📄Работа №85818
Тема: Юридические конфликты между государством и предпринимателем
Тип работы
Дипломные работы, ВКР
Предмет
юриспруденция
Объем:
101 листов
Год:
2016
Просмотров:
293
4900
руб.
🛒 Купить работу
Не подходит эта работа?
Закажите новую по вашим требованиям
Узнать цену на написание
Закажите новую по вашим требованиям
Представленный материал является образцом учебного исследования, примером структуры и содержания учебного исследования по заявленной теме. Размещён исключительно в информационных и ознакомительных целях.
Workspay.ru оказывает информационные услуги по сбору, обработке и структурированию материалов в соответствии с требованиями заказчика.
Размещение материала не означает публикацию произведения впервые и не предполагает передачу исключительных авторских прав третьим лицам.
Материал не предназначен для дословной сдачи в образовательные организации и требует самостоятельной переработки с соблюдением законодательства Российской Федерации об авторском праве и принципов академической добросовестности.
Авторские права на исходные материалы принадлежат их законным правообладателям. В случае возникновения вопросов, связанных с размещённым материалом, просим направить обращение через форму обратной связи.
Настоящий учебно-методический информационный материал размещён в ознакомительных и исследовательских целях и представляет собой пример учебного исследования. Не является готовым научным трудом и требует самостоятельной переработки.
📋 Содержание
ВВЕДЕНИЕ 4
1. Государство и бизнес в сфере частно-правовых отношений 9
1.1 Потенциал частного права как противовес публично-правовому давлению на бизнес 9
1.2. Проблемы определения отношений аффилированности 20
1.3. Обязательное саморегулирование как частноправовой институт
организации бизнеса 39
2. Субъекты оказания публичных услуг 49
2.1. Субъекты, оказывающие публичные услуги 49
2.2. Ответственность субъектов управления, оказывающие публичные услуги 62
3. Ответственность бизнеса в рамках возникновения обязательств 72
3.2. Юридико-фактические основания возникновения обязательств по
возмещению имущественного и компенсации морального вреда, причиненного незаконными актами публичной власти 88
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 95
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 97
1. Государство и бизнес в сфере частно-правовых отношений 9
1.1 Потенциал частного права как противовес публично-правовому давлению на бизнес 9
1.2. Проблемы определения отношений аффилированности 20
1.3. Обязательное саморегулирование как частноправовой институт
организации бизнеса 39
2. Субъекты оказания публичных услуг 49
2.1. Субъекты, оказывающие публичные услуги 49
2.2. Ответственность субъектов управления, оказывающие публичные услуги 62
3. Ответственность бизнеса в рамках возникновения обязательств 72
3.2. Юридико-фактические основания возникновения обязательств по
возмещению имущественного и компенсации морального вреда, причиненного незаконными актами публичной власти 88
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 95
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 97
📖 Введение
Об актуальности темы настоящей выпускной квалификационной работы свидетельствует, в первую очередь то, что в настоящее время практически общепризнанным является тот факт, что правовая система России является неэффективной и не отвечающей современным требованиям. По мнению Министра экономического развития А. Улюкаева, нагрузка на бизнес только возрастает, количество регулятивных предписаний превышает все разумные пределы, активность инвесторов слабеет. Систему регулирования Улюкаев А. сравнил с гидрой, у которой на месте отрубленной головы вырастают три новые. Нормы становятся более изощренными, операционные нагрузки для бизнеса растут1. Излишние административные барьеры, бессистемное принятие законов и многочисленных подзаконных актов, коррупционные факторы, множество разрешительных процедур, антимонопольный контроль - далеко не единственные причины утраты российскими рынками инвестиционной привлекательности. Помимо публично-правовых методов регулирования и административной практики негативное влияние на бизнес оказывает и судебная система, не способная обеспечить единообразную и стабильную практику принятия решений по различным вопросам, связанным с осуществлением предпринимательской деятельности. Устранению этой проблемы посвящена очередная судебная реформа, призванная объединить Верховный Суд и Высший Арбитражный Суд РФ путем создания единого Верховного Суда . Есть большие сомнения, что и эта реформа приведет к положительным результатам.
В таких условиях возрастает регулятивная функция частного права, являющегося правовой основой для ведения бизнеса. Переход от командно-административной к рыночной системе регулирования экономических процессов, начавшийся на заре постсоветского периода, ознаменовался принятием нового ГК РФ, составляющего фундамент частного права. Провозглашенные им принципы равенства, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела создали условия для развития в России предпринимательства, понятие которого также появилось в Гражданском кодексе РФ.
Казалось бы, в условиях существенной публично-правовой нагрузки на предпринимательскую деятельность новое и достаточно прогрессивное частное право должно компенсировать большинство издержек административного давления на бизнес и давать предпринимателям необходимую степень рыночной свободы. Однако, к сожалению, этого не происходит, и государство фактически оказывает негативное влияние и на эту сферу общественных отношений.
Даже в ГК РФ потенциал частного права оказался раскрытым недостаточно. В гражданских законах остается слишком много императивных норм, которые регулируют типичные частноправовые отношения. Стерлись границы между частным и публичным для государственных органов, которые продолжают вмешиваться в частные дела путем привнесения элементов публично-правового регулирования в гражданские правоотношения. В результате ГК РФ и гражданское законодательство в целом оказались неспособными противостоять административному наступлению государства на бизнес.
Степень изученности данной проблематики достаточно широка,однако наиболее информативными являются работы Габова А.В. о взаимодействии государства и бизнеса в правовой сфере , включающие описание основных барьеров и сложностей, а также путей их возможного преодоления ;работы Барсуковой О.Е.1 об институте саморегулирования как способе снижения бремени государственного регулирования бизнеса, а также работа Шишкина С.Н. о предпринимательско-правовых основах государственного регулирования экономики, в которой дается подробное описание деятельности государства не только так коородинирующего и контролирующего органа,но и как источник поддержки предпринимательства.
В судебной и административной практике последних лет проявляется тенденция ограничительного толкования и применения гражданско-правовых норм и институтов, при этом публичные интересы превалируют. Даже такой основополагающий принцип гражданского права, как свобода договора, на практике пытаются толковать исходя из принципа "Все, что прямо не разрешено законом, запрещено".
В судебной практике наметился "императивный" уклон в толковании и применении норм частного права. Например, определяя соотношение императивных и диспозитивных гражданско-правовых норм, Высший Арбитражный Суд (далее - ВАС РФ) исходит из того, что императивными являются не только нормы, которые содержат явно выраженный запрет на установление сторонами условий договора, отличающихся от правила соответствующей нормы, но и те нормы, императивность которых "вытекает" из других обстоятельств.
Так, в п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014 г. N 16 "О свободе договора и ее пределах" предлагается следующий подход к определению того, является та или иная норма императивной или диспозитивной.
Мотивы толкования нормы ВАС РФ в данном конкретном случае являются понятными. Однако при этом нельзя забывать, что в законодательстве есть масса подобных примеров, когда "императивное" толкование различных диспозитивных по форме норм не столь очевидно. В этих условиях весьма сомнительным представляется подход ВАС РФ, предлагающего установить общее правило об ограничительном толковании диспозитивных норм и тем самым пренебречь правилами буквального толкования закона, конституционным принципом правовой определенности и принципом свободы договора, прямо закрепленным в ГК РФ.
Так, если бы соответствующая норма в приведенном толковании была изложена понятным языком, то в ней прямо было бы написано не "если иное не предусмотрено договором о залоге", а "если договором о залоге не предусмотрена начальная цена в большем размере". Однако буквальный текст закона содержит формулировку "если иное не предусмотрено договором о залоге" и не содержит каких-либо явно выраженных ограничений на установление договором о залоге любой иной начальной цены.
Кроме того, приведенное толкование, на мой взгляд, грубо нарушает требование определенности правовых норм, на необходимость соблюдения которого неоднократно указывал Конституционный Суд РФ. Так, в п. 4 Постановления Конституционного Суда РФ от 27 мая 2003 г. N 9-П отмечается, что "в силу конституционного принципа равенства всех перед законом и судом (статья 19, часть 1 Конституции Российской Федерации) запреты и иные установления, закрепляемые в законе, должны быть определенными, ясными, недвусмысленными. Неопределенность содержания правовой нормы допускает возможность неограниченного усмотрения в процессе правоприменения и тем самым - нарушения принципа равенства, а также принципа верховенства закона".
Наконец, принципы свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела установлены в ст. 1 ГК РФ в качестве основных начал гражданского законодательства. Для того чтобы пренебречь этими принципами при толковании диспозитивной нормы, не содержащей никаких явно выраженных ограничений, ради "недопущения грубого нарушении баланса интересов сторон", "целей законодательного регулирования", "защиты особо значимых охраняемых законом интересов (интересов слабой стороны договора, третьих лиц, публичных интересов и т.д.)", "существа законодательного регулирования", указанные основания, на наш взгляд, как минимум должны быть нормативно определены в качестве либо принципов гражданского права, либо законных оснований ограничения принципа свободы договора, что в законодательстве на сегодняшний день отсутствует. В результате получается, что ВАС РФ ориентирует суды на ограничительное применение принципа свободы договора по основаниям, не предусмотренным законом и во многом являющимся предметом произвольного судейского усмотрения.
Объектом исследования является комплекс общественных отношений, складывающихся в рамках административных отношений публичных органов власти и бизнеса.
Предметом исследования являются конфликты правового характера в публично-правовых отношениях.
Целью исследования является формирование целостного научного представления о правовой природе юридических конфликтов, возникающих между государством и предпринимателем.
Для достижения указанной цели необходимо решить следующие задачи:
- исследовать государство и бизнес в сфере частно-правовых отношений;
- изучить проблемы определения отношений аффилированности;
- рассмотреть саморегулирование как частноправовой институт организации бизнеса;
- описать субъекты оказания публичных услуг;
- изучить ответственность субъектов управления,оказывающие публичные услуги
- рассмотреть ответственность бизнеса в рамках возникновения обязательств;
- исследовать юридико-фактические основания возникновения обязательств по возмещению имущественного и компенсации морального вреда, причиненными незаконными актами публичной власти
Структура работы обусловлена целью и задачами исследования и включает в себя введение, три главы, объединяющих семь параграфов, заключение и список использованной литературы.
В таких условиях возрастает регулятивная функция частного права, являющегося правовой основой для ведения бизнеса. Переход от командно-административной к рыночной системе регулирования экономических процессов, начавшийся на заре постсоветского периода, ознаменовался принятием нового ГК РФ, составляющего фундамент частного права. Провозглашенные им принципы равенства, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела создали условия для развития в России предпринимательства, понятие которого также появилось в Гражданском кодексе РФ.
Казалось бы, в условиях существенной публично-правовой нагрузки на предпринимательскую деятельность новое и достаточно прогрессивное частное право должно компенсировать большинство издержек административного давления на бизнес и давать предпринимателям необходимую степень рыночной свободы. Однако, к сожалению, этого не происходит, и государство фактически оказывает негативное влияние и на эту сферу общественных отношений.
Даже в ГК РФ потенциал частного права оказался раскрытым недостаточно. В гражданских законах остается слишком много императивных норм, которые регулируют типичные частноправовые отношения. Стерлись границы между частным и публичным для государственных органов, которые продолжают вмешиваться в частные дела путем привнесения элементов публично-правового регулирования в гражданские правоотношения. В результате ГК РФ и гражданское законодательство в целом оказались неспособными противостоять административному наступлению государства на бизнес.
Степень изученности данной проблематики достаточно широка,однако наиболее информативными являются работы Габова А.В. о взаимодействии государства и бизнеса в правовой сфере , включающие описание основных барьеров и сложностей, а также путей их возможного преодоления ;работы Барсуковой О.Е.1 об институте саморегулирования как способе снижения бремени государственного регулирования бизнеса, а также работа Шишкина С.Н. о предпринимательско-правовых основах государственного регулирования экономики, в которой дается подробное описание деятельности государства не только так коородинирующего и контролирующего органа,но и как источник поддержки предпринимательства.
В судебной и административной практике последних лет проявляется тенденция ограничительного толкования и применения гражданско-правовых норм и институтов, при этом публичные интересы превалируют. Даже такой основополагающий принцип гражданского права, как свобода договора, на практике пытаются толковать исходя из принципа "Все, что прямо не разрешено законом, запрещено".
В судебной практике наметился "императивный" уклон в толковании и применении норм частного права. Например, определяя соотношение императивных и диспозитивных гражданско-правовых норм, Высший Арбитражный Суд (далее - ВАС РФ) исходит из того, что императивными являются не только нормы, которые содержат явно выраженный запрет на установление сторонами условий договора, отличающихся от правила соответствующей нормы, но и те нормы, императивность которых "вытекает" из других обстоятельств.
Так, в п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014 г. N 16 "О свободе договора и ее пределах" предлагается следующий подход к определению того, является та или иная норма императивной или диспозитивной.
Мотивы толкования нормы ВАС РФ в данном конкретном случае являются понятными. Однако при этом нельзя забывать, что в законодательстве есть масса подобных примеров, когда "императивное" толкование различных диспозитивных по форме норм не столь очевидно. В этих условиях весьма сомнительным представляется подход ВАС РФ, предлагающего установить общее правило об ограничительном толковании диспозитивных норм и тем самым пренебречь правилами буквального толкования закона, конституционным принципом правовой определенности и принципом свободы договора, прямо закрепленным в ГК РФ.
Так, если бы соответствующая норма в приведенном толковании была изложена понятным языком, то в ней прямо было бы написано не "если иное не предусмотрено договором о залоге", а "если договором о залоге не предусмотрена начальная цена в большем размере". Однако буквальный текст закона содержит формулировку "если иное не предусмотрено договором о залоге" и не содержит каких-либо явно выраженных ограничений на установление договором о залоге любой иной начальной цены.
Кроме того, приведенное толкование, на мой взгляд, грубо нарушает требование определенности правовых норм, на необходимость соблюдения которого неоднократно указывал Конституционный Суд РФ. Так, в п. 4 Постановления Конституционного Суда РФ от 27 мая 2003 г. N 9-П отмечается, что "в силу конституционного принципа равенства всех перед законом и судом (статья 19, часть 1 Конституции Российской Федерации) запреты и иные установления, закрепляемые в законе, должны быть определенными, ясными, недвусмысленными. Неопределенность содержания правовой нормы допускает возможность неограниченного усмотрения в процессе правоприменения и тем самым - нарушения принципа равенства, а также принципа верховенства закона".
Наконец, принципы свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела установлены в ст. 1 ГК РФ в качестве основных начал гражданского законодательства. Для того чтобы пренебречь этими принципами при толковании диспозитивной нормы, не содержащей никаких явно выраженных ограничений, ради "недопущения грубого нарушении баланса интересов сторон", "целей законодательного регулирования", "защиты особо значимых охраняемых законом интересов (интересов слабой стороны договора, третьих лиц, публичных интересов и т.д.)", "существа законодательного регулирования", указанные основания, на наш взгляд, как минимум должны быть нормативно определены в качестве либо принципов гражданского права, либо законных оснований ограничения принципа свободы договора, что в законодательстве на сегодняшний день отсутствует. В результате получается, что ВАС РФ ориентирует суды на ограничительное применение принципа свободы договора по основаниям, не предусмотренным законом и во многом являющимся предметом произвольного судейского усмотрения.
Объектом исследования является комплекс общественных отношений, складывающихся в рамках административных отношений публичных органов власти и бизнеса.
Предметом исследования являются конфликты правового характера в публично-правовых отношениях.
Целью исследования является формирование целостного научного представления о правовой природе юридических конфликтов, возникающих между государством и предпринимателем.
Для достижения указанной цели необходимо решить следующие задачи:
- исследовать государство и бизнес в сфере частно-правовых отношений;
- изучить проблемы определения отношений аффилированности;
- рассмотреть саморегулирование как частноправовой институт организации бизнеса;
- описать субъекты оказания публичных услуг;
- изучить ответственность субъектов управления,оказывающие публичные услуги
- рассмотреть ответственность бизнеса в рамках возникновения обязательств;
- исследовать юридико-фактические основания возникновения обязательств по возмещению имущественного и компенсации морального вреда, причиненными незаконными актами публичной власти
Структура работы обусловлена целью и задачами исследования и включает в себя введение, три главы, объединяющих семь параграфов, заключение и список использованной литературы.
✅ Заключение
Проведенное исследование позволило нам прийти к определенным выводам и отметить следующее:
1. Юридико-фактическим основанием возникновения обязательств по компенсации морального вреда в порядке ст. ст. 13, 16, 151, 1069, 1099 ГК РФ выступает юридический состав, включающий в себя два факта: 1) правонарушение, т.е. противоправное вредоносное деяние причинителя вреда, связанное с реализацией им публичной власти (незаконный акт публичной власти); 2) решение суда о возложении обязанности по компенсации морального вреда на указанное в законе лицо (Россию, субъекты РФ или муниципальные образования).
2. В случае, когда моральный вред причинен перечисленными в п. 1 ст.
1070 ГК РФ и п.п. 5 п. 2, п. 3 ст. 133 УПК РФ действиями, для становления в порядке этих норм, во взаимодействии со ст. ст. 151, 1099, 1100 ГК,
обязательств по его компенсации необходимо три юридических факта: 1) противоправное вредоносное деяние причинителя вреда, выраженное в указанных названными нормами права формах акта, независимо от того, реализован он реально или нет; 2) процессуальный акт, указанный в п. п. 2, 3 ст. 133 УПК РФ и п.п. 3 п. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, аннулирующий юридическую силу того акта следственных и судебных органов (их должностных лиц), вследствие принятия которого потерпевшему был причинен вред (акт реабилитации), и 3) решение суда о возложении обязанности по компенсации морального вреда на указанное в законе лицо (Россию, субъекты РФ или муниципальные образования). Одновременно возникает вопрос, почему в фактическое основание возникновения обязательств по возмещению имущественного вреда, причиненного незаконными актами власти, не включено решение суда о возложении обязанности по его возмещению на Россию, субъекты РФ или муниципальные образования, притом, что в силу иммунитета бюджетов бюджетной системы России (ст. 239 БК РФ) как возмещение, так и компенсация вреда в этих ситуациях может осуществляться только на основании решения суда в порядке главы 24.1 БК РФ. Ничего удивительного в этом нет, так как юридическая значимость судебного решения в данных ситуациях различна.
3. В случае причинения имущественного вреда решение суда, являясь по своей правовой природе актом о присуждении, соединенным с защитой личного права потерпевшего, сводится к обеспечению ему реализации этого права и осуществлению контроля за расходованием средств казны публично-правовых образований. Применительно к причинению морального вреда оно, согласно ст. 151 ГК РФ, выступает в качестве материального юридического факта правообразующего характера становления обязательств его компенсации. До его принятия указанных обязательств как таковых не существует. Это указывает на то, что процесс эволюции фактического состава сопровождается весьма сложным взаимодействием материальных и юридических отношений. Юридическая связь побуждает к развитию фактическую основу состава, а накопление очередного факта влечет дальнейшее развертывание юридических связей. Поэтому в данном случае судебный акт, сохраняя черты декларативного решения, включает в себя и конститутивные аспекты.
1. Юридико-фактическим основанием возникновения обязательств по компенсации морального вреда в порядке ст. ст. 13, 16, 151, 1069, 1099 ГК РФ выступает юридический состав, включающий в себя два факта: 1) правонарушение, т.е. противоправное вредоносное деяние причинителя вреда, связанное с реализацией им публичной власти (незаконный акт публичной власти); 2) решение суда о возложении обязанности по компенсации морального вреда на указанное в законе лицо (Россию, субъекты РФ или муниципальные образования).
2. В случае, когда моральный вред причинен перечисленными в п. 1 ст.
1070 ГК РФ и п.п. 5 п. 2, п. 3 ст. 133 УПК РФ действиями, для становления в порядке этих норм, во взаимодействии со ст. ст. 151, 1099, 1100 ГК,
обязательств по его компенсации необходимо три юридических факта: 1) противоправное вредоносное деяние причинителя вреда, выраженное в указанных названными нормами права формах акта, независимо от того, реализован он реально или нет; 2) процессуальный акт, указанный в п. п. 2, 3 ст. 133 УПК РФ и п.п. 3 п. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, аннулирующий юридическую силу того акта следственных и судебных органов (их должностных лиц), вследствие принятия которого потерпевшему был причинен вред (акт реабилитации), и 3) решение суда о возложении обязанности по компенсации морального вреда на указанное в законе лицо (Россию, субъекты РФ или муниципальные образования). Одновременно возникает вопрос, почему в фактическое основание возникновения обязательств по возмещению имущественного вреда, причиненного незаконными актами власти, не включено решение суда о возложении обязанности по его возмещению на Россию, субъекты РФ или муниципальные образования, притом, что в силу иммунитета бюджетов бюджетной системы России (ст. 239 БК РФ) как возмещение, так и компенсация вреда в этих ситуациях может осуществляться только на основании решения суда в порядке главы 24.1 БК РФ. Ничего удивительного в этом нет, так как юридическая значимость судебного решения в данных ситуациях различна.
3. В случае причинения имущественного вреда решение суда, являясь по своей правовой природе актом о присуждении, соединенным с защитой личного права потерпевшего, сводится к обеспечению ему реализации этого права и осуществлению контроля за расходованием средств казны публично-правовых образований. Применительно к причинению морального вреда оно, согласно ст. 151 ГК РФ, выступает в качестве материального юридического факта правообразующего характера становления обязательств его компенсации. До его принятия указанных обязательств как таковых не существует. Это указывает на то, что процесс эволюции фактического состава сопровождается весьма сложным взаимодействием материальных и юридических отношений. Юридическая связь побуждает к развитию фактическую основу состава, а накопление очередного факта влечет дальнейшее развертывание юридических связей. Поэтому в данном случае судебный акт, сохраняя черты декларативного решения, включает в себя и конститутивные аспекты.
ИЛИ
Поиск аналога
📕 Список литературы
🛒 Оформить заказ
⚡ Работу высылаем в течении 5 минут после оплаты.