Помощь студентам в учебе
ФИЛОСОФСКАЯ ТЕОЛОГИЯ ДЕКАРТА В РОССИЙСКОЙ ИСТОРИКО- ФИЛОСОФСКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ 18 - 20 ВВ.
|
Введение 3
Глава первая. Место и роль понятия Бога в философии Декарта 11
# 1. Понятие “философской теологии” применительно к философии Декарта 11
# 2. От проблемы достоверности к понятию Бога. Доказательства бытия Бога 15
# 3. Функции понятия Бога в декартовом философском учении 20
# 4. Специфика декартовской концепции Бога 30
Глава вторая. Рассмотрение богопонимания Декарта в российской историко-философской литературе до середины 1920-х гг. 36
# 1. “ Теологизаторская” тенденция 48
# 2. “ Рационализаторская” тенденция 66
Глава третья. Картезианская теология в трактовке советских декартоведов 77
# 1. Советское декартоведение с середины 20- х по середину 50- х гг. 81
# 2. Советское декартоведение середины 50- х — первой половины 80-х гг 104
Глава четвертая. Отечественное декартоведение конца 1980-х — начала 2000-х годов о картезианской теологии 125
# 1. Общее развитие отечественного декартоведения ..126
# 2. Исследование философской теологии Декарта 131
Заключение 154
Список литературы
Глава первая. Место и роль понятия Бога в философии Декарта 11
# 1. Понятие “философской теологии” применительно к философии Декарта 11
# 2. От проблемы достоверности к понятию Бога. Доказательства бытия Бога 15
# 3. Функции понятия Бога в декартовом философском учении 20
# 4. Специфика декартовской концепции Бога 30
Глава вторая. Рассмотрение богопонимания Декарта в российской историко-философской литературе до середины 1920-х гг. 36
# 1. “ Теологизаторская” тенденция 48
# 2. “ Рационализаторская” тенденция 66
Глава третья. Картезианская теология в трактовке советских декартоведов 77
# 1. Советское декартоведение с середины 20- х по середину 50- х гг. 81
# 2. Советское декартоведение середины 50- х — первой половины 80-х гг 104
Глава четвертая. Отечественное декартоведение конца 1980-х — начала 2000-х годов о картезианской теологии 125
# 1. Общее развитие отечественного декартоведения ..126
# 2. Исследование философской теологии Декарта 131
Заключение 154
Список литературы
В отечественной историко-философской науке последнего десятилетия очевидна тенденция к объективности анализа философских учений, его независимости от какой-либо идеологии. Это можно наблюдать на примере изучения в России философской системы Рене Декарта (1596-1650). Историки философии второй и третьей четвертей ХХ в. ставили на первое место физику и рационалистический метод Декарта, считая метафизику и один из ее существенных разделов — учение о Боге — если не просто данью имевшей во времена Декарта официальный статус христианской религии “поклоном в сторону консистории”, то, по крайней мере, следствием несовершенства картезианской механистической физики. В историко-философской науке же последних лет (работы В.В. Соколова, М.А. Гарнцева и других ученых) философская система Декарта осмысливается в ее цельности, и теология справедливо понимается как краеугольный камень не только метафизики, но и всего картезианского учения.
Последнее десятилетие ХХ в. отмечено также возрастанием интереса к отечественной философской мысли прошлого, в том числе историко¬философской. Исследование картезианства занимает не последнее место в ее рамках. Имена А.И. Введенского, С.О. Грузенберга, Н.А. Любимова вписаны золотыми буквами в историю российского декартоведения. Эти ученые, а равно другие авторы работ о Декарте конца XIX — начала XX вв. стремились к объективному рассмотрению картезианства, но были вынуждены оглядываться на узаконенную в царской России идеологию православия, что выражалось в подчеркивании религиозных аспектов учения Декарта. В силу последнего обстоятельства декартоведение указанного периода рассматривалось в российской историко-философской литературе советского периода весьма недостаточно.
Учение о Боге, как уже отмечалось, играет важную роль в метафизике Декарта, а через нее — всей картезианской философии, так как именно оно дает Декарту возможность решения проблемы достоверности человеческого знания. Цель настоящей работы — изучить трактовку этого учения в отечественной историко-философской литературе, начиная с конца XIX века (первый основательный труд о Декарте вышел в 1886 г. — это работа Н.А. Любимова “Философия Декарта” с полным переводом декартова “Рассуждения о методе”) и до наших дней.
Степень разработанности темы
Целый ряд отечественных декартоведов посвящали свои работы исследованию вопросов, связанных с проблематикой философской теологии Декарта (в их числе можно назвать С. Моложавого, И. Маркова, В.В. Соколова и др.). Кроме того, в последнее время появились работы А.И. Абрамова, Г.Г. Судьина, А.Ф. Замалеева и Н.В. Мотрошиловой, посвященные вопросам предыстории и истории отечественного декартоведения.
А.И. Абрамов исследует отношение, в котором находилась русская культура XVIII-XIX вв. (по преимуществу философская) к Декарту и его системе. Он упоминает о фактах знакомства с философией Декарта преподавателей духовных академий XVIII и XIX в., а также русских философов различных направлений конца XIX в. (В.С. Соловьева, Л.М. Лопатина, Н.А. Умова, В.Я. Грота).
Г.Г. Судьин пытается дать краткий очерк историко-философских и историко-культурных фактов, которые подпадают под рубрику “Декарт в России” . Он приводит высказывания о Декарте М.В. Ломоносова, А.И. Радищева, наставника будущего императора Павла I , А.С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, В.Г. Белинского, Ф.М. Достоевского и Л.Н. Толстого . Кроме того, Судьин упоминает о начале философского исследования Декарта — о первой русской работе о Декарте Н.А. Любимова и о заседании Психологического общества, посвященного трехсотлетнему юбилею рождения Декарта .
Работа А.Ф. Замалеева отличается от нее более концептуальным подходом . Замалеев стремится проанализировать причины, по которым в России себе находили последователей самые различные философские школы Запада, но: “Не было только картезианства, хотя основатель этого направления всегда стоял в самом верхнем ряду нашего интеллектуального иконостаса” . Для ответа на этот вопрос исследуются высказывания и суждения о Декарте М.В. Ломоносова, А.И. Герцена, П.Д. Юркевича и В.С. Соловьева, причем основной упор делается на их отношение к декартовскому Cogito . В стремлении оттолкнуться от системы Декарта именно по этому вопросу Замалеев видит один из источников русского реализма и философии всеединства.
Как и Замалеев, Н.В Мотрошилова рассматривает связи между философией Декарта и русской философией . Мотрошилова отмечает как существенный факт, что “в России Серебряного века, по существу, не было ни одного философа, который не определил бы своего отношения к философии Декарта” . При этом “происходил заинтересованный, ... страстный заочный диалог с великим французским мыслителем”. Русские философы видели свою задачу в преобразовании философии на иных, чем западноевропейские, философских основаниях., поэтому “размежевание с идеями родоначальника этой философии, Рене Декарта, приобретало принципиальный характер, и выходило за рамки конкретного историко-философского спора” . В ранних работах В. Соловьев использует декартовскую философию как пример абстракции начал, характерной для западноевропейской метафизики, позднее, в “Теоретической философии” критикует Декарта в целях утверждения бессубъектного основания философии, признавая необходимость достоверности, но отрицая достоверность за трансцендентальным субъектом. С.Л. Франк размежевывается с Декартом по 4 линиям: 1) принимая декартовскую концепцию сомнения и идею достоверности cogito, преобразует трансценденталистско-субъективистские основания картезианства путем онтологической критики сознания; 2) переходит от крайнего рационализма к “мягкому”, сочетавшемуся с метафизикой непостижимого; 3) противопоставляет имплицитному картезианскому индивидуализму “соборный персонализм”; 4) Как замечает Н.В. Мотрошилова, вообще в русской традиции имеет место отрицательное отношение именно к философской теологии Декарта: “Русские мыслители не отрицают того, что Декарт был глубоко религиозным человеком и что в его размышлениях проблеме Бога отведена важная роль. Однако отношение русских мыслителей Серебряного века к Картезиеву философскому Богу сугубо негативное” . От обычной для Серебряного века точки зрения выгодно отличается мнение по этому вопросу С.Л. Франка: “Он высоко оценивает онтологическое доказательство Бога и даже видит в нем “единственное философское рассуждение”, верно идущее к цели. Однако и Франк скорее примыкает к “экзистенциальному” ходу мысли Бонавентуры и особенно Николая Кузанского, чем к “холодному” рационалистическому рассуждению о Боге Рене Декарта” .
Однако существенным пробелом в развитии отечественного декартоведения остается то, что в России нет ни одной работы, посвященной истории освещения философской теологии Декарта в России. Заполнить этот пробел — задача настоящей работы.
Цель и задачи исследования
Снятие идеологических ограничений в отечественной историко¬философской науке с конца 80-х гг. ставит перед исследователями проблему ориентации в философской проблематике. В этом плане крайне важными становятся два направления исследования:
1) Изучение классической европейской философии, причем изучение ее сызнова, на новых (и прежде всего неидеологических) основаниях. Такого рода исследование поможет обновить и самое философию в ее концептуальном аппарате;
2) Изучение истории отечественной философии и, в том числе, отечественной историко-философской традиции. Безусловно, подведение итогов в этой области способно, с одной стороны, открыть пути и возможности для будущего развития и, с другой стороны, предостеречь от некоторых тупиковых решений.
Ясно, что два этих направления не только пересекаются, но и работают друг на друга. В этой связи освещение любой историко-философской персоналии, а тем более — такой крупной фигуры, как Декарт. Поэтому целью настоящей работы будет исследование философской теологии Декарта через посредство традиции отечественного декартоведения.
В этом исследовании мы ставим себе следующие задачи:
1) обзор истории отечественного декартоведения;
2) анализ исследований по философской теологии Декарта в отечественном декартоведении;
3) опыт периодизации развития отечественного декартоведения;
4) исследования различных тенденций, существовавших в отечественном декартоведении и исследовании философской теологии Рене Декарта;
5) набросок исследования причин возникновения таких тенденций, как идеологических, так и философских и общекультурных.
Научная новизна
В диссертации впервые становится предметом исследования и анализа освещение такой специфической теории в составе философии Декарта, как его философская теология, в отечественной истории философии, а именно — в отечественном декартоведении.
Методами исследования являются метод сравнительного историко-философского анализа, а также метод анализа исторического и культурного контекста.
Теоретическая и практическая значимость работы
В данной диссертации предпринята попытка описания и анализа истории историко-философских исследований конкретной проблемы — проблемы идеи Бога в философии Декарта. Она может послужить стимулом для дальнейших исследований как философии Декарта (декартоведения), так и исследований в области истории историко-философской науки.
Данное диссертационное исследование может быть использовано при чтении курсов по истории западной философии XVII в., а также по истории русской философии и культуры.
Последнее десятилетие ХХ в. отмечено также возрастанием интереса к отечественной философской мысли прошлого, в том числе историко¬философской. Исследование картезианства занимает не последнее место в ее рамках. Имена А.И. Введенского, С.О. Грузенберга, Н.А. Любимова вписаны золотыми буквами в историю российского декартоведения. Эти ученые, а равно другие авторы работ о Декарте конца XIX — начала XX вв. стремились к объективному рассмотрению картезианства, но были вынуждены оглядываться на узаконенную в царской России идеологию православия, что выражалось в подчеркивании религиозных аспектов учения Декарта. В силу последнего обстоятельства декартоведение указанного периода рассматривалось в российской историко-философской литературе советского периода весьма недостаточно.
Учение о Боге, как уже отмечалось, играет важную роль в метафизике Декарта, а через нее — всей картезианской философии, так как именно оно дает Декарту возможность решения проблемы достоверности человеческого знания. Цель настоящей работы — изучить трактовку этого учения в отечественной историко-философской литературе, начиная с конца XIX века (первый основательный труд о Декарте вышел в 1886 г. — это работа Н.А. Любимова “Философия Декарта” с полным переводом декартова “Рассуждения о методе”) и до наших дней.
Степень разработанности темы
Целый ряд отечественных декартоведов посвящали свои работы исследованию вопросов, связанных с проблематикой философской теологии Декарта (в их числе можно назвать С. Моложавого, И. Маркова, В.В. Соколова и др.). Кроме того, в последнее время появились работы А.И. Абрамова, Г.Г. Судьина, А.Ф. Замалеева и Н.В. Мотрошиловой, посвященные вопросам предыстории и истории отечественного декартоведения.
А.И. Абрамов исследует отношение, в котором находилась русская культура XVIII-XIX вв. (по преимуществу философская) к Декарту и его системе. Он упоминает о фактах знакомства с философией Декарта преподавателей духовных академий XVIII и XIX в., а также русских философов различных направлений конца XIX в. (В.С. Соловьева, Л.М. Лопатина, Н.А. Умова, В.Я. Грота).
Г.Г. Судьин пытается дать краткий очерк историко-философских и историко-культурных фактов, которые подпадают под рубрику “Декарт в России” . Он приводит высказывания о Декарте М.В. Ломоносова, А.И. Радищева, наставника будущего императора Павла I , А.С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, В.Г. Белинского, Ф.М. Достоевского и Л.Н. Толстого . Кроме того, Судьин упоминает о начале философского исследования Декарта — о первой русской работе о Декарте Н.А. Любимова и о заседании Психологического общества, посвященного трехсотлетнему юбилею рождения Декарта .
Работа А.Ф. Замалеева отличается от нее более концептуальным подходом . Замалеев стремится проанализировать причины, по которым в России себе находили последователей самые различные философские школы Запада, но: “Не было только картезианства, хотя основатель этого направления всегда стоял в самом верхнем ряду нашего интеллектуального иконостаса” . Для ответа на этот вопрос исследуются высказывания и суждения о Декарте М.В. Ломоносова, А.И. Герцена, П.Д. Юркевича и В.С. Соловьева, причем основной упор делается на их отношение к декартовскому Cogito . В стремлении оттолкнуться от системы Декарта именно по этому вопросу Замалеев видит один из источников русского реализма и философии всеединства.
Как и Замалеев, Н.В Мотрошилова рассматривает связи между философией Декарта и русской философией . Мотрошилова отмечает как существенный факт, что “в России Серебряного века, по существу, не было ни одного философа, который не определил бы своего отношения к философии Декарта” . При этом “происходил заинтересованный, ... страстный заочный диалог с великим французским мыслителем”. Русские философы видели свою задачу в преобразовании философии на иных, чем западноевропейские, философских основаниях., поэтому “размежевание с идеями родоначальника этой философии, Рене Декарта, приобретало принципиальный характер, и выходило за рамки конкретного историко-философского спора” . В ранних работах В. Соловьев использует декартовскую философию как пример абстракции начал, характерной для западноевропейской метафизики, позднее, в “Теоретической философии” критикует Декарта в целях утверждения бессубъектного основания философии, признавая необходимость достоверности, но отрицая достоверность за трансцендентальным субъектом. С.Л. Франк размежевывается с Декартом по 4 линиям: 1) принимая декартовскую концепцию сомнения и идею достоверности cogito, преобразует трансценденталистско-субъективистские основания картезианства путем онтологической критики сознания; 2) переходит от крайнего рационализма к “мягкому”, сочетавшемуся с метафизикой непостижимого; 3) противопоставляет имплицитному картезианскому индивидуализму “соборный персонализм”; 4) Как замечает Н.В. Мотрошилова, вообще в русской традиции имеет место отрицательное отношение именно к философской теологии Декарта: “Русские мыслители не отрицают того, что Декарт был глубоко религиозным человеком и что в его размышлениях проблеме Бога отведена важная роль. Однако отношение русских мыслителей Серебряного века к Картезиеву философскому Богу сугубо негативное” . От обычной для Серебряного века точки зрения выгодно отличается мнение по этому вопросу С.Л. Франка: “Он высоко оценивает онтологическое доказательство Бога и даже видит в нем “единственное философское рассуждение”, верно идущее к цели. Однако и Франк скорее примыкает к “экзистенциальному” ходу мысли Бонавентуры и особенно Николая Кузанского, чем к “холодному” рационалистическому рассуждению о Боге Рене Декарта” .
Однако существенным пробелом в развитии отечественного декартоведения остается то, что в России нет ни одной работы, посвященной истории освещения философской теологии Декарта в России. Заполнить этот пробел — задача настоящей работы.
Цель и задачи исследования
Снятие идеологических ограничений в отечественной историко¬философской науке с конца 80-х гг. ставит перед исследователями проблему ориентации в философской проблематике. В этом плане крайне важными становятся два направления исследования:
1) Изучение классической европейской философии, причем изучение ее сызнова, на новых (и прежде всего неидеологических) основаниях. Такого рода исследование поможет обновить и самое философию в ее концептуальном аппарате;
2) Изучение истории отечественной философии и, в том числе, отечественной историко-философской традиции. Безусловно, подведение итогов в этой области способно, с одной стороны, открыть пути и возможности для будущего развития и, с другой стороны, предостеречь от некоторых тупиковых решений.
Ясно, что два этих направления не только пересекаются, но и работают друг на друга. В этой связи освещение любой историко-философской персоналии, а тем более — такой крупной фигуры, как Декарт. Поэтому целью настоящей работы будет исследование философской теологии Декарта через посредство традиции отечественного декартоведения.
В этом исследовании мы ставим себе следующие задачи:
1) обзор истории отечественного декартоведения;
2) анализ исследований по философской теологии Декарта в отечественном декартоведении;
3) опыт периодизации развития отечественного декартоведения;
4) исследования различных тенденций, существовавших в отечественном декартоведении и исследовании философской теологии Рене Декарта;
5) набросок исследования причин возникновения таких тенденций, как идеологических, так и философских и общекультурных.
Научная новизна
В диссертации впервые становится предметом исследования и анализа освещение такой специфической теории в составе философии Декарта, как его философская теология, в отечественной истории философии, а именно — в отечественном декартоведении.
Методами исследования являются метод сравнительного историко-философского анализа, а также метод анализа исторического и культурного контекста.
Теоретическая и практическая значимость работы
В данной диссертации предпринята попытка описания и анализа истории историко-философских исследований конкретной проблемы — проблемы идеи Бога в философии Декарта. Она может послужить стимулом для дальнейших исследований как философии Декарта (декартоведения), так и исследований в области истории историко-философской науки.
Данное диссертационное исследование может быть использовано при чтении курсов по истории западной философии XVII в., а также по истории русской философии и культуры.
Взаимодействие русской культуры с мировой включает в себя как один из непременных моментов знакомство, усвоение и критику мировой философской традиции. В это смысле философия является одной из интеллектуальных вершин культуры. Знакомство русской культуры с такой величиной мировой философии, как Декарт, обогащает ее. Однако недостаточно только поверхностного и общекультурного знания о философии. Потребности русской культуры привели к возникновению в конце XIX в. отечественного декартоведения.
Развитие отечественного декартоведения в течение всего времени его существования не было ровным. Оно знало периоды спада и периоды расцвета, периоды угасания интереса к философии Декарт и периоды возрождения такого интереса. Вместе с тем нельзя сказать, чтобы оно, однажды возникнув, переставало когда-нибудь существовать. В этом — его устойчивость как дисциплины.
Одним из важных факторов развития отечественного декартоведения была идеология. Наука, и в том числе история философии в России на протяжении XIX и почти всего ХХ века находились в определенных идеологических рамках. Влияние православной и коммунистической идеологии приводило к искажению понимания картезианской философии, его перекосу в ту или иную сторону.
С конца XIX в . берет свое начало история переводов Декарта в России. Итог почти полуторавековой работы переводчиков (в их числе Н.А. Любимов, Н.Н. Сретенский, С.Ф. Васильев, С.Я. Штейнман-Топштейн и многие другие) — наличие на русском языке переводов почти всех сколько-нибудь значимых работ Декарта.
Понимание философской теологии Декарта также было связано с определенными идеологическими ограничениями и теоретическими установками. Тот факт, что господствующая идеология в России XIX — начала ХХ в. была православной, а развитие академической науки шло по пути, проложенному Просвещением, приводил к тому, что двумя основными тенденциями в развитии отечественного декартоведения становились “теологизаторская” и
“рационализаторская” . При этом представители первой преувеличивали теологический характер философской теологии Декарта, были готовы трактовать ее в качестве действительно религиозного учения (Н.А. Любимов, С. Моложавый, И.К. Марков, С. Грузенберг), а представители второй, иногда допуская определенный перекос, могли вовсе игнорировать существование у Декарта учения о Боге (В.Я. Грот, Лопатин Л.М. и др.), однако большинство из них трактовало его лишь как частный метафизический вопрос (А.И. Введенский, Н.Н. Сретенский и др.).
В советский период господствующей становится коммунистическая марксистская идеология. Соответственно двумя тенденциями эпохи становятся тенденция к “атеологизации” картезианской философии и та, которую условно можно назвать объективной (она была связана в том числе с сохранением и развитием традиции дооктябрьского декартоведения). Первая из них была наиболее значимой в 20-е гг., в 30-е гг. некоторые крайние ее позиции подвергались критике, пересматривались в сторону большей умеренности; ее ослабление началось после смерти Сталина. Тем не менее и до конца советской эпохи можно было встретить заявления, что Декарт был только материалистом, что его учение о Боге несущественно для его философии, что на самом деле он был чуть ли не атеистом и т.д. Или же, во всяком случае, метафизические вопросы считались второстепенными и неважными (работы Н. Карева, Б.Э. Быховского, С. Васильева и др.). Представители объективной тенденции стремились, напротив, показать, какова была философия Декарта на самом деле, стремились к объективности и аутентичности, к признанию равноправности всех аспектов философии Декарта; эта тенденция набирала силу в поздние советские годы (В.В.
Соколов в поздний период, В.Ф. Асмус М.А. Гарнцев, Я.А. Ляткер, М.К. Мамардашвили и др.).
Наличие этих тенденций определялось, конечно, не только наличием официально предписанной идеологии и какой-либо оппозиции ей. Определенное влияние на формирование этих тенденций оказывало и критическое и некритическое усвоение опыта западного декартоведения. Так, в частности, традиция религиозной интерпретации философской теологии Декарта получала подпитку из источника картезианской биографической традиции XVII-XVIII вв. (А. Байэ и др.). Напротив, традиция атеологизации Декартовой философской теологии восходит к противникам Декарта и картезианства XVII-XVIII вв. (критика Г.В. Лейбница и др.). Рационализация философии Декарта связана со стандартными — позитивистскими, неокантианскими, сциентистскими — интерпретациями XIX в.
Период начавшийся во второй половине 80-х гг. ХХ в. и продолжающийся и сейчас, сложнее охарактеризовать одним словом : тенденции, которые в нем возникают, еще не оформились. Тем не менее видны ресурсы развития отечественного декартоведения на новом этапе. Одним из важных факторов развития нового периода является возобновление интереса к собственно философской теологии Декарта (работы В.В. Соколова и Р.В. Котенко). Получают свое дальнейшее развитие исследование философской теологии Декарта в онтологическом плане (А.Л. Доброхотов), в плане изучение Cogito (М.А. Гарнцев) и в других планах.
Отечественное декартоведение находится на пути к дальнейшему развитию.
Развитие отечественного декартоведения в течение всего времени его существования не было ровным. Оно знало периоды спада и периоды расцвета, периоды угасания интереса к философии Декарт и периоды возрождения такого интереса. Вместе с тем нельзя сказать, чтобы оно, однажды возникнув, переставало когда-нибудь существовать. В этом — его устойчивость как дисциплины.
Одним из важных факторов развития отечественного декартоведения была идеология. Наука, и в том числе история философии в России на протяжении XIX и почти всего ХХ века находились в определенных идеологических рамках. Влияние православной и коммунистической идеологии приводило к искажению понимания картезианской философии, его перекосу в ту или иную сторону.
С конца XIX в . берет свое начало история переводов Декарта в России. Итог почти полуторавековой работы переводчиков (в их числе Н.А. Любимов, Н.Н. Сретенский, С.Ф. Васильев, С.Я. Штейнман-Топштейн и многие другие) — наличие на русском языке переводов почти всех сколько-нибудь значимых работ Декарта.
Понимание философской теологии Декарта также было связано с определенными идеологическими ограничениями и теоретическими установками. Тот факт, что господствующая идеология в России XIX — начала ХХ в. была православной, а развитие академической науки шло по пути, проложенному Просвещением, приводил к тому, что двумя основными тенденциями в развитии отечественного декартоведения становились “теологизаторская” и
“рационализаторская” . При этом представители первой преувеличивали теологический характер философской теологии Декарта, были готовы трактовать ее в качестве действительно религиозного учения (Н.А. Любимов, С. Моложавый, И.К. Марков, С. Грузенберг), а представители второй, иногда допуская определенный перекос, могли вовсе игнорировать существование у Декарта учения о Боге (В.Я. Грот, Лопатин Л.М. и др.), однако большинство из них трактовало его лишь как частный метафизический вопрос (А.И. Введенский, Н.Н. Сретенский и др.).
В советский период господствующей становится коммунистическая марксистская идеология. Соответственно двумя тенденциями эпохи становятся тенденция к “атеологизации” картезианской философии и та, которую условно можно назвать объективной (она была связана в том числе с сохранением и развитием традиции дооктябрьского декартоведения). Первая из них была наиболее значимой в 20-е гг., в 30-е гг. некоторые крайние ее позиции подвергались критике, пересматривались в сторону большей умеренности; ее ослабление началось после смерти Сталина. Тем не менее и до конца советской эпохи можно было встретить заявления, что Декарт был только материалистом, что его учение о Боге несущественно для его философии, что на самом деле он был чуть ли не атеистом и т.д. Или же, во всяком случае, метафизические вопросы считались второстепенными и неважными (работы Н. Карева, Б.Э. Быховского, С. Васильева и др.). Представители объективной тенденции стремились, напротив, показать, какова была философия Декарта на самом деле, стремились к объективности и аутентичности, к признанию равноправности всех аспектов философии Декарта; эта тенденция набирала силу в поздние советские годы (В.В.
Соколов в поздний период, В.Ф. Асмус М.А. Гарнцев, Я.А. Ляткер, М.К. Мамардашвили и др.).
Наличие этих тенденций определялось, конечно, не только наличием официально предписанной идеологии и какой-либо оппозиции ей. Определенное влияние на формирование этих тенденций оказывало и критическое и некритическое усвоение опыта западного декартоведения. Так, в частности, традиция религиозной интерпретации философской теологии Декарта получала подпитку из источника картезианской биографической традиции XVII-XVIII вв. (А. Байэ и др.). Напротив, традиция атеологизации Декартовой философской теологии восходит к противникам Декарта и картезианства XVII-XVIII вв. (критика Г.В. Лейбница и др.). Рационализация философии Декарта связана со стандартными — позитивистскими, неокантианскими, сциентистскими — интерпретациями XIX в.
Период начавшийся во второй половине 80-х гг. ХХ в. и продолжающийся и сейчас, сложнее охарактеризовать одним словом : тенденции, которые в нем возникают, еще не оформились. Тем не менее видны ресурсы развития отечественного декартоведения на новом этапе. Одним из важных факторов развития нового периода является возобновление интереса к собственно философской теологии Декарта (работы В.В. Соколова и Р.В. Котенко). Получают свое дальнейшее развитие исследование философской теологии Декарта в онтологическом плане (А.Л. Доброхотов), в плане изучение Cogito (М.А. Гарнцев) и в других планах.
Отечественное декартоведение находится на пути к дальнейшему развитию.