Тема: КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ КВАЗИРЕЛИГИОЗНЫХ КОНСТРУКТОВ В ВИРТУАЛЬНОМ ПРОСТРАНСТВЕ НА ПРИМЕРЕ РУССКОГО НЕОЯЗЫЧЕСТВА
Закажите новую по вашим требованиям
Представленный материал является образцом учебного исследования, примером структуры и содержания учебного исследования по заявленной теме. Размещён исключительно в информационных и ознакомительных целях.
Workspay.ru оказывает информационные услуги по сбору, обработке и структурированию материалов в соответствии с требованиями заказчика.
Размещение материала не означает публикацию произведения впервые и не предполагает передачу исключительных авторских прав третьим лицам.
Материал не предназначен для дословной сдачи в образовательные организации и требует самостоятельной переработки с соблюдением законодательства Российской Федерации об авторском праве и принципов академической добросовестности.
Авторские права на исходные материалы принадлежат их законным правообладателям. В случае возникновения вопросов, связанных с размещённым материалом, просим направить обращение через форму обратной связи.
📋 Содержание
Глава 1. Русское неоязычество как квазирелигиозный конструкт. Понятие, происхождение, эволюция, маркеры 8
1.1. Общее понятие квазирелигиозного конструкта. Маркеры феномена 8
1.2. Генезис термина «язычество». Интерпретативный плюрализм при
определении неоязычества как явления 16
1.3. Особенности русского неоязычества в системе квазирелигиозных
конструктов 22
Глава 2. Практическое исследование концептуальных особенностей русского неоязычества в виртуальном пространстве 28
2.1. Некоторые характерные концептуальные особенности неоязыческих
движений. Классификация сообществ в виртуальном пространстве 27
2.2. Классификационные особенности сообществ и групп неоязыческого
характера, их описание и анализ 31
2.3. Сходные обобщенные характеристики и маркеры неоязыческих
сообществ в виртуальном пространстве 46
Заключение 55
Список источников и литературы 58
📖 Введение
Несомненно, что одни из наиболее доступных и близких форм идентичностей для человека являются этническая и религиозная. Постепенный отказ от примордиалистских концептов в определении этничности, тесные межэтнические связи позволили человеку или группе идентифицироваться на основе собственного видения ситуации и самоопределения. Несмотря на, однако, сохраняющееся на бытовом уровне мнение об идентификации на основе этнической принадлежности родителей, месте рождения и т.д. Это, в конечном итоге, повлияло на появление множеств форм идентичности, имеющих под собой весьма сомнительное и неподтвержденное основание. Схожий процесс затронул и другую форму - религиозную, подчас тесно связанную с этнической.
Нередко религиозная идентичность приобретает различные квазиформы, базирующиеся, в том числе, на исторических мифологемах, идеализированном идеолого-мировоззренческом конструкте, культе лидера (апологета). Одним из примеров подобных синкретических установок служит полиморфное русское или славянское неоязычество. Концептуальным особенностям одной из подобных форм идентичности - русскому неоязычеству - и посвящена настоящая работа
Однако корректнее следует определить эту форму как квазирелигиозную идентичность. Это можно объяснить тем, что представители указанного направления отрицают устойчивые формы религиозной идентичности традиционных конфессий. Вместо этого последователи русского неоязычества обращаются к идентичности, созданной сообразно собственным
представлениям. Кроме того, идеологическая база русского неоязычества опираются на реконструкцию и переосмысление некоторых объективных исторических фактов, в основе которых лежат славянские религиозные практики и дохристианское мировоззрение.
Характерной уточняющей особенностью настоящей работы является то, что непосредственное качественное исследование феномена русского неоязычества перенесено в Интернет-сферу. Следует понимать, что виртуальное пространство в настоящее время стало универсальной площадкой социального коммуницирования, поэтому одновременно становится возможным и даже необходимым всестороннее исследование Интернет-сферы как антропологического поля, с учетом его специфических особенностей. Таким образом, видится верным согласиться с постмодернистской парадигмой цифровой антропологии (digital anthropology) о постепенном выходе виртуального этнологического поля на значительные позиции в современных социокультурных исследованиях. Однако, в данном случае возникает академическая полемика о методах и научной обоснованности изучений в Интернете. Так, Том Боэлсторф говорит о самой необходимости взаимодействия с изучаемыми субъектами исключительно в их собственных, субъектов, условиях. Даниэль Миллер, однако, отмечает, что исследователи- антропологи в своих работах не должны полностью пренебрегать изучением жизнедеятельности субъекта вне Интернет-пространства, а лишь дополнять его, опять же с учетом специфических особенностей .
Понятно, что именно благодаря виртуальному пространству стали более возможными и удобными коммуникация между последователями русского неоязычества, привлечение новых последователей, толкование и пропаганда своего учения. Кроме того, радикальная часть приверженцев движения может злоупотреблять свободой распространения информации в виртуальном пространстве для пропаганды экстремистских идей.
Актуальность нашей работы заключается в том, что настоящее время отмечается усложнение форм и способов религиозной и этнической самоидентефикации как на индивидуальном, так и на групповом уровнях. Эти тенденции формируют новый этнический и религиозный ландшафт, наиболее ярко ре-презентующий себя в виртуальном пространстве, в том числе в виде таких течений как неоязыческие культы, «вере предков».
Практическая значимость нашей работы заключается в том, что результаты проведенного исследования, представленные ниже, могут быть использованы государственными органами, отвечающими за молодежную политику для формирования актуальных моделей просветительской и воспитательной деятельности.
Целью нашей работы является определение и анализ концептуальных особенностей и форм русского неоязычества в виртуальном пространстве. Исходя из поставленной цели, мы выделяем следующие задачи.
1) Рассмотреть сами понятия квазирелигиозного конструкта и неоязычества, генезис, как терминов, так и самих феноменов;
2) Выявить особенности русского неоязычества в системе квазирелигиозных конструктов;
3) Классифицировать и типологизировать сообщества неоязыческого характера в соответствии с публикуемым контентом и дать им характеристику;
4) Обобщить проанализированный материал для установления маркеров сходства и различия неоязыческих сообществ в виртуальном пространстве.
Объектом нашего исследования выступают последователи неоязыческого движения и виртуальные сообщества, посвященные русскому неоязычеству. Предметом настоящей работы будут концептуальные особенности русского неоязычества в виртуальном пространстве.
Источниковой базой, этнологическим полем для практического исследования выступают виртуальные сообщества и группы неоязыческого толка в социальной сети «ВКонтакте», электронные сайты по указанной тематике, материалы глубинных интервью и включенного наблюдения.
Темой русского неоязычества занимались многие исследователи. Этим обусловлена достаточна обширная историография и высокая степень изученности данного вопроса. В частности, теоретико-методологической основной для автора послужили труды В.А. Шнирельманах. Также нами использовались материалы научных публикаций Шиженского Р.В. и Гайдукова А.В. Кроме того, монография Кавыкина О.И. и книга Клейна Л. С. Наконец, для сравнительного анализа были использованы материалы работ Рыбакова Б.А. . Разумеется, это лишь часть значительного объема научных публикаций и исследований о неоязычестве.
Научная новизна нашей работы в том, что это первое комплексное качественное исследование виртуальных форм концептуализации феномена, содержащее оригинальную типологию и классификацию сообществ. Кроме того, настоящая работа выступает обобщением предшествующих работ автора по данной тематике.
В качестве концептуального формата исследования был выбран формат непосредственного полевого исследования, где этнологическим полем выступает виртуальное пространство. При этом для сбора и анализа полученного материала использовались такие методы как «включенное наблюдение», глубинное интервью, сравнительно-сопоставительный, а также общенаучные методы анализа и синтеза.
Наше исследование ограничено следующими хронологическими рамками - от 60 - 70-х гг. XX века до настоящего времени. Территориальные рамки исследования отсутствуют, так как виртуальное пространство не имеет под собой четкой лимитирующей составляющей. Можно говорить лишь о локализации соответствующих групп и сообществ в пределах одного или нескольких государств. В нашем случае это Российская Федерация.
Настоящая работа состоит из введения, двух глав, разделенных на три параграфа каждая, заключения, списка источников и литературы.
✅ Заключение
1) Квазирелигиозным конструктом можно назвать всю совокупность новых образований, феноменов, форм сознания и идентичности, возникающих в обществе на волне трансформирующихся мировоззренческих, идеологических, религиозных воззрений. Подобные образования обладают некоторыми характерными признаками религии, однако по своей сути выходят за рамки того или иного понимания термина «религия». Отметим, что квазирелигиозные конструкты, педалируя свою исключительность в трансляции истинного и непознанного знания, изначально вступают как антагонисты классических форм религий и стремятся к их замещению в идеолого-мировоззренческом поле;
2) - Термин «неоязычество» - производный экзотермин, использующийся в научном обороте для обозначения соответствующего движения и мировоззрения. Сами последователи предпочитают термины «язычество», «родноверие», «вера предков» и т.д. Неоязычество появилось в 60 - 70-ые гг. XX века, как способ воссоздания дохристианских религиозных практик и форм миропонимания. Причем в первом десятилетии XXI века начинается активное распространение данных идей в виртуальном пространстве;
- Ключевым элементом витальности русского неоязычества в виртуальном пространстве является его абсолютная полиформность. Это выражается, как и в полисемантичности и интерпретации самого понятия с разнообразием дефиниций, так и в самой структуре движения, его формах, объединениях, предлагаемых идеях и установках. Причем указанный плюрализм может быть объяснен тем, что, как и любой квазирелигиозный конструкт, русское неоязычество может «подстраиваться» под интересы и мироощущения конкретной группы или отдельного человека;
3) Несмотря на сложность и неоднозначность интерпретации русского неоязычества, была предпринята попытка классифицировать группы и сообщества, принадлежащие в виртуальном пространстве к указанному движению. Таким образом, была составлена классификация, включающая 5 групп различных объединений, которая видится нам сообразной реальной картине существования неоязыческих сообществ в виртуальном пространстве:
- сообщества официально зарегистрированных в Министерстве юстиции Российской Федерации или иных органах неоязыческих, родноверческих объединений;
- сообщества, посвященные искусству, творчеству, общественной деятельности в концептуальных рамках неоязыческой тематики (музыкальные коллективы, театральные группы, объединения реконструкторов, ролевиков, файтеров);
- сообщества с неоязыческой (русской, германо-скандинавской) тематикой, использующие последнюю исключительно в развлекательном ключе, ориентированной на массового потребителя;
- неоязыческие сообщества, созданные для трансляции идей отдельных авторов околонаучной, публицистической или популярной литературы о прошлом человеческого общества, лингвистике, мировом антропо- и этногенезе в русле парадигмы русского неоязычества;
- сообщества радикального и экстремистского (чаще всего, имплицитно) толка, использующие тематику русского и даже германо-скандинавского неоязычества как дополнение, смысловой фон к своим националистическим и расистским идеям, выступающие за «чистоту рода и крови», расового превосходства белых, следованию морально-этическим и социальным идеалам и примерам дохристианской истории Руси и Европы;
4) - Несмотря на серьезные идеологические и мировоозренческие различия, группы русского неоязычества имеют ряд схожих характеристик. Это добровольность участия и необязательность ритуальной практики, обращение к дохристианской, языческой истории Руси и Европы как деятельному примеру («золотому веку»), мифологизированность, доказательная опора на ненаучные, имеющие спорый статус, отвергаемые академическим сообществом материалы, приведение образа жизни и мыслей потенциального последователя в соответствие с установками движения;
- значительную часть информационного поля занимают сообщества крайне радикального толка, использующие тематику русского и даже германоскандинавского неоязычества как дополнение к своим националистическим и расистским идеям, выступающие за «чистоту рода и крови», расового превосходства белых, следованию морально-этическим и социальным идеалам и примерам дохристианской истории Руси и Европы. Были обнаружены материалы, которые могут носить дискриминационный характер, прямо оскорблять и наносить моральный ущерб лицам из-за расовой, национальной или религиозной принадлежности. Причем важна замена биологического расизма на культурный с соответствующим изменением установок. Однако, тезис «каждый неоязычник - националист и расист» - неверен»;
- Необходимо отметить, что в публикуемых материалах авторы апеллируют к общечеловеческим моральным и психологическим ценностям и идеалам, таким как добро, взаимовыручка и помощь ближнему, терпеливость и стойкость, уважение старших и родителей, охрана и защита природы, восхваление чести и непринятие предательства, бескорыстное служение долгу и родной земле, верность семье и традициям. Немаловажным для настоящего последователя русского неоязычества является ведение трезвого образа жизни (полный отказ от алкоголя, табака, наркотиков). Кроме того, конкретно действовать, проявлять активную гражданскую позицию, иметь личностный стержень, не поддаваться на пропаганду государственных средств массовой информации, много читать и развивать в себе таланты, интеллектуально совершенствоваться, быть физически подготовленным.
Таким образом, каждая из соответствующих частей целостного квазирелигиозного конструкта занимает свою идеологическую и мировоззренческую нишу, а концептуальные особенности имеют весьма схожее основание.



