Тема: Материальное значение процессуального поведения

Любое субъективное частное право подлежит защите. Как правило, защита субъективного права происходит в специально созданных государственных органах, осуществляющих правосудие - судах. Деятельность судов по разрешению споров о защите субъективных гражданских прав составляет предмет цивилистического процесса.
Поскольку процессуальное право представляет собой право публичное, гражданский процесс в определенном смысле является заранее определенной процедурой, то есть последовательностью совершаемых участниками гражданских процессуальных отношений действий, порядок совершения которых регламентирован процессуальным законодательством. Кроме того, специфика процессуальных отношений состоит в наличии суда как обязательного участника таких отношений. Таким образом, гражданское процессуальное законодательство призвано определить совокупность прав и обязанностей и порядок совершения процессуальных действий для суда и остальных участников процесса - лиц, участвующих в деле, свидетелей, экспертов и других участников судопроизводства.
Как уже было сказано выше, отправной точкой процессуальной деятельности является обращение за защитой нарушенного материального права. Любое материальное право, непосредственно содержащее в себе совокупность прав и обязанностей управомоченного субъекта, может быть нарушено (то есть стеснено или иным образом поставлено под сомнение другим лицом), что является основанием для его защиты.
Процессуальное законодательство в качестве критерия обращения в суд за защитой предполагаемого права устанавливает наличие интереса в судебной защите такого права (законного интереса). Следовательно, отправной точкой процессуальной деятельности, переводящей материальные, бесспорные правоотношения, в процессуальную, направленную на разрешение спора о праве, плоскость, является обращение заинтересованного лица в судебный орган путем подачи искового заявления.
В свою очередь, переход материального правоотношения в процессуальную плоскость наделяет субъектов материального правоотношения новым статусом - набором специальных процессуальных инструментов, необходимых для достижения целей каждого из участников судопроизводства. К примеру, участвующие в деле лица вправе заявлять ходатайства, знакомиться с материалами дела, представлять доказательства, истец вправе поддерживать иск или отказываться от него, ответчик вправе иск признать или настаивать на отсутствии оснований для его удовлетворения, стороны праве совместно ликвидировать возбужденный спор о праве путем подписания мирового соглашения и т.д. При первом приближении все процессуальные действия направлены на достижение сугубо процессуального результата, прямо указанного в законе. Так, приведенные выше примеры отказа истца от иска или заключения сторонами мирового соглашения ведут к аналогичному результату - прекращению спора о праве и, как следствие, прекращению производства по такому спору, о чем прямо упомянуто в законе (ст. 150 АПК РФ, ст. 220 ГПК РФ), признание иска ответчиком - разрешению спора о праве в пользу истца, что также приводит к исчерпанию возбужденного спора.
Вместе с тем, несмотря на то, что субъекты материального правоотношения участвуют в разрешении спора о праве и реализуют свои права и обязанности путем совершения процессуальных действий для достижения определенного и, казалось бы, очевидного результата, за мотивами и последствиями такого поведения не всегда может стоять достижение только процессуальный результат.
В настоящей работе будет предпринята попытка проанализировать отдельные аспекты тех или иных процессуальных действий и постараться доказать, что процессуальное поведение вполне способно нести в себе последствия материально-правового характера и отражаться не только на правах и обязанностях внутри процесса, но и выходить за него рамки. Первая глава посвящена иллюстративному анализу отдельных аспектов материально-правового значения совершения процессуальных действий на конкретных примерах для общего понимания проблематики, во второй главе сделан акцент на детальное исследование материально-правовых последствий таких процессуальных действий как предъявление искового заявления и связанного с ним предъявления ходатайства о принятии мер по обеспечению иска, включая анализ материально-правовой природы таких последствий, судебной практики, доктринальных подходов.
Таким образом, целью выпускной квалификационной работы является аргументированное обоснование тезиса о том, что материальное и процессуальное право - два неразрывно связанных между собой института, несмотря на разный предмет регулирования. Так, например, если правонарушение - факт материального права - способно влечь процессуальные последствия (возбуждение спора о нарушенном праве в суде), некоторые процессуальные действия также вполне способны влечь за собой материально-правовые последствия, выходящие за пределы судопроизводства.
Избранная проблематика представляет собой как догматический, так и сугубо прикладной интерес, поскольку, с одной стороны, наглядно демонстрирует небесспорный в юридической науке тезис о том, что материальное и процессуальное право - неразрывно связанные между собой отрасли, с другой стороны, позволяет посмотреть на процессуальные действия с точки зрения материального права и расценивать процессуальную деятельность как основание для возникновения материально-правовых отношений при разрешении конкретных и вполне мыслимых практических ситуаций.
Купить

Задача настоящей работы заключалась в том, чтобы на конкретных примерах обосновать тезис: процессуальные действия могут иметь материальное значение.
Наиболее эффективным и прогрессивным образом идея материального значения процессуального поведения может показать себя при взыскании убытков за предъявление искового заявления и заявления о принятии обеспечительных мер, на что и был сделан акцент в настоящей работе. Если последняя имеет нормативное закрепление в процессуальном законодательстве, а судебная практика высших судов выработала критерии применения ответственности за наложение необоснованных обеспечительных мер, то случае же с предъявлением искового заявления ситуация несколько иная.
В связи с этим судебной практике, прежде всего на уровне Верховного Суда РФ и Конституционного Суда РФ, следует сформировать критерии, по которым лицо, предъявившее необоснованное исковое заявление, должно быть привлечено к ответственности.
Во-первых, должна наличествовать очевидная цель причинения вреда путем использования процессуальных прав - иными словами, необходимо установить злоупотребление процессуальным правом на подачу иска, использование его не по своему назначению, а исключительно с намерением причинить вред другому лицу. Мотивы и цели в российском праве не являются существенными факторами для привлечения к ответственности, однако представляется, что в случае ответственности за предъявление необоснованного иска они должны приобретать юридическое значение.
Во-вторых, необходимо установление прямого умысла - недобросовестный истец должен заведомо осознавать, что его исковое заявление не имело шансов на то, чтобы суд поддержал его и удовлетворил. Недопустимы ситуации, при которых привлеченный к ответственности за предъявление необоснованного иска истец заблуждался или ошибался в своих мотивах.
В-третьих, необходимо наступление последствий как репутационного, так и материального характера, вызванных предъявлением необоснованного иска.
Указанные обстоятельства надлежит доказывать ответчику, к которому был предъявлен необоснованный иск. Однако это не означает, что истец должен быть освобожден от дачи пояснений относительно мотивов своего процессуального поведения, добросовестность которого поставлена под вопрос.
К сожалению, рассматриваемая проблематика не находит должного отклика ни в российской доктрине, ни в судебной практике. Удалось обнаружить сравнительного мало исследований (все они приведены в библиографическом списке и упоминаются по ходу работы), посвященных концепции материального значения процессуального поведения; суды не склонны применять ее положения часто и развивать эту доктрину за рамки предписаний закона. Остается надеяться, что идея привлечения к деликтной ответственности на основании предложенных критериев рано или поздно получит свое развитие в науке, суды продолжат развивать принцип недопустимости злоупотребления процессуальными правами и распространят его, в том числе, и на запрет предъявления необоснованных исков, а также станут более уверенно применять потенциально удачные нормы о привлечении к ответственности за наложение необоснованных обеспечительных мер: в настоящий момент решения в пользу пострадавших от обеспечительных мер ответчиков сравнительно редки.
Желательно, чтобы правоприменительная практика творчески подошла к положениям процессуального законодательства и перестала воспринимать их как императивную инструкцию. На примере материального права (права гражданского, отношений в сфере несостоятельности, корпоративного права) можно убедиться в эффективности методов борьбы со злоупотреблениями путем установления негативных последствий за проявление подобного поведения. В процессуальных отношениях стороны допускают злоупотребления, как минимум, не реже, однако методов борьбы с такими злоупотреблениями значительно меньше, что нельзя назвать удовлетворительным исходом.
Купить