уровне [5, 4].
Крайне важно в настоящее время уделять должное внимание исследованиям этико-аксиологических аспектов трансгуманизма не только из-за его роста в качестве культурной и политической силы (и сопутствующих этому потенциальных последствий для биоэтического дискурса и государственной политики), но и из-за неизбежности крупных прорывов в тех видах биотрансформирующих технологий, на которых концентрируется трансгуманизм, от генной инженерии до интерфейсов «мозг-машина» и искусственного интеллекта.
Степень научной разработанности темы.
В последние несколько лет философские исследования трансгуманизма интенсифицируются вследствие усиления его социальной и политической значимости. Вместе с тем до настоящего времени вопросам исследования этики и аксиологии трансгуманизма в отечественной и зарубежной философии не уделялось должного внимания. Ситуация осложняется тем, что трансгуманизм является слишком неоднородным явлением в философской и общественной сфере, он включает в себя множество разнообразных, зачастую концептуально различных течений, в силу чего эксплицировать единые этические и ценностные основания его становится крайне затруднительно. Об этом свидетельствуют и сами трансгуманисты, например, Ник Бостром [43,21].
Для концептуального анализа трансгуманизма как философского и общественного течения были исследованы программные документы основателей и виднейших представителей трансгуманизма: Р Бенедиктера, Д. Белла, Н. Бострома, Р Брайдотти, Дж. Джордано, Р Курцвейла, М. Мора, Х. Моравека, М. Хаускеллера, Н. Хейлза, Дж. Хьюза, Ф. Эсфендиари и др.
Опыты этической рефлексии трансгуманизма представлены в трудах К. Айдена, Н. Бострома, Т Дугласа, Л. Касса, Р Раниша, Дж. Савулеску, И. Перссона, Дж. Харриса и др.
Исследованиям ценностей трансгуманизма посвящены труды Н. Бострома, А. Нордманна, Д. Пирса, П. Сингера, С. Соргнера и др.
Пласт критических исследований трансгуманизма представлен трудами П. Слотердайка, Ю. Хабермаса, Ф. Фукуямы и др.
В современной российской философии исследованиям трансгуманизма посвящены работы М.С. Диюна, Е.В. Решетниковой, Л.А. Серединской, Э.Т. Эрдэнэева.
Вместе с тем этика трансгуманизма не только недостаточно концептуализирована, существует дефицит даже обзорных исследований моральной проблематики в границах трансгуманистической философии. В философской литературе в настоящее время отсутствуют четкие и однозначные представления о моральных проблемах трансгуманизма и специфике декларируемых им ценностей. Актуальность этих проблем и их недостаточная разработанность определили объект, предмет, цели и задачи данного диссертационного исследования.
Объект исследования - трансгуманизм как культурный феномен и философское направление и его философская рефлексия.
Предмет исследования - аксиологические и этические аспекты трансгуманизма.
Цель исследования - экспликация этической и аксиологической проблематики философии трансгуманизма.
Задачи исследования:
1. провести сравнительный анализ этических позиций трансгуманистов и биолибералов;
2. изучить и продемонстрировать аргументацию трансгуманистической критики морали биоконсерватизма;
3. осуществить попытку концептуализации моральной доктрины трансгуманизма;
4. рассмотреть различные варианты трансгуманистической этики от нейтральных до перфекционистских;
5. проанализировать критические взгляды философов-постгуманистов на трансгуманистический проект этики;
6. раскрыть содержание трансгуманистической декларации ценностей;
7. провести анализ трансформации телесности в аксиологическом аспекте трансгуманистических концепций;
8. раскрыть сущность теории ценностного аргумента разумного чувствующего интеллекта (ЗЗХУЛ);
9. показать специфику ценности познания в трансгуманистических концепциях;
10. рассмотреть исследование постчеловеческого мира как основную трансгуманистическую ценность.

Купить

Трансгуманистическая этика и аксиология приобретает все большее значение в обстановке глобальных проблем, с которыми мировое человеческое сообщество столкнулось в 2020 году. Сосредоточение внимания только на текущих проблемах оставит нас не готовыми к новым вызовам, с которыми мы столкнемся. Многие из технологий и тенденций, которые обсуждают трансгуманисты, уже стали реальностью. Биотехнология и информационные технологии преобразовали большие сектора нашей экономики. Актуальность трансгуманистической этики и аксиологии проявляется в таких современных проблемах, как исследования стволовых клеток, генетически модифицированные культуры, генетическая терапия человека, скрининг эмбрионов, решения об окончании жизни, улучшение медицины, информационные рынки и приоритеты финансирования исследований. Важность трансгуманистических идей, вероятно, возрастет по мере того, как будут расширяться возможности для улучшения человеческого потенциала.
Трансгуманистический отказ от антропоцентризма является двусмысленным. В то время как постгуманизм радикально подвергает сомнению устоявшиеся нарративы и отвергает человеческую исключительность, трансгуманизм все еще опирается на фундамент гуманизма с его верой в рациональность и прогресс. Даже если трансгуманисты готовы отказаться от исключительно человеческой морали и предоставить моральный статус нечеловеческим и постчеловеческим формам жизни, «человеческое» так и остается мерой всех вещей. Нечеловеческие формы жизни признаются моральными агентами, если они обладают характеристиками, сходными с человеческими. Доказывается, что животные имеют моральный статус постольку, поскольку они являются низшими по отношению к человеку существами, а постлюди представляются как усовершенствованные существа, наделенные специфическими характеристиками, которые всегда в истории были существенными для человека и вызывали либо его гордость либо вожделение. Трансгуманистическая преданность гуманизму является причиной, по которой возможность постличностного существования может оставить неразрешенными значимые моральные проблемы. Моральный статус гуманистических ценностей подтверждает иерархию между человеческим и постчеловеческим, что создает трудности для доказательства морального равенства всех существ. Радикальный антиантропоцентризм постгуманистов, который превозносит межвидовое различие, а не выравнивающую нормативность морали, можно рассматривать как привлекательную альтернативу гуманистической иерархии моральных статусов. Хотя трансгуманисты не всегда готовы к варианту конвенции в этических вопросах, пока они поддерживают доверие к своим собственным гуманистическим основам, будущий диалог между движениями трансгуманистов и биоконсерваторов, как и между движениями трансгуманистов и постгуманистов, может быть многообещающим.
В завершение приведем типично трансгуманистский аргумент, гласящий, что самый эффективный способ внести свой вклад в улучшение мира - это участие каждого человека в проекте улучшения человечества. Это так, потому что ставки огромны - будущее человечества может зависеть от того, как мы справимся с предстоящими технологическими переходами, - и потому, что в настоящее время относительно мало ресурсов направляется на усилия по позитивному преобразованию человека и общества. Ценность научных исследований усовершенствования человека, провозглашаемая трансгуманистами в качестве основной ценности, является самым иллюстративым примером этого. Вклад любого исследователя может иметь существенное значение для решения этой задачи.

Купить