Тема: Доктрина «снятия корпоративной вуали» в российском и зарубежном праве

В гражданском праве действует принцип автономности, независимости и ограниченности ответственности хозяйственных обществ от долгов учредителей и, наоборот, в силу того, что юридическое лицо является самостоятельным участником имущественного оборота. Общее правило регулирования гражданско-правовых отношений - это разграничение ответственности юридического лица по его обязательствам и ответственности других лиц, в том числе его участников. По сути, конструкция юридического лица является своеобразным корпоративным щитом, позволяющим минимизировать риски ее участников. В то же время само юридическое лицо является правовой фикцией, за которой стоит конкретное физическое лицо - выгодоприобретатель. Очень часто принцип ограниченной ответственности используется в различных злоупотреблениях с целью уменьшить и избежать исполнения требований кредиторов юридического лица.
Нередко создаются номинальные и операционные предприятия, которые де-факто не являются самостоятельным участником оборота компаний, зачастую преследующие противоправные цели и позволяющие их учредителям избежать личной имущественной ответственности за недобросовестные действия в гражданском обороте. В результате лица, осуществляющие недобросовестные действия отгораживаются щитом от кредиторов и используют конструкцию юридического лица как своеобразный фасад, за который переступить проблематично.
Более того, нередко при осуществлении предпринимательской деятельности, создаются взаимосвязанные хозяйственные общества, которые выполняют различные функции. Данная форма осуществления бизнеса может использоваться оправданно и правомерно, например, для облегчения управления так и может преследовать недобросовестные цели — возложение всех активов на одном юридическом лице, а всех пассивов на другом.
В случае наличия зависимости юридических лиц, зависимое лицо осуществляет и полностью выражает волю контролирующего лица и остается самостоятельным лишь де-юре. Поэтому, с целью защиты интересов добросовестного кредитора необходимо выйти за рамки ответственности отдельного юридического лица и возложить его обязательства на иных лиц, корпоративно и коммерчески связанных с должником.
В связи с этим в англосаксонском правопорядке известна доктрина снятия корпоративной вуали (piercing the corporate veil). Что делает возможным возложить ответственность по долгам кредиторов на контролирующих лиц юридического лица. В Германии регулирование данного института глубоко проработано в основном в рамках доктрины «пронизывающей ответственности», которое базируется главным образом на доктрине злоупотребления правом. Однако это исключение из общего правила независимости юридического лица, и оно может применять лишь в исключительных случаях, а иначе конструкция юридического лица перестала бы существовать.
В действующем российском законодательстве есть возможность привлечь контролирующих лиц к ответственности по обязательствам подконтрольного лица. Это, во-первых, субсидиарная ответственность контролирующих лиц при банкротстве. Во-вторых, солидарная ответственность основного общества (товарищества) по сделкам дочернего общества, заключенным последним во исполнение указаний или с согласия основного общества (товарищества) В-третьих, субсидиарная ответственность основного общества (товарищества), если по его вине наступила несостоятельность (банкротство) дочернего общества.
Однако, анализ судебной практики свидетельствует о неразвитости и крайне ограниченном, формальном применении института ответственности основных обществ по обязательствам дочерних.
Но судебная практика нередко данную доктрину для пресечения недобросовестных действий. Поэтому особый интерес выражается в изучении возможных перспективах закрепления данного принципа в гражданском законодательстве.
Степень разработанности проблемы. Доктрина снятия корпоративной вуали получила широкое распространение в англосаксонской правовой семье, а также в некоторых странах романо-германской правовой семьи (в Германии, Перу, Китае). В России научная мысль по данной проблематике активно формируется.
Вопросам доктрины «снятия корпоративной вуали» посвящали свои труды такие ученые как А.В. Асосков, С.Л. Будылин, А.А. Гольцблат, И.В. Григораш, О.В. Гутников, А. В. Егоров, А.Н. Захаров, Я.В Карнаков, Д.В. Ломакин, А.Е. Молотников, Т.П. Подшивалов, Е.А Суханов Ю.В Тай., К.А. Усачева, В.Д. Федчук И.С. Шиткина а также многие зарубежные ученые, в частности: Б. Виндшейда, Р. Иеринга, Ф.К. Савиньи, Carsten Alting, Thomas K. Cheng, James R. Krendl, Frederick J. Powell, Carrol M. Shanks, Robert B. Thompson.
Объект и предмет исследования. Объектом исследования являются общественные отношения, связанные с применением доктрины снятия корпоративной вуали в российской правовой системе. Предметом исследования являются нормы российского и иностранного права, практика их применения, а также научные работы по данной теме.
Методологическую основу исследования составили базовые общенаучные методы, в том числе сравнительный и диалектический метод, метод системного анализа, методы обобщения и другие. При решении поставленных задач также использовались частно-научные правовые методы: нормативно-логический, сравнительно-правовой, метод юридического моделирования, историко-правовой и другие.
Основной целью исследования является выявление правовой сущности доктрины «снятия корпоративной вуали» и возможности ее применения в российском правопорядке.
Исходя из указанной основной цели, поставлены следующие задачи:
- изучить сущность и историю развития доктрины снятия корпоративной вуали;
- выявить особенности и характеристики данной доткрины в англосаксонской и романно-германской правовых системах;
- рассмотреть основания применения вуали в российском законодательстве;
- исследовать критерии ее применения в российской судебной практике;
- выявить перспективы внедрения данной доктрины в российскую правовую систему;
- изучить коллизионные аспекты снятия «корпоративной вуали».
Поставленные вопросы задаются для определения необходимого осмысления, как с теоретической, так и практической точки зрения, зарубежного опыта о привлечении участников юридического лица по его обязательствам, а также определения перспектив включения доктрины «снятия корпоративной вуали» в российскую правовую систему.
Практическая значимость темы работы состоит в возможности использования теоретических выводов и положений в практической деятельности юристов.
Структуры работы. Выпускная квалификационная работа состоит из введения, трех глав, включающих, шесть параграфов, заключения, библиографического списка.

Купить

Общим правилом регулирования гражданско-правовых отношений выступает разграничение ответственности юридического лица по его обязательствам и ответственности других лиц, в том числе его участников.
Однако соблюдение принципов автономности и ограниченной ответственности становится причиной ущемления прав кредиторов - участников гражданского оборота и позволяет недобросовестным должникам избежать ответственности. В связи с этим законодательство в настоящее время развивается в области корпоративного права, о чём свидетельствуют изменения Гражданского кодекса. Растёт понимание необходимости контролировать деятельность участников корпорации, однако институт привлечения их к ответственности нуждается в дальнейшем усовершенствовании.
В выпускной квалификационной работе был проведен комплексный анализ действующего законодательства и судебной практики, проведено сравнение с законодательством зарубежных стран, рассмотрены коллизионные аспекты на основании чего был сделан ряд принципиальных выводов:
1. Институт «снятия корпоративной вуали» зародился в странах англосаксонской правовой системы, и в общем виде представляет собой «игнорирование» структурной организации юридического лица и непосредственное возложение ответственности по обязательствам юридического лица непосредственно на его контролирующих лиц, участников за совершенные ими злоупотребления.
2. В Англии и в США доктрина «снятия корпоративной вуали» является особой судебной доктриной, которая была выработана в прецедентном праве. Она применяется в исключительных случаях для защиты интересов кредиторов. В США институт «снятия корпоративной вуали» применяется наиболее полно и всесторонне, а также суды США в некоторых случаях допускают перевод не только деликтных обязательств от юридического лица к физическим лицам, но и перевод договорных обязательств, в отличие, например, от Великобритании. В судебной практике США существуют определенные «тесты», которые помогают судье с учетом всех обстоятельств решить вопрос о необходимости применения института «снятия корпоративной вуали». Общим для этих стран является наличие двух компонентов, при которых суд станет рассматривать возможность снятия корпоративной вуали. Одновременно наличие контроля над корпорацией в связи, с чем она используется как фасад и является пустой оболочкой, а также наличие неподобающей цели, то есть компания создана для обмана и введения в заблуждение и не выполнения юридических обязательств.
3. В Германии институт «снятия корпоративной вуали» в чистом виде отсутствует, так как в этой стране применяется концепция «злоупотребления правом», которая играет схожую роль при привлечении немецкими судами к ответственности лиц, контролирующих юридическое лицо. Если участники юридического лица используют корпоративную форму, для того чтобы избежать ответственности, и тем самым приносят вред кредиторам, то суд в Германии может лишить участника привилегии ограниченной ответственности.
4. В российском законодательстве положения, схожие по смыслу с институтом «снятия корпоративной вуали», присутствуют только в ситуациях привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих лиц при банкротстве должника, а также к солидарной ответственности основного общества по сделкам дочернего.
5. Снятие «корпоративной вуали» в практике российских судов используется как механизм пресечения злоупотребления правом и нарушения прав участников гражданского оборота. К, сожалению, российские суды слишком консервативно подходят к срыванию корпоративных покровов, сохраняя традиции позитивизма, и принимают решения, исходя строго из буквы закона, а не из сути сложившихся отношений.
6. В российском законодательстве отсутствует единообразное понятие «контроля» и «контролирующих лиц». Поэтому видится необходимость установить в законодательстве понятие субъекта, осуществляющего контроль. И в первую очередь отнести к нему не только юридическое лицо, но и физическое. Особенно это важно для корпораций с одним участником.
7. Для более эффективной защиты прав кредиторов видится необходимость в закреплении доктрины «снятия корпоративной вуали». Основания для привлечения контролирующих лиц юридического лица по его обязательствам должны быть закреплены в законе, для установления правовой определенности. Но, так как эта доктрина предусматривает судейское усмотрение, то важную роль должно оказать разъяснение пленума Верховного суда, которое сформулируют доктрину и установит факторы, при которых она может быть применима. Представляется, что такими условиями будут фактор контроля (например, преобладающее участие в капитале) и злоупотребление корпоративной формой юридического лица, то есть когда корпорация используется как убежище от ответственности и тем самым наносит ущерб кредиторам. Но эта доктрина должна быть исключением из правил и применяться в редких исключениях, когда невозможно на основании других правовых средств привлечь к ответственности участника юридического лица.
8. Коллизионное регулирование снятия корпоративной вуали имеет многообразный характер. Нет какого-либо единого подхода, который бы применяли суды при рассмотрении споров об игнорировании корпоративной сущности юридического лица. Одной из основных коллизионных привязок является личный закон юридического лица. Но исключительное применение этой коллизионной привязки не всегда справедливо. Поскольку участники могут преднамеренно регистрировать корпорацию в той стране, где отсутствует возможность привлечь участников к ответственности юридического лица. Поэтому представляется применение альтернативной коллизионной привязки, согласно которой если юридическое лицо зарегистрировано вне территории осуществления своей основной предпринимательской деятельности, то в вопросах ответственности участников юридического лица по его обязательствам должно применяться либо право того государства, где осуществляется предпринимательская деятельность, либо личный закон юридического лица. Этот подход закреплен в российском законодательстве.

Купить