Помощь студентам в учебе
Необоснованное препятствование осуществлению деятельности хозяйствующим субъектом со стороны органов власти как вид антиконкурентного поведения
|
Введение 3
Глава 1. Понятие и квалифицирующие признаки необоснованного препятствования осуществлению деятельности хозяйствующим субъектом
§1.1. Общая характеристика правонарушений со стороны органов власти в статье 15 Закона о защите конкуренции 7
§1.2. Признаки, понятие и пределы необоснованного препятствования 11
§1.3. Правовая квалификация и порядок применения пункта 2 части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции, отграничение от смежных правовых явлений 20
Глава 2. Ответственность органов власти в сфере защиты конкуренции
§2.1. Методы государственного управления, применяемые антимонопольным органом в сфере защиты конкуренции 34
§2.2. Гражданско-правовая и дисциплинарная ответственность органов власти и их должностных лиц в сфере защиты конкуренции 39
§2.3. Административная ответственность органов власти и их должностных лиц в сфере защиты конкуренции 51
Заключение 57
Список использованной литературы
Глава 1. Понятие и квалифицирующие признаки необоснованного препятствования осуществлению деятельности хозяйствующим субъектом
§1.1. Общая характеристика правонарушений со стороны органов власти в статье 15 Закона о защите конкуренции 7
§1.2. Признаки, понятие и пределы необоснованного препятствования 11
§1.3. Правовая квалификация и порядок применения пункта 2 части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции, отграничение от смежных правовых явлений 20
Глава 2. Ответственность органов власти в сфере защиты конкуренции
§2.1. Методы государственного управления, применяемые антимонопольным органом в сфере защиты конкуренции 34
§2.2. Гражданско-правовая и дисциплинарная ответственность органов власти и их должностных лиц в сфере защиты конкуренции 39
§2.3. Административная ответственность органов власти и их должностных лиц в сфере защиты конкуренции 51
Заключение 57
Список использованной литературы
Становление рыночной экономики в России началось с конца XX века и продолжается в настоящее время. Причиной для ухода от административно-командного типа системы послужило отсутствие активного экономического роста, которое привело национальную экономику в состояние глубокого кризиса. На российском примере можно проследить негативное влияние тотального административного регулирования того или иного вида предпринимательской деятельности, от которого вероятно следует либо своевременно отказываться или регулировать степень государственного вмешательства, либо вовсе не допускать. В результате увеличения экономической свободы активность населения выразилась в создании хозяйствующих субъектов малого, среднего и крупного бизнеса в разнообразных правовых формах. Подобная свобода предпринимательства и выбора естественным образом поспособствовала планомерному становлению конкуренции на российских рынках товаров и услуг, и, как следствие, её регулированию в антимонопольном законодательстве.
Тема настоящего исследования является актуальной в связи со следующим. Действующая на сегодняшний день система правового регулирования конкуренции включает в себя не только взаимодействие хозяйствующих субъектов друг с другом и взаимодействие хозяйствующего субъекта с потребителем. Представляется важным учитывать влияние на конкурентную среду и иных субъектов экономических взаимоотношений, обладающих особым правовым положением за счет возможности применения властно - распорядительных полномочий, которыми являются органы публичной власти.
Объектом рассмотрения в настоящей работе выступают правоотношения в сфере государственного регулирования предпринимательства, а именно отношения «государственный орган - предприниматель», которые исследуются на предмет наличия в деятельности органов власти превышения, злоупотребления, расширения власти, либо на обнаружение управленческих ошибок. Перечисленные варианты поведения органов власти расцениваются в качестве антиконкурентных, так как имеют своим последствием ограничение конкуренции по смыслу п. 17 ст. 4 Федерального закона от 26 июля 2006 №135- ФЗ «О защите конкуренции» (далее - ФЗ «О защите конкуренции», Закон о защите конкуренции), за которым должно следовать привлечение к ответственности . На сегодняшний день, реальность выглядит таким образом, что государство может помогать поддерживать необходимое, оправданное состояние конкуренции, но вместе с тем может и чинить определенные препятствия в виде административных барьеров для участников рынка. Это подтверждается статистическими данными Федеральной Антимонопольной Службы России (далее - ФАС России), которые говорят о том, что именно органы власти являются основными нарушителями антимонопольного законодательства. Соотношение установленных нарушений органов власти к количеству нарушений со стороны хозяйствующих субъектов остается стабильным из года в год и составляет порядка 52 - 56% . По этой причине немалая доля законодательного массива предусмотрена именно в их отношении.
В силу исторических обстоятельств органы власти в России занимают достаточно агрессивную и активную позицию вмешательства, нарушая необходимое соотношение саморегулирования и государственного регулирования на рынке. Сложившееся положение легко усмотреть в многочисленных актах органов власти, которые направлены на урегулирование как можно большего числа аспектов предпринимательской деятельности, начиная от порядка регистрации организаций, заканчивая квотированием и лицензированием . Нельзя не заметить, что некоторые акты и действия органов власти становятся очевидными административными барьерами и тем самым входят в противоречие с нормами антимонопольного законодательства.
Тщательное законодательное регулирование противоправных действий органов власти несомненно способствует стабильной работе ФАС России и работа над данной частью ФЗ «О защите конкуренции» ведется и будет продолжена. Вектор предстоящей работы предопределен сформированной в 2013 году «Стратегией развития конкуренции и антимонопольного регулирования в Российской Федерации на период 2013 - 2024 годов» . На настоящий момент в рамках её реализации ФАС России производит формирование лучшей практики принятия органами государственной власти субъектов РФ и органами местного самоуправления актов и осуществления действий, направленных на развитие конкуренции (так называемая «белая книга»), и худшей практики принятия указанными органами актов и осуществления действий, имеющих антиконкурентный характер («черная книга»). Указанные документы будут постоянно пополняться новыми примерами по мере их поступления для наглядной и доступной демонстрации приемлемых и не приемлемых форм деятельности органов власти.
В связи с обозначенной актуальностью рассматриваемого вмешательства органов власти в деятельность предпринимателей, целью настоящей работы является подробное рассмотрение конкретного вида антиконкурентного поведения органов власти, которое приводит или может привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, а именно необоснованное препятствование осуществлению деятельности хозяйствующими субъектами, в том числе путем установления не предусмотренных законодательством РФ требований к товарам или к хозяйствующим субъектам.
Постановка указанной цели определила необходимость решения определенных задач, в связи с чем в настоящем исследовании нами будет осуществлено следующее. Полноценно рассмотрены основные понятия п.2 ч.1 ст.15 Закона о защите конкуренции в качестве важных составляющих указанного пункта, в частности понятие необоснованного препятствования, ограничения конкуренции. Мы произведем анализ основных квалифицирующих признаков указанных деяний, будет продемонстрирован порядок, а также пределы применения ст. 15 ФЗ «О защите конкуренции» в досудебных и судебных процедурах, что позволит отграничивать рассматриваемое правовое явление от смежных составов. Будут подробно рассмотрены основные виды юридической ответственности, применяемые к должностным лицам органов власти как к правонарушителям в сфере защиты конкуренции, а также обозначено сравнение действующего российского регулирования с зарубежным опытом применения некоторых схожих инструментов конкурентного права. На основании изученного материала будет сделано заключение о современном состоянии антимонопольной политики применительно к нарушениям со стороны органов власти, а также предложены решения для снижения числа совершаемых правонарушений в рассматриваемой области и для расширения возможности применения ст. 15 Закона о защите конкуренции.
Тема настоящего исследования является актуальной в связи со следующим. Действующая на сегодняшний день система правового регулирования конкуренции включает в себя не только взаимодействие хозяйствующих субъектов друг с другом и взаимодействие хозяйствующего субъекта с потребителем. Представляется важным учитывать влияние на конкурентную среду и иных субъектов экономических взаимоотношений, обладающих особым правовым положением за счет возможности применения властно - распорядительных полномочий, которыми являются органы публичной власти.
Объектом рассмотрения в настоящей работе выступают правоотношения в сфере государственного регулирования предпринимательства, а именно отношения «государственный орган - предприниматель», которые исследуются на предмет наличия в деятельности органов власти превышения, злоупотребления, расширения власти, либо на обнаружение управленческих ошибок. Перечисленные варианты поведения органов власти расцениваются в качестве антиконкурентных, так как имеют своим последствием ограничение конкуренции по смыслу п. 17 ст. 4 Федерального закона от 26 июля 2006 №135- ФЗ «О защите конкуренции» (далее - ФЗ «О защите конкуренции», Закон о защите конкуренции), за которым должно следовать привлечение к ответственности . На сегодняшний день, реальность выглядит таким образом, что государство может помогать поддерживать необходимое, оправданное состояние конкуренции, но вместе с тем может и чинить определенные препятствия в виде административных барьеров для участников рынка. Это подтверждается статистическими данными Федеральной Антимонопольной Службы России (далее - ФАС России), которые говорят о том, что именно органы власти являются основными нарушителями антимонопольного законодательства. Соотношение установленных нарушений органов власти к количеству нарушений со стороны хозяйствующих субъектов остается стабильным из года в год и составляет порядка 52 - 56% . По этой причине немалая доля законодательного массива предусмотрена именно в их отношении.
В силу исторических обстоятельств органы власти в России занимают достаточно агрессивную и активную позицию вмешательства, нарушая необходимое соотношение саморегулирования и государственного регулирования на рынке. Сложившееся положение легко усмотреть в многочисленных актах органов власти, которые направлены на урегулирование как можно большего числа аспектов предпринимательской деятельности, начиная от порядка регистрации организаций, заканчивая квотированием и лицензированием . Нельзя не заметить, что некоторые акты и действия органов власти становятся очевидными административными барьерами и тем самым входят в противоречие с нормами антимонопольного законодательства.
Тщательное законодательное регулирование противоправных действий органов власти несомненно способствует стабильной работе ФАС России и работа над данной частью ФЗ «О защите конкуренции» ведется и будет продолжена. Вектор предстоящей работы предопределен сформированной в 2013 году «Стратегией развития конкуренции и антимонопольного регулирования в Российской Федерации на период 2013 - 2024 годов» . На настоящий момент в рамках её реализации ФАС России производит формирование лучшей практики принятия органами государственной власти субъектов РФ и органами местного самоуправления актов и осуществления действий, направленных на развитие конкуренции (так называемая «белая книга»), и худшей практики принятия указанными органами актов и осуществления действий, имеющих антиконкурентный характер («черная книга»). Указанные документы будут постоянно пополняться новыми примерами по мере их поступления для наглядной и доступной демонстрации приемлемых и не приемлемых форм деятельности органов власти.
В связи с обозначенной актуальностью рассматриваемого вмешательства органов власти в деятельность предпринимателей, целью настоящей работы является подробное рассмотрение конкретного вида антиконкурентного поведения органов власти, которое приводит или может привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, а именно необоснованное препятствование осуществлению деятельности хозяйствующими субъектами, в том числе путем установления не предусмотренных законодательством РФ требований к товарам или к хозяйствующим субъектам.
Постановка указанной цели определила необходимость решения определенных задач, в связи с чем в настоящем исследовании нами будет осуществлено следующее. Полноценно рассмотрены основные понятия п.2 ч.1 ст.15 Закона о защите конкуренции в качестве важных составляющих указанного пункта, в частности понятие необоснованного препятствования, ограничения конкуренции. Мы произведем анализ основных квалифицирующих признаков указанных деяний, будет продемонстрирован порядок, а также пределы применения ст. 15 ФЗ «О защите конкуренции» в досудебных и судебных процедурах, что позволит отграничивать рассматриваемое правовое явление от смежных составов. Будут подробно рассмотрены основные виды юридической ответственности, применяемые к должностным лицам органов власти как к правонарушителям в сфере защиты конкуренции, а также обозначено сравнение действующего российского регулирования с зарубежным опытом применения некоторых схожих инструментов конкурентного права. На основании изученного материала будет сделано заключение о современном состоянии антимонопольной политики применительно к нарушениям со стороны органов власти, а также предложены решения для снижения числа совершаемых правонарушений в рассматриваемой области и для расширения возможности применения ст. 15 Закона о защите конкуренции.
На основании продемонстрированного в настоящем исследовании материала можно утверждать, что в силу собственных специфических властных функций органы публичной власти часто выступают в качестве сдерживающего фактора для функционирования благоприятного конкурентного рынка , что прямо подтверждается статистическими наблюдениями ФАС России. Данная ситуация происходит в связи с тем, что на текущем этапе становления российского рынка государство в лице собственных органов до сих пор превышает необходимую степень вмешательства в деятельность хозяйствующих субъектов. Представляется, что указанное активное антиконкурентное участие органов власти в функционировании российской экономики происходит «в память» о советском периоде, где царила тотальная централизация планирования рынка, его управления и ценообразования.
В результате анализа воспроизведенного в настоящем исследовании материала авторы пришли к следующим выводам и обозначили следующие современные проблемные аспекты привлечения органов власти к ответственности по п.2 ч.1 ст. 15 Закона о защите конкуренции.
1. На настоящий момент в антимонопольном законодательстве отсутствует понятие необоснованного препятствования хозяйствующим субъектам, однако целесообразность его введения в оборот обуславливается продемонстрированными практическими примерами его объективного существования. Указанные авторами настоящего исследования признаки в совокупности позволяют сформировать дефиницию рассматриваемого правонарушения для целей упрощения возможности идентификации антимонопольным органом данного фактического явления среди остальных схожих положений ст. 15 Закона о защите конкуренции. Необоснованное препятствование осуществлению деятельности хозяйствующими субъектами представляет собой создание органами власти за пределами их компетенции либо в её отсутствие обстоятельств, приводящих к невозможности осуществления хозяйствующими субъектами предпринимательской и иной экономической деятельности, реализации их участниками и органами управления корпоративных прав, выражающихся в принятии актов и (или) осуществлении действий (бездействия), которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции.
2. В рамках подготовки настоящей работы её авторами была обнаружена точка зрения о том, что «ужесточение антимонопольного регулирования...также может привести к ограничению конкуренции, как и любой другой вид государственного регулирования» . Однако представляется, что подобное поступательное совершенствование российской конкурентной политики происходит небезосновательно. Оно преследует следующие конкретные цели: распространение антимонопольного регулирования на большее разнообразие вариаций поведения органов власти путем расширения и уточнения рамок защищаемого публичного интереса вместе с внесением в антимонопольное законодательство конкретных противоправных действий органов власти; повышение размеров штрафных санкций для придания большего удельного веса рассматриваемым правонарушениям; а также облегчение возможности для частных лиц взыскивать убытки, причиненные органами власти в рамках антиконкурентных правонарушений. Более того, действующим конкурентным законодательством предоставлена возможность оспаривания решений антимонопольного органа наряду с иными актами и действиями (бездействиями) органов государственной власти, что уравновешивает необходимый баланс ужесточения российского законодательства путем предоставления возможности для постановки вопроса об обоснованности решений антимонопольных органов любым заинтересованным субъектом.
В связи с указанным, в ходе настоящего исследования была выявлена проблема затруднительной реализации возможности взыскания убытков в связи с выведением за рамки предмета рассмотрения антимонопольного органа определения нарушений законных интересов конкретных хозяйствующих субъектов. Судебной практикой подчеркивается, что лишь факт совершения необоснованных действий органа власти не может однозначно свидетельствовать о наличии негативных последствий для конкурентной среды и не следует исключать и наличие позитивных, либо отсутствие негативного эффекта от актов (действий) органов власти на товарный рынок, пока антимонопольным органом не доказано иное. Однако такой подход судебной практики не соотносится с предписаниями ч. 1 ст. 15 Закона о защите конкуренции, которые устанавливают единственное законодательное исключение, позволяющее не считать акты или действия (бездействие) органов власти неблагоприятными для конкуренции: издание таких актов или совершение таких действий (бездействия) прямо предусматривается федеральным законом.
В связи с тем, что доказывание антимонопольным органом объективной стороны необоснованного препятствования хозяйствующему субъекту является трудоёмким процессом, и не всегда имеет место достаточная доказательственная база в отношении наступивших или возможных последствий для конкуренции, авторам представляется целесообразным дополнить ч. 1 ст. 15 Закона о защите конкуренции такой составляющей как права и законные интересы предпринимателей. Это позволит получить хозяйствующему субъекту зафиксированный факт нарушения прав заинтересованных лиц в решении антимонопольного органа независимо от наличия в действиях органа власти антиконкурентного правонарушения. Благодаря указанному дополнению хозяйствующим субъектам будет существенно облегчен процесс взыскания убытков в порядке привлечения органов власти и их должностных лиц к гражданско-правовой ответственности.
3. Авторами настоящего исследования также была выявлена проблема отсутствия рекомендательного механизма от главного российского антимонопольного регулятора для доказывания хозяйствующими субъектами предоставленной Законом о защите конкуренции возможности взыскания убытков, в том числе упущенной выгоды, с органов государственной власти при нарушении антимонопольного законодательства. Действующим законодательством установлена абстрактная возможность взыскивать убытки, доказывать которые хозяйствующим субъектам необходимо на основании общих норм об основаниях ответственности за причинение вреда, то есть по положениям ст. 15 ГК РФ. В связи с возникающими на практике затруднениями по взысканию убытков с органов власти в результате нарушения антимонопольного законодательства современное предпринимательское сообщество в полной мере не реализует институт частных исков, внедренный в Закон о защите конкуренции.
В ожидании разъяснений ФАС России по доказыванию и расчету убытков, причиненных в результате нарушения антимонопольного законодательства, авторами предлагается ввести фиксированную компенсацию в отношении лица, чьи права были нарушены в результате ограничения конкуренции со стороны органов власти. Подобный механизм освободит хозяйствующий субъект от необходимости доказывания размера причиненного вреда при наличии альтернативы по возможности истребования фиксированной компенсации. При этом размер такой компенсации необходимо установить в процентной зависимости от того, какими масштабами в собственной предпринимательской деятельности такой пострадавший хозяйствующий субъект оперирует: от 0,1% от суммы выручки для крупного предпринимателя, 0,3% для среднего бизнеса и до 0,5% для субъекта малого предпринимательства.
4. Принимая во внимание приведенные в настоящей работе примеры достаточно активной и содержательной работы ФАС России по совершенствованию антимонопольного законодательства, а так же показательные примеры тщательности нормативного регулирования, считаем необходимым также отметить, что на основании статистических данных за последние несколько лет количество правонарушений со стороны органов власти не уменьшается. Это может свидетельствовать об упущении из виду иных важных составляющих такого метода государственного регулирования антимонопольных отношений, как управление. Оно состоит не только в обосновании и предупреждении, но и в разъяснительной работе с очевидными правонарушителями тех или иных запретов и ограничений конкурентного законодательства. Проводимые разъяснительные мероприятия чаще всего устраиваются для хозяйствующих субъектов, чем для органов власти, и зачастую проводятся на тематики, связанные с монополистической деятельностью. Подобное незначительное выделение вопросов ограничения конкуренции органами власти, особенно в рамках все большего распространения положений антимонопольного законодательства на их деятельность, объективно не может способствовать уменьшению доли совершаемых ими нарушений.
Представляется необходимым, прежде всего, подчеркнуть для органов власти границы публичного интереса, в рамках которого антимонопольный орган будет реализовывать проведение контроля и надзора за состоянием конкуренции. В том числе с помощью разъяснений того, что антимонопольный орган обладает широкой практикой по рассмотрению тех или иных проявлений нарушений антимонопольного законодательства и имеет представление о возможных проявлениях необоснованного препятствования, указанных в настоящей работе. Наличие накопившегося массива практических ситуаций и их содержание требует отдельно обращать внимание органов власти на более тщательный контроль вышестоящих лиц за степенью усмотрения нижестоящими должностными лицами пределов собственных полномочий или реализации компетенции. Более того, представляется верным создать наглядную систематизированную последовательность действий антимонопольного органа, которые будут влечь те или иные последствия для органов власти в ситуации потенциального, равно как и реального посягательства на ограничение конкуренции. В подобной структурированной схеме представляется верным охватить большое количество вариаций поведения антимонопольного органа, начиная со стадии решения вопроса о выдаче предостережения о недопустимости нарушения антимонопольного законодательства должностному лицу и заканчивая порядком передачи материалов дела в соответствующие органы для возбуждения уголовного дела о совершении преступления, предусмотренного ст. 178 УК РФ.
В настоящее время ощущается явное стремление российского рынка к саморегулируемому развитию, и авторам настоящего исследования представляется верным то, что последним шагом к появлению упоминаемого ранее баланса в степени вмешательства органов власти в деятельность хозяйствующих субъектов, будет изменение самими органами власти собственной политики действий в отношении предпринимателей, так как со стороны антимонопольных органов, а также самих хозяйствующих субъектов постепенно уже осуществляются все необходимые для этого мероприятия.
В результате анализа воспроизведенного в настоящем исследовании материала авторы пришли к следующим выводам и обозначили следующие современные проблемные аспекты привлечения органов власти к ответственности по п.2 ч.1 ст. 15 Закона о защите конкуренции.
1. На настоящий момент в антимонопольном законодательстве отсутствует понятие необоснованного препятствования хозяйствующим субъектам, однако целесообразность его введения в оборот обуславливается продемонстрированными практическими примерами его объективного существования. Указанные авторами настоящего исследования признаки в совокупности позволяют сформировать дефиницию рассматриваемого правонарушения для целей упрощения возможности идентификации антимонопольным органом данного фактического явления среди остальных схожих положений ст. 15 Закона о защите конкуренции. Необоснованное препятствование осуществлению деятельности хозяйствующими субъектами представляет собой создание органами власти за пределами их компетенции либо в её отсутствие обстоятельств, приводящих к невозможности осуществления хозяйствующими субъектами предпринимательской и иной экономической деятельности, реализации их участниками и органами управления корпоративных прав, выражающихся в принятии актов и (или) осуществлении действий (бездействия), которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции.
2. В рамках подготовки настоящей работы её авторами была обнаружена точка зрения о том, что «ужесточение антимонопольного регулирования...также может привести к ограничению конкуренции, как и любой другой вид государственного регулирования» . Однако представляется, что подобное поступательное совершенствование российской конкурентной политики происходит небезосновательно. Оно преследует следующие конкретные цели: распространение антимонопольного регулирования на большее разнообразие вариаций поведения органов власти путем расширения и уточнения рамок защищаемого публичного интереса вместе с внесением в антимонопольное законодательство конкретных противоправных действий органов власти; повышение размеров штрафных санкций для придания большего удельного веса рассматриваемым правонарушениям; а также облегчение возможности для частных лиц взыскивать убытки, причиненные органами власти в рамках антиконкурентных правонарушений. Более того, действующим конкурентным законодательством предоставлена возможность оспаривания решений антимонопольного органа наряду с иными актами и действиями (бездействиями) органов государственной власти, что уравновешивает необходимый баланс ужесточения российского законодательства путем предоставления возможности для постановки вопроса об обоснованности решений антимонопольных органов любым заинтересованным субъектом.
В связи с указанным, в ходе настоящего исследования была выявлена проблема затруднительной реализации возможности взыскания убытков в связи с выведением за рамки предмета рассмотрения антимонопольного органа определения нарушений законных интересов конкретных хозяйствующих субъектов. Судебной практикой подчеркивается, что лишь факт совершения необоснованных действий органа власти не может однозначно свидетельствовать о наличии негативных последствий для конкурентной среды и не следует исключать и наличие позитивных, либо отсутствие негативного эффекта от актов (действий) органов власти на товарный рынок, пока антимонопольным органом не доказано иное. Однако такой подход судебной практики не соотносится с предписаниями ч. 1 ст. 15 Закона о защите конкуренции, которые устанавливают единственное законодательное исключение, позволяющее не считать акты или действия (бездействие) органов власти неблагоприятными для конкуренции: издание таких актов или совершение таких действий (бездействия) прямо предусматривается федеральным законом.
В связи с тем, что доказывание антимонопольным органом объективной стороны необоснованного препятствования хозяйствующему субъекту является трудоёмким процессом, и не всегда имеет место достаточная доказательственная база в отношении наступивших или возможных последствий для конкуренции, авторам представляется целесообразным дополнить ч. 1 ст. 15 Закона о защите конкуренции такой составляющей как права и законные интересы предпринимателей. Это позволит получить хозяйствующему субъекту зафиксированный факт нарушения прав заинтересованных лиц в решении антимонопольного органа независимо от наличия в действиях органа власти антиконкурентного правонарушения. Благодаря указанному дополнению хозяйствующим субъектам будет существенно облегчен процесс взыскания убытков в порядке привлечения органов власти и их должностных лиц к гражданско-правовой ответственности.
3. Авторами настоящего исследования также была выявлена проблема отсутствия рекомендательного механизма от главного российского антимонопольного регулятора для доказывания хозяйствующими субъектами предоставленной Законом о защите конкуренции возможности взыскания убытков, в том числе упущенной выгоды, с органов государственной власти при нарушении антимонопольного законодательства. Действующим законодательством установлена абстрактная возможность взыскивать убытки, доказывать которые хозяйствующим субъектам необходимо на основании общих норм об основаниях ответственности за причинение вреда, то есть по положениям ст. 15 ГК РФ. В связи с возникающими на практике затруднениями по взысканию убытков с органов власти в результате нарушения антимонопольного законодательства современное предпринимательское сообщество в полной мере не реализует институт частных исков, внедренный в Закон о защите конкуренции.
В ожидании разъяснений ФАС России по доказыванию и расчету убытков, причиненных в результате нарушения антимонопольного законодательства, авторами предлагается ввести фиксированную компенсацию в отношении лица, чьи права были нарушены в результате ограничения конкуренции со стороны органов власти. Подобный механизм освободит хозяйствующий субъект от необходимости доказывания размера причиненного вреда при наличии альтернативы по возможности истребования фиксированной компенсации. При этом размер такой компенсации необходимо установить в процентной зависимости от того, какими масштабами в собственной предпринимательской деятельности такой пострадавший хозяйствующий субъект оперирует: от 0,1% от суммы выручки для крупного предпринимателя, 0,3% для среднего бизнеса и до 0,5% для субъекта малого предпринимательства.
4. Принимая во внимание приведенные в настоящей работе примеры достаточно активной и содержательной работы ФАС России по совершенствованию антимонопольного законодательства, а так же показательные примеры тщательности нормативного регулирования, считаем необходимым также отметить, что на основании статистических данных за последние несколько лет количество правонарушений со стороны органов власти не уменьшается. Это может свидетельствовать об упущении из виду иных важных составляющих такого метода государственного регулирования антимонопольных отношений, как управление. Оно состоит не только в обосновании и предупреждении, но и в разъяснительной работе с очевидными правонарушителями тех или иных запретов и ограничений конкурентного законодательства. Проводимые разъяснительные мероприятия чаще всего устраиваются для хозяйствующих субъектов, чем для органов власти, и зачастую проводятся на тематики, связанные с монополистической деятельностью. Подобное незначительное выделение вопросов ограничения конкуренции органами власти, особенно в рамках все большего распространения положений антимонопольного законодательства на их деятельность, объективно не может способствовать уменьшению доли совершаемых ими нарушений.
Представляется необходимым, прежде всего, подчеркнуть для органов власти границы публичного интереса, в рамках которого антимонопольный орган будет реализовывать проведение контроля и надзора за состоянием конкуренции. В том числе с помощью разъяснений того, что антимонопольный орган обладает широкой практикой по рассмотрению тех или иных проявлений нарушений антимонопольного законодательства и имеет представление о возможных проявлениях необоснованного препятствования, указанных в настоящей работе. Наличие накопившегося массива практических ситуаций и их содержание требует отдельно обращать внимание органов власти на более тщательный контроль вышестоящих лиц за степенью усмотрения нижестоящими должностными лицами пределов собственных полномочий или реализации компетенции. Более того, представляется верным создать наглядную систематизированную последовательность действий антимонопольного органа, которые будут влечь те или иные последствия для органов власти в ситуации потенциального, равно как и реального посягательства на ограничение конкуренции. В подобной структурированной схеме представляется верным охватить большое количество вариаций поведения антимонопольного органа, начиная со стадии решения вопроса о выдаче предостережения о недопустимости нарушения антимонопольного законодательства должностному лицу и заканчивая порядком передачи материалов дела в соответствующие органы для возбуждения уголовного дела о совершении преступления, предусмотренного ст. 178 УК РФ.
В настоящее время ощущается явное стремление российского рынка к саморегулируемому развитию, и авторам настоящего исследования представляется верным то, что последним шагом к появлению упоминаемого ранее баланса в степени вмешательства органов власти в деятельность хозяйствующих субъектов, будет изменение самими органами власти собственной политики действий в отношении предпринимателей, так как со стороны антимонопольных органов, а также самих хозяйствующих субъектов постепенно уже осуществляются все необходимые для этого мероприятия.