Заказать работу


Тип работы:
Предмет:
Язык работы:


КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ КВАЗИРЕЛИГИОЗНЫХ КОНСТРУКТОВ В ВИРТУАЛЬНОМ ПРОСТРАНСТВЕ НА ПРИМЕРЕ РУССКОГО НЕОЯЗЫЧЕСТВА

Работа №35852
Тип работыДипломные работы
Предметантропология
Объем работы63
Год сдачи2018
Стоимость3700 руб.
ПУБЛИКУЕТСЯ ВПЕРВЫЕ
Просмотрено 31
Не подходит работа?

Узнай цену на написание
Введение 3
Глава 1. Русское неоязычество как квазирелигиозный конструкт. Понятие, происхождение, эволюция, маркеры 8
1.1. Общее понятие квазирелигиозного конструкта. Маркеры феномена 8
1.2. Генезис термина «язычество». Интерпретативный плюрализм при
определении неоязычества как явления 16
1.3. Особенности русского неоязычества в системе квазирелигиозных
конструктов 22
Глава 2. Практическое исследование концептуальных особенностей русского неоязычества в виртуальном пространстве 28
2.1. Некоторые характерные концептуальные особенности неоязыческих
движений. Классификация сообществ в виртуальном пространстве 27
2.2. Классификационные особенности сообществ и групп неоязыческого
характера, их описание и анализ 31
2.3. Сходные обобщенные характеристики и маркеры неоязыческих
сообществ в виртуальном пространстве 46
Заключение 55
Список источников и литературы 58
В настоящее время в современном обществе, в том числе, активно среди молодежи продолжаются процессы конструирования групповой и индивидуальной идентичности. Актуализируется серьезная личностная проблема самоидентификации, поиска и осознания маркеров, соответствующих этим формам определения.
Несомненно, что одни из наиболее доступных и близких форм идентичностей для человека являются этническая и религиозная. Постепенный отказ от примордиалистских концептов в определении этничности, тесные межэтнические связи позволили человеку или группе идентифицироваться на основе собственного видения ситуации и самоопределения. Несмотря на, однако, сохраняющееся на бытовом уровне мнение об идентификации на основе этнической принадлежности родителей, месте рождения и т.д. Это, в конечном итоге, повлияло на появление множеств форм идентичности, имеющих под собой весьма сомнительное и неподтвержденное основание. Схожий процесс затронул и другую форму - религиозную, подчас тесно связанную с этнической.
Нередко религиозная идентичность приобретает различные квазиформы, базирующиеся, в том числе, на исторических мифологемах, идеализированном идеолого-мировоззренческом конструкте, культе лидера (апологета). Одним из примеров подобных синкретических установок служит полиморфное русское или славянское неоязычество. Концептуальным особенностям одной из подобных форм идентичности - русскому неоязычеству - и посвящена настоящая работа
Однако корректнее следует определить эту форму как квазирелигиозную идентичность. Это можно объяснить тем, что представители указанного направления отрицают устойчивые формы религиозной идентичности традиционных конфессий. Вместо этого последователи русского неоязычества обращаются к идентичности, созданной сообразно собственным
представлениям. Кроме того, идеологическая база русского неоязычества опираются на реконструкцию и переосмысление некоторых объективных исторических фактов, в основе которых лежат славянские религиозные практики и дохристианское мировоззрение.
Характерной уточняющей особенностью настоящей работы является то, что непосредственное качественное исследование феномена русского неоязычества перенесено в Интернет-сферу. Следует понимать, что виртуальное пространство в настоящее время стало универсальной площадкой социального коммуницирования, поэтому одновременно становится возможным и даже необходимым всестороннее исследование Интернет-сферы как антропологического поля, с учетом его специфических особенностей. Таким образом, видится верным согласиться с постмодернистской парадигмой цифровой антропологии (digital anthropology) о постепенном выходе виртуального этнологического поля на значительные позиции в современных социокультурных исследованиях. Однако, в данном случае возникает академическая полемика о методах и научной обоснованности изучений в Интернете. Так, Том Боэлсторф говорит о самой необходимости взаимодействия с изучаемыми субъектами исключительно в их собственных, субъектов, условиях. Даниэль Миллер, однако, отмечает, что исследователи- антропологи в своих работах не должны полностью пренебрегать изучением жизнедеятельности субъекта вне Интернет-пространства, а лишь дополнять его, опять же с учетом специфических особенностей .
Понятно, что именно благодаря виртуальному пространству стали более возможными и удобными коммуникация между последователями русского неоязычества, привлечение новых последователей, толкование и пропаганда своего учения. Кроме того, радикальная часть приверженцев движения может злоупотреблять свободой распространения информации в виртуальном пространстве для пропаганды экстремистских идей.
Актуальность нашей работы заключается в том, что настоящее время отмечается усложнение форм и способов религиозной и этнической самоидентефикации как на индивидуальном, так и на групповом уровнях. Эти тенденции формируют новый этнический и религиозный ландшафт, наиболее ярко ре-презентующий себя в виртуальном пространстве, в том числе в виде таких течений как неоязыческие культы, «вере предков».
Практическая значимость нашей работы заключается в том, что результаты проведенного исследования, представленные ниже, могут быть использованы государственными органами, отвечающими за молодежную политику для формирования актуальных моделей просветительской и воспитательной деятельности.
Целью нашей работы является определение и анализ концептуальных особенностей и форм русского неоязычества в виртуальном пространстве. Исходя из поставленной цели, мы выделяем следующие задачи.
1) Рассмотреть сами понятия квазирелигиозного конструкта и неоязычества, генезис, как терминов, так и самих феноменов;
2) Выявить особенности русского неоязычества в системе квазирелигиозных конструктов;
3) Классифицировать и типологизировать сообщества неоязыческого характера в соответствии с публикуемым контентом и дать им характеристику;
4) Обобщить проанализированный материал для установления маркеров сходства и различия неоязыческих сообществ в виртуальном пространстве.
Объектом нашего исследования выступают последователи неоязыческого движения и виртуальные сообщества, посвященные русскому неоязычеству. Предметом настоящей работы будут концептуальные особенности русского неоязычества в виртуальном пространстве.
Источниковой базой, этнологическим полем для практического исследования выступают виртуальные сообщества и группы неоязыческого толка в социальной сети «ВКонтакте», электронные сайты по указанной тематике, материалы глубинных интервью и включенного наблюдения.
Темой русского неоязычества занимались многие исследователи. Этим обусловлена достаточна обширная историография и высокая степень изученности данного вопроса. В частности, теоретико-методологической основной для автора послужили труды В.А. Шнирельманах. Также нами использовались материалы научных публикаций Шиженского Р.В. и Гайдукова А.В. Кроме того, монография Кавыкина О.И. и книга Клейна Л. С. Наконец, для сравнительного анализа были использованы материалы работ Рыбакова Б.А. . Разумеется, это лишь часть значительного объема научных публикаций и исследований о неоязычестве.
Научная новизна нашей работы в том, что это первое комплексное качественное исследование виртуальных форм концептуализации феномена, содержащее оригинальную типологию и классификацию сообществ. Кроме того, настоящая работа выступает обобщением предшествующих работ автора по данной тематике.
В качестве концептуального формата исследования был выбран формат непосредственного полевого исследования, где этнологическим полем выступает виртуальное пространство. При этом для сбора и анализа полученного материала использовались такие методы как «включенное наблюдение», глубинное интервью, сравнительно-сопоставительный, а также общенаучные методы анализа и синтеза.
Наше исследование ограничено следующими хронологическими рамками - от 60 - 70-х гг. XX века до настоящего времени. Территориальные рамки исследования отсутствуют, так как виртуальное пространство не имеет под собой четкой лимитирующей составляющей. Можно говорить лишь о локализации соответствующих групп и сообществ в пределах одного или нескольких государств. В нашем случае это Российская Федерация.
Настоящая работа состоит из введения, двух глав, разделенных на три параграфа каждая, заключения, списка источников и литературы.
В ходе проделанной работы мы пришли к следующим выводам:
1) Квазирелигиозным конструктом можно назвать всю совокупность новых образований, феноменов, форм сознания и идентичности, возникающих в обществе на волне трансформирующихся мировоззренческих, идеологических, религиозных воззрений. Подобные образования обладают некоторыми характерными признаками религии, однако по своей сути выходят за рамки того или иного понимания термина «религия». Отметим, что квазирелигиозные конструкты, педалируя свою исключительность в трансляции истинного и непознанного знания, изначально вступают как антагонисты классических форм религий и стремятся к их замещению в идеолого-мировоззренческом поле;
2) - Термин «неоязычество» - производный экзотермин, использующийся в научном обороте для обозначения соответствующего движения и мировоззрения. Сами последователи предпочитают термины «язычество», «родноверие», «вера предков» и т.д. Неоязычество появилось в 60 - 70-ые гг. XX века, как способ воссоздания дохристианских религиозных практик и форм миропонимания. Причем в первом десятилетии XXI века начинается активное распространение данных идей в виртуальном пространстве;
- Ключевым элементом витальности русского неоязычества в виртуальном пространстве является его абсолютная полиформность. Это выражается, как и в полисемантичности и интерпретации самого понятия с разнообразием дефиниций, так и в самой структуре движения, его формах, объединениях, предлагаемых идеях и установках. Причем указанный плюрализм может быть объяснен тем, что, как и любой квазирелигиозный конструкт, русское неоязычество может «подстраиваться» под интересы и мироощущения конкретной группы или отдельного человека;
3) Несмотря на сложность и неоднозначность интерпретации русского неоязычества, была предпринята попытка классифицировать группы и сообщества, принадлежащие в виртуальном пространстве к указанному движению. Таким образом, была составлена классификация, включающая 5 групп различных объединений, которая видится нам сообразной реальной картине существования неоязыческих сообществ в виртуальном пространстве:
- сообщества официально зарегистрированных в Министерстве юстиции Российской Федерации или иных органах неоязыческих, родноверческих объединений;
- сообщества, посвященные искусству, творчеству, общественной деятельности в концептуальных рамках неоязыческой тематики (музыкальные коллективы, театральные группы, объединения реконструкторов, ролевиков, файтеров);
- сообщества с неоязыческой (русской, германо-скандинавской) тематикой, использующие последнюю исключительно в развлекательном ключе, ориентированной на массового потребителя;
- неоязыческие сообщества, созданные для трансляции идей отдельных авторов околонаучной, публицистической или популярной литературы о прошлом человеческого общества, лингвистике, мировом антропо- и этногенезе в русле парадигмы русского неоязычества;
- сообщества радикального и экстремистского (чаще всего, имплицитно) толка, использующие тематику русского и даже германо-скандинавского неоязычества как дополнение, смысловой фон к своим националистическим и расистским идеям, выступающие за «чистоту рода и крови», расового превосходства белых, следованию морально-этическим и социальным идеалам и примерам дохристианской истории Руси и Европы;
4) - Несмотря на серьезные идеологические и мировоозренческие различия, группы русского неоязычества имеют ряд схожих характеристик. Это добровольность участия и необязательность ритуальной практики, обращение к дохристианской, языческой истории Руси и Европы как деятельному примеру («золотому веку»), мифологизированность, доказательная опора на ненаучные, имеющие спорый статус, отвергаемые академическим сообществом материалы, приведение образа жизни и мыслей потенциального последователя в соответствие с установками движения;
- значительную часть информационного поля занимают сообщества крайне радикального толка, использующие тематику русского и даже германоскандинавского неоязычества как дополнение к своим националистическим и расистским идеям, выступающие за «чистоту рода и крови», расового превосходства белых, следованию морально-этическим и социальным идеалам и примерам дохристианской истории Руси и Европы. Были обнаружены материалы, которые могут носить дискриминационный характер, прямо оскорблять и наносить моральный ущерб лицам из-за расовой, национальной или религиозной принадлежности. Причем важна замена биологического расизма на культурный с соответствующим изменением установок. Однако, тезис «каждый неоязычник - националист и расист» - неверен»;
- Необходимо отметить, что в публикуемых материалах авторы апеллируют к общечеловеческим моральным и психологическим ценностям и идеалам, таким как добро, взаимовыручка и помощь ближнему, терпеливость и стойкость, уважение старших и родителей, охрана и защита природы, восхваление чести и непринятие предательства, бескорыстное служение долгу и родной земле, верность семье и традициям. Немаловажным для настоящего последователя русского неоязычества является ведение трезвого образа жизни (полный отказ от алкоголя, табака, наркотиков). Кроме того, конкретно действовать, проявлять активную гражданскую позицию, иметь личностный стержень, не поддаваться на пропаганду государственных средств массовой информации, много читать и развивать в себе таланты, интеллектуально совершенствоваться, быть физически подготовленным.
Таким образом, каждая из соответствующих частей целостного квазирелигиозного конструкта занимает свою идеологическую и мировоззренческую нишу, а концептуальные особенности имеют весьма схожее основание.
1.1. Алексий Второй сравнил терроризм с новым язычеством. [Электронный ресурс]. URL: http://www.religare.ru72 1 05 57.html.
1.2. Глава современных друидов. [Электронный ресурс]. URL: http://www.drui.ru/content/view/461/157/.
1.3. Журнал Родноверие - славяне|обычай [Электронный ресурс]. URL: https://vk.com/rodnoverieorg.
1.4. О подменах понятий в языке и истории славян и о псевдоязычестве.
[Электронный ресурс]. URL:
http: //www. rodnovery. ru/dokumenty/obrashcheniya-zayavl eniya/77-o- podmenakh-ponyatii-v-yazyke-i-istorii-slavyan-i-o-psevdovazychestve.
1.5. Омский суд признал экстремистскими «Славяно-Арийские веды»
[Электронный ресурс]. URL:
https://www.gazeta.ru/social/news/2016/02/25/n 8292455.shtml.
1.6. Родноверие - первый общероссийский журнал о Язычестве [Электронный ресурс]. URL: http://www.rodnoverie.org.
1.7. Родноверие. Союз славянских общин славянской родной веры. [Электронный ресурс]. URL: http://www.rodnoverv.ru/.
1.8. Славянский словарь этимологии [Электронный ресурс]. URL: http://slawa.su/vazvk/2436-slavvanskii-slovar-etimologii-vazvchnik.html.
1.9. Сообщества и группы официальной социальной сети «ВКонтакте». [Электронный ресурс]. URL: https://vk.com.
1.10. Союз Славянских Общин Славянской Родной Веры ССО.
[Электронный ресурс]. URL: https://vk.com/ssosrv.
1.11. Федерация славяно-горицкой борьбы [Электронный ресурс]. URL: http://goritsa.ru/first/.
1.12. Язычество [Электронный ресурс]. URL:
https://azbvka.ru/vazvchestvo.
1.13. Язычники предлагают РПЦ отказаться от проявлений экстремизма и религиозной розни. [Электронный ресурс]. URL: http: //slavya.ru/delo/kmg/04/pres041018. htm.
Литература:
2.1. Алексеев В. Русское неоязычество. // Центр апологетических исследований, 2004. [Электронный ресурс]. URL: http: //veruem.narod.ru/rusneoj azychvo. html.
2.2. Балагушкин Е.Г. Неоязычество // Новая философская энциклопедия / Институт философии РАН. [Электронный ресурс]. URL: https: //iphlib.ru/greenstone3/library/collection/newphilenc/document/HA SH010f97d8ee84b5ba29713f0f.
2.3. Гайдуков А. В. Идеология и практика славянского неоязычества: автореф. дис. на соиск. учен. степ. канд. филос. Наук. — СПб.: РГПУ имени А. И. Герцена, 2000. — 24 с.
2.4. Гайдуков А. В. Славянское новое язычество в России: опыт религиоведческого исследования // Новые религии в России: двадцать лет спустя. Материалы Международной научно-практической конференции. - 2013. - С. 169-180.
2.5. Григорьева, Л.И. Новые религиозные движения и государство в современной России // Законодательство о свободе совести и правоприменительная практика в сфере его действия. — 2001. — С. 90-96.
2.6. Гурко А. В. Новые религии в Республике Беларусь: генезис, эволюция, последователи. — Минск: Изд-во МИУ, 2006. — 274 с.
2.7. Забияко А.П. Теологические трактовки квазирелигий (концепции И. Ваха и П. Тиллиха) // Доклад, представленный в рамках проекта «Наука и духовность» [Электронный ресурс]. URL: https: //iphras .ru/site/sci spir/papers/zabiyako. html.
2.8. Забияко А.П. Язычество: от религии крестьян до кибер-религии (статья первая). // Религиоведение. — 2005. — № 4.
2.9. Забияко А.П., Кобызов Р.А. Церковь сайентологии: краткая характеристика. // Религиоведение. — 2004. — № 2.
2.10. Задорожнюк И.Е. Гражданская религия в США, или «вера в Америку»: социальные функции, история и современностью. — М.: Изд-во Современного гуманитарного университета, 2007. — 353 с.
2.11. Зайонц В.В. Социально-антропологический подход к исследованию Интернет-сообществ // Журнал социологии и социальной антропологии. - 2011. - Т. 14. № 1. - С. 200-205.
2.12. Кавыкин О.И. «Родноверы». (Самоидентификация неоязычников в современной России). - Москва: Институт Африки РАН, 2007. - 232 с.
2.13. Калмыков А.А. Антропология цифровой цивилизации // Философия
коммуникации: интеллектуальные сети и современные
информационно-коммуникативные технологии в образовании. -2013. - С. 82-89.
2.14. Клейн Л.С. Воскрешение Перуна. К реконструкции восточнославянского язычества. — СПб.: Евразия, 2004. — 480 с.
2.15. Колкунова К.А. Российские религиоведы о концепциях
религиоподобных явлений в западном религиоведении // Религиоведение на постсоветском пространстве: сборник
материалов Междунар. науч.-практ. конф. в г. Минск - 2009. - 186 с.
2.16. Колкунова К.А. Современные концепции квазирелигий // Вестник Русской христианской гуманитарной академии. - Т. 15. - №1. - С. 305-313.
2.17. Мингалиев А.Х. Русское неоязычество: истоки и развитие. // Итоговая научно-образовательная конференция студентов
Казанского федерального университета 2016 года: сб. Статей: в 5 т.
/ мин-во образования и науки; Казанский (приволжский) федеральный ун-т. - Казань: изд-во казан. Ун-та, 2016. - т. 2: юридический факультет, институт международных отношений, истории и востоковедения. - 384 с. - с. 243-247
2.18. Мингалиев А.Х. Проблема интерпретации компонентов русского фольклора русским неоязыческим движением. // Материалы всероссийской научно-практической конференции «изучение и сохранение русского фольклора в полиэтническом социокультурном пространстве» (Казань - 2016)
2.19. Мингалиев А.Х. Концепт русского неоязычества в виртуальном пространстве: плюрализм интерпретаций и форм. // Итоговая научно-образовательная конференция студентов Казанского федерального университета 2017 года: сб. тезисов: в 4 т. - Казань: Изд-во Казан. ун-та, 2017. - Т. 1: Институт международных отношений, истории и востоковедения. Институт филологии и межкультурной коммуникации им. Льва Толстого. - 336 с. - С. 144145.
2.20. Мингалиев А.Х. Плюрализм концептуальных особенностей в вирутальном пространстве на примере русского неоязычества // Материалы региональной научной конференции студентов, магистрантов и аспирантов «Диалог культур - основа мира и согласия». 8 сентября 2017 г. Самара, 2017. С. 143-147.
2.21. Мингалиев А.Х. Концепт веры и мировоззренческие установки в
среде праворадикальной молодежи города Казани //
Международная конференция молодых ученых Международная конференция "Ломоносов" Москва МГУ им. Ломоносова 9-13 апреля 2018 года.
2.22. Пивоваров Д.В. Философия религии. — М.: Академический проект,2006.— 638 с.
2.23. Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. - М: Наука, 1980.
2.24. Сторчак В.М. Религиозные истоки и смысл большевистского мессианизма (статья первая) // Религиоведение. — 2004. — Вып. 3.
2.25. Фасмер. М. Этимологический словарь русского языка. Пер. с нем. и доп. О. Н. Трубачева / под ред. и с предисл. Б. А. Ларина. — Москва: Прогресс, 1987. — Т. 3 (Муза — Сят).
2.26. Фасмер. М. Этимологический словарь русского языка. // Пер. с нем. и доп. О. Н. Трубачева / под ред. и с предисл. Б. А. Ларина. — М.: Прогресс, 1987. — Т. 4 (Т — Ящур).
2.27. Филимонов Э.Г. Церковь саентологии // Религии народов России: Словарь / Ред-кол. Мчедлов М. П. (отв. ред.), Аверьянов Ю. И., Басилов В. Н. и др. — 2-е изд., и доп. — М.: Республика, 2002. — 624 с. — С. 555.
2.28. Чеснова Е.Н. Место и роль религиозной веры в контексте
секуляризационных процессов в обществе // «Религии России: проблемы социального служения»: сборник материалов II
Междунар. науч.-практич. конф., г. Н. Новгород, 6 октября — 9 октября 2012 г. — С. 622.
2.29. Шиженский Р.В. Русское язычество: лидеры и хронология (к вопросу об этнической религиозности в России XX-XXI вв.). // SocialScience. Общественные науки. Всероссийский научный журнал. - 2010. - №2. - С. 31-43.
2.30. Шиженский Р. В. Славянская неоязыческая диаспора на территории современной России (по данным сети Интернет) // Диалог государства и религиозных объединений в пространстве современной культуры. - 2009. - С. 362-367.
2.31. Шмидт В.В. О знаке и символе в религии и обществе как проблеме межинституционального диалога. // Религиоведение. — 2011. — Вып. 3. — С. 70.
2.32. Шнирельман В.А. Неоязычество и национализм: восточноевропейский ареал // Исследования по прикладной и неотложной этнологии. - 1998. - №114. - 25 с.
2.33. Шнирельман В.А. Неоязычество на просторах Евразии. - М.: Библейско-богословский институт, 2001. - 177 с.
2.34. Шнирелман В.А. Порог толерантности. М.:, 2011.
2.35. Шнирельман В.А. Русское родноверие: неоязычество и
национализм в современной России. - М.: Библейско-богословский институт, 2012. - 302 с.
2.36. Шнирельман В.А. «Цепной пес расы»: диванная расология как защитница «белого человека» [Электронный ресурс]. URL: http://scepsis.net/library/id 1597.html.
2.37. Яблоков И. Н. Философия религии. Актуальные проблемы: монография. — М.: Изд-во РАГС, 2007. — 248 с.

Работу высылаем на протяжении 30 минут после оплаты.

Пожалуйста, укажите откуда вы узнали о сайте!




Возникли сложности?

Нужна помощь преподавателя?

Помощь в написании студенческих
и аспирантских работ!



В настоящее время в современном обществе, в том числе, активно среди молодежи продолжаются процессы конструирования групповой и индивидуальной идентичности. Актуализируется серьезная личностная проблема самоидентификации, поиска и осознания маркеров, соответствующих этим формам определения.
Несомненно, что одни из наиболее доступных и близких форм идентичностей для человека являются этническая и религиозная. Постепенный отказ от примордиалистских концептов в определении этничности, тесные межэтнические связи позволили человеку или группе идентифицироваться на основе собственного видения ситуации и самоопределения. Несмотря на, однако, сохраняющееся на бытовом уровне мнение об идентификации на основе этнической принадлежности родителей, месте рождения и т.д. Это, в конечном итоге, повлияло на появление множеств форм идентичности, имеющих под собой весьма сомнительное и неподтвержденное основание. Схожий процесс затронул и другую форму - религиозную, подчас тесно связанную с этнической.
Нередко религиозная идентичность приобретает различные квазиформы, базирующиеся, в том числе, на исторических мифологемах, идеализированном идеолого-мировоззренческом конструкте, культе лидера (апологета). Одним из примеров подобных синкретических установок служит полиморфное русское или славянское неоязычество. Концептуальным особенностям одной из подобных форм идентичности - русскому неоязычеству - и посвящена настоящая работа
Однако корректнее следует определить эту форму как квазирелигиозную идентичность. Это можно объяснить тем, что представители указанного направления отрицают устойчивые формы религиозной идентичности традиционных конфессий. Вместо этого последователи русского неоязычества обращаются к идентичности, созданной сообразно собственным
представлениям. Кроме того, идеологическая база русского неоязычества опираются на реконструкцию и переосмысление некоторых объективных исторических фактов, в основе которых лежат славянские религиозные практики и дохристианское мировоззрение.
Характерной уточняющей особенностью настоящей работы является то, что непосредственное качественное исследование феномена русского неоязычества перенесено в Интернет-сферу. Следует понимать, что виртуальное пространство в настоящее время стало универсальной площадкой социального коммуницирования, поэтому одновременно становится возможным и даже необходимым всестороннее исследование Интернет-сферы как антропологического поля, с учетом его специфических особенностей. Таким образом, видится верным согласиться с постмодернистской парадигмой цифровой антропологии (digital anthropology) о постепенном выходе виртуального этнологического поля на значительные позиции в современных социокультурных исследованиях. Однако, в данном случае возникает академическая полемика о методах и научной обоснованности изучений в Интернете. Так, Том Боэлсторф говорит о самой необходимости взаимодействия с изучаемыми субъектами исключительно в их собственных, субъектов, условиях. Даниэль Миллер, однако, отмечает, что исследователи- антропологи в своих работах не должны полностью пренебрегать изучением жизнедеятельности субъекта вне Интернет-пространства, а лишь дополнять его, опять же с учетом специфических особенностей .
Понятно, что именно благодаря виртуальному пространству стали более возможными и удобными коммуникация между последователями русского неоязычества, привлечение новых последователей, толкование и пропаганда своего учения. Кроме того, радикальная часть приверженцев движения может злоупотреблять свободой распространения информации в виртуальном пространстве для пропаганды экстремистских идей.
Актуальность нашей работы заключается в том, что настоящее время отмечается усложнение форм и способов религиозной и этнической самоидентефикации как на индивидуальном, так и на групповом уровнях. Эти тенденции формируют новый этнический и религиозный ландшафт, наиболее ярко ре-презентующий себя в виртуальном пространстве, в том числе в виде таких течений как неоязыческие культы, «вере предков».
Практическая значимость нашей работы заключается в том, что результаты проведенного исследования, представленные ниже, могут быть использованы государственными органами, отвечающими за молодежную политику для формирования актуальных моделей просветительской и воспитательной деятельности.
Целью нашей работы является определение и анализ концептуальных особенностей и форм русского неоязычества в виртуальном пространстве. Исходя из поставленной цели, мы выделяем следующие задачи.
1) Рассмотреть сами понятия квазирелигиозного конструкта и неоязычества, генезис, как терминов, так и самих феноменов;
2) Выявить особенности русского неоязычества в системе квазирелигиозных конструктов;
3) Классифицировать и типологизировать сообщества неоязыческого характера в соответствии с публикуемым контентом и дать им характеристику;
4) Обобщить проанализированный материал для установления маркеров сходства и различия неоязыческих сообществ в виртуальном пространстве.
Объектом нашего исследования выступают последователи неоязыческого движения и виртуальные сообщества, посвященные русскому неоязычеству. Предметом настоящей работы будут концептуальные особенности русского неоязычества в виртуальном пространстве.
Источниковой базой, этнологическим полем для практического исследования выступают виртуальные сообщества и группы неоязыческого толка в социальной сети «ВКонтакте», электронные сайты по указанной тематике, материалы глубинных интервью и включенного наблюдения.
Темой русского неоязычества занимались многие исследователи. Этим обусловлена достаточна обширная историография и высокая степень изученности данного вопроса. В частности, теоретико-методологической основной для автора послужили труды В.А. Шнирельманах. Также нами использовались материалы научных публикаций Шиженского Р.В. и Гайдукова А.В. Кроме того, монография Кавыкина О.И. и книга Клейна Л. С. Наконец, для сравнительного анализа были использованы материалы работ Рыбакова Б.А. . Разумеется, это лишь часть значительного объема научных публикаций и исследований о неоязычестве.
Научная новизна нашей работы в том, что это первое комплексное качественное исследование виртуальных форм концептуализации феномена, содержащее оригинальную типологию и классификацию сообществ. Кроме того, настоящая работа выступает обобщением предшествующих работ автора по данной тематике.
В качестве концептуального формата исследования был выбран формат непосредственного полевого исследования, где этнологическим полем выступает виртуальное пространство. При этом для сбора и анализа полученного материала использовались такие методы как «включенное наблюдение», глубинное интервью, сравнительно-сопоставительный, а также общенаучные методы анализа и синтеза.
Наше исследование ограничено следующими хронологическими рамками - от 60 - 70-х гг. XX века до настоящего времени. Территориальные рамки исследования отсутствуют, так как виртуальное пространство не имеет под собой четкой лимитирующей составляющей. Можно говорить лишь о локализации соответствующих групп и сообществ в пределах одного или нескольких государств. В нашем случае это Российская Федерация.
Настоящая работа состоит из введения, двух глав, разделенных на три параграфа каждая, заключения, списка источников и литературы.


В ходе проделанной работы мы пришли к следующим выводам:
1) Квазирелигиозным конструктом можно назвать всю совокупность новых образований, феноменов, форм сознания и идентичности, возникающих в обществе на волне трансформирующихся мировоззренческих, идеологических, религиозных воззрений. Подобные образования обладают некоторыми характерными признаками религии, однако по своей сути выходят за рамки того или иного понимания термина «религия». Отметим, что квазирелигиозные конструкты, педалируя свою исключительность в трансляции истинного и непознанного знания, изначально вступают как антагонисты классических форм религий и стремятся к их замещению в идеолого-мировоззренческом поле;
2) - Термин «неоязычество» - производный экзотермин, использующийся в научном обороте для обозначения соответствующего движения и мировоззрения. Сами последователи предпочитают термины «язычество», «родноверие», «вера предков» и т.д. Неоязычество появилось в 60 - 70-ые гг. XX века, как способ воссоздания дохристианских религиозных практик и форм миропонимания. Причем в первом десятилетии XXI века начинается активное распространение данных идей в виртуальном пространстве;
- Ключевым элементом витальности русского неоязычества в виртуальном пространстве является его абсолютная полиформность. Это выражается, как и в полисемантичности и интерпретации самого понятия с разнообразием дефиниций, так и в самой структуре движения, его формах, объединениях, предлагаемых идеях и установках. Причем указанный плюрализм может быть объяснен тем, что, как и любой квазирелигиозный конструкт, русское неоязычество может «подстраиваться» под интересы и мироощущения конкретной группы или отдельного человека;
3) Несмотря на сложность и неоднозначность интерпретации русского неоязычества, была предпринята попытка классифицировать группы и сообщества, принадлежащие в виртуальном пространстве к указанному движению. Таким образом, была составлена классификация, включающая 5 групп различных объединений, которая видится нам сообразной реальной картине существования неоязыческих сообществ в виртуальном пространстве:
- сообщества официально зарегистрированных в Министерстве юстиции Российской Федерации или иных органах неоязыческих, родноверческих объединений;
- сообщества, посвященные искусству, творчеству, общественной деятельности в концептуальных рамках неоязыческой тематики (музыкальные коллективы, театральные группы, объединения реконструкторов, ролевиков, файтеров);
- сообщества с неоязыческой (русской, германо-скандинавской) тематикой, использующие последнюю исключительно в развлекательном ключе, ориентированной на массового потребителя;
- неоязыческие сообщества, созданные для трансляции идей отдельных авторов околонаучной, публицистической или популярной литературы о прошлом человеческого общества, лингвистике, мировом антропо- и этногенезе в русле парадигмы русского неоязычества;
- сообщества радикального и экстремистского (чаще всего, имплицитно) толка, использующие тематику русского и даже германо-скандинавского неоязычества как дополнение, смысловой фон к своим националистическим и расистским идеям, выступающие за «чистоту рода и крови», расового превосходства белых, следованию морально-этическим и социальным идеалам и примерам дохристианской истории Руси и Европы;
4) - Несмотря на серьезные идеологические и мировоозренческие различия, группы русского неоязычества имеют ряд схожих характеристик. Это добровольность участия и необязательность ритуальной практики, обращение к дохристианской, языческой истории Руси и Европы как деятельному примеру («золотому веку»), мифологизированность, доказательная опора на ненаучные, имеющие спорый статус, отвергаемые академическим сообществом материалы, приведение образа жизни и мыслей потенциального последователя в соответствие с установками движения;
- значительную часть информационного поля занимают сообщества крайне радикального толка, использующие тематику русского и даже германоскандинавского неоязычества как дополнение к своим националистическим и расистским идеям, выступающие за «чистоту рода и крови», расового превосходства белых, следованию морально-этическим и социальным идеалам и примерам дохристианской истории Руси и Европы. Были обнаружены материалы, которые могут носить дискриминационный характер, прямо оскорблять и наносить моральный ущерб лицам из-за расовой, национальной или религиозной принадлежности. Причем важна замена биологического расизма на культурный с соответствующим изменением установок. Однако, тезис «каждый неоязычник - националист и расист» - неверен»;
- Необходимо отметить, что в публикуемых материалах авторы апеллируют к общечеловеческим моральным и психологическим ценностям и идеалам, таким как добро, взаимовыручка и помощь ближнему, терпеливость и стойкость, уважение старших и родителей, охрана и защита природы, восхваление чести и непринятие предательства, бескорыстное служение долгу и родной земле, верность семье и традициям. Немаловажным для настоящего последователя русского неоязычества является ведение трезвого образа жизни (полный отказ от алкоголя, табака, наркотиков). Кроме того, конкретно действовать, проявлять активную гражданскую позицию, иметь личностный стержень, не поддаваться на пропаганду государственных средств массовой информации, много читать и развивать в себе таланты, интеллектуально совершенствоваться, быть физически подготовленным.
Таким образом, каждая из соответствующих частей целостного квазирелигиозного конструкта занимает свою идеологическую и мировоззренческую нишу, а концептуальные особенности имеют весьма схожее основание.



1.1. Алексий Второй сравнил терроризм с новым язычеством. [Электронный ресурс]. URL: http://www.religare.ru72 1 05 57.html.
1.2. Глава современных друидов. [Электронный ресурс]. URL: http://www.drui.ru/content/view/461/157/.
1.3. Журнал Родноверие - славяне|обычай [Электронный ресурс]. URL: https://vk.com/rodnoverieorg.
1.4. О подменах понятий в языке и истории славян и о псевдоязычестве.
[Электронный ресурс]. URL:
http: //www. rodnovery. ru/dokumenty/obrashcheniya-zayavl eniya/77-o- podmenakh-ponyatii-v-yazyke-i-istorii-slavyan-i-o-psevdovazychestve.
1.5. Омский суд признал экстремистскими «Славяно-Арийские веды»
[Электронный ресурс]. URL:
https://www.gazeta.ru/social/news/2016/02/25/n 8292455.shtml.
1.6. Родноверие - первый общероссийский журнал о Язычестве [Электронный ресурс]. URL: http://www.rodnoverie.org.
1.7. Родноверие. Союз славянских общин славянской родной веры. [Электронный ресурс]. URL: http://www.rodnoverv.ru/.
1.8. Славянский словарь этимологии [Электронный ресурс]. URL: http://slawa.su/vazvk/2436-slavvanskii-slovar-etimologii-vazvchnik.html.
1.9. Сообщества и группы официальной социальной сети «ВКонтакте». [Электронный ресурс]. URL: https://vk.com.
1.10. Союз Славянских Общин Славянской Родной Веры ССО.
[Электронный ресурс]. URL: https://vk.com/ssosrv.
1.11. Федерация славяно-горицкой борьбы [Электронный ресурс]. URL: http://goritsa.ru/first/.
1.12. Язычество [Электронный ресурс]. URL:
https://azbvka.ru/vazvchestvo.
1.13. Язычники предлагают РПЦ отказаться от проявлений экстремизма и религиозной розни. [Электронный ресурс]. URL: http: //slavya.ru/delo/kmg/04/pres041018. htm.
Литература:
2.1. Алексеев В. Русское неоязычество. // Центр апологетических исследований, 2004. [Электронный ресурс]. URL: http: //veruem.narod.ru/rusneoj azychvo. html.
2.2. Балагушкин Е.Г. Неоязычество // Новая философская энциклопедия / Институт философии РАН. [Электронный ресурс]. URL: https: //iphlib.ru/greenstone3/library/collection/newphilenc/document/HA SH010f97d8ee84b5ba29713f0f.
2.3. Гайдуков А. В. Идеология и практика славянского неоязычества: автореф. дис. на соиск. учен. степ. канд. филос. Наук. — СПб.: РГПУ имени А. И. Герцена, 2000. — 24 с.
2.4. Гайдуков А. В. Славянское новое язычество в России: опыт религиоведческого исследования // Новые религии в России: двадцать лет спустя. Материалы Международной научно-практической конференции. - 2013. - С. 169-180.
2.5. Григорьева, Л.И. Новые религиозные движения и государство в современной России // Законодательство о свободе совести и правоприменительная практика в сфере его действия. — 2001. — С. 90-96.
2.6. Гурко А. В. Новые религии в Республике Беларусь: генезис, эволюция, последователи. — Минск: Изд-во МИУ, 2006. — 274 с.
2.7. Забияко А.П. Теологические трактовки квазирелигий (концепции И. Ваха и П. Тиллиха) // Доклад, представленный в рамках проекта «Наука и духовность» [Электронный ресурс]. URL: https: //iphras .ru/site/sci spir/papers/zabiyako. html.
2.8. Забияко А.П. Язычество: от религии крестьян до кибер-религии (статья первая). // Религиоведение. — 2005. — № 4.
2.9. Забияко А.П., Кобызов Р.А. Церковь сайентологии: краткая характеристика. // Религиоведение. — 2004. — № 2.
2.10. Задорожнюк И.Е. Гражданская религия в США, или «вера в Америку»: социальные функции, история и современностью. — М.: Изд-во Современного гуманитарного университета, 2007. — 353 с.
2.11. Зайонц В.В. Социально-антропологический подход к исследованию Интернет-сообществ // Журнал социологии и социальной антропологии. - 2011. - Т. 14. № 1. - С. 200-205.
2.12. Кавыкин О.И. «Родноверы». (Самоидентификация неоязычников в современной России). - Москва: Институт Африки РАН, 2007. - 232 с.
2.13. Калмыков А.А. Антропология цифровой цивилизации // Философия
коммуникации: интеллектуальные сети и современные
информационно-коммуникативные технологии в образовании. -2013. - С. 82-89.
2.14. Клейн Л.С. Воскрешение Перуна. К реконструкции восточнославянского язычества. — СПб.: Евразия, 2004. — 480 с.
2.15. Колкунова К.А. Российские религиоведы о концепциях
религиоподобных явлений в западном религиоведении // Религиоведение на постсоветском пространстве: сборник
материалов Междунар. науч.-практ. конф. в г. Минск - 2009. - 186 с.
2.16. Колкунова К.А. Современные концепции квазирелигий // Вестник Русской христианской гуманитарной академии. - Т. 15. - №1. - С. 305-313.
2.17. Мингалиев А.Х. Русское неоязычество: истоки и развитие. // Итоговая научно-образовательная конференция студентов
Казанского федерального университета 2016 года: сб. Статей: в 5 т.
/ мин-во образования и науки; Казанский (приволжский) федеральный ун-т. - Казань: изд-во казан. Ун-та, 2016. - т. 2: юридический факультет, институт международных отношений, истории и востоковедения. - 384 с. - с. 243-247
2.18. Мингалиев А.Х. Проблема интерпретации компонентов русского фольклора русским неоязыческим движением. // Материалы всероссийской научно-практической конференции «изучение и сохранение русского фольклора в полиэтническом социокультурном пространстве» (Казань - 2016)
2.19. Мингалиев А.Х. Концепт русского неоязычества в виртуальном пространстве: плюрализм интерпретаций и форм. // Итоговая научно-образовательная конференция студентов Казанского федерального университета 2017 года: сб. тезисов: в 4 т. - Казань: Изд-во Казан. ун-та, 2017. - Т. 1: Институт международных отношений, истории и востоковедения. Институт филологии и межкультурной коммуникации им. Льва Толстого. - 336 с. - С. 144145.
2.20. Мингалиев А.Х. Плюрализм концептуальных особенностей в вирутальном пространстве на примере русского неоязычества // Материалы региональной научной конференции студентов, магистрантов и аспирантов «Диалог культур - основа мира и согласия». 8 сентября 2017 г. Самара, 2017. С. 143-147.
2.21. Мингалиев А.Х. Концепт веры и мировоззренческие установки в
среде праворадикальной молодежи города Казани //
Международная конференция молодых ученых Международная конференция "Ломоносов" Москва МГУ им. Ломоносова 9-13 апреля 2018 года.
2.22. Пивоваров Д.В. Философия религии. — М.: Академический проект,2006.— 638 с.
2.23. Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. - М: Наука, 1980.
2.24. Сторчак В.М. Религиозные истоки и смысл большевистского мессианизма (статья первая) // Религиоведение. — 2004. — Вып. 3.
2.25. Фасмер. М. Этимологический словарь русского языка. Пер. с нем. и доп. О. Н. Трубачева / под ред. и с предисл. Б. А. Ларина. — Москва: Прогресс, 1987. — Т. 3 (Муза — Сят).
2.26. Фасмер. М. Этимологический словарь русского языка. // Пер. с нем. и доп. О. Н. Трубачева / под ред. и с предисл. Б. А. Ларина. — М.: Прогресс, 1987. — Т. 4 (Т — Ящур).
2.27. Филимонов Э.Г. Церковь саентологии // Религии народов России: Словарь / Ред-кол. Мчедлов М. П. (отв. ред.), Аверьянов Ю. И., Басилов В. Н. и др. — 2-е изд., и доп. — М.: Республика, 2002. — 624 с. — С. 555.
2.28. Чеснова Е.Н. Место и роль религиозной веры в контексте
секуляризационных процессов в обществе // «Религии России: проблемы социального служения»: сборник материалов II
Междунар. науч.-практич. конф., г. Н. Новгород, 6 октября — 9 октября 2012 г. — С. 622.
2.29. Шиженский Р.В. Русское язычество: лидеры и хронология (к вопросу об этнической религиозности в России XX-XXI вв.). // SocialScience. Общественные науки. Всероссийский научный журнал. - 2010. - №2. - С. 31-43.
2.30. Шиженский Р. В. Славянская неоязыческая диаспора на территории современной России (по данным сети Интернет) // Диалог государства и религиозных объединений в пространстве современной культуры. - 2009. - С. 362-367.
2.31. Шмидт В.В. О знаке и символе в религии и обществе как проблеме межинституционального диалога. // Религиоведение. — 2011. — Вып. 3. — С. 70.
2.32. Шнирельман В.А. Неоязычество и национализм: восточноевропейский ареал // Исследования по прикладной и неотложной этнологии. - 1998. - №114. - 25 с.
2.33. Шнирельман В.А. Неоязычество на просторах Евразии. - М.: Библейско-богословский институт, 2001. - 177 с.
2.34. Шнирелман В.А. Порог толерантности. М.:, 2011.
2.35. Шнирельман В.А. Русское родноверие: неоязычество и
национализм в современной России. - М.: Библейско-богословский институт, 2012. - 302 с.
2.36. Шнирельман В.А. «Цепной пес расы»: диванная расология как защитница «белого человека» [Электронный ресурс]. URL: http://scepsis.net/library/id 1597.html.
2.37. Яблоков И. Н. Философия религии. Актуальные проблемы: монография. — М.: Изд-во РАГС, 2007. — 248 с.


Работу высылаем на протяжении 30 минут после оплаты.

Пожалуйста, укажите откуда вы узнали о сайте!



© 2008-2020 Cервис продажи образцов готовых курсовых работ, дипломных проектов, рефератов, контрольных и прочих студенческих работ.