📄Работа №101752
Тема: КОНЦЕПТ ПОЛИТИЧЕСКОГО ПРОСТРАНСТВА: ИНСТИТУЦИОНАЛЬНАЯ ПРИРОДА И ОСОБЕННОСТИ КОНСТРУИРОВАНИЯ
Тип работы
Авторефераты (РГБ)
Предмет
Политология
Объем:
28 листов
Год:
2016
Просмотров:
361
250
руб.
🛒 Купить работу
Не подходит эта работа?
Закажите новую по вашим требованиям
Узнать цену на написание
Закажите новую по вашим требованиям
Представленный материал является образцом учебного исследования, примером структуры и содержания учебного исследования по заявленной теме. Размещён исключительно в информационных и ознакомительных целях.
Workspay.ru оказывает информационные услуги по сбору, обработке и структурированию материалов в соответствии с требованиями заказчика.
Размещение материала не означает публикацию произведения впервые и не предполагает передачу исключительных авторских прав третьим лицам.
Материал не предназначен для дословной сдачи в образовательные организации и требует самостоятельной переработки с соблюдением законодательства Российской Федерации об авторском праве и принципов академической добросовестности.
Авторские права на исходные материалы принадлежат их законным правообладателям. В случае возникновения вопросов, связанных с размещённым материалом, просим направить обращение через форму обратной связи.
Настоящий учебно-методический информационный материал размещён в ознакомительных и исследовательских целях и представляет собой пример учебного исследования. Не является готовым научным трудом и требует самостоятельной переработки.
📋 Содержание
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТКА РАБОТЫ
Актуальность темы исследования 4
Научная новизна диссертации 11
СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ 14
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 25
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 27
Актуальность темы исследования 4
Научная новизна диссертации 11
СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ 14
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 25
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 27
📖 Введение
Актуальность темы исследования. Сложные и противоречивые политические процессы, происходящие в современном мире, становятся предпосылкой появления в политической науке исследований, связанных с осмыслением новых аспектов реальности. Среди них можно отметить метаморфозу власти, которая заключается в смещении основания власти от силы и богатства к знанию; изменение характера и статуса идеологий; отчетливый перевес горизонтальных моделей социальной коммуникации над вертикальными; демассификацию социальных отношений и индивидов, рождающую феномен эмансипации человека, который можно назвать «восстанием индивидов», по аналогии с «восстанием масс» в первой половине XX века. Общим знаменателем перемен выступает новая роль знания, отмечаемая практически во всех сферах общественной жизни. Знание превращается в технологическое основание не только экономики, социальных отношений, культуры, политики, но и человеческой повседневности.
Принципиальное изменение роли знания проявляется также в том, что знание становится не только материалом для производства институтов, для социального конструирования реальности, но и его (конструирования) «кодом», или языком, обеспечивающим взаимопонимание акторов и возможность согласования их подходов к решению той или иной задачи. В этой ситуации не только расширяется круг участников выработки политических решений (консультанты, эксперты, ученые, журналисты, представители общественных организаций и движений), но и, тем самым, возрастает потенциал политики как действия, расширяются границы возможного в политике, в конечном счете, меняется образ политики. От полюса конфликта, питаемого столкновениями интересов разных политических сил и борьбой за власть между ними, политика все более смещается в противоположную сторону медиативных практик, поиска согласия по поводу основополагающих ценностей и целей. В этом смысле политика выступает инструментом не разделения, а интеграции, важнейшим средством самосохранения человеческого рода и осуществления доброй воли, вносит свой вклад в реализацию прав и свобод человека, в укрепление и развитие демократических основ государства как правового и социального института.
В условиях кардинального цивилизационного сдвига обретает особое значение функция политики в управлении процессом перемен, затрагивающих фундаментальные основы бытия общества и человека. Специфической проекцией политики на область управления социальными (в широком смысле слова) процессами является политическое пространство, понятие которого, равно как и способ реального существования требует серьезного переосмысления и обновления в свете указанных перемен. Проблема концептуализации пространства в политической науке рассматривается в работе в двуедином контексте: во-первых, в свете системной трансформации общества, в которую Россия втянулась со второй половины 1980-х г.г., во вторых - в русле общемирового тренда, с учетом последствий глобального перехода индустриальных обществ на информационную ступень и появления обществ так называемой Третьей волны.
Выбор темы диссертационного исследования связан с необходимостью концептуализации современной формы политического пространства, выявления его теоретического содержания и методологического потенциала. Несмотря на то, что понятие политического пространства используется многими учеными и политиками, отсутствует общетеоретическая постановка проблемы политического пространства и его концептуализации в новом трансформационном периоде. Открытым остается вопрос о роли политического пространства в эффективном осуществлении политики как инструмента управления социальными процессами в условиях общественной трансформации.
Степень научной разработанности темы исследования. Категория пространства имеет большую традицию научных исследований. Общепринятые трактовки пространства колеблются между двумя моделями - образами пространства, сформированными И. Ньютоном и А. Эйнштейном. Первая модель исходит из представления об одноплоскостном (евклидовом) характере пространства. Трактовка пространства Эйнштейном нашла свое воплощение в теории относительности, постулирующей четырехмерный характер пространственно-временного континуума и его динамический характер. У Ньютона пространство, во-первых, существует независимо от времени и не изменяется в своих базовых характеристиках, во-вторых, оно стационарно. Пространство Ньютона - это, по сути, место для возможных изменений и динамики, «вместилище» для акторов и возможных изменений. У Эйнштейна пространство связано со временем - свойства пространства меняются в зависимости от движения и характера взаимодействия движущихся тел.
Под влиянием этих общенаучных моделей в обществознании в целом и в политической науке складывались два противоположных образа пространства - субстанциальный (стационарный) и реляционный. Пример стационарных представлений дает направление геополитики, берущее начало в т.н. географическом детерминизме (Ш. Монтескье) и представленное классическими работами Ф. Ратцеля, Э. Симпла, Л. И. Мечникова. Трактовка политического пространства представителями геополитического направления сводится к положению, что существование обществ и государств в природном (физическом) пространстве обусловливает как особенности их устройства, так и конкуренцию между ними. С точки зрения Ф. Ратцеля, территория государства с находящимися на ней природными и человеческими ресурсами образует жизненное пространство нации и определяющим образом влияет на внутреннюю и внешнюю политику государства. В настоящее время эти взгляды в работах А. С. Панарина, А. Г. Дугина, Р. А. Аронова, Г. Ю. Семигина получили новую редакцию, тяготеющую к евразийству. Потенциал геополитической трактовки политического пространства далеко не исчерпан. В глобализованном мире на политической сцене появляются новые «игроки», оказывающие серьезное влияние как на международные отношения, так и на национальную политику и условия ее реализации, на роль государства в данном процессе. Это - транснациональные корпорации, межгосударственные объединения и организации и др. Эти тенденции формируют в научной среде запрос на обоснование российской идентичности в условиях глобализации, формирования многополярной конструкции международных отношений и меняющейся структуры политического пространства как вовне, так и внутри страны. Данные вопросы затрагиваются в ряде исследований последних лет (С. В. Голунов, Н. А. Косолапов, М. М. Лебедева, И. Л. Прохоренко, М. С. Стрежнева)...
Принципиальное изменение роли знания проявляется также в том, что знание становится не только материалом для производства институтов, для социального конструирования реальности, но и его (конструирования) «кодом», или языком, обеспечивающим взаимопонимание акторов и возможность согласования их подходов к решению той или иной задачи. В этой ситуации не только расширяется круг участников выработки политических решений (консультанты, эксперты, ученые, журналисты, представители общественных организаций и движений), но и, тем самым, возрастает потенциал политики как действия, расширяются границы возможного в политике, в конечном счете, меняется образ политики. От полюса конфликта, питаемого столкновениями интересов разных политических сил и борьбой за власть между ними, политика все более смещается в противоположную сторону медиативных практик, поиска согласия по поводу основополагающих ценностей и целей. В этом смысле политика выступает инструментом не разделения, а интеграции, важнейшим средством самосохранения человеческого рода и осуществления доброй воли, вносит свой вклад в реализацию прав и свобод человека, в укрепление и развитие демократических основ государства как правового и социального института.
В условиях кардинального цивилизационного сдвига обретает особое значение функция политики в управлении процессом перемен, затрагивающих фундаментальные основы бытия общества и человека. Специфической проекцией политики на область управления социальными (в широком смысле слова) процессами является политическое пространство, понятие которого, равно как и способ реального существования требует серьезного переосмысления и обновления в свете указанных перемен. Проблема концептуализации пространства в политической науке рассматривается в работе в двуедином контексте: во-первых, в свете системной трансформации общества, в которую Россия втянулась со второй половины 1980-х г.г., во вторых - в русле общемирового тренда, с учетом последствий глобального перехода индустриальных обществ на информационную ступень и появления обществ так называемой Третьей волны.
Выбор темы диссертационного исследования связан с необходимостью концептуализации современной формы политического пространства, выявления его теоретического содержания и методологического потенциала. Несмотря на то, что понятие политического пространства используется многими учеными и политиками, отсутствует общетеоретическая постановка проблемы политического пространства и его концептуализации в новом трансформационном периоде. Открытым остается вопрос о роли политического пространства в эффективном осуществлении политики как инструмента управления социальными процессами в условиях общественной трансформации.
Степень научной разработанности темы исследования. Категория пространства имеет большую традицию научных исследований. Общепринятые трактовки пространства колеблются между двумя моделями - образами пространства, сформированными И. Ньютоном и А. Эйнштейном. Первая модель исходит из представления об одноплоскостном (евклидовом) характере пространства. Трактовка пространства Эйнштейном нашла свое воплощение в теории относительности, постулирующей четырехмерный характер пространственно-временного континуума и его динамический характер. У Ньютона пространство, во-первых, существует независимо от времени и не изменяется в своих базовых характеристиках, во-вторых, оно стационарно. Пространство Ньютона - это, по сути, место для возможных изменений и динамики, «вместилище» для акторов и возможных изменений. У Эйнштейна пространство связано со временем - свойства пространства меняются в зависимости от движения и характера взаимодействия движущихся тел.
Под влиянием этих общенаучных моделей в обществознании в целом и в политической науке складывались два противоположных образа пространства - субстанциальный (стационарный) и реляционный. Пример стационарных представлений дает направление геополитики, берущее начало в т.н. географическом детерминизме (Ш. Монтескье) и представленное классическими работами Ф. Ратцеля, Э. Симпла, Л. И. Мечникова. Трактовка политического пространства представителями геополитического направления сводится к положению, что существование обществ и государств в природном (физическом) пространстве обусловливает как особенности их устройства, так и конкуренцию между ними. С точки зрения Ф. Ратцеля, территория государства с находящимися на ней природными и человеческими ресурсами образует жизненное пространство нации и определяющим образом влияет на внутреннюю и внешнюю политику государства. В настоящее время эти взгляды в работах А. С. Панарина, А. Г. Дугина, Р. А. Аронова, Г. Ю. Семигина получили новую редакцию, тяготеющую к евразийству. Потенциал геополитической трактовки политического пространства далеко не исчерпан. В глобализованном мире на политической сцене появляются новые «игроки», оказывающие серьезное влияние как на международные отношения, так и на национальную политику и условия ее реализации, на роль государства в данном процессе. Это - транснациональные корпорации, межгосударственные объединения и организации и др. Эти тенденции формируют в научной среде запрос на обоснование российской идентичности в условиях глобализации, формирования многополярной конструкции международных отношений и меняющейся структуры политического пространства как вовне, так и внутри страны. Данные вопросы затрагиваются в ряде исследований последних лет (С. В. Голунов, Н. А. Косолапов, М. М. Лебедева, И. Л. Прохоренко, М. С. Стрежнева)...
✅ Заключение
Изменения политического пространства основаны на консолидации и принятии предшествующих и настоящих институтов, совмещении культурно-исторических аспектов развития общества и взаимообусловленности неформальных норм и правил. Принцип преемственности культурно-исторического развития предполагает рассмотрение перехода от одной системы к другой как специфического механизма, который включает в себя начало истории и эволюцию новообразования. С нашей точки зрения, такой механизм, являющийся ядром символического универсума, может быть охарактеризован как Мегамашина. Мегамашина представляет интерес, с одной стороны, как особого рода ритуал - ритуал перехода, обеспечивающий непрерывный характер цепочки поступательных перемен (знание - коммуникация - обмен), которые, в конце концов, приводят к единству старого и нового, формированию институционального порядка. С другой стороны, Мегамашина важна для нас как социальная техника, предполагающая наличие системы неформальных институтов, закрепляющей и стандартизующей модели социального поведения и соответствующий им набор социальных ролей и ожиданий. Развитие науки и техники, заложившее в XIX веке основу для перехода к новому этапу развития общества - социальному порядку открытого доступа, одновременно привело к несбалансированному росту богатства и силы у отдельных агентов, формированию технократических установок. Все это вместе подтолкнуло нарастающую дестабилизацию институционального порядка в обществе. Возникла потребность в постоянном обновлении факторов, упорядочивающих власть и систему институтов. В этом смысле символизация служит инструментом, конвертирующим в политическую форму процессы, происходящие в политическом пространстве. Становясь ядром Мегамашины, символизация направлена на осуществление относительно безболезненной смены моделей общественного развития, переходов от одного этапа к другому, тем самым обеспечивая социокультурную динамику власти и общества.
Символические формы, наполняющие Мегамашину и несущие в себе сложившиеся на предыдущих этапах развития неформальные институты, создают и конституируют новую реальность - инфосферу (О. Тоффлер). В инфосфере консолидируются символы, которые распространяются в политическом пространстве и обеспечивают интеграцию старых и новых знаний, институтов и организаций, а также функционирование новых коммуникационных каналов. Символизация становится средством властного подчинения индивида, однако, благодаря технологиям социального контроля, это осуществляется в форме добровольного согласия субъекта. Мегамашина контролирует поведение индивида, символически формообразуя мир его желаний посредством моды. В ее основе лежит коллективное представление об образцах и нормах поведения. Мода и соблазн - инструменты создания контролируемых желаний, которые являются проекцией Мегамашины на общество. Контролируемые желания - симулякры, за которыми ничего не стоит и которые могут быть заменены новыми образами в любое время. Становясь законодателем моды в политическом пространстве, символизация создает и стимулирует потребление тех симулякров, которые должны заполнять собой политическое пространство в переходный период Мегамашины.
Символизация поддерживает деятельность агентов, направленную на производство и продвижение определенных способов интерпретации социальной реальности в качестве доминирующих. Характер и направления символизации современной политики трансформационного периода в России рассматривается на примере анализа государственной кампании по реализации приоритетных национальных проектов и соотнесения ее с политическим компонентом системы государственного управления. Ключевой составляющей реализации национальных проектов становится симуляция удовлетворения социальных интересов граждан, имеющих для них наибольшую важность. В национальных проектах происходит кристаллизация накопленного ранее опыта во взаимодействии политических акторов, в результате чего символический ресурс становится консолидирующей базой для объединения социальных, экономических, политических ресурсов.
В Заключении диссертационной работы подводятся итоги работы, формулируются основные результаты, полученные в процессе исследования...
Символические формы, наполняющие Мегамашину и несущие в себе сложившиеся на предыдущих этапах развития неформальные институты, создают и конституируют новую реальность - инфосферу (О. Тоффлер). В инфосфере консолидируются символы, которые распространяются в политическом пространстве и обеспечивают интеграцию старых и новых знаний, институтов и организаций, а также функционирование новых коммуникационных каналов. Символизация становится средством властного подчинения индивида, однако, благодаря технологиям социального контроля, это осуществляется в форме добровольного согласия субъекта. Мегамашина контролирует поведение индивида, символически формообразуя мир его желаний посредством моды. В ее основе лежит коллективное представление об образцах и нормах поведения. Мода и соблазн - инструменты создания контролируемых желаний, которые являются проекцией Мегамашины на общество. Контролируемые желания - симулякры, за которыми ничего не стоит и которые могут быть заменены новыми образами в любое время. Становясь законодателем моды в политическом пространстве, символизация создает и стимулирует потребление тех симулякров, которые должны заполнять собой политическое пространство в переходный период Мегамашины.
Символизация поддерживает деятельность агентов, направленную на производство и продвижение определенных способов интерпретации социальной реальности в качестве доминирующих. Характер и направления символизации современной политики трансформационного периода в России рассматривается на примере анализа государственной кампании по реализации приоритетных национальных проектов и соотнесения ее с политическим компонентом системы государственного управления. Ключевой составляющей реализации национальных проектов становится симуляция удовлетворения социальных интересов граждан, имеющих для них наибольшую важность. В национальных проектах происходит кристаллизация накопленного ранее опыта во взаимодействии политических акторов, в результате чего символический ресурс становится консолидирующей базой для объединения социальных, экономических, политических ресурсов.
В Заключении диссертационной работы подводятся итоги работы, формулируются основные результаты, полученные в процессе исследования...
ИЛИ
Поиск аналога
📕 Список литературы
🖼 Скриншоты
🛒 Оформить заказ
⚡ Работу высылаем в течении 5 минут после оплаты.