Тема: ЖУРНАЛИСТСКАЯ И ЛИТЕРАТУРНО-КРИТИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ А.П. ЧЕХОВА

Сегодня является бесспорной мысль о том, что Антон Павлович Чехов оставил яркий след в литературно-критическом сознании современников, в литературно-критической атмосфере эпохи. Его высказывания, касающиеся литературы, представляют собой целостную эстетическую систему, нашедшую последовательное выражение в той позиции, которую в русской литературе конца XIX - начала XX века занимал Чехов - писатель, критик, читатель.
На современном этапе чеховедения необходимо более глубокое осмысление общих нравственно-поэтических принципов чеховских эстетических признаний, характеристики его литературно-критических суждений и оценок.
Чехов был единственным из известных русских писателей, в наследии которого нет ни одной крупной критической статьи, и при этом именно Чехову принадлежит весьма значительная роль в развитии литературного процесса в России конца XIX - начала XX века. Объяснение этому следует искать не только в гениальности его художественных произведений, но и в глубине, оригинальности и большом творческом потенциале его взглядов.
Уже ряд современников увидели в Чехове оригинального мыслителя, во взглядах и идеях которого было «новое видение русской жизни», новое понимание задач русской литературы и критики. Чехову, вслед за Пушкиным, удалось выявить те новые эстетические принципы, которые должны были стать основой только еще складывавшейся литературной жизни. В таком подходе к литературно-критическим взглядам Чехова, в восприятии их как новой оригинальной эстетической системы и заключается новизна и значимость заявленной темы.
В теоретическом аспекте настоящая тема является важнейшей составляющей большого вопроса о соотношении писательской и читательской критики, о различных подходах к оценке тех или иных литературных явлений, о тех сложных пограничных ситуациях, когда эти оценки сталкиваются. Чеховское творческое наследие дает для этого уникальный материал. Сделав очень много для литературы и критики, он свои новые эстетические принципы никогда не декларировал, не выступал с программными литературно-критическими статьями и манифестами. Его статьи-фельетоны так и остались эпизодами, а разговоры о создании собственного журнала - мечтой. Отказ от ситуаций, в которых Чехов вынужден был бы стать поэтическим судьей и вершителем литературных судеб, не случаен, а внутренне глубоко естественен для него как человека и художника, и вполне укладывается в те этические нормы, которые он строго и точно определил для себя и для других.
Обращение к избранной теме подготовлено и развитием современного чеховедения, располагающего на сегодняшний день 30-титомным академическим полным собранием сочинений писателя, куда вошли все известные нам художественные произведения, большая часть чеховской переписки и его записные книжки. Опубликовано немало ценных воспоминаний о Чехове. За последние десятилетия появилось значительное число интересных и глубоких литературоведческих работ, рассматривающих на широком историческом и литературном фоне проблемы художественного мира писателя.
Несмотря на то, что к анализу литературной, литературно-критической и журналистской деятельности А.П. Чехова обращаются в большей или меньшей степени многие исследователи, этот аспект творчества Чехова остается наименее освещенным. В настоящее время сделаны лишь отдельные подступы к изучению обозначенной темы, главным образом, на примере художественных текстов А.П. Чехова. Интересными работами в этом направлении являются исследования А.П. Белика, В.Я. Лакшина, З.А. Полоцкой.
Размышляя об отправных точках миропонимания Чехова, авторы названных работ практически сходятся в том, что главными, доминирующими, всепоглощающими ценностями для него были правда, свобода и человеческое достоинство.
Вместе с тем подобный подход к осознанию нравственно-поэтических оснований мироощущения писателя вызывает потребность в ревизии распространенных исследовательских оценок таких вопросов, как представления о старой и новой литературе, определения его места в истории русской словесности. Более объективного подхода, нежели тот, который мы встречаем в работах вышеназванных исследователей, требует вопрос о взаимоотношениях Чехова с рядом своих современников и, прежде всего, с издателем газеты «Новое время» А.С. Сувориным. Многолетний напряженный творческий диалог Чехова и Суворина является во многом определяющим для характеристики взглядов обоих его участников.
Письма Чехова как важнейшая составляющая его творческого наследия, позволяющая судить о восприятий художником как классической русской словесности, так и современной ему литературы и критики, а также той роли, которую играл писатель в литературном процессе рубежа XIX-XX веков, будут находиться в центре внимания нашего исследования. Их анализ, в свою очередь, позволит сделать выводы о роли и своеобразии писательской критики на кризисных для литературного процесса этапах.
В статье «Почтовая проза» Чехова В.Я. Лакшин всесторонне оценивает Чеховский эпистолярий, классифицирует его в жанровом плане, определяет причины, способствовавшие столь большой и устойчивой привязанности Чехова к эпистолярной форме. «Письма создают превосходный духовный автопортрет Чехова» - подытоживает свои наблюдения над эпистолярием писателя В.Я. Лакшин [24, с. 87].
Своим пристальным интересом к литературной критике Чехов продолжал традицию, сложившуюся в русской словесности еще со времен Жуковского. По сути и структуре своей, литературно-критические суждения Чехова в значительной мере выходили за рамки сложившейся традиции, так как автор их намеренно отказывался от звания профессионального критика, а сами эти суждения, как мы постараемся доказать в своей работе, оказались уникальным сплавом профессиональной, читательской и писательской критики.
Литературно-критические суждения Чехова, в которых обнаруживаются образцы как писательской, так и читательской критики, не только подтверждают основательность такого разграничения, но и дают богатый материал для наблюдения над типологией писательского и читательского мышления. Кроме того, именно чеховская критика содержит в себе уникальный материал для наблюдения над типологией сближения различных видов критического мышления: профессионального, читательского и писательского.
Объектом исследования является творчество А.П. Чехова.
Предмет исследования - литературно-критическая и журналистская деятельность А.П. Чехова.
Цель исследования - проанализировать литературно-критическую и журналистскую деятельность А.П. Чехова.
Задачи исследования:
1. Изучить этико-эстетические взгляды А.П. Чехова на литературный процесс в России конца XIX - начала XX вв.
2. Проанализировать литературно-критическую и журналистскую деятельность Чехова на примерах писем и статей писателя.
Методологической основой стали исследовательские работы по теории и истории литературной критики. В первую очередь, это относится к исследованиям, в которых рассматриваются особенности критики Чехова (письма писателя, его записные книжки, воспоминания современников, в которых мы встречаемся с оценкой литературно-критических взглядов ). Кроме того мы считаем возможным обращение к тем художественным произведениям Чехова, в которых его кредо художника и критика выражено наиболее наглядно и концентрированно.
Так же считаем необходимым при характеристике взглядов Чехова остановиться на его взаимоотношениях с А.С. Сувориным, поскольку, как показывает анализ, диалог именно с этим человеком долгое время в значительной степени определял основной пафос его литературно-критических суждений и оценок.
Обращение к диалогу Чехова и Суворина позволит не только объективно и беспристрастно взглянуть на издателя «Нового времени», но, в первую очередь, уточнить некоторые представления о самом Чехове, его мироотношении и миропонимании.
Источниковедческой базой стало 30-титомное академическое Полное собрание сочинений А.П. Чехова, включающее в себя почти все дошедшие до нас и известные нам письма писателя и его записные книжки. Кроме того, в работе использованы воспоминания современников писателя, большая часть которых вошла в книгу «А.П. Чехов в воспоминаниях современников», а также определенная часть писем оппонентов Чехова. Значительное число этих писем включено в 2-х томное и здание «Переписка А.П. Чехова».
Практическая значимость исследования обусловлена тем, что наша работа может послужить опорой при проведении практических и лекционных занятий по творчеству А.П. Чехова в ВУЗах, ССУЗах и общеобразовательных учреждениях, быть интересной для филологов, лингвистов, литературоведов и журналистов.
Исследование состоит из введения, двух глав, заключения и библиографии.
Купить

В данной дипломной работе предпринята попытка специального рассмотрения многосоставного свода материалов, которые с полным, на то правом, можно отнести к литературно-критическому наследию А.П.Чехова. С одной стороны, эта сфера творческих интересов писателя является наименее освещенной. С другой стороны, она - важный источник представлений о конкретно-эстетической ориентации одного из самых известных и читаемых авторов конца XIX - начала XX веков.
Всесторонний анализ многообразных литературно-критических суждений Чехова позволяет утверждать, что он был не только ярким новатором в русской прозе и драматургии» но и авторам, неординарных литературно-критических суждений, искренне озабоченным судьбами родной и мировой художественной словесности конца XIX- начала XX веков в России. Его, на первый взгляд, разрозненные, отрывочные и довольно лаконичные, а па природе своей глубоко последовательные и выстраданные литературные отзывы и отклики- представляют собой достаточно цельную и стройную этико-эстетическую систему, весьма отличную от бытовавших тогда в России.
Анализируя весь состав литературно-критического наследия Чехова, можно прийти к выводу, что большая значимость его как для 1860-1900-х годов, так и для нового времени объясняется и содержательной стороной чеховских критических аттестаций, и формой их выражения, удивительно лапидарной, емкой и многозначительной.
Сам тон чеховских отзывов предполагал внутренне-диалогическую реакцию на них адресата.
Еще в начале своего творческого пути Чехов писал: «Я ... очень часто ошибался и говорил не то, что думаю теперь. Стало быть, моя критика ничего не стоит».
Чехов явно недооценивал себя, утверждая, что эта критика «ничего не стоит». Благодаря интенсивному личному общению и огромному числу эпистолярных отзывов на произведения писателей-современников литературная критика Чехова уже при жизни автора существенно влияла на общий уровень литературного процесса, литературного самосознания и самостояния тех лет. Это осознавали многочисленные авторы, присылавшие на рецензирование свои произведения Чехову, это в глубине души осознавал и сам писатель, практически никогда не отказывавший своим адресатам в мудром совете и щедрой поддержке. Вероятно, в значительной степени усилия Чехова не пропали даром. И к мнению, например, А.С Лазарева-Грузинского могли бы присоединиться многие, кому гениальный писатель стал искренним помощником: «Он открыл мне тайны писательского мастерства, до которых без его помощи мне пришлось бы брести ощупью весьма продолжительный срок».
Влияние Чехова на современный литературный процесс было особенно велико именно потому, что в своих литературно-критических суждениях он представал как бы в трех лицах: великий прозорливый писатель, чуткий эрудированный читатель, а в определенные моменты и профессиональный критик-оценщик, глубоко и чутко воспринимавший произведения других авторов.
Подтверждение того, что подобная критика была необходима и имела действенное влияние на литературу чеховского времени, мы находим в творчестве самого писателя. Он крайне редко прислушивавшийся к профессиональной критике, весьма внимательно относился к советам П.Н.Островского, Вл.й.Немировича-Данченко, В.В.Вересаева. Именно советы непрофессиональных критиков-писателей в ряде случаев позволяли Чехову найти единственно правильное творческое решение.
В исследовании подробно останавливаемся на содержательной стороне литературно-критического наследия Чехова. Это позволяет не только, расширить, но и в некоторой степени скорректировать имеющиеся в чеховедении представления о знаменитом русском писателе-новаторе.
Обратившись к анализу литературно-критических суждений Чехова о крупнейших писателях 60-х годов XIX века и о литературе этого периода в целом, можно прийти к выводу, что нет оснований видеть в Чехове прямого, продолжателя литературы критического реализма, как то утверждалось многие десятилетия в большинстве литературоведческих трудов, связанных с именем этого автора. Своими литературно-критическими суждениями и собственной писательской практикой Чехов отстаивал более универсальные и многообъемные этико-эстетические ценности, уводившие его от общественно-морального ригоризма предшествующих эпох. В период, ознаменовавшийся жесткими декларациями о «партийной литературе», именно творческую свободу ставил писатель во главу угла утверждавшейся им новой вольной емкосодержательной эстетической системы.
Чехов не был Иваном, не помнящим родства. А потому не раз указывал на те творческие корни, которые питали его: творчество Лермонтова, молодого Гоголя и, в первую очередь, Пушкина. Именно с Пушкиным, как мы стремились подчеркнуть в своем исследовании, у Чехова есть глубинное внутреннее родство, выявляющееся в концептуальной близости центральных положений их эстетических систем.
Время накладывало неизгладимый отпечаток на чеховское мироотношение и миропонимание и уводило его от того исторического оптимизма, который был присущ Пушкину. При определении этико-эстетических взглядов Чехова, отразившихся в его литературно-критических суждениях, мы стремимся развить не получившую еще достаточного обоснования в чеховедении мысль В.Я .Лакшина о том, что своим пониманием будничного, трагизма человека, состоявшего в тяжбе со временем, который может быть преодолен лишь стоическим личным действием, писатель вплотную подошел к философии экзистенциального долга.
Своеобразие современной эпохи, ее запросов и тревог заставляет нас сегодня искать свою новую веру в этой же плоскости, что придает еще большую актуальность литературно-критическому наследию Чехова, в котором, мы находим неожиданные ответы на многие волнующие нас вопросы исторического бытия.
Другим немаловажным выводом является то, что изучение литературно- критического наследия Чехова дает возможность более объективно судить и о многих оппонентах Чехова, за которыми давно уже закрепились односторонние оценочные клише и идеологические ярлыки. В первую очередь, это А.С.Суворин, редактор «Нового времени» - самой массовой русской газеты XIX века.
Таким образом, нам представляется, что материалы данного исследования несколько расширяют и корректируют имеющиеся представления о Чехове- критике, читателе и писателе. Они могут быть использованы в школьных и вузовских курсах по творчеству писателя. Представляется целесообразным введение одноименного самостоятельного специального курса, поскольку данная тема интересна, значима и актуальна прежде всего, для молодой творческой аудитории наших дней.
В исследовательском плане она представляется нам важной ступенькой к дальнейшему, никогда не прерываемому, осмыслению и изучению нравственно-эстетической системы взглядов А.П.Чехова, воплотившейся не только в его художественном, наследии, но и в огромной совокупности богатых и сложных литературно-критических суждений.

Купить