Тип работы:
Предмет:
Язык работы:


ПОЛИТИКА КНР НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ 1990-е - 2010-е годы

Работа №89296

Тип работы

Дипломные работы, ВКР

Предмет

история

Объем работы69 с.
Год сдачи2019
Стоимость4700 руб.
ПУБЛИКУЕТСЯ ВПЕРВЫЕ
Просмотрено
158
Не подходит работа?

Узнай цену на написание


Введение 3
ГЛАВА 1 Ближневосточный курс во внешней политике Китая. Ирано¬китайское сотрудничество как пример межрегионального взаимодействия.. 16
1.1Краткая экономическая и геополитическая характеристика КНР как
региона в международном (глобальном) пространстве 16
1.2 Эволюция внешнеполитических доктрин КНР 21
1.3Краткая характеристика ближневосточного региона на примере
Ирана как регионального центра на Большом Ближнем Востоке 25
1.4Стратегическая важность Ирана и ближневосточного региона для
внешнеполитических и экономических целей Китая 30
1.5 Соперничество КНР с крупными международными акторами за
лидерство в регионе 34
2.1 Шелковый Путь и его мировое историческое и экономическое
значение 38
2.2 Характер внешнеполитических связей КНР со странами Большого
Ближнего Востока 43
2.3 Концепция «Нового Шелкового Пути»: ее предпосылки, реализация
перспективы 52
2.4 «Один пояс - Один путь»: влияние данной инициативы на
ближневосточную политику и общий курс внешней политики Китая 58
Заключение 62
Библиографический список

Одними из наиболее показательных исследований в рамках зарубежного регионоведения выступают исследования в области
международных отношений, так как, в современных условиях, межрегиональное взаимодействие это один из наиболее динамичных процессов поддающихся исследованию. Особенно это интересно в рамках глобализации, которая выступает катализатором, в том числе и исторических процессов, которые в свою очередь становятся доступными для практически непосредственного наблюдения.
На сегодняшний день вполне справедливо утверждение о том, что практически любое исследование в области международных отношений и/или истории, начиная со второй половины ХХ века, остается актуальным само по себе.
В рамках синтеза неокантианской и позитивистской методологии гуманитарного познания, одними из основных методов выступают системный, типологический и синтетический подходы. Таким образом, основополагающим элементом исследования выступает построение модели процессов или явлений, на основе исторических фактов и источников в широком смысле слова, путем типологизации, систематизации и структурированного исследования, в данном случае, региональных процессов, что в дальнейшем позволит применять полученные знания при прогнозировании последствий, выработке стратегий, принятии решений и т.д.
А значит сомнения в ценности и полезности гуманитарных исследований, истории и регионоведения в частности, беспочвенны и совершенно напрасны.
Что же касается конкретно данной работы, то её актуальность состоит главным образом в её новизне. Она посвящена процессам политического и экономического взаимодействия двух конкретных регионов: Китая и Ближнего Востока, где основное внимание будет сосредоточено вокруг 3
китайско-иранского сотрудничества, в последние годы набирающего обороты. Данное исследование представляет интерес в первую очередь потому, что обращено к проблемам современности, более того оно напрямую связано с исследованием международных отношений и межрегионального сотрудничества двух важных для российской внешней политики государств. Одно из них является самым быстро развивающимся, можно сказать передовым, во многих отношениях, государством мира, которое непосредственно имеет общую границу с РФ. Второе представляет собой государство, долго находившееся под экономическим и политическим давлением Запада, и которое при этом является одним из крупнейших в мире государством по запасам нефти, газа и других стратегически важных минеральных ресурсов. Ближневосточный рынок, сильно зависящий от политической ситуации в регионе, а также внешних факторов входит в сферу внешнеполитических интересов России, так как способен оказывать серьезнейшее влияние на общемировой рынок минеральных ресурсов, что является одной из основных статей дохода, формирующих ВНП РФ. А это значит, что равно как и ситуация в этих двух регионах в целом, так и процессы их взаимодействия и влияния на международные отношения, представляют принципиальный интерес. А выведенные путем исследования этих процессов закономерности и модели могут иметь значение и с практической точки зрения.
На сегодняшний день можно без преувеличения сказать о том, что успехи КНР в области экономического и социально -культурного развития носят феноменальный характер и за последние годы стали важнейшим фактором мировой политики и международных отношений.
По абсолютным показателям промышленного и сельскохозяйственного производства Китай уже вышел на передовые позиции в мире.
Среднегодовые темпы роста ВВП Китая в среднем на 5,5 процентных пунктов выше среднемировых показателей. Доля ВВП КНР в производстве мирового валового продукта в 2008 году составляла 7,3 % , КНР так же 4
удалось сохранить устойчивый рост экономики, не смотря общемировые тенденции к снижению ввиду финансового кризиса. Политика максимальной мобилизации собственных сравнительных преимуществ для реализации национальных идей развития и модернизации приобрела большое международное значение. Что не могло не отразиться на заинтересованности других держав региона и мира в выстраивании партнерских отношений с Китаем.
Вместе с тем, нельзя не отметить, что процесс подъема Китая, бывшего некогда одним из самых отсталых регионов с экономической научно¬технической точки зрения, позволив решить неотложные проблемы развития экономики и повышения уровня жизни населения, одновременно привел к возникновению новых противоречий, вызовов и трудностей. Главным образом это безработица, дисбаланс в развитии города и деревни, существенный разрыв в развитии восточных и западных регионов, а также ряд проблем связанных с социальным обеспечением населения.
Важной особенностью китайской экономики в последнее десятилетие остается довольно сильная зависимость от внешней торговли, будучи «мастерской мира», Китай выпускает в мировой рынок подавляющее большинство товаров самых разных групп, начиная от оборонной промышленности, заканчивая товарами народного потребления. На 2008 год, в самый разгар мирового финансового кризиса 1/7 всех произведенных товаров выходила на рынок с маркировкой «Сделано в Китае». В последние годы китайским руководством предпринимается курс на переход от стимулирования экстенсивного роста экономики, путем наращивания объемов производства, в пользу его интенсификации и повсеместного развития более капиталоёмких и наукоёмких производств. Которые, в свою очередь, позволили бы производить продукцию с гораздо более высокой добавленной стоимостью и перевести национальную экономику КНР в третичный сектор, снизив зависимость от внешних факторов и риски кризиса перепроизводства.
Однако этот переход займет время, а для поддержания устойчивого роста объемов производства на сегодняшний день Китаю требуются энергоресурсы. Ввиду отказа от использования каменного угля на производствах как основного источника энергии, в пользу более экологически чистых нефти и газа, а также высокой капиталоёмкости разработки обнаруженных недавно месторождений в западных районах страны, Китай вынужден экспортировать нефть из богатых минеральным сырьем регионов, таких как Ближний Восток.
На 2014 год КНР закупала 70% потребляемой нефти на Ближнем Востоке, на тот момент основным поставщиком в регионе выступала Саудовская Аравия. В 2015-2016 годах было объявлено о частичном снятии торгово-экономических санкция с Ирана, в это время Китай развернул широкомасштабные проекты по сотрудничеству с Ираном в сфере энергетики. А уже в начале 2019 года объемы поставок нефти из Тегерана выросли по сравнению с предыдущим годом на 78% и составили 767,2 тыс. баррелей в сутки. Это не смотря на то, что вопрос по антииранским санкциям остается неразрешенным. После очевидно долгожданного ослабления в 2016 снова уже в 2018 возвращение к санкционной политике в отношении Ирана со стороны США, на данный момент в единственном числе, поскольку прочие страны-участницы, так называемой, «Ядерной сделки» выход США и введение дополнительных санкций против Ирана не поддержали.
Все эти события вокруг региона в своей совокупности подогревают интерес к региональным и межрегиональным процессам в рамках Ближневосточной политики основных государств имеющих влияние в регионе. Кроме прочего интерес представляет инициатива «Нового Шелкового пути» от КНР и ее влияние на все сопричастные регионы, а так же международное возвышение Китая, как альтернативного США лидера глобального мира. В связи с этим, в рамках ВКР выработаны следующие гипотезы:
• Интерес и стратегическая важность ближневосточного региона для КНР состоят в следующем:
1) Энергетика и экспорт нефти, чтобы обеспечить ресурсами переходную стадию экономики к постиндустриальному типу производства с ведущим третичным сектором.
2) Транзитная зона для НШП из Китая в Европу.
3) Под эгидой инфраструктурной модернизации и экономического сотрудничества объединить и возглавить страны Азии, как существенную часть третьего мира, и, тем самым, потеснить США в звании мирового лидера.
• Глобальные экономические инициативы на сегодняшний день представляют собой метод реализации внешнеполитической стратегии КНР и альтернативу «демократии на экспорт» для стран третьего мира.
Объектом исследования являются региональные взаимодействия КНР с регионом, объединенным понятием Ближний Восток. Предметом исследования выступают региональные процессы в рамках стратегического и экономического взаимодействия Китая с отдельными странами ближневосточного региона, методы и стратегии внешнеэкономического и политического воздействия, а также роль глобальных экономических, инфраструктурных проектов в достижении КНР статуса глобально мирового лидера, на примере взаимодействия с Ираном, как одним из ключевых государств региона.
Историография или степень изученности проблемы в известной степени полна исследований и статей, в той или иной мере, освещающих ситуацию вокруг присутствия КНР на Ближнем Востоке и ее интересы вокруг одного из самых богатых минеральными ресурсами регионов мира. Тема взаимоотношений Китая и стран Среднего и Ближнего Востока находится в фокусе исследователей не только отдельных регионов, но и международных отношений в целом. Большой интерес для исследований в этой области представляет изучение внешней политики, которая во многом продиктована векторами экономического развития страны и преодоления внутренних проблем. Подробным образом можно проследить взаимосвязь этих элементов, как основных направлений развития КНР, на основе полных научно-исследовательских сборников под названием: «Китайская Народная Республик: политика, экономика, культура». Данный сборник выходит с некоторой периодичностью, в состав исследовательской литературы включены три сборника - за 2009 , 2014 и 2017-2018 годы. Все три сборника разбиты на тематические блоки, каждый из которых написан группой авторов. Особенно важными для данной исследовательской работы являются работы Островского, Новоселовой, Терентьевой, Петухова, Пиковер, Волковой, Сазонова, Смирнова, Гудошникова, Ершова, посвященные исследованию и освещению экономических и политических процессов и событий КНР в начале XXI века.
В блоке «экономика» данных сборников, можно проследить эволюцию в структуре экономики КНР и прийти к заключению о том, что современная экономическая модель Китая подталкивает его к активным внешнеполитическим действиям, а богатый ресурсами регион Ближнего Востока представляет собой ответ на многие актуальные проблемы КНР.
В свою очередь проблематика ближневосточного региона остается актуальной и открытой для политических и экономических исследований практически традиционно. О сложности региональных процессах и постепенном складывании в регионе государств-лидеров, экономических и политических, принимающих активное участие в международных
отношениях. Малышева Д.Б. в своей статье «Крупные региональные государства в зонах нестабильности Ближнего Востока» подробно освещает политическую обстановку в регионе и связанные с этим сложности для внешнеполитического взаимодействия. Статья Е. С Мелкумяна «Ирано¬арабская конкуренция в регионе Ближнего Востока и Персидского Залива» наглядно показывает характер конкурентного развития взаимосвязей в регионе, как политических, экономических так и религиозных. Даже в условиях нестабильности и вполне реальных рисков для экономического сотрудничества в регионе, Китай продолжает вести вектор внешней политики и экономики в Ближний Восток, так как стратегическая важность данного региона очень велика. В первую очередь с точки зрения энергетики и ископаемых ресурсов и это наглядно показано в статье О. А. Хлопова - «Энергетическая политика и стратегия Китая». На фоне межрегионального взаимодействия выделяется всё возрастающая роль Ирана в Персидском заливе, а также немалый интерес Поднебесной в сотрудничестве и базировании в регионе показывает Петрунина Ж.В. в своей
статье «Китай укрепляет позиции в нефтегазоносном бассейне персидского _ 13
залива».
Дальнейшие исследования вокруг Ближнего Востока и Китая приходят к исследованию совместных экономических проектов в особенности трансконтинентальный проект «Новый Шелковый путь» и ему наши исследователи уделяли более пристальное внимание, нежели сотрудничеству Китая и стран Ближнего Востока в этой области. Это обосновано возможной очень серьезной ролью России в данном экономическом проекте, а потому иногда данная проблема встречала неоднозначное освещение в исследовательской среде. Позитивную повестку данного проекта отстаивают многие исследователи в лице С. Г. Лузяниной и А. В. Агафонасьевой. Но и встречалась резкая критика данного проекта и его «невыгоды» для России. Например эта идея раскрывается в статье П. А. Минакира «В поисках пространственной гармонизации».
Однако со временем ситуация поменялась и ветка пути через Россию на данном этапе находится на альтернативных ролях, главной артерией между Востоком и Западом становится центральная и южная ветки пути, которые как раз проходят через страны Центральной Азии и Ближнего Востока. Поэтому исследования в этой области получают дополнительный интерес в контексте ближневосточной политики Китая.
Обзор источников
Так же в исследовании будут представлены ссылки на прессу и иные источники, так или иначе посвященные данной проблеме. В первую очередь это протоколы заседаний международных организаций, как экономических так и политических . В их числе представлена речь председателя КНР Си Цзиньпина на генеральной ассамблее ООН по поводу инициативы «Один пояс - один путь», а так же комментарии китайских дипломатов о внешнеполитических целях Китая в контексте этого проекта и вне него.
В своей основной массе источники для данного исследования взяты с официальных сайтов СМИ и представлены различными статьями, которые освещают политические события в данных регионах и представляют статистические данные, информацию о торговых соглашениях и др.
Цель данного исследования заключается в том, чтобы, на основании анализа внешнеполитических доктрин и конкретных действий КНР на Ближнем Востоке, в частности во взаимоотношениях с Ираном, а также, в условиях конкурентного взаимодействия с США и Россией, и реализации инфраструктурного проекта Новый Шелковый Путь, выявить определенные тенденции в отношениях КНР с Ближнем Востоком.
Задачи исследования состоят в следующем:
Опираясь на широкомасштабные исследования и характеристики КНР с точки зрения регионоведения, осветить в работе политические, экономические и стратегические ресурсы Китая, и выявить тем самым возможные причины заинтересованности КНР в сотрудничестве с Ближним Востоком.
Аналогичным образом провести характеристику ближневосточного региона и в частности - Ирана, через фокус китайско -иранского сотрудничества.
На основе такого анализа, выявить и подробно осветить, с применением принципа историзма, проблемы и перспективы межрегионального взаимодействия КНР и Ирана.
Выявить и описать признаки ситуации «Новой Большой Игры» на Ближнем Востоке, показать принципы борьбы за влияние в регионе между тремя наиболее влиятельными державами мира.
Чтобы проверить выработанные гипотезы, так же более детально исследовать стратегически важную инициативу КНР по установлению международного наземного транзитного коридора под названием «Новый Шелковый Путь» с точки зрения новой модели реализации внешнеполитических задачи и достижения глобальных внешних целей государства, путем непрямого экономического и стратегического воздействия.
Хронологические и территориальные рамки включают в себя два региона: территория, объединенная под названием Ближний Восток,
включающая в себя ряд государств и Китай - территориально - современная КРН. Данные регионы будут рассмотрены в период с установления тесных взаимоотношений в середине - конце 90-х годов, чуть более раннего времени, как обзор эволюции внешнеполитических доктрин КНР, и до настоящего времени.
Методология основана на транссистемной теории в трактовке мирового развития, системности международных отношений и процессов глобализации, которая была представлена в статье А. Д. Богатурова «Современный мир: система или конгломерат? Опыт трассистемного подхода» . В данной статье Богатуров старается переосмыслить


Возникли сложности?

Нужна помощь преподавателя?

Помощь студентам в написании работ!


Китайским ключом к Западу стал Восток. На основании полученных данных исследования удалось подтвердить следующие гипотезы: Иран
несомненно является одним из ключевых государств ближневосточного региона и взаимодействие с ним представляет первостепенную важность для КНР в контексте Ближневосточной политики и реализации инфраструктурной инициативы «Один пояс - одни путь». Иран является важным транспортным узлом на пути следования товаров из Китая в Европу - представляет собой один из наиболее протяженных участков средней ветки «Нового Шелкового пути», который к настоящему моменту уже полностью функционирует и сокращает время доставки грузов более чем в два раза. Кроме того основной сферой сотрудничества с Ираном для Китая является энергетика. Не смотря на обостряющиеся противоречия с США, Китай продолжает активно сотрудничать с ИРИ в нефтегазовой отрасли. В сложившихся условиях конфликта экономических и политических интересов на внешнеполитическом поприще заметно больший успех в ближневосточном регионе и в Средней Азии пока имеет Китай. Китайская внешнеполитическая концепция имеет четкий выверенный характер и конкретную формулировку, и выгодно отличается от американской модели ведения дипломатии на Ближнем Востоке и АТР. Потому своим участием и сотрудничеством по многим вопросам страны региона голосуют за КНР в качестве регионального и, быть может, глобального лидера. В последнее время Китай и в самом деле заявляет помощи развивающимся странам и заинтересованности в росте благосостояния их народов. В частности на майском экономическом форуме, посвященном международной инициативе «Один пояс - один путь» в 2017 году китайская сторона озвучила следующие тезисы:
1) В ближайшие три года оказать помощь в размере 60 млрд. юаней развивающимся странам-участницам проекта на повышение уровня жизни населения.
2) Выделить 2 млрд. юаней на экстренную продовольственную помощь, а так же 1 млрд. юаней в фонд ООН в рамках сотрудничества Юг-Юг.
3) Инициировать 100 проектов по борьбе с бедностью и охране здоровья.
Такого рода политическая ориентация способствует наращиванию влияния в регионе и получению определенного кредита доверия от развивающихся стран и тех из них, чья экономика находится на стадии стагнации. Коль скоро многие страны в регионе устраивает присутствие Китая, а он в свою очередь сделал для этого все возможное, то его политическое влияние в попытках сместить баланс системы международных отношений на Восток, и интегрировать Китай и азиатскую экономику в европейскую, вне всякого сомнения, возрастет. Статистика показывает в цифрах экономический рост для всех сопричастных стран к проекту «НТТТП», а это позволяет сделать вывод о том, что именно этот трансконтинентальный проект, и вообще подобного рода проекты, становятся важным внешнеполитическим инструментом КНР на пути осуществления широкомасштабных целей и задач. Разумеется, пока данный проект не завершен, еще рано говорить о его ключевом значении во внешнеполитических и экономических успехах КНР за последние годы. И, конечно, ситуация как вокруг этого проекта, так и ближневосточного региона в контексте Китайской внешней политики требует в дальнейшем пристального внимания и изучения. Однако уже сейчас можно с
уверенностью сказать, что определенный успех достигнут Китаем на текущем этапе реализации инициативы «Один пояс - один путь» и
Ближневосточной политике КНР.



1. Выступление председателя КНР Си Цзиньпина в ходе дебатов на 70 -й Генассамблее ООН. URL: russian.china.org.cn (дата обращения: 18.12.2017)
2. Информационный интернет-портал «Tehran Times»// периодическое
издание - 2016.- Свободный доступ
http://www.tehrantimes.com/news/252417/Iran-China-agree-to-increase- trade-ties-to-600b-in-ten-years
3. Иран и Китай подписали 17 документов в сфере сотрудничества / Trend
News Agency/ периодическое издание; [Электронный вариант издания] 23 янв. 2016 - свободный доступ
http://www.trend.az/iran/business/2484515.html
4. Курс на Дамаск: как Китай наращивает инвестиции в сирийскую экономику/ Информационный интернет портал Russia Today на русском // статья в открытом доступе по ссылке: https://russian.rt.com/world/article/480605-kitay-siriya-investicii
5. Товарооборот Ирана и Китая в 2014/Экономический портал
russian.irib.ir/ периодическое издание; [Электронный вариант издания] 28 февр. 2015 - свободный доступ
http://russian. irib. ir/news/iran1/item/246379-2014-51
6. Ли Кэцян выступил с речью на заседании совета АБИИ Агентство Синь Хуа Новости // доступ по ссылке: http://russian.news.cn/2016- 01/17/c 135016113.htm
7. Посол КНР Сяо Цинхуа о XIX съезде КПК: вступить в новую эпоху, открыть путь к новому будущему. URL: kabar.kg/news/posol-knrsiao-
tcinkhua-o-xix-s-ezde-kpk-vstupit-vnovuiu-epokhu (дата обращения: 4.12.2017).
8. Почему Китай нарастил закупки нефти в Иране и Венесуэле /
Информационный интернет портал Russia Today на русском // статья в открытом доступе по ссылке:
https://finance.rambler.ru/markets/41979235-pochemu-kitay-rezko-narastil- zakupki-nefti-v-irane-i-venesuele/
9. Столярова А. Роль Ирана в создании Нового Шелкового Пути /Sputnik
News/ периодическое издание; [Электронный вариант издания] 17 февр. 2016 - свободный доступ http://ru. sputniknews-
uz.com/analytics/20160216/1792542.html
10. China Country Analysis Overview [04.02.2014] // US Energy Information Administration [сайт]. URL: http://www. eia. gov/countries/cab. cfm?fi ps=ch (дата обращения 20.09.2018)
11. Gamache L, Hammer A.. Jones L. China’s Trade and Investment Relationship with Africa / United States International Trade Commission [сайт]. URL: http://www. usitc.gov/publications/332/2013-04_Chi
II. Исследования
1. Антипов К.В. КНР на Ближнем Востоке // в сборнике: КИТАЙСКАЯ НАРОДНАЯ РЕСПУБЛИКА: ПОЛИТИКА, ЭКОНОМИКА, КУЛЬТУРА. 2012-2013Москва, 2013. С. 339-349.
2. Антипов К.В. Ближневосточная политика Китая в контексте сирийского кризиса // Китай в мировой и региональной политике. История и современность. 2012. Т. 17. № 17. С. 204-226.
3. Афонасьева А.В. Роль зарубежных китайцев в развитии центральной ветки экономического пояса Шелкового Пути // Проблемы Дальнего Востока. 2016. № 5. С. 50-62.
4. Арсентьева И.И. Ближневосточный вектор внешней политики КНР //
Актуальные проблемы современных международных отношений.
2015. № 6. С. 30-38.
5. Базанова Е.А. Стратегия «мягкой силы» КНР по сотрудничеству с арабскими странами Ближнего Востока в Области образования 1990-2010 г.г. // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: История и политические науки. 2011. № 2. С. 85-90.
6. Байков С.А. «Шелковый путь»: экономика и геополитика // Постсоветский материк. 2016. № 3 (11). С. 84-92.
7. Бергер Я.М. Модернизация и традиция в современном Китае // Полис. Политические исследования. 1995. № 5. С. 60-77.
8. Богатуров А.Д., Косолапов Н. А., Хрусталев М. А. Очерки теории и методологии политического анализа международных отношений М.: НОФОМО, 2002. 390 с.
9. Болохов И.И. Трансформация внешнеполитической стратегии Китая в контексте «Арабской Весны» // Мировая политика. 2016. № 1. С. 36-47.
10. Бояркина А.В. Мягкая сила как политический инструмент реализации внешней политики КНР на рубеже XX-XXI вв. // диссертация на соискание ученой степени кандидата политических наук / Дальневосточный федеральный университет. Владивосток, 2016
11. Васильева Н.А., Ю Х. Внешнеполитические приоритеты КНР на Ближнем Востоке // Азия и Африка сегодня. 2016. № 12 (713). С. 20-24.
12. Винокуров Г.Н., Коняхин Б.А., Подкорытов Ю.А. Геополитический статус Китая как фактор российской политики ядерного сдерживания Соединенных Штатов // Стратегическая стабильность. 2008. № 2 (43). С. 49-53.
13. Гвилия Н.А. «Шелковые сети» китайской логистики // в
сборнике: Логистика: современные тенденции развития Материалы XV Международной научно-практической конференции. 2016. С. 70-74.
14. Глазунов О.Н., Савченко А.Л. Особенности и приоритеты внешней политики Китая в странах Ближнего Востока // Общество: политика, экономика, право. 2018. № 3. С. 22-26.
15. Глянц М. Китайская инициатива «Один пояс - один путь»: что может сделать «бренд» // Проблемы постсоветского пространства. 2017. Т. 4. № 1.
С. 8-19.
16. Дейч Т.Л. Кризисные ситуации в арабском мире и позиции Китая // Конфликтология / nota bene. 2018. № 2. С. 1-10.
17. Денисов И.Е. Поднебесная смотрит на Запад // Контуры глобальных трансформаций: политика, экономика, право. 2016. Т. 9. № 6. С. 20-40.
18. Дмитриева С.И., Минашкина Е.Б. Внешняя политика Исламской республики Иран при Хасане Роухани // Научный вестник Воронежского государственного архитектурно-строительного университета. Серия: Социально-гуманитарные науки. 2015. № 3 (7). С. 14-17.
19. Кабасакалова М.Г. Внешняя политика США как фактор сближения России и Китая // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Международные отношения. 2015.№ 1. С. 70-78.
20. Казанин М.В. Китайско-турецкие взаимоотношения и Уйгурский вопрос // Институт Ближнего Востока статья находится в открытом доступе по ссылке http://www.iimes.ru/?p=25320
21. Капицын В.М. Сравнительный анализ потенциала интеграционной
политики государства на «Новом Шелковом Пути» // Политическая наука.
2015. № 4. С. 60-80.
22. Китай на Ближнем Востоке: к вопросу о пересечении Российко-Китайских
интересов // в сборнике: РОССИЯ И КИТАЙ: ИСТОРИЯ И
ПЕРСПЕКТИВЫ СОТРУДНИЧЕСТВА материалы VI международной научно-практической конференции. Министерство образования и науки РФ; Благовещенский государственный педагогический университет; Институт Конфуция в БГПУ. 2016. С. 630-632.
23. Китайская Народная Республика: политика, экономика, культура // к 60 - летию КНР / Москва, 2009.
24. Китайская Народная Республика: политика, экономика, культура // к 65- летию КНР / Москва, 2014
25. Китайская Народная Республика: политика, экономика, культура 2017 - 2018 // Москва, 2018.
26. Комлева Н.А. Иран: геополитический портрет // Электронное научное издание Альманах Пространство и Время. 2016. Т. 13. № 1. С. 5.
27. Кольцов П.М., Кольцова К.П., Эрдни-Горяев Е.Э. Дорогами Великого Шелкового пути - региональные аспекты // Вестник Калмыцкого университета. 2015. № 4 (28). С. 15-22.
28. Кузнецов А.А. О роли Ирана в Сирийском кризисе // Ежегодник Института международных исследований Московского государственного института международных отношений (Университета) Министерства иностранных дел Российской Федерации. 2014. № 2 (8). С. 84-93.
29. Ларин А., Матвеев В.А. Китайская стратегия «Продвижения на Запад» и «Новый Шелковый Путь» // Проблемы Дальнего Востока. 2014. № 5. С. 5¬15.
30. Ларин О.Н., Куприяновский В.П. Механизмы инвестиционной поддержки инфраструктурных проектов китайской инициативы «один пояс один путь» и технологии цифровой железной дороги // Современные информационные технологии и ИТ-образование. 2017. Т. 13. № 3. С. 167¬175.
31. Лебедева М.М. «Мягкая сила» в отношении стран Центральной Азии
участники и их действия // Вестник МГИМО Университета.
2014. № 2 (35). С. 47-55.
32. Литвинова Ю.Г. Китай решил воссоздать Шёлковый Путь // в сборнике: ВОСТОЧНЫЙ АЛЬМАНАХ Дипломатическая академия Министерства иностранных дел Российской Федерации. Кафедра восточных языков. Москва, 2017. С. 72 -82.
33. Логинов Е.Л., Логинова В.Е. Финансово-экономический кризис в Китае:
необходимость смены стратегической модели развития китайской экономики // Финансовая аналитика: проблемы и решения.
2015. № 39 (273). С. 2-9
34. Лузянин С.Г., Афонасьева А.В. Один пояс, один путь - политические и экономические изменения // Вестник Томского государственного университета. Экономика. 2017. № 40. С. 5-14.
35. Лыков К.Ф., Бояркина А.В. Политико-дипломатическое направление мягкой силы во внешней политике КНР в начале XXI вв. // Теория и практика общественного развития. 2015. № 16. С. 145-149.
36. Мавлонова А.С. Влияние внешних факторов на сепаратизм в СУАР КНР // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Международные отношения. 2017. Т. 17. № 4. С. 770-780.
37. Макаров А.В., Гусевская Н.Ю. Приоритеты КНР в рамках проекта возрождения Нового Шелкового Пути // в сборнике: Региональное измерение российско-китайского сотрудничества и взаимодействия в контексте Экономического пояса Шёлкового пути : сборник статей XIV Международной научно-практической конференции. Ответственный редактор Н. Ю. Гусевская. 2016. С. 5 -9.
38. Макарычев М. В Китае открылся форум мировых СМИ «Пояс и путь - 2018» // интернет версия периодического издания «Российская газета» / статья в открытом доступе по ссылке: https://rg.ru/2018/10/30/v-kitae- otkrylsia-forum-mirovyh-smi-poias-i-put-2018.html
39. Малышева Д.Б. Крупные региональные государства в зонах
нестабильности Ближнего Востока // Мировая экономика и
международные отношения. 2016. Т. 60. № 9. С. 28-36.
40. Мелкумян Е.С. Ирано-арабская конкуренция в регионе Ближнего Востока
и Персидского Залива // Вестник РГГУ. Серия: Политология. История. Международные отношения. Зарубежное регионоведение.
Востоковедение. 2015. № 11 (154). С. 60-69.
41. Минакир П.А. В поисках пространственной гармонизации //
Пространственная экономика. 2017. № 2. С. 7-15.
42. Намханова М.В., Каурова О.А., Осодоева О.А. Азиатский вектор Еврозийской интеграции // Вестник Забайкальского государственного университета. 2015. № 8 (123). С. 129-136.
43. Петрунина Ж.В.Китай укрепляет позиции в нефтегазоносном бассейне персидского залива // Проблемы Дальнего Востока. 2016. № 5. С. 90-94.
44. Петрунина Ж.В. Развитие межкультурного диалога КНР со странами Ближнего Востока в XXI в. // Научный альманах. 2016. № 4-4 (18). С. 115¬117.
45. Полякова Д.Д., Кармацких К.В. Инвестиционные проекты КНР в странах Ближнего Востока // Россия и Китай: проблемы стратегического взаимодействия: сборник Восточного центра. 2016.№ 18. С. 192-198.
46. Рогов С.М. Роль Ирана в политике США на Ближнем Востоке // Азия и Африка сегодня. 2012. № 8 (661). С. 8-10.
47. Русакова О.Ф. Soft power как стратегический ресурс и инструмент формирования государственного бренда: опыт стран Азии // Известия Уральского федерального университета. Серия 3: Общественные науки. 2013. № 3 (118). С. 52-61.
48. Рябков С. Санкции против Ирана: ресурс исчерпан // Индекс безопасности. 2012. Т. 18. № 1 (100). С. 17-24.
49. Сергеев В.М., Саруханян С.Н. Модернизация и революция (Турция, Иран и Арабские страны) // ИМИ МГИМО (У) МИД России, Центр глобальных проблем. Москва, 2012. Том 5 Аналитические доклады
50. Сеидова Г.Н. Иран и глобальные вызовы современности // Министерство
образования и науки РФ, Отделение кафедры ЮНЕСКО по
компаративным исследованиям духовных традиций, специфики их
культур и межрелигиозного диалога по Северному Кавказу на базе факультета востоковедения ДГУ и ГБУ историко-архитектурный и художественный музей-заповедник, Дагестанский государственный университет, филиал в г. Дербент. Махачкала, 2015.
51. Син Л., Чэньсин В. Китайская политология о смысле и перспективах Евразийского союза // Международные процессы. 2014. Т. 12. № 3 (38). С. 70-82.
52. Слинько А.А., Добрева И.В., Слатинов В.Б. Новый баланс сил на Евразийском пространстве // Среднерусский вестник общественных наук.
2016. Т. 11. № 5. С. 174-179.
53. Тагаров Ж.З. Великий шелковый путь и трасевразийская чайная торговля через Кяхту // В сборнике: Иркутский историко-экономический ежегодник: 2016 Министерство образования и науки РФ, Байкальский государственный университет, Региональный центр научных исследований экономической истории России. Иркутск, 2016. С. 196 -203.
54. Тоцкая Е.П. Роль Исламской Республики Иран в региональных политических процессах // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. 2014. № 1-2. С. 365-369.
55. Труевцев К.М. Ближний Восток: морфология конфликта и
постконфликтный дизайн // Контуры глобальных трансформаций: политика, экономика, право. 2017. Т. 10. № 2. С. 143-166.
56. Хлопов О.А. Энергетическая политика и стратегия Китая // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: История и политические науки. 2015. № 4. С. 118-128.
57. Юртаев В.И. Иран в ситуации трансформации санкционного режима // Контуры глобальных трансформаций: политика, экономика, право . 2017. Т. 10. № 2. С. 66-80.
58. Юртаев В.И. Иран: проблема выбора модели дипломатии // в сборнике: ИРАН: история и современность Под ред. Л.М. Кулагиной, Н.М. Мамедовой; Сост. И.Е. Федорова, Л.М. Раванди-Фадаи.. ИВ РАН; Центр стратегической конъюнктуры. Москва, 2014. С. 237-243.
59. Яруллина И.Х. Развитие военно-промышленного комплекса в
иностранных государствах как элемент научно-технологической конкуренции на международном уровне // в сборнике: Наука, образование, общество: тенденции и перспективы развития Сборник материалов VI Международной научно-практической конференции. В 2-х томах. Редколлегия: О.Н. Широков [и др.]. 2017. С. 240-243.
60. Fulton, Jonathtan. China's Changing Role in the Middle East. Washington, D.C.:
The Atlantic Council, 2019. 28 p.



Работу высылаем на протяжении 30 минут после оплаты.



Подобные работы


©2024 Cервис помощи студентам в выполнении работ