📄Работа №127378
Тема: О ФОРМЕ СДЕЛКИ
Характеристики работы
Тип работы
Магистерская диссертация
Предмет
Юриспруденция
Объем:
132 листов
Год:
2022
Просмотров:
166
5350
руб.
🛒 Купить работу
Не подходит эта работа?
Закажите новую по вашим требованиям
Узнать цену на написание
Закажите новую по вашим требованиям
Представленный материал является образцом учебного исследования, примером структуры и содержания учебного исследования по заявленной теме. Размещён исключительно в информационных и ознакомительных целях.
Workspay.ru оказывает информационные услуги по сбору, обработке и структурированию материалов в соответствии с требованиями заказчика.
Размещение материала не означает публикацию произведения впервые и не предполагает передачу исключительных авторских прав третьим лицам.
Материал не предназначен для дословной сдачи в образовательные организации и требует самостоятельной переработки с соблюдением законодательства Российской Федерации об авторском праве и принципов академической добросовестности.
Авторские права на исходные материалы принадлежат их законным правообладателям. В случае возникновения вопросов, связанных с размещённым материалом, просим направить обращение через форму обратной связи.
Настоящий учебно-методический информационный материал размещён в ознакомительных и исследовательских целях и представляет собой пример учебного исследования. Не является готовым научным трудом и требует самостоятельной переработки.
📋 Содержание
Введение 3
Глава 1. Основные аспекты формы сделки 7
§ 1. Понятие формы сделки 7
§ 2. Историческое развитие формы сделки 13
§ 3. Цели формы сделки 20
§ 4. Виды формы сделки 23
Глава 2. Письменная форма сделки 34
§ 1. Общие вопросы письменной формы сделки 34
§ 2. Последствия несоблюдения простой письменной формы сделки и возможность исключений из общего правила 44
§ 3. Ограничение средств доказывания: exceptio или ex officio 54
§ 4. Толкования «спора» в контексте п. 1 ст. 162 ГК РФ 67
§ 5. Постановка проблемы подписи: недействительность и незаключенность 71
§ 6. Подпись в письменной форме сделки: модус или атрибут? 80
§ 7. Решение судами проблемы отсутствия подписи: эстоппель 92
§ 8. Решение судами проблемы отсутствия подписи: последующее одобрение 99
Заключение 106
Список нормативных актов и судебной практики 112
Список использованных источников и литературы 121
Глава 1. Основные аспекты формы сделки 7
§ 1. Понятие формы сделки 7
§ 2. Историческое развитие формы сделки 13
§ 3. Цели формы сделки 20
§ 4. Виды формы сделки 23
Глава 2. Письменная форма сделки 34
§ 1. Общие вопросы письменной формы сделки 34
§ 2. Последствия несоблюдения простой письменной формы сделки и возможность исключений из общего правила 44
§ 3. Ограничение средств доказывания: exceptio или ex officio 54
§ 4. Толкования «спора» в контексте п. 1 ст. 162 ГК РФ 67
§ 5. Постановка проблемы подписи: недействительность и незаключенность 71
§ 6. Подпись в письменной форме сделки: модус или атрибут? 80
§ 7. Решение судами проблемы отсутствия подписи: эстоппель 92
§ 8. Решение судами проблемы отсутствия подписи: последующее одобрение 99
Заключение 106
Список нормативных актов и судебной практики 112
Список использованных источников и литературы 121
📖 Введение
Актуальность темы исследования. Законодатель уделяет в Гражданском кодексе РФ внимание непосредственно теме формы сделки всего 8 кратких статей в главе о сделках и 1 статью из подраздела об общих положениях о договоре, фрагментарно конкретизируя форму сделок отдельных правовых конструкций в остальных частях кодекса и других законах. Нельзя сказать, что отечественный правопорядок посвятил этой теме мало нормативного материала ни по сравнению с другими институтами частного права, ни по сравнению с регулированием формы сделок в других странах. Однако также было бы ошибочным утверждение, что нынешнее регулирование формы сделки в российском праве смогло разрешить все уже поставленные и постоянно возникающие в практике и теории вопросы касательно данного института. В это же время учебная литература уделяет теме о форме сделки всего несколько страниц, где в основном содержится пересказ положений кодекса, а доктрина, не считая данную тему достойной отдельного изучения, как правило просто не обращает внимания на проблемы, связанные с формой сделки. Однако подобное игнорирование формы сделки нельзя признать удовлетворительным. Данный институт пронизывает весь гражданский оборот и проявляется в миллионах ежедневных транзакций. Но его недостаточная изученность порождает все новые и новые проблемы, не всегда удовлетворяя и поспевая за потребностями общества. При всем богатстве цивилистической литературы до недавнего времени теме формы сделок в гражданском праве основательно была посвящена лишь монография К. П. Татаркиной, основанной на ее кандидатской диссертации 2009 года. И только с приходом в Россию жанра юридического комментария, дискуссия касательно формы сделки начала идти в сторону нетривиальных вопросов. Таким образом, можно убедиться, что тематика формы сделки в отечественной правовой мысли представляет собой в основном лишь поверхностное и фрагментарное обсуждение, а не полноценный и развернутый диспут. Комплексный подход к рассмотрению формы сделки на данный момент практически отсутствует. Хотя трудности в изучении формы сделки как института гражданского права начинаются уже на этапе определения понятия формы сделки. Концептуальному анализу препятствует смешение категорий формы сделки и волеизъявления. В доктрине принято определять форму сделки как способ выражения воли совершающего сделку лица, тем самым смешивая категории волеизъявления и формы сделки. Это не только порождает проблемы теоретического характера, но и имеет далеко идущие практические последствия. Так, например, признание судами несовершенной сделки, для которой установлена простая письменная форма, из-за отсутствия подписи в письменном документе свидетельствует именно об отсутствии демаркационной линии между категориями волеизъявления и формы сделки. Научная и учебная литература, определяя функции формы сделки, ограничивается обычной декларацией и перечислением соответствующих функций. Однако представляется, что в связи с утилитарностью формы сделки решение многих теоретических и практических задач должно основываться прежде всего на основе того, достигает ли главенствующая функция формы конкретной сделки своей цели или нет. Из-за отсутствия понимания необходимости рассмотрения формы сделки сквозь призму функционального подхода в судебной практике присутствует хаотичность в решениях поставленных проблем, как, например, в вопросе последствий отсутствия подписи в письменной форме сделки, в которых суды, на основе одинаковой аргументации приходят к разным выводам о последствиях отсутствия подписи в письменной форме сделки. Учитывая, что примерно 2/3 судебных дел, в которых поднимается вопрос формы сделки, затрагивают проблему отсутствия подписи в письменной форме сделки, такая неопределенность не может быть признана удовлетворительной. Массовость споров, в которых рассматривается проблема отсутствия подписи, актуализирует более общие вопросы о роли и месте подписи в письменной форме сделки, о последствиях отсутствие подписи для формы сделки и волеизъявления и о том, как можно разрешить проблему отсутствия подписи в письменной форме сделки в случае доказанности наличия соответствующего волеизъявления. Недостаток какой- либо дискуссии о форме сделке предопределил отход от родственных в плане регулирования формы сделки правопорядков. Особенно это проявляется в механизме ограничения средств доказывания в виде запрета ссылки на свидетельские показания как последствии несоблюдения простой письменной формы сделки. В то время как в иностранном праве данный механизм претерпел важные изменения в части появления исключений из общего правила и перенес смену парадигмы с негативной процессуальной допустимости в сторону частноправового возражения, в отечественной доктрине и судебной практике понимание последствия несоблюдения простой письменной формы сделки не только не никак не изменилось за последний век, но и утратило достоинства, которые были свойственны дореволюционному праву. Стагнация мысли и отсутствие какой-либо дискуссии в отечественном праве на контрасте с историческим развитием ограничения средств доказывания в зарубежных законодательствах вынуждает задуматься о том, почему авторы Гражданского кодекса РФ выбрали другое направление развития и насколько это согласуется с концептуальным осмыслением формы сделки с точки зрения функционального подхода и принципа свободы формы сделки.
Цели и задачи исследования. Целью настоящий работы является комплексное исследование института формы сделки с точки зрения функционального подхода. Для достижения поставленной цели в рамках настоящего исследования были поставлены следующие задачи: 1) исследование правовой природы формы сделки и отличие института формы сделки от категории волеизъявления; 2) функции формы сделки, их появление в ходе исторической эволюции формы сделки и влияние на разрешение актуальных практических проблем; 3) исследование общих вопросов письменной формы сделки и возможности последующего закрепления совершенного волеизъявления в установленную форму сделки; 4) рассмотрение последствий несоблюдения простой письменной формы сделки, возможности исключений из п. 1 ст. 162 ГК РФ и механизма недопустимости ссылки на свидетельские показания; 5) исследование роли подписи в письменной форме сделки, последствий ее отсутствия и возможности исцеления недостатка подписи в письменной форме сделки.
Характеристика основных источников и научной литературы. В рамках настоящего исследования использовался пласт юридических источников (отечественное и иностранное законодательство, негосударственные своды унификации частного права) и исторических памятников права (Проекта Гражданского уложения Российской Империи, Проекта Гражданского кодекса РФ). Большое значение для достижения целей исследования имели работы отечественных и зарубежных ученых. На итоговые выводы настоящей работы оказали влияние идеи Л.Ж. Морандьера, М. Пляниоля, Л. Эннекцеруса, Х. Кётца, Р. Циммерманна, Ф. Быдлински, А. Манигка, К.П. Татаркиной, А.Г. Карапетова, Т.М. Яблочкова и других.
Методология исследования. В рамках настоящего исследования автор опирался на стандартный набор приемов юридической методологии. Для достижения поставленных задач в работе использовались грамматический, систематический и исторический методы толкования. Основным инструментом изучения проблем, связанных с институтом формы сделки, являлся функциональный подход к рассмотрению формы сделки.
Цели и задачи исследования. Целью настоящий работы является комплексное исследование института формы сделки с точки зрения функционального подхода. Для достижения поставленной цели в рамках настоящего исследования были поставлены следующие задачи: 1) исследование правовой природы формы сделки и отличие института формы сделки от категории волеизъявления; 2) функции формы сделки, их появление в ходе исторической эволюции формы сделки и влияние на разрешение актуальных практических проблем; 3) исследование общих вопросов письменной формы сделки и возможности последующего закрепления совершенного волеизъявления в установленную форму сделки; 4) рассмотрение последствий несоблюдения простой письменной формы сделки, возможности исключений из п. 1 ст. 162 ГК РФ и механизма недопустимости ссылки на свидетельские показания; 5) исследование роли подписи в письменной форме сделки, последствий ее отсутствия и возможности исцеления недостатка подписи в письменной форме сделки.
Характеристика основных источников и научной литературы. В рамках настоящего исследования использовался пласт юридических источников (отечественное и иностранное законодательство, негосударственные своды унификации частного права) и исторических памятников права (Проекта Гражданского уложения Российской Империи, Проекта Гражданского кодекса РФ). Большое значение для достижения целей исследования имели работы отечественных и зарубежных ученых. На итоговые выводы настоящей работы оказали влияние идеи Л.Ж. Морандьера, М. Пляниоля, Л. Эннекцеруса, Х. Кётца, Р. Циммерманна, Ф. Быдлински, А. Манигка, К.П. Татаркиной, А.Г. Карапетова, Т.М. Яблочкова и других.
Методология исследования. В рамках настоящего исследования автор опирался на стандартный набор приемов юридической методологии. Для достижения поставленных задач в работе использовались грамматический, систематический и исторический методы толкования. Основным инструментом изучения проблем, связанных с институтом формы сделки, являлся функциональный подход к рассмотрению формы сделки.
✅ Заключение
Настоящее исследование продемонстрировало необходимость дальнейшего изучения института формы сделки, который по каким-то причинам до сих пор остается обделенным вниманием отечественной доктриной. Под формой сделкой следует понимать установленные и признаваемые правопорядком способы закрепления волеизъявлений в материальной действительности. Определяющим для формы сделки является ее материальное воплощение. Недопустимо смешение формы сделки и изъявления воли как объективизации воли, так как иное может привести к ошибочным решениям практических проблем. В форме акцент сделан прежде всего на закреплении и фиксации волеизъявления в материи, а не просто на выражении воли.
Исторически современный институт формы сделки обусловлен нуждой частных лиц в снабжении себя доказательствами. На примере римской стипуляции и instrumentum можно обнаружить, как частные лица, в силу обычая закрепляя вербальные изъявления в форму письменного документа, превратили обычное доказательство в практически неопровержимый и конститутивный след свершившегося волеизъявления. Представляется, что именно с instrumentum начинается современное понимание формы сделки, которому свойственно прежде всего доказательственное значение закрепленного волеизъявления. Главенствующей функцией формы сделки, присущей любым сделкам, является доказательственная функция. В то же время преобладание доказательственной функции не означает тождественность формы сделки процессуальному понятия доказательства. Закрепление волеизъявления в материи есть всегда волевой акт, в то время как доказательство таким свойством может не обладать. Остальные функции, как функции ясности факта совершения сделки, подтверждения серьезности намерений сторон и защиты от поспешных и необдуманных волеизъявлений сторон, четкости формулирования содержания сделки и типизации контракта, консультативную, информационную, функцию контроля со стороны правопорядка, защиты третьих лиц, противопоставимости договора третьим лицам, гарантии подлинности изъявленной воли, проявляются лишь в отдельных разновидностях сделок, для которых законодатель устанавливает ту или иную форму сделки в зависимости от практических и политико-правовых соображений. Так как форма сделки является вторичным и утилитарным по отношению к волеизъявлению институтом, решение правовых проблем, связанных с формой сделкой, должно прежде всего рассматриваться сквозь призму функционального подхода о достижении той или иной функции формы конкретной сделки.
В простой письменной форме должны совершаться сделки юридических лиц между собой и с гражданами и сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки. В этом видится проявление доказательственной функции формы сделки: законодатель ограничивает сумму совершения сделок для физических лиц как индикатор того, что в определенный момент отношения сторон становятся экономически значимыми и потому требующими обеспечения дополнительными доказательствами в виде письменной формы сделки. В связи с этим последствия, указанные в ст. 162 ГК РФ, предопределены прежде всего материальной сущностью сделки на определенную сумму и недостижением желаемой законодателем доказательственной функции формы сделки, а не размером притязания, заявленного перед судом. Поэтому если сторона указывает цену иска в меньшем размере, чем сумма, на которую была заключена сделка, или предмет иска касается лишь части предоставления по сделке, указанные в ст. 162 ГК РФ последствия все равно наступят. Так как доказательственная функция письменной формы направлена прежде всего на обеспечение сторон доказательствами на случай дефолта договорной программы, ничто не мешает сторонам обеспечить себя доказательствами уже после совершения сделки и в последующем закрепить уже изъявленные волеизъявления в установленную законом форму сделки. В тех случаях, когда в форме сделки преобладает иная, нежели доказательственная, функция, решения вопроса о возможности последующего закрепления волеизъявления в форме сделки должно решатся в зависимости от того, восполняется ли главенствующая функция формы сделки в случае темпорально последующего закрепления в материи. Допустимость последующего закрепления в форме сделки должно означать отсутствие оснований для наступления последствий несоблюдения письменной формы сделки, установленных в ст. 162 ГК РФ.
Механизм ограничения средств доказывания в случае нарушения простой письменной формы сделки пришел в отечественный правопорядок из французского права. Цель введения запрета ссылки на свидетельские показания изначально состояла в предупреждении мошеннических сделок. Однако с развитием оборота и правопонимания в иностранных правопорядках началось постепенное ослабление данного механизма. Понимание малой актуальности исторической цели введения данного последствия несоблюдения письменной формы сделки привело к появлению на уровне закона исключений из общего правила о недопустимости ссылки на свидетельские показания, что позволило уйти от излишнего формализма последствий несоблюдения письменной формы сделки и приспособить доказательственную функцию формы сделки под современные реалии жизни. Отечественный правопорядок также предусматривал некоторые исключения из общего правила недопустимости ссылки на свидетельские показания, но уже в советском праве данные исключения были утрачены. Ни современное отечественное позитивное право, ни судебная практика не дают повод для исключений из общего правила, установленного в п. 1 ст. 162 ГК РФ.
В российском праве понимание недопустимости ссылки на свидетельские показания в случае нарушения письменной формы сделки в соответствии с п. 1 ст. 162 ГК РФ представляет собой пример специальной негативной допустимости доказательств и запрещает использование свидетельских показаний в качестве доказательства ex officio. Этот подход, доминирующий в судебной практике и отечественной доктрине, переводит последствия несоблюдения формы сделки из материальной сущности формы в процессуальную плоскость доказательства. Однако это не единственный возможный взгляд на ограничение средств доказывания в случае нарушения письменной формы сделки. В странах романской правовой семьи, в которых данный механизм запрета ссылки на свидетельские показания зародился и также изначально понимался в рамках жесткого правила о допустимости доказательств, общепринято понимать ограничение средств доказывания в случае несоблюдения письменной формы, в качестве частного возражение стороны, при отсутствии которого суд обязан установить фактические обстоятельства, в том числе опираясь на свидетельские показания. Несмотря на то, что никто из современных ученых не рассматривает п. 1 ст. 162 ГК РФ в русле мягкого подхода, представляется, что понимание ограничения средств доказывания в качестве возражения наиболее всего отвечает доказательственной функции формы сделки. Переход отношений в процессуальную стадию не должен ущемлять автономию воли сторон. Изменение общепринятого понимания механизма действия ограничения ссылки на свидетельские показания возможно и без реформирования законодательства.
Подпись является атрибутом письменной формы сделки. Учитывая отсутствие определения формы сделки в позитивном праве и широкое понимание подписи в судебной практике, в форме сделки ad probationem требование о подписи должно быть восполнено в любом случае, если выполняется доказательственная функция в части идентификации лица, изъявившего волю. В таких случаях под подписью необходимо понимать любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю на совершение сделки. Если расширительное понимание подписи не позволяет обнаружить подпись в письменном документе, то правила о подписи могут быть восполнены конклюдентным акцептом письменной оферты. В сделках с конститутивной формой необходимо обращать внимание на то, можно ли говорить о восполнении не только доказательственной, но и другой, ведущей, функции формы конкретной сделки, для которых законодатель или стороны избрали форму ad substantiam. Однако в тех случаях, когда невозможно восполнить подпись с помощью применения правил о конклюдентном акцепте письменной оферты или через расширительное понимание подписи, решение проблемы подписи должно происходить с помощью иных, нежели правила о форме сделки, инструментов.
Так как общим последствием несоблюдения простой письменной формы сделки является ограничение средств доказывания, незаключенность является более предпочтительным вариантом в случае отсутствия подписи, ибо позволяет доказать факты изъявления воли, существования сделки и ее условий иными доказательствами, кроме свидетельских показаний. Таким образом, если сделка совершена с пороком формы формы adprobationem суду следует предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства выражения воли на сделку. Механистическое признание несуществующей сделки с пороком подписи в письменной форме вызвано смешением базовых понятий: волеизъявления, воли и формы сделки, ведь несоблюдение простой письменной формы сделки не предрешает вопрос о наличности воли, а переводит вопрос в сферу доказывания. В случае же совершения сделки с несоблюдением конститутивной формы в части подписи в случае достаточного количества представленных доказательств изъявленной воли сторон такой подход позволит поставить вопрос о конвалидации сделки.
В определенных случаях можно решить проблему отсутствия подписи с помощью обращения к эстоппелю. Представляется, что с помощью эстоппеля возможно не только исцеление сделки, в которой форма сделки является обязательным элементом фактического состава сделки, но и сделок с простой письменной формой сделки в виде отказа в защите права на возражение о недопустимости использования свидетельских показаний. Разрешение проблемы отсутствия подписи с помощью эстоппеля должно учитывать не только общепринятые условия для применимости максимы запрета противоречивого поведения, но и функции формы конкретной сделки. В тех случаях, когда в форме сделки главенствует иная функция, нежели доказательственная, должно разрешаться в каждом конкретном случае в зависимости от того, восполняется ли функция формы сделки. Некоторые функции по общему правилу невосполнимы.
Также возможно решение проблемы отсутствия подписи с помощью обращения к положениям об одобрении сделки, совершенной неуполномоченным лицом, которое является более предпочтительным способом, нежели эстоппель, так как, в отличие от исцеления сделки с помощью эстоппеля, механизм ст. 183 ГК РФ позволяет сохранить в действительности совершенную сделку. Сделка, совершенная неустановленным лицом, приравнивается к сделке, совершенной неуполномоченным лицом. Так как восполнению подлежит отсутствие полномочия лжепредставителя, а не сама форма сделки в части подписи, последствия несоблюдения формы сделки, установленные ст. 162 ГК РФ, применению не подлежат.
Исторически современный институт формы сделки обусловлен нуждой частных лиц в снабжении себя доказательствами. На примере римской стипуляции и instrumentum можно обнаружить, как частные лица, в силу обычая закрепляя вербальные изъявления в форму письменного документа, превратили обычное доказательство в практически неопровержимый и конститутивный след свершившегося волеизъявления. Представляется, что именно с instrumentum начинается современное понимание формы сделки, которому свойственно прежде всего доказательственное значение закрепленного волеизъявления. Главенствующей функцией формы сделки, присущей любым сделкам, является доказательственная функция. В то же время преобладание доказательственной функции не означает тождественность формы сделки процессуальному понятия доказательства. Закрепление волеизъявления в материи есть всегда волевой акт, в то время как доказательство таким свойством может не обладать. Остальные функции, как функции ясности факта совершения сделки, подтверждения серьезности намерений сторон и защиты от поспешных и необдуманных волеизъявлений сторон, четкости формулирования содержания сделки и типизации контракта, консультативную, информационную, функцию контроля со стороны правопорядка, защиты третьих лиц, противопоставимости договора третьим лицам, гарантии подлинности изъявленной воли, проявляются лишь в отдельных разновидностях сделок, для которых законодатель устанавливает ту или иную форму сделки в зависимости от практических и политико-правовых соображений. Так как форма сделки является вторичным и утилитарным по отношению к волеизъявлению институтом, решение правовых проблем, связанных с формой сделкой, должно прежде всего рассматриваться сквозь призму функционального подхода о достижении той или иной функции формы конкретной сделки.
В простой письменной форме должны совершаться сделки юридических лиц между собой и с гражданами и сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки. В этом видится проявление доказательственной функции формы сделки: законодатель ограничивает сумму совершения сделок для физических лиц как индикатор того, что в определенный момент отношения сторон становятся экономически значимыми и потому требующими обеспечения дополнительными доказательствами в виде письменной формы сделки. В связи с этим последствия, указанные в ст. 162 ГК РФ, предопределены прежде всего материальной сущностью сделки на определенную сумму и недостижением желаемой законодателем доказательственной функции формы сделки, а не размером притязания, заявленного перед судом. Поэтому если сторона указывает цену иска в меньшем размере, чем сумма, на которую была заключена сделка, или предмет иска касается лишь части предоставления по сделке, указанные в ст. 162 ГК РФ последствия все равно наступят. Так как доказательственная функция письменной формы направлена прежде всего на обеспечение сторон доказательствами на случай дефолта договорной программы, ничто не мешает сторонам обеспечить себя доказательствами уже после совершения сделки и в последующем закрепить уже изъявленные волеизъявления в установленную законом форму сделки. В тех случаях, когда в форме сделки преобладает иная, нежели доказательственная, функция, решения вопроса о возможности последующего закрепления волеизъявления в форме сделки должно решатся в зависимости от того, восполняется ли главенствующая функция формы сделки в случае темпорально последующего закрепления в материи. Допустимость последующего закрепления в форме сделки должно означать отсутствие оснований для наступления последствий несоблюдения письменной формы сделки, установленных в ст. 162 ГК РФ.
Механизм ограничения средств доказывания в случае нарушения простой письменной формы сделки пришел в отечественный правопорядок из французского права. Цель введения запрета ссылки на свидетельские показания изначально состояла в предупреждении мошеннических сделок. Однако с развитием оборота и правопонимания в иностранных правопорядках началось постепенное ослабление данного механизма. Понимание малой актуальности исторической цели введения данного последствия несоблюдения письменной формы сделки привело к появлению на уровне закона исключений из общего правила о недопустимости ссылки на свидетельские показания, что позволило уйти от излишнего формализма последствий несоблюдения письменной формы сделки и приспособить доказательственную функцию формы сделки под современные реалии жизни. Отечественный правопорядок также предусматривал некоторые исключения из общего правила недопустимости ссылки на свидетельские показания, но уже в советском праве данные исключения были утрачены. Ни современное отечественное позитивное право, ни судебная практика не дают повод для исключений из общего правила, установленного в п. 1 ст. 162 ГК РФ.
В российском праве понимание недопустимости ссылки на свидетельские показания в случае нарушения письменной формы сделки в соответствии с п. 1 ст. 162 ГК РФ представляет собой пример специальной негативной допустимости доказательств и запрещает использование свидетельских показаний в качестве доказательства ex officio. Этот подход, доминирующий в судебной практике и отечественной доктрине, переводит последствия несоблюдения формы сделки из материальной сущности формы в процессуальную плоскость доказательства. Однако это не единственный возможный взгляд на ограничение средств доказывания в случае нарушения письменной формы сделки. В странах романской правовой семьи, в которых данный механизм запрета ссылки на свидетельские показания зародился и также изначально понимался в рамках жесткого правила о допустимости доказательств, общепринято понимать ограничение средств доказывания в случае несоблюдения письменной формы, в качестве частного возражение стороны, при отсутствии которого суд обязан установить фактические обстоятельства, в том числе опираясь на свидетельские показания. Несмотря на то, что никто из современных ученых не рассматривает п. 1 ст. 162 ГК РФ в русле мягкого подхода, представляется, что понимание ограничения средств доказывания в качестве возражения наиболее всего отвечает доказательственной функции формы сделки. Переход отношений в процессуальную стадию не должен ущемлять автономию воли сторон. Изменение общепринятого понимания механизма действия ограничения ссылки на свидетельские показания возможно и без реформирования законодательства.
Подпись является атрибутом письменной формы сделки. Учитывая отсутствие определения формы сделки в позитивном праве и широкое понимание подписи в судебной практике, в форме сделки ad probationem требование о подписи должно быть восполнено в любом случае, если выполняется доказательственная функция в части идентификации лица, изъявившего волю. В таких случаях под подписью необходимо понимать любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю на совершение сделки. Если расширительное понимание подписи не позволяет обнаружить подпись в письменном документе, то правила о подписи могут быть восполнены конклюдентным акцептом письменной оферты. В сделках с конститутивной формой необходимо обращать внимание на то, можно ли говорить о восполнении не только доказательственной, но и другой, ведущей, функции формы конкретной сделки, для которых законодатель или стороны избрали форму ad substantiam. Однако в тех случаях, когда невозможно восполнить подпись с помощью применения правил о конклюдентном акцепте письменной оферты или через расширительное понимание подписи, решение проблемы подписи должно происходить с помощью иных, нежели правила о форме сделки, инструментов.
Так как общим последствием несоблюдения простой письменной формы сделки является ограничение средств доказывания, незаключенность является более предпочтительным вариантом в случае отсутствия подписи, ибо позволяет доказать факты изъявления воли, существования сделки и ее условий иными доказательствами, кроме свидетельских показаний. Таким образом, если сделка совершена с пороком формы формы adprobationem суду следует предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства выражения воли на сделку. Механистическое признание несуществующей сделки с пороком подписи в письменной форме вызвано смешением базовых понятий: волеизъявления, воли и формы сделки, ведь несоблюдение простой письменной формы сделки не предрешает вопрос о наличности воли, а переводит вопрос в сферу доказывания. В случае же совершения сделки с несоблюдением конститутивной формы в части подписи в случае достаточного количества представленных доказательств изъявленной воли сторон такой подход позволит поставить вопрос о конвалидации сделки.
В определенных случаях можно решить проблему отсутствия подписи с помощью обращения к эстоппелю. Представляется, что с помощью эстоппеля возможно не только исцеление сделки, в которой форма сделки является обязательным элементом фактического состава сделки, но и сделок с простой письменной формой сделки в виде отказа в защите права на возражение о недопустимости использования свидетельских показаний. Разрешение проблемы отсутствия подписи с помощью эстоппеля должно учитывать не только общепринятые условия для применимости максимы запрета противоречивого поведения, но и функции формы конкретной сделки. В тех случаях, когда в форме сделки главенствует иная функция, нежели доказательственная, должно разрешаться в каждом конкретном случае в зависимости от того, восполняется ли функция формы сделки. Некоторые функции по общему правилу невосполнимы.
Также возможно решение проблемы отсутствия подписи с помощью обращения к положениям об одобрении сделки, совершенной неуполномоченным лицом, которое является более предпочтительным способом, нежели эстоппель, так как, в отличие от исцеления сделки с помощью эстоппеля, механизм ст. 183 ГК РФ позволяет сохранить в действительности совершенную сделку. Сделка, совершенная неустановленным лицом, приравнивается к сделке, совершенной неуполномоченным лицом. Так как восполнению подлежит отсутствие полномочия лжепредставителя, а не сама форма сделки в части подписи, последствия несоблюдения формы сделки, установленные ст. 162 ГК РФ, применению не подлежат.
ИЛИ
Поиск аналога
📕 Список литературы
🖼 Скриншоты
🛒 Оформить заказ
⚡ Работу высылаем в течении 5 минут после оплаты.