Тема: ОБРАЗ ЖИЗНИ БРИТАНСКОЙ ЭЛИТЫ В ТРЕТЬЕЙ ЧЕТВЕРТИ XIX ВЕКА

Актуальность темы исследования. Проблема диалога культур уже давно стала привлекать широкое внимание общественности. С течением времени ее актуальность не только сохранилась, но и заметно усилилась. От того, насколько успешно налажен межкультурный диалог, во многом зависит сближение и нормальное взаимодействие между странами.
Выход российско-британских взаимоотношений на новый качественный уровень сопровождается оживлением культурных контактов. Совместные акции научной и творческой интеллигенции, количество которых заметно возросло за последнее десятилетие, проводятся с главной целью - разрушить все еще бытующие стереотипы и предубеждения и дать объективное и более полное представление об англичанах и русских.
Современная английская культура покоится на наследии, доставшемся ей от викторианской эпохи. В это время трансформировался психологический облик англичан, многие из тех качеств, которые мы сегодня воспринимаем как типично английские, были приобретены именно в XIX в. Викторианская эпоха создала особую массовую идеологию и мифологию. Отношение к ним британцев в ХХ в. не было одинаковым. Имела место и критика первой четверти ХХ в., когда развенчивались фетиши викторианства и разоблачались его недостатки. Была и мода на викторианские вещи и викторианские ценности - так называемое викторианское возрождение послевоенного периода 1940-50-х гг., когда особенно остро ощущалась тоска по стабильности и спокойствию викторианской эпохи.
После временного спада интереса в 1980-е гг. викторианство вновь попадает в центр внимания. В 1983 г. М.Тэтчер провозгласила викторианские ценности важнейшими ценностями человечества, на которые должно ориентироваться современное британское общество. Особенно ярко высветилась популярность викторианской эпохи в 1987 г. (год 150-летия восшествия на престол королевы Виктории), когда было переиздано огромное количество работ английских авторов XIX в., вышло множество теле- и радиопередач, посвященных Виктории и ее времени. Вновь и вновь британцы обращаются к викторианскому опыту, пытаются с его помощью лучше понять сегодняшнюю жизнь, переосмысливают его ценности и идеалы.
Третья четверть XIX в. - это период существования викторианства в его символическом значении, в котором оно вошло в историю и в коллективную память англичан. Оно воплощало слияние ментальных образований, присущих аристократии и среднему классу, и его оформление самым тесным образом связано с социальным и культурными процессами, рассматриваемыми в диссертационном исследовании.
Связь социального и культурного в конце ХХ в. стала одной из центральных проблем исторической науки. Разочаровавшись в эвристическом потенциале социально-структурной истории, в первую очередь, из-за свойственной ей тенденции к дегуманизации и деперсонализации, историки начиная с 1970-80-х гг. все чаще стали обращаться к познавательной практике культурной антропологии. Но ее возможности также оказались недостаточными в связи с односторонней ориентацией на субъективное.
Возникновение новой культурной истории в 1990-е гг. стало попыткой создать объяснительную модель исторического прошлого, базирующуюся на представлении о внутренней целостности исторических явлений, на диалектическом характере взаимодействия социальной структуры, культуры и человеческой активности. Новая культурная история мыслится как синтез социальной и культурной истории, как комбинация двух познавательных стратегий. При этом в ней наблюдается явное смещение акцентов с «социальной истории культуры к культурной истории социального», что предполагает «конструирование социального бытия посредством культурной практики» (1).
В современной отечественной историографии вычленилось множество направлений новой культурной истории. Но эти направления не могут развиваться изолированно. Они соприкасаются и во многом перекрывают друг друга, поскольку сама культура есть переплетение разнообразных человеческих практик. Данное исследование затрагивает целый ряд приоритетных направлений новой культурной истории - история элит, история частной жизни, интеллектуальная история, историческая психология, гендерная история, - и в этом отношении его научная актуальность не вызывает сомнений.
Объектом настоящего исследования выступает социокультурная история Великобритании в третьей четверти XIX в.
...
Купить

В третьей четверти XIX в. национальной элитой Великобритании оставались землевладельцы. Представители дворянских фамилий доминировали в нижней палате парламента, занимали большинство министерских постов, должностей высшего ранга на государственной службе, под сильным влиянием аристократии находилась армия и англиканская церковь. В качестве пэров они оставались высшей судебной властью в стране. Местное управление и судопроизводство в сельской местности также находилось в их руках. Аристократия удерживала очень высокий социальный авторитет, ее престиж в обществе был неоспорим. К тому же сохранялась мощная экономическая база, основу которой составляло землевладение.
В то же время в отношении последнего показателя она уже не являлась единственной элитной группой. Крупные предприниматели в середине века имели не меньше прав называться экономической элитой страны. По мере роста экономического благосостояния среднего класса росли его претензии на власть и положение в обществе. В средневикторианский период аристократия продолжала проведение социальных и политических уступок среднему классу.
Одной из важных мер, принимаемых в этом отношении, являлась стратегия единения с новыми элитами - предпринимательской, научной, творческой, представителями свободных профессий и бюрократией высшего ранга. Поглощение элитных групп не было новым явлением, но с середины XIX в. оно начинает привлекать всеобщее внимание.
Это внимание обязано было прежде всего тому факту, что количество представителей среднего класса, желающих войти в высшие круги, значительно увеличилось в сравнении со столетием, прошедшим с начала Промышленной революции.
Говоря об особенностях интеграции элит в третьей четверти XIX в. следует отметить два очень важных момента. С одной стороны, в этот период возросла численность выходцев из среднего класса, в частности финансистов и торговцев, введенных в высшее общество. Новым явлением стало присутствие в нем промышленников. Ускорились также темпы признания новых людей в элитном обществе. Особенно заметным это стало на низшем уровне аристократической иерархии - в рядах земельных джентри. Лондонское светское общество оставалось менее доступным (хотя указанные тенденции наблюдались и в нем).
С другой стороны, в средневикторианский период наблюдается сокращение количества наследственных пэрских пожалований, абсолютно не использовалась практика предоставления пожизненных титулов. Даже получение рыцарских званий для предпринимателей стало более затруднительным. Это свидетельствует о том, что, признавая представителей среднего класса членами высшего общества, аристократия и джентри в то же время старались сохранить свою исключительность.
К тому же колоссальный приток желающих вынуждал дворянство осуществлять даже более строгий контроль за доступом в светские круги, чем ранее. Основными критериями, определяющими, насколько приемлемы были претенденты, являлись в меньшей степени финансовые ресурсы, а в большей - близость по духу и образу жизни к аристократии. Вот почему предпринимательские группы вливались в высшее общество значительно медленнее чиновников или представителей свободных профессий.
Но и они не рассматривались как равные в светском обществе. Здесь сохранялись отчетливые статусные градации, заметные не столько между высшим и низшим дворянством, сколько между дворянством, лицами из среднего класса, занятыми на государственной службе и в свободных профессиях, и лицами, связанными с предпринимательством. В то же время в глазах широких кругов общественности разделение между аристократией и средним классом начинало нивелироваться. Более значимым становилось новое деление - на высший и средний классы.
Тактика, которую использовали представители средних классов для того, чтобы войти в высшее общество, оставалась традиционной - покупка земли, формирование родственных и социальных связей с представителями старой элиты. Нововведением средневикторианского периода стало лишь обучение в паблик скулз, дававших своим выпускникам высокий социальный статус.
В викторианский период происходило постепенное культурное сближение аристократии и среднего класса - так называемые «аристократизация буржуазии» и «обуржуазивание аристократии». Это сближение во многом определило формирование викторианства как социокультурного явления, сочетавшего обычаи, ценности, идеалы, нормы и стереотипы, свойстенные аристократии и среднему классу. Новая элита формировала культурные образцы, которые в преломленном и трансформированном виде воспринимались представителями остальных общественных групп.
...
Купить