📄Работа №135301
Тема: Особенности регулирования внешней политики на наднациональном уровне на примере Общей внешней политики и политики безопасности Европейского союза
Тип работы
Бакалаврская работа
Предмет
международные отношения
Объем:
52 листов
Год:
2019
Просмотров:
49
4200
руб.
🛒 Купить работу
Не подходит эта работа?
Закажите новую по вашим требованиям
Узнать цену на написание
Закажите новую по вашим требованиям
Представленный материал является образцом учебного исследования, примером структуры и содержания учебного исследования по заявленной теме. Размещён исключительно в информационных и ознакомительных целях.
Workspay.ru оказывает информационные услуги по сбору, обработке и структурированию материалов в соответствии с требованиями заказчика.
Размещение материала не означает публикацию произведения впервые и не предполагает передачу исключительных авторских прав третьим лицам.
Материал не предназначен для дословной сдачи в образовательные организации и требует самостоятельной переработки с соблюдением законодательства Российской Федерации об авторском праве и принципов академической добросовестности.
Авторские права на исходные материалы принадлежат их законным правообладателям. В случае возникновения вопросов, связанных с размещённым материалом, просим направить обращение через форму обратной связи.
Настоящий учебно-методический информационный материал размещён в ознакомительных и исследовательских целях и представляет собой пример учебного исследования. Не является готовым научным трудом и требует самостоятельной переработки.
📋 Содержание
Введение 3
Глава 1. Теоретические рамки изучения ОВПБ 11
1.1 Основные подходы к изучению ОВПБ 11
1.2 Неофункционализм 15
Глава 2. Институциональная форма ОВПБ 22
2.1 Регулируя специфичное: особенности внешней политики на наднациональном уровне 22
2.2 Институционализация ОВПБ 27
Глава 3. Практическое выражение особенностей институционализации ОВПБ 32
3.1 Наднациональные институты в ОВПБ 32
3.2 Принятие решений в ОВПБ 37
Заключение 40
Список литературы и источников 43
Глава 1. Теоретические рамки изучения ОВПБ 11
1.1 Основные подходы к изучению ОВПБ 11
1.2 Неофункционализм 15
Глава 2. Институциональная форма ОВПБ 22
2.1 Регулируя специфичное: особенности внешней политики на наднациональном уровне 22
2.2 Институционализация ОВПБ 27
Глава 3. Практическое выражение особенностей институционализации ОВПБ 32
3.1 Наднациональные институты в ОВПБ 32
3.2 Принятие решений в ОВПБ 37
Заключение 40
Список литературы и источников 43
📖 Введение
Влияние Европейского союза (ЕС) распространяется далеко за его территориальные границы. У Союза есть весомая позиция по многим актуальным вопросам международной повестки—от кризиса в Венесуэле до арабо-израильского конфликта —и подкреплённые серьёзными дипломатическими, экономическими и военными возможностями экстрарегиональные амбиции. Последние вместе с усилиями по поддержанию мира и безопасности в самой Европе находят выражение в его Общей внешней политике и политике безопасности (ОВПБ). Это направление европейской внешней политики—понятия более широкого и многозначного—уникально по своей природе и представляет значительный исследовательский интерес.
Область ОВПБ считается во многом межгосударственной. Описательные эмпирические исследования обычно указывают на особое место ОВПБ в договорах, главенствующую роль Совета ЕС в принятии решений и отсутствие контроля со стороны Суда ЕС. Более глубокое представление об ОВПБ требует использования теории и даёт этим фактам интерпретацию и объяснение. На наднациональном уровне имеют место специфичные процессы, объединяющие решения, ожидания и убеждения несравнимо большого количества акторов. Важную роль в ведении политики играют европейские институты, влияние которых шире и глубже, чем можно было бы заключить из прочтения учредительных договоров. Здесь действуют свои правила, понять которые можно только в контексте развития политики. ОВПБ – это сложное явление, требующее упрощения нашего знания о нём с тем, чтобы определить его характерные черты.
Контекст интеграции играет важную роль в данном исследовании и определяет его теоретические рамки. С одной стороны, ОВПБ является направлением европейского проекта интеграции, а не изолированным явлением. С другой стороны, ОВПБ отличается от других направлений настолько, что толкает исследователей на поиск разнообразных подходов, далёких от классической теории интеграции и устоявшихся в исследовании ЕС традиций. Например, заслуживающее внимание представление об ОВПБ предлагают сторонники реализма . Политика представляет проблему suigeneris—то есть уникальности—как для теории интеграции, так и для международных отношений. Однако, в рамках первой это выражено меньше, учитываяпрямоеотношениеполитикикобщемуевропейскомупроектуиочевидноезначениеэтого для идентичности акторов.
Данная работа обращается к классике исследований ЕС – неофункционализму. Эта теория выглядит подходящим гидом по сложным меняющимся институциональным ландшафтам внешней политики ЕС. Главными пунктами данного исследования являются институциональное развитие политики и ограничения, накладываемые на акторностьв ОВПБ. Политика концептуализирована как динамично развивающееся сообщество, членов которого объединяют общие ценности и убеждения, где в определённых институциональных условиях принимаются решения по линии внешней политики и политики безопасности ЕС. Объектом исследования является ОВПБ, а предметом – институциональная форма ОВПБ.
Исследование ОВПБ требует последовательных ответов на онтологические вопросы о политике и рассмотрения процесса её развития. Согласно И. Маннерсу, для формирования международной роли ЕС важнее всего не то, что он делает или что он говорит, а чем он является . Можно представить ЕС как цельного актора в глобальном мире и сконцентрироваться на его влиянии на мировую политику – таким образом можно определить каким ЕС является актором обратным путём, то есть исходя из результатов его внешней политики. Данная же работа исследует уникальную институциональную природу ОВПБ в её внутренней динамике. За внешней политикой ЕС стоит особая логика, выражающая его историю как интеграционного проекта, общие для его членов принципы и ценности и сложная институциональная структура. «Суть дела в том, что внешняя политика ЕС реализуется как особый метод управления, принятый и разработанный внутри ЕС, который как бы опрокидывается вовне – в международную среду».
Есть положения Договора о ЕС, согласно которым функционирует ОВПБ. Но это не значит, что если в любой момент времени сделать срез политики в повседневном измерении – принимаемых решений и текущей повестки, то положения договоров объяснят происходящее, как если бы представители национальных государств в момент пересмотра договора собрались и утвердили большой план, по которому будет работать ОВПБ. Как отмечали Л. Хуге и Г. Маркс, национальные представители обычно мыслят прагматично – им важнее достигнуть общих формулировок, даже если они довольно расплывчаты, чтобы продемонстрировать достигнутый на переговорах успех . Из-за нечётко прописанных полномочий между институтами могут возникать конфликты, в разрешении которых обычно участвует Суд ЕС , юрисдикция которого почти не распространяется на область ОВПБ. Спорные, технические, операционные вопросы решаются уже по мере реальной работы в рамках политики, и большую роль здесь играют другие институты. Политики не проектируют одномоментно какие-то изменения, а скорее последние происходят постепенно и под влиянием разных факторов.
Главная мысль данного исследования: ОВПБ регулируют институты. Правовые аспекты регулирования ОВПБ представлены, в основном, описательно, так как работа опирается не столько на правовую дисциплину, сколько на международные отношения и особенно теорию интеграции. Акцент ставится на динамику развития ОВПБ, что требует объясняющей изменения теории. Например, А. Сари для анализа внешнеполитической компетенции ЕС обращается к институционализму, а П. Дж. Кардвелл использует для изучения ОВПБ институциональный конструктивисткий подход. Хотя «институты имеют значение» и в настоящей работе, теоретической основой исследования служит неофункционализм. Одним из опорных предположений теории является постепенное развитие интегративного процесса на основе институциональной динамики—как в политическом, так и в социальном измерении. Считается, что ОВПБ лежит за гранью так называемой интеграции на основе права—то есть с применением обязывающих и обеспеченных правовой санкцией норм . Изначально область вообще полагалась только на политический, а не правовой фундамент. Таким образом, в поле исследовательского интереса данной работы попадают вопросы об институтах и акторах в ОВПБ. Ответы рассматриваются в движении политики и требуют предположений об агентности, о природе и значении институтов. Таким образом можно говорить об особенностях институционализации ОВПБ.
Актуальность данной работы лежит в эмпирической и теоретической плоскостях. С практической точки зрения, работа делает предположения о закономерностях развития ОВПБ. Европейский союз сегодня переживает новый виток внутренних проблем: Брексит, тревожная ситуация вокруг верховенства права в Польше, Венгриии Румынии, рост евроскептических популистских настроений и т.д. При таких серьёзных внутренних вызовах, важно понимать, является ли ОВПБ стабильным интеграционным проектом и в каком направлении движется политика. Также, в то время как присутствие ЕС в глобальном мире обретает всё более конкретные формы, а его влияние находит отражение в делах всё большего числа акторов, его институциональная организация во многом определена Лиссабонским договором – продуктом идей и решений прошлого десятилетия. Следует обратить внимание на то, как соотносятся утверждённые этим договором положения и реальное положение дел. Например, Ж.-К. Юнкер в Белой книге 2017 г. предлагал весьма прогрессивные идеи по поводу внешней политики ЕС (главным образом, создание Европейского оборонного союза в двух из пяти предложенных сценариев), и они не требовали реформ договоров . Многое в развитии ОВПБ остаётся как бы за кадром и требует направляемого теорией исследования.
С теоретической точки зрения, делается попытка утвердить в изучении ОВПБ связанные с мышлением и сознанием переменные , идейные и ценностные факторы. Это помогает понять значение неформальных правил в ОВПБ. Исследование сочетает интерпретирующую и объясняющую работу. Актуален также и неофункционализм в исследованиях рассматриваемой области, примером чему служат концепция «неофункционального мира» применительно к практикам ЕС по поддержанию мира , ставшая ответом авторам этой концепции работа по применению теории к внешним действиям ЕС и использование логики неофункционализма на примере инициативы по наращиванию потенциала в поддержку безопасности и развития. Эти работы указывают на потребность в теоретически обоснованных предположениях о развитии ОВПБ. Настоящее исследование является попыткой внести бóльшую теоретическую целостность в изучение ОВПБ на основе теории неофункционализма.
В выборе литературы исследование обращается к раннему неофункционализму, который значим для исследования акцентом на динамику интеграционного процесса и представлен в работах Э. Б. Хааса и Л.Н. Линдберга, которых вместе с Ф. К. Шмиттером можно считать основными представителями теории. Среди более современных пропонентов теории значимы для настоящего исследования работы таких авторов, как А. СтоунСуит и У. Сандхольц, A. Нимана и Ю. Бергманна. Проблемам suigeneris и теоретизации ОВПБ, обращаясь к теории неофункционализма, также уделено внимание в исследовании внешней политики ЕС. Весомый вклад в теоретизацию ОВПБ внёс также М. Смит. Значительную важность для работы представляет правовоеизмерение ЕС. В этом отношении релевантна работа П. Дж. Кардвелла и др., написанная немного более чем через год после вступления договора в силу. Следует выделить подход к ОВПБ как к системе управления П. Дж. Кардвелла и применение концепции многоуровнего управления к внешней политике ЕС М. Смита. Правовое положение ОВПБ в общеевропейском порядке весьма полно отобразил Р. А. Вессел. Содержательно институциональные и организационные особенности европейской внешней политики приведены в работе Стрежневой и Руденковой. Полезен для работы также концепт нормативной силы, предложенный И. Маннерсом. Источниковую базу настоящего исследования составляют, в основном, учредительные договоры ЕС и вторичное законодательство, которые доступны в Официальном журнале ЕС, а также различные документы и данные, представленные на сайтах европейских институтов. Так, работа обращается к Лиссабонской редакции Договора о ЕС и Договора о функционировании ЕС, консолидированные версии которых представлены в Официальном журнале, Единому европейскому акту, а также к вторичному законодательству в виде решений Совета по линии ОВПБ, межинституциональным соглашениям и необязывающим актам – сообщениям заявлениям , докладам , предложениям , Белой книге Комиссии и Глобальной стратегии ЕС. Среди рассмотренных источников следует также отметить документы, относящиеся к Европейскому политическому сотрудничеству .
Целью исследования является выявление особенностей регулирования ОВПБ. Работа стремится раскрыть не столько содержание политики, сколько её институциональную форму. Первой задачей в этом ключе является адаптация неофункционализма для исследования ОВПБ, принимая во внимание также специфику внешней политики на наднациональном уровне как таковой. Второй задачей является попытка раскрыть институциональную природу политики и определить её характерные черты. Наконец, следует рассмотреть эмпирическое выражение особенностей институционализации ОВПБ на примере европейских институтов и принятия решений в ОВПБ. Композиционно работа разделена на три части: теоретическая, описательная и эмпирическая. Первая часть посвящена существующим подходам к изучению ОВПБ и формированию теоретической и аналитической призмы, через которую во второй части работы предлагается посмотреть на особенности ОВПБ и характерные черты правового развития политики. Третья часть содержит наблюдения о ведении политики, являющиеся эмпирическим продолжением размышлений и описательной работы первых двух частей.
Работа в объяснении интеграции в ОВПБ использует неофункционализм. В той мере, в которой выбор этой теории—дополненной конструктивистскими размышлениями—отвечает поставленной цели, исследование является дедуктивным в том смысле, что теория направляет исследование . Имеют место как описательные, так и аналитические элементы. Особое положения ОВПБ в европейской интеграции раскрыто посредством абдукции, то есть на основе наилучшего объяснения .
Под регулированием понимается создание и развитие определяющих институциональную форму ограничений для ведения внешней политики на наднациональном уровне. Примером такой политики является ОВПБ. Таким образом, речь идёт о правовых положениях, регулирующих ведение ОВПБ, а также об определяющих область социальных детерминантах. Социологическая проблематика является весьма спорной в ключе обсуждения регулирования. Как правило, регулирование подразумевает интенциональность, то есть кто-то имеет намерение создавать и применять правила. Поскольку в данной работе рассматриваются ограничения в широком смысле, то какие-то социальные аспекты здесь уместны если они претендуют на то, чтобы быть правилами поведения акторов. Многие действия существенно ограниченны сложившейся коллективной практикой. Если такие правила укладываются в абстрактное представление об институционализации и объясняют положение дел в ОВПБ, то они требуют внимания.
Область ОВПБ считается во многом межгосударственной. Описательные эмпирические исследования обычно указывают на особое место ОВПБ в договорах, главенствующую роль Совета ЕС в принятии решений и отсутствие контроля со стороны Суда ЕС. Более глубокое представление об ОВПБ требует использования теории и даёт этим фактам интерпретацию и объяснение. На наднациональном уровне имеют место специфичные процессы, объединяющие решения, ожидания и убеждения несравнимо большого количества акторов. Важную роль в ведении политики играют европейские институты, влияние которых шире и глубже, чем можно было бы заключить из прочтения учредительных договоров. Здесь действуют свои правила, понять которые можно только в контексте развития политики. ОВПБ – это сложное явление, требующее упрощения нашего знания о нём с тем, чтобы определить его характерные черты.
Контекст интеграции играет важную роль в данном исследовании и определяет его теоретические рамки. С одной стороны, ОВПБ является направлением европейского проекта интеграции, а не изолированным явлением. С другой стороны, ОВПБ отличается от других направлений настолько, что толкает исследователей на поиск разнообразных подходов, далёких от классической теории интеграции и устоявшихся в исследовании ЕС традиций. Например, заслуживающее внимание представление об ОВПБ предлагают сторонники реализма . Политика представляет проблему suigeneris—то есть уникальности—как для теории интеграции, так и для международных отношений. Однако, в рамках первой это выражено меньше, учитываяпрямоеотношениеполитикикобщемуевропейскомупроектуиочевидноезначениеэтого для идентичности акторов.
Данная работа обращается к классике исследований ЕС – неофункционализму. Эта теория выглядит подходящим гидом по сложным меняющимся институциональным ландшафтам внешней политики ЕС. Главными пунктами данного исследования являются институциональное развитие политики и ограничения, накладываемые на акторностьв ОВПБ. Политика концептуализирована как динамично развивающееся сообщество, членов которого объединяют общие ценности и убеждения, где в определённых институциональных условиях принимаются решения по линии внешней политики и политики безопасности ЕС. Объектом исследования является ОВПБ, а предметом – институциональная форма ОВПБ.
Исследование ОВПБ требует последовательных ответов на онтологические вопросы о политике и рассмотрения процесса её развития. Согласно И. Маннерсу, для формирования международной роли ЕС важнее всего не то, что он делает или что он говорит, а чем он является . Можно представить ЕС как цельного актора в глобальном мире и сконцентрироваться на его влиянии на мировую политику – таким образом можно определить каким ЕС является актором обратным путём, то есть исходя из результатов его внешней политики. Данная же работа исследует уникальную институциональную природу ОВПБ в её внутренней динамике. За внешней политикой ЕС стоит особая логика, выражающая его историю как интеграционного проекта, общие для его членов принципы и ценности и сложная институциональная структура. «Суть дела в том, что внешняя политика ЕС реализуется как особый метод управления, принятый и разработанный внутри ЕС, который как бы опрокидывается вовне – в международную среду».
Есть положения Договора о ЕС, согласно которым функционирует ОВПБ. Но это не значит, что если в любой момент времени сделать срез политики в повседневном измерении – принимаемых решений и текущей повестки, то положения договоров объяснят происходящее, как если бы представители национальных государств в момент пересмотра договора собрались и утвердили большой план, по которому будет работать ОВПБ. Как отмечали Л. Хуге и Г. Маркс, национальные представители обычно мыслят прагматично – им важнее достигнуть общих формулировок, даже если они довольно расплывчаты, чтобы продемонстрировать достигнутый на переговорах успех . Из-за нечётко прописанных полномочий между институтами могут возникать конфликты, в разрешении которых обычно участвует Суд ЕС , юрисдикция которого почти не распространяется на область ОВПБ. Спорные, технические, операционные вопросы решаются уже по мере реальной работы в рамках политики, и большую роль здесь играют другие институты. Политики не проектируют одномоментно какие-то изменения, а скорее последние происходят постепенно и под влиянием разных факторов.
Главная мысль данного исследования: ОВПБ регулируют институты. Правовые аспекты регулирования ОВПБ представлены, в основном, описательно, так как работа опирается не столько на правовую дисциплину, сколько на международные отношения и особенно теорию интеграции. Акцент ставится на динамику развития ОВПБ, что требует объясняющей изменения теории. Например, А. Сари для анализа внешнеполитической компетенции ЕС обращается к институционализму, а П. Дж. Кардвелл использует для изучения ОВПБ институциональный конструктивисткий подход. Хотя «институты имеют значение» и в настоящей работе, теоретической основой исследования служит неофункционализм. Одним из опорных предположений теории является постепенное развитие интегративного процесса на основе институциональной динамики—как в политическом, так и в социальном измерении. Считается, что ОВПБ лежит за гранью так называемой интеграции на основе права—то есть с применением обязывающих и обеспеченных правовой санкцией норм . Изначально область вообще полагалась только на политический, а не правовой фундамент. Таким образом, в поле исследовательского интереса данной работы попадают вопросы об институтах и акторах в ОВПБ. Ответы рассматриваются в движении политики и требуют предположений об агентности, о природе и значении институтов. Таким образом можно говорить об особенностях институционализации ОВПБ.
Актуальность данной работы лежит в эмпирической и теоретической плоскостях. С практической точки зрения, работа делает предположения о закономерностях развития ОВПБ. Европейский союз сегодня переживает новый виток внутренних проблем: Брексит, тревожная ситуация вокруг верховенства права в Польше, Венгриии Румынии, рост евроскептических популистских настроений и т.д. При таких серьёзных внутренних вызовах, важно понимать, является ли ОВПБ стабильным интеграционным проектом и в каком направлении движется политика. Также, в то время как присутствие ЕС в глобальном мире обретает всё более конкретные формы, а его влияние находит отражение в делах всё большего числа акторов, его институциональная организация во многом определена Лиссабонским договором – продуктом идей и решений прошлого десятилетия. Следует обратить внимание на то, как соотносятся утверждённые этим договором положения и реальное положение дел. Например, Ж.-К. Юнкер в Белой книге 2017 г. предлагал весьма прогрессивные идеи по поводу внешней политики ЕС (главным образом, создание Европейского оборонного союза в двух из пяти предложенных сценариев), и они не требовали реформ договоров . Многое в развитии ОВПБ остаётся как бы за кадром и требует направляемого теорией исследования.
С теоретической точки зрения, делается попытка утвердить в изучении ОВПБ связанные с мышлением и сознанием переменные , идейные и ценностные факторы. Это помогает понять значение неформальных правил в ОВПБ. Исследование сочетает интерпретирующую и объясняющую работу. Актуален также и неофункционализм в исследованиях рассматриваемой области, примером чему служат концепция «неофункционального мира» применительно к практикам ЕС по поддержанию мира , ставшая ответом авторам этой концепции работа по применению теории к внешним действиям ЕС и использование логики неофункционализма на примере инициативы по наращиванию потенциала в поддержку безопасности и развития. Эти работы указывают на потребность в теоретически обоснованных предположениях о развитии ОВПБ. Настоящее исследование является попыткой внести бóльшую теоретическую целостность в изучение ОВПБ на основе теории неофункционализма.
В выборе литературы исследование обращается к раннему неофункционализму, который значим для исследования акцентом на динамику интеграционного процесса и представлен в работах Э. Б. Хааса и Л.Н. Линдберга, которых вместе с Ф. К. Шмиттером можно считать основными представителями теории. Среди более современных пропонентов теории значимы для настоящего исследования работы таких авторов, как А. СтоунСуит и У. Сандхольц, A. Нимана и Ю. Бергманна. Проблемам suigeneris и теоретизации ОВПБ, обращаясь к теории неофункционализма, также уделено внимание в исследовании внешней политики ЕС. Весомый вклад в теоретизацию ОВПБ внёс также М. Смит. Значительную важность для работы представляет правовоеизмерение ЕС. В этом отношении релевантна работа П. Дж. Кардвелла и др., написанная немного более чем через год после вступления договора в силу. Следует выделить подход к ОВПБ как к системе управления П. Дж. Кардвелла и применение концепции многоуровнего управления к внешней политике ЕС М. Смита. Правовое положение ОВПБ в общеевропейском порядке весьма полно отобразил Р. А. Вессел. Содержательно институциональные и организационные особенности европейской внешней политики приведены в работе Стрежневой и Руденковой. Полезен для работы также концепт нормативной силы, предложенный И. Маннерсом. Источниковую базу настоящего исследования составляют, в основном, учредительные договоры ЕС и вторичное законодательство, которые доступны в Официальном журнале ЕС, а также различные документы и данные, представленные на сайтах европейских институтов. Так, работа обращается к Лиссабонской редакции Договора о ЕС и Договора о функционировании ЕС, консолидированные версии которых представлены в Официальном журнале, Единому европейскому акту, а также к вторичному законодательству в виде решений Совета по линии ОВПБ, межинституциональным соглашениям и необязывающим актам – сообщениям заявлениям , докладам , предложениям , Белой книге Комиссии и Глобальной стратегии ЕС. Среди рассмотренных источников следует также отметить документы, относящиеся к Европейскому политическому сотрудничеству .
Целью исследования является выявление особенностей регулирования ОВПБ. Работа стремится раскрыть не столько содержание политики, сколько её институциональную форму. Первой задачей в этом ключе является адаптация неофункционализма для исследования ОВПБ, принимая во внимание также специфику внешней политики на наднациональном уровне как таковой. Второй задачей является попытка раскрыть институциональную природу политики и определить её характерные черты. Наконец, следует рассмотреть эмпирическое выражение особенностей институционализации ОВПБ на примере европейских институтов и принятия решений в ОВПБ. Композиционно работа разделена на три части: теоретическая, описательная и эмпирическая. Первая часть посвящена существующим подходам к изучению ОВПБ и формированию теоретической и аналитической призмы, через которую во второй части работы предлагается посмотреть на особенности ОВПБ и характерные черты правового развития политики. Третья часть содержит наблюдения о ведении политики, являющиеся эмпирическим продолжением размышлений и описательной работы первых двух частей.
Работа в объяснении интеграции в ОВПБ использует неофункционализм. В той мере, в которой выбор этой теории—дополненной конструктивистскими размышлениями—отвечает поставленной цели, исследование является дедуктивным в том смысле, что теория направляет исследование . Имеют место как описательные, так и аналитические элементы. Особое положения ОВПБ в европейской интеграции раскрыто посредством абдукции, то есть на основе наилучшего объяснения .
Под регулированием понимается создание и развитие определяющих институциональную форму ограничений для ведения внешней политики на наднациональном уровне. Примером такой политики является ОВПБ. Таким образом, речь идёт о правовых положениях, регулирующих ведение ОВПБ, а также об определяющих область социальных детерминантах. Социологическая проблематика является весьма спорной в ключе обсуждения регулирования. Как правило, регулирование подразумевает интенциональность, то есть кто-то имеет намерение создавать и применять правила. Поскольку в данной работе рассматриваются ограничения в широком смысле, то какие-то социальные аспекты здесь уместны если они претендуют на то, чтобы быть правилами поведения акторов. Многие действия существенно ограниченны сложившейся коллективной практикой. Если такие правила укладываются в абстрактное представление об институционализации и объясняют положение дел в ОВПБ, то они требуют внимания.
✅ Заключение
В данном исследовании была предпринята попытка изолировать институциональную динамику ОВПБ и выявить особенности регулирования ОВПБ. Среди таких особенностей были выделены преобладание норм «мягкого права», значительная роль выбранного изначально институционального оформления сотрудничества, выраженная в противоречии между организационной близостью к ЕС в отсутствие делегированных его наднациональным институтам полномочий, а также оторванность от действительности инструментов, предусмотренных договором.
Были обозначены основные подходы к изучению политики, в сравнении в которыми существует работа. Теоретической базой исследования послужил неофункционализм в качестве теории, объясняющей интеграцию с течением времени и отводящую значимую роль в этом процессе наднациональным акторам. Область внешней политики ЕС была представлена как прогрессивно развивающееся сообщество, которое регулируется определёнными правилами, как формальными, так и не формальными.
Процесс создания, применения и интерпретации правил, то есть институционализация, в ОВПБ специфичен: по сравнению с другими сферами в ней в значительно меньшей степени участвовал Суд ЕС и различные группы интересов. В основном, правила создавались участниками с целью облегчить работу по существу и с течением времени кодифицировались и становились более обязывающими. Часто это были рабочие практики и обычаи, которые во многом сформировали облик области в правовых рамках ЕС. Область значительно изолирована он функционального давления со стороны экономической интеграции и находится главным образом в ведении политических элит.
ОВПБ находится в переходном периоде, где позади Европейское политическое сотрудничество, «вторая опора ЕС» и включение в общий правовой порядок ЕС, а впереди ожидается усиление роли наднациональных институтов и сближение наднациональных акторов и представителей национальных государств, что проиллюстрировано примером ЕСВД. Существует самостоятельная институциональная динамика, которая вносит свои коррективы в статичные договорённости о функционировании ЕС. Конечно, последнее слово всё же за государствами-членами, но в основном речь для них идёт о том, чтобы согласиться с наиболее разумным вариантом среди предлагаемых сложившейся практикой.
Однозначно можно сказать, что это далеко не межгосударственное в привычном понимании слова явление. ОВПБ от традиционного дипломатического форума отличает хотя бы то, что государства-члены институционализировали свою приверженность в продвижении процесса интеграции, и что они рассчитывают на ведение общей политики, отвечающей внешним вызовам. Эта приверженность наиболее тверда в социальном измерении—акторов объединяют общие ценности, а «именно ценности влияют на интерпретацию событий, на восприятие международных акторов и на тот нарратив, который элиты начинают транслировать» . В этом ключе можно говорить, что ОВПБ – это общее видение, хотя и не единый голос, государств-членов.
В ОВПБ сегодня сложным образом переплетаются весьма прогрессивные предусмотренные договором инструменты, которые часто не находят применения государствами-членами, и не всегда очевидные, складывающиеся в процессе реальной работы решения, существенно переопределяющие институциональный баланс. Примером таких решений являются межинституциональные соглашения. Наднациональные институты играют значительную роль в формировании и реализации ОВПБ, однако в силу особенностей институциональной формы ОВПБ не могут претендовать на существенное делегирование им полномочий. Скорее, дуализм институционализации ОВПБ—единство с организационной структурой ЕС и специфичный характер его правового оформления —потребует новых институциональных решений. Такие идеи обсуждаются сегодня европейскими политиками. Например, немецкое правительство предлагает идею Европейского совета безопасности .
Государства-члены смогли принять весьма прогрессивные положения договора и сблизиться достаточно в своих позициях, чтобы сместить центр принятия решений в сторону ЕС. Но требуется шаг вперёд на основе выученного за время работы ОВПБ в пост-лиссабонских реалиях опыта. Либо следует использовать на практике достижения прошлого десятилетия, как это получилось сделать с Постоянным структурированным сотрудничеством, либо искать новые пути. Возможно требуются новые дебаты по поводу компетенции ЕС в этой области, которые представят более решительные мнения по поводу реформы ОВПБ, а может будущее внешней политики ЕС за дифференцированной интеграцией. В любом случае, внутренние противоречия в Европе и так заметно сказываются на ОВПБ. Сейчас, когда ЕС в принципе всё менее изолирован от массовой политики, а общественное мнение и популистское давление всё больше сказываются на процессе интеграции , нерешительность может означать уже не стагнацию, а дезинтеграцию.
Были обозначены основные подходы к изучению политики, в сравнении в которыми существует работа. Теоретической базой исследования послужил неофункционализм в качестве теории, объясняющей интеграцию с течением времени и отводящую значимую роль в этом процессе наднациональным акторам. Область внешней политики ЕС была представлена как прогрессивно развивающееся сообщество, которое регулируется определёнными правилами, как формальными, так и не формальными.
Процесс создания, применения и интерпретации правил, то есть институционализация, в ОВПБ специфичен: по сравнению с другими сферами в ней в значительно меньшей степени участвовал Суд ЕС и различные группы интересов. В основном, правила создавались участниками с целью облегчить работу по существу и с течением времени кодифицировались и становились более обязывающими. Часто это были рабочие практики и обычаи, которые во многом сформировали облик области в правовых рамках ЕС. Область значительно изолирована он функционального давления со стороны экономической интеграции и находится главным образом в ведении политических элит.
ОВПБ находится в переходном периоде, где позади Европейское политическое сотрудничество, «вторая опора ЕС» и включение в общий правовой порядок ЕС, а впереди ожидается усиление роли наднациональных институтов и сближение наднациональных акторов и представителей национальных государств, что проиллюстрировано примером ЕСВД. Существует самостоятельная институциональная динамика, которая вносит свои коррективы в статичные договорённости о функционировании ЕС. Конечно, последнее слово всё же за государствами-членами, но в основном речь для них идёт о том, чтобы согласиться с наиболее разумным вариантом среди предлагаемых сложившейся практикой.
Однозначно можно сказать, что это далеко не межгосударственное в привычном понимании слова явление. ОВПБ от традиционного дипломатического форума отличает хотя бы то, что государства-члены институционализировали свою приверженность в продвижении процесса интеграции, и что они рассчитывают на ведение общей политики, отвечающей внешним вызовам. Эта приверженность наиболее тверда в социальном измерении—акторов объединяют общие ценности, а «именно ценности влияют на интерпретацию событий, на восприятие международных акторов и на тот нарратив, который элиты начинают транслировать» . В этом ключе можно говорить, что ОВПБ – это общее видение, хотя и не единый голос, государств-членов.
В ОВПБ сегодня сложным образом переплетаются весьма прогрессивные предусмотренные договором инструменты, которые часто не находят применения государствами-членами, и не всегда очевидные, складывающиеся в процессе реальной работы решения, существенно переопределяющие институциональный баланс. Примером таких решений являются межинституциональные соглашения. Наднациональные институты играют значительную роль в формировании и реализации ОВПБ, однако в силу особенностей институциональной формы ОВПБ не могут претендовать на существенное делегирование им полномочий. Скорее, дуализм институционализации ОВПБ—единство с организационной структурой ЕС и специфичный характер его правового оформления —потребует новых институциональных решений. Такие идеи обсуждаются сегодня европейскими политиками. Например, немецкое правительство предлагает идею Европейского совета безопасности .
Государства-члены смогли принять весьма прогрессивные положения договора и сблизиться достаточно в своих позициях, чтобы сместить центр принятия решений в сторону ЕС. Но требуется шаг вперёд на основе выученного за время работы ОВПБ в пост-лиссабонских реалиях опыта. Либо следует использовать на практике достижения прошлого десятилетия, как это получилось сделать с Постоянным структурированным сотрудничеством, либо искать новые пути. Возможно требуются новые дебаты по поводу компетенции ЕС в этой области, которые представят более решительные мнения по поводу реформы ОВПБ, а может будущее внешней политики ЕС за дифференцированной интеграцией. В любом случае, внутренние противоречия в Европе и так заметно сказываются на ОВПБ. Сейчас, когда ЕС в принципе всё менее изолирован от массовой политики, а общественное мнение и популистское давление всё больше сказываются на процессе интеграции , нерешительность может означать уже не стагнацию, а дезинтеграцию.
ИЛИ
Поиск аналога
📕 Список литературы
🛒 Оформить заказ
⚡ Работу высылаем в течении 5 минут после оплаты.