📄Работа №197903
Тема: Славяне и ранневизантийское общество в V-VII вв.: миграция, политогенез
Характеристики работы
Тип работы
Магистерская диссертация
Предмет
История
Объем:
159 листов
Год:
2018
Просмотров:
53
4800
руб.
🛒 Купить работу
Не подходит эта работа?
Закажите новую по вашим требованиям
Узнать цену на написание
Закажите новую по вашим требованиям
Представленный материал является образцом учебного исследования, примером структуры и содержания учебного исследования по заявленной теме. Размещён исключительно в информационных и ознакомительных целях.
Workspay.ru оказывает информационные услуги по сбору, обработке и структурированию материалов в соответствии с требованиями заказчика.
Размещение материала не означает публикацию произведения впервые и не предполагает передачу исключительных авторских прав третьим лицам.
Материал не предназначен для дословной сдачи в образовательные организации и требует самостоятельной переработки с соблюдением законодательства Российской Федерации об авторском праве и принципов академической добросовестности.
Авторские права на исходные материалы принадлежат их законным правообладателям. В случае возникновения вопросов, связанных с размещённым материалом, просим направить обращение через форму обратной связи.
Настоящий учебно-методический информационный материал размещён в ознакомительных и исследовательских целях и представляет собой пример учебного исследования. Не является готовым научным трудом и требует самостоятельной переработки.
📋 Содержание
Введение 3
Раздел I. Славянские общности на Дунае V-VII вв.: миграция и ее влияние
1.1 Пути, этапы, динамика переселения славян на Балканы 25
1.2 Социальный аспект славянской миграции 48
Раздел II. Дунайский фронтир как зона формирования первых славянских государств
2.1 Механизмы и содержание репрезентации византийской власти в
славянские общности 69
2.2 Политогенез в славянских общностях, контекст и модели
формирования первых государств 92
Заключение 111
Список источников и литературы 118
Приложения 160
Раздел I. Славянские общности на Дунае V-VII вв.: миграция и ее влияние
1.1 Пути, этапы, динамика переселения славян на Балканы 25
1.2 Социальный аспект славянской миграции 48
Раздел II. Дунайский фронтир как зона формирования первых славянских государств
2.1 Механизмы и содержание репрезентации византийской власти в
славянские общности 69
2.2 Политогенез в славянских общностях, контекст и модели
формирования первых государств 92
Заключение 111
Список источников и литературы 118
Приложения 160
📖 Аннотация
В данной работе исследуется комплексное взаимодействие славянских общностей и ранневизантийского общества в V–VII веках, фокусируясь на взаимосвязи миграционных процессов и становления ранних форм государственности (политогенеза). Актуальность исследования обусловлена как необходимостью применения современных подходов к изучению миграций в контексте завершающей фазы Великого переселения народов, так и значимостью данной проблематики для понимания современных глобальных миграционных вызовов. Основные выводы заключаются в том, что политогенез у славян был результатом многофакторного воздействия, включая распад гуннской державы, постоянное движение на Балканский фронтир и прямое влияние византийских политических практик, которые выступали как образцом для подражания, так и фактором социальной дифференциации. Миграция при этом рассматривается не только как следствие потрясений, но и как ключевой агент социальной консолидации изначально разнородных групп. Научная значимость работы заключается в системном анализе механизмов трансформации славянского общества на дунайском пограничье, в то время как практическая ценность связана с углублением понимания долгосрочных последствий масштабных миграций. Теоретической основой исследования послужили труды как античных и раннесредневековых авторов (Аноним Валезия, Аврелий Августин), так и современных историков, анализирующих специфику фронтира и этнополитических процессов.
📖 Введение
Для исторической науки вопросы, связанные с изучением становления, социальной структуры и ранней государственности традиционно обладают, пожалуй, наибольшим значением при изучении древних общностей. Особое место занимает изучение социально-политических процессов периода социальных сдвигов, экстремальных для социума ситуаций. В данном контексте большое внимание привлекает завершающий период Великого переселения народов (V-VII вв. н.э.), в результате которого сформировалась этно-политическая карта средневековой Европы. В условиях распространения новых подходов, таких, как изучение миграций, Великое переселение остается недостаточно изученным.
Великое переселение народов и его последствия для социального строя Европы не раз становилась объектом изучения. Он включает в себя достаточно большое количество работ историков разных стран, направлений, исторических школ. Зачастую на фоне более глобальной проблемы процесса славянского этногенеза вопросы о миграции и политогенезе сознательно отводятся историками на второй план. Актуальность темы исследования также обусловлена увеличением миграционной активности населения в современном мире, которое получило название «Великого переселения» современности.
Особенностью периода «славянской миграции» стало то, что он характеризуется постоянными передвижениями населения, усложнением конфликтогенности среды в Восточной Европе. Это происходило на фоне падения Западной Римской империи и войны за наследство распавшейся державы Аттилы. Происходила активная милитаризация общностей и постоянные военные противостояния внутри «барбарикума» (так назывались земли, не входивших в состав «цивилизованных» территорий Римской империи) между племенами - наследниками гуннской державы и на его периферии между «варварами» и Восточной Римской империей.
Объект исследования - славянские общности периода миграции и становления ранних государств.
Предметом исследования является влияние миграции и Восточной Римской (Византийской) империи на формирование и становление славянской идентичности и государственности.
Цель работы - изучить роль миграции и Восточной Римской(Византийской) империи в социо и политогенезе в славянских общностях в V-VII веках, характер динамику миграции славянских общностей.
Реализация поставленной цели требует решения следующих задач:
^Охарактеризовать славянские общности на Дунае в V-VII веках, динамику и характер их переселения;
2. Рассмотреть влияние миграции на социальную организацию славянского населения;
3. Выявить основные модели и механизмы и содержание репрезентации византийской власти в славянские общности, ее культурные послания, адресованные славянским общностям;
^Охарактеризовать специфику зон формирования государств на примере Дунайского фронтира.
Территориальные рамки данного исследования охватывают Балканские провинции Византийской империи и сопредельные территории (Придунавье, Фракия, Мезия (иногда Мисия), Паннония, Иллирия, долина Моравы), так как именно этот регион стал местом взаимодействия империи, соответствующего ей социального пространства со «славянскими» переселенцами.
Хронологические рамки исследования ограничены периодом с 460 годов н.э. (распад державы гуннов и последовавшая за этим миграция входивших в его состав славянских общностей в Придунавье) по 630-е годы н.э. (формирование «Славиний» в долине реки Моравы(государство Само) и в Придунавье и основание Аварского каганата).
Гипотеза состоит в том, что славянская идентичность и политические системы, начавшие формирование в результате миграции, после распада державы гуннов, окончательно сложились под воздействием нескольких фронтирных зон, выходящих за пределы традиционного расселения славянского населения на Балканах.
Новизна исследования состоит в корректировке существующих представлений о славянском политогенезе как процессе закрепления и усвоения различных социальных практик, сформированных путем смещения традиций, мим-адаптации в результате миграции и взаимодействия с Византийской империей.
Практическая значимость данного исследования состоит в том, что его результаты позволяют лучше понять процесс усложнения социальных отношений в догосударственных обществах, внести коррективы в осмысление такого исторического феномена как ранеесредневековое государство и способствуют заполнению лакун в едином нарративе по раннеславянской истории, может быть использована в рамках подготовки различных курсов, связанных с историей Раннего Средневековья.
Специфика предмета исследования, поставленные задачи и терминологический аппарат, подразумевающие работу с такими понятиями как политические практики, символические системы, ритуалистика, политическая культура, образы и репрезентации сделали невозможным изучение без привлечения междисциплинарного подхода. Поэтому данное исследование проводилось на стыке трех теоретико-методологических направлений:
1. Новая политическая история, рассматривающая понятие политический символизм, дискурс, проблемы репрезентации власти;
2. Политическая антропология, поднимающая вопросы развития догосударственных обществ;
3. Новая социальная история, чей понятийный аппарат в целом схож с тем, что применяет новая политическая история, но характеризуется явным уклоном в изучение их общественной, социальной составляющей.
Такой подход представлялся продуктивным, так как и политическое, и этническое существование индивидов может быть определено как таковое только в рамках коллектива (социума). Следовательно, обе вышеуказанные конструкции активируются в рамках социального пространства, то есть являются порождениями социальности.
Под ключевым термином «политогенез», вынесенным в заголовок работы, понимается процесс формирования государственной структуры, образования определенной системы властных отношений, подчинения и служения во всех их многообразных репрезентациях, сопровождавшихся складыванием в социальной группе политических или протополитических традиций, ритуалов, символики и мифологии.
Одним из ключевых факторов славянского политогенеза является миграция. Под данным термином понималось не только перемещение определенного человека или социальной группы из одного места проживания на другое и соответствующие этому «освоение-колонизация- заселение», но и приспособление к «новому месту», выходящее за рамки мим-адаптации, то есть приспособления к новым природным и социальным условиям. Результат миграции - перестройка социальной системы, культурных стереотипов и образов пространства. Иными словами, миграция - это многомерный процесс движения и взаимодействия, пересмотра социальной системы коллектива, смена социальных ориентиров и перемены социальной структуры двигающейся группы.
Оба вышеуказанных процесса оказываются чрезвычайно связанными между собой. Во время миграции внутри социальных групп закладываются основания будущего политического строя, изменяется система властных отношений. Идет ускоренный процесс впитывания элементов новой среды, вырабатываются новые стратегии поведения, адаптируется опыт других народов, встреченных по пути, а также соседей на новом месте проживания. Этот процесс усиливается на фоне более развитых соседей, каким стала Византийская империя с многолетними политическими практиками и властными институтами, имевшая не только довольно протяженную границу со славянами по реке Дунай, но и неспособная выстроить эффективную систему контроля над их переселениями на Средние, а затем и Южные Балканы.
Концепция, использованная для интерпретации при работе с источниковой базой, в свою очередь выстраивалась на базе теоретических наработок французских социологов-постструктуралистов второй половины XX века (П. Бурдье и М. Фуко). Главнейшим результатом исследовательской деятельности данных авторов стала выработка структурной теории феномена власти, основанная на идее о двойном (многообразном) конструировании реальности.
Согласно данной теории, любая вещь, предмет, текст присутствует сразу в двух взаимосвязанных структурах - физической (реальный мир вещей как мир в себе) и социальной (определенный контекст, социальный символизм, наделение смыслом материальнх объектов). Власть, господство в данном случае является генеральной силовой линией, которая связывает социальное пространство в единую систему, перераспределяет, выравнивает, связывает все генеральные столкновения. Становление государственной власти в данном случае происходит на фоне борьбы за распределение утверждения определенной социальной структуры, где каждая позиция соответствует определенному социальному статусу.
В рамках социологической концепции П. Бурдье социальный статус рассматривается как «конструкт», то есть совокупность диспозиций, определяющих положение человека в социальном и физическом пространствах. В силу того, что он формируется как в сознании самого человека, так и в сознании его окружения, этот «конструкт», согласно П. Бурдье, основан на использовании человеком (носителем габитуально усвоенных диспозиций) объектов материального мира посредством наделения их символическими значениями....
Великое переселение народов и его последствия для социального строя Европы не раз становилась объектом изучения. Он включает в себя достаточно большое количество работ историков разных стран, направлений, исторических школ. Зачастую на фоне более глобальной проблемы процесса славянского этногенеза вопросы о миграции и политогенезе сознательно отводятся историками на второй план. Актуальность темы исследования также обусловлена увеличением миграционной активности населения в современном мире, которое получило название «Великого переселения» современности.
Особенностью периода «славянской миграции» стало то, что он характеризуется постоянными передвижениями населения, усложнением конфликтогенности среды в Восточной Европе. Это происходило на фоне падения Западной Римской империи и войны за наследство распавшейся державы Аттилы. Происходила активная милитаризация общностей и постоянные военные противостояния внутри «барбарикума» (так назывались земли, не входивших в состав «цивилизованных» территорий Римской империи) между племенами - наследниками гуннской державы и на его периферии между «варварами» и Восточной Римской империей.
Объект исследования - славянские общности периода миграции и становления ранних государств.
Предметом исследования является влияние миграции и Восточной Римской (Византийской) империи на формирование и становление славянской идентичности и государственности.
Цель работы - изучить роль миграции и Восточной Римской(Византийской) империи в социо и политогенезе в славянских общностях в V-VII веках, характер динамику миграции славянских общностей.
Реализация поставленной цели требует решения следующих задач:
^Охарактеризовать славянские общности на Дунае в V-VII веках, динамику и характер их переселения;
2. Рассмотреть влияние миграции на социальную организацию славянского населения;
3. Выявить основные модели и механизмы и содержание репрезентации византийской власти в славянские общности, ее культурные послания, адресованные славянским общностям;
^Охарактеризовать специфику зон формирования государств на примере Дунайского фронтира.
Территориальные рамки данного исследования охватывают Балканские провинции Византийской империи и сопредельные территории (Придунавье, Фракия, Мезия (иногда Мисия), Паннония, Иллирия, долина Моравы), так как именно этот регион стал местом взаимодействия империи, соответствующего ей социального пространства со «славянскими» переселенцами.
Хронологические рамки исследования ограничены периодом с 460 годов н.э. (распад державы гуннов и последовавшая за этим миграция входивших в его состав славянских общностей в Придунавье) по 630-е годы н.э. (формирование «Славиний» в долине реки Моравы(государство Само) и в Придунавье и основание Аварского каганата).
Гипотеза состоит в том, что славянская идентичность и политические системы, начавшие формирование в результате миграции, после распада державы гуннов, окончательно сложились под воздействием нескольких фронтирных зон, выходящих за пределы традиционного расселения славянского населения на Балканах.
Новизна исследования состоит в корректировке существующих представлений о славянском политогенезе как процессе закрепления и усвоения различных социальных практик, сформированных путем смещения традиций, мим-адаптации в результате миграции и взаимодействия с Византийской империей.
Практическая значимость данного исследования состоит в том, что его результаты позволяют лучше понять процесс усложнения социальных отношений в догосударственных обществах, внести коррективы в осмысление такого исторического феномена как ранеесредневековое государство и способствуют заполнению лакун в едином нарративе по раннеславянской истории, может быть использована в рамках подготовки различных курсов, связанных с историей Раннего Средневековья.
Специфика предмета исследования, поставленные задачи и терминологический аппарат, подразумевающие работу с такими понятиями как политические практики, символические системы, ритуалистика, политическая культура, образы и репрезентации сделали невозможным изучение без привлечения междисциплинарного подхода. Поэтому данное исследование проводилось на стыке трех теоретико-методологических направлений:
1. Новая политическая история, рассматривающая понятие политический символизм, дискурс, проблемы репрезентации власти;
2. Политическая антропология, поднимающая вопросы развития догосударственных обществ;
3. Новая социальная история, чей понятийный аппарат в целом схож с тем, что применяет новая политическая история, но характеризуется явным уклоном в изучение их общественной, социальной составляющей.
Такой подход представлялся продуктивным, так как и политическое, и этническое существование индивидов может быть определено как таковое только в рамках коллектива (социума). Следовательно, обе вышеуказанные конструкции активируются в рамках социального пространства, то есть являются порождениями социальности.
Под ключевым термином «политогенез», вынесенным в заголовок работы, понимается процесс формирования государственной структуры, образования определенной системы властных отношений, подчинения и служения во всех их многообразных репрезентациях, сопровождавшихся складыванием в социальной группе политических или протополитических традиций, ритуалов, символики и мифологии.
Одним из ключевых факторов славянского политогенеза является миграция. Под данным термином понималось не только перемещение определенного человека или социальной группы из одного места проживания на другое и соответствующие этому «освоение-колонизация- заселение», но и приспособление к «новому месту», выходящее за рамки мим-адаптации, то есть приспособления к новым природным и социальным условиям. Результат миграции - перестройка социальной системы, культурных стереотипов и образов пространства. Иными словами, миграция - это многомерный процесс движения и взаимодействия, пересмотра социальной системы коллектива, смена социальных ориентиров и перемены социальной структуры двигающейся группы.
Оба вышеуказанных процесса оказываются чрезвычайно связанными между собой. Во время миграции внутри социальных групп закладываются основания будущего политического строя, изменяется система властных отношений. Идет ускоренный процесс впитывания элементов новой среды, вырабатываются новые стратегии поведения, адаптируется опыт других народов, встреченных по пути, а также соседей на новом месте проживания. Этот процесс усиливается на фоне более развитых соседей, каким стала Византийская империя с многолетними политическими практиками и властными институтами, имевшая не только довольно протяженную границу со славянами по реке Дунай, но и неспособная выстроить эффективную систему контроля над их переселениями на Средние, а затем и Южные Балканы.
Концепция, использованная для интерпретации при работе с источниковой базой, в свою очередь выстраивалась на базе теоретических наработок французских социологов-постструктуралистов второй половины XX века (П. Бурдье и М. Фуко). Главнейшим результатом исследовательской деятельности данных авторов стала выработка структурной теории феномена власти, основанная на идее о двойном (многообразном) конструировании реальности.
Согласно данной теории, любая вещь, предмет, текст присутствует сразу в двух взаимосвязанных структурах - физической (реальный мир вещей как мир в себе) и социальной (определенный контекст, социальный символизм, наделение смыслом материальнх объектов). Власть, господство в данном случае является генеральной силовой линией, которая связывает социальное пространство в единую систему, перераспределяет, выравнивает, связывает все генеральные столкновения. Становление государственной власти в данном случае происходит на фоне борьбы за распределение утверждения определенной социальной структуры, где каждая позиция соответствует определенному социальному статусу.
В рамках социологической концепции П. Бурдье социальный статус рассматривается как «конструкт», то есть совокупность диспозиций, определяющих положение человека в социальном и физическом пространствах. В силу того, что он формируется как в сознании самого человека, так и в сознании его окружения, этот «конструкт», согласно П. Бурдье, основан на использовании человеком (носителем габитуально усвоенных диспозиций) объектов материального мира посредством наделения их символическими значениями....
✅ Заключение
Подводя итог проведенному исследованию необходимо сказать, что процесс формирования государства у славян проходил под многосторонним и многократных воздействием окружающей социально-политической среды. Славянская социально-политическая система и идентичность начали формироваться под воздействием распада гуннской социальнополитической системы, череды миграций и фронтирных зон на Балканском полуострове, в которых находилось славянское население в результате своего передвижения, а также репрезентации византийской власти, создававшей образец политических практик, социальной организации, а также усиливающей социальную дифференциацию через официальное признание или военное давление.
«Славянская» миграция, являясь агентом и следствием потрясений, который испытал Балканский регион во время завершающей фазы Великого переселения народов, стало для, вероятно, разноэтничного на ранних этапах славянства, населения, существенным фактором социальной консолидации.
Основой для нее, вероятно, стала определенная субкультура, сформировавшаяся в период существования гуннской державы Аттилы из разноэтничного среза взятого на службу к лидеру кочевого государства.
Именно здесь, в условиях гуннского племенного суперсоюза, славяне попадают под опосредованное влияние Византийской империи, возможно даже участвуют в нападении на нее в рамках многочисленных войн между гуннами и ромеями в Увеке.
Сформированная гуннской властью субкультура, скорее всего, являлась частью военной машины, восприняла на себя элементы социальной структуры и оформилась как определенный коллектив, занимающий определенную позицию в гуннской военной иерархии со своими руководителями и внутренней иерархией.
Славянская миграция на Балканы приобрела массовый характер после смерти Аттилы и формирования конфликтогенной среды на месте существования его державы ввиду образовавшегося в регионе вакуума власти. Это стало возможно, так как данное степное кочевое государство возникло как суперсоюз, основанный одной личностью обладающей набором символических характеристик, которые являлись фундаментом, удерживающим в подчинении разнородную массу различных народов. Вакуум власти вылился в спор между местными харизматичными лидерами социальных группировок готов и гуннов. Славяне оказались втянутыми в эту борьбу по разные стороны этого конфликта, и, в итоге, включились в процесс колонизации Придунавья, покидаемого переходившими на запад германскими народами.
Активная фаза славянского переселения V-VI веков проходила в виде двух основных потоков движущегося населения, вызванных отступлением Дензирика и уходом остготов, гепидов, геруллов в Панонию и Иллирию.
Направлением первого потока стали так называемые «Железные врата», то есть граница Паннонии и Дакии около города Сирмий. Отсюда они впоследствии пересекают Дунай, о чем свидетельствует распространение материальных объектов археологических культур, чей ареал распространения совпадал с территорией славянского расселения.
Второй поток мигрантов продвигался вдоль Карпат на юг к Дунайским границам в южной Дакии. Именно здесь начинается прямое взаимодействие с Империей, однако отсутствие этнической организации и борьба готов во Фракии приводит к отсутствию интереса к данному региону со стороны Византийских авторов, поэтому мы можем отследить потоки двигающихся людей по ареалу распространения археологических объектов.
На основании данных письменных источников мы выделяем две стратегии колонизации новых территорий:
1. Военная колонизация, связанная с захватом или насильственным закреплением на определенной территории;
2. Мирное заселение освободившихся территорий и мирное сосуществование с местным населением или взаимное игнорирование.
В условиях постоянных нападений на Фракию и Мезию с конца IV века, в том числе падение ключевых военных пунктов в результате нашествий и восстаний, Империя в конце V века фактически теряет контроль над прибрежными регионами Дуная. Нападения гуннов-булгар на южные территории способствовали открытию коридора, по которому шло движение населения в Империю. Именно эта территория впоследствии станет плацдармом для большей части славянских вторжений.
К этому моменту групповая идентичность славянского населения формирует властные отношения в общности, а фактор славянского присутствия на Балканах Византия больше игнорировать не может. Славяне как факт появляются в византийских источниках, а также попадают под прямое византийское воздействие с юга и опосредованное с запада со стороны германских королевств - Герулов и Гепидов.
Формируется два центра развития славянской государственности: один в Паннонии, второй в Дакии. Византия становится одним из главных факторов политогенеза и, хотя мы продолжаем наблюдать постепенную колонизацию славянами Балкан, конфликтогенность среды, в которой проживают мигранты, сохраняется.
Славяне оказываются зажатыми в рамках трех фронтирных зон, в рамках которых продолжается ускоренное развитие внутренней социальной структуры в общностях.
Первой такой линией становится Византийский фронтир, выходящий за рамки дунайской границы, которая является в глазах населения империи барбарикума скорее воображаемым рубежом между варварством и цивилизацией. Именно по этой линии идет трансляция византийский культурных посланий, цель которые - признание славянами Византии как своего покровителя.
Вторая фронтирная зона проходила до Моравы и Эльбы - это зона не только Византийского, но и Германского воздействия, включающая в себя «вольный» пересказ римско-византийской традиции, транслятором которых являются остатки византийского населения и правящие германские элиты им подражающие.
Третья линия представляет собой зону контакта между кочевым и оседлым населением. Однако воздействие в рамках этой зоны являлось ограниченным ввиду особенностей существования кочевых обществ, и специфики ведения хозяйства, требующей периодической смены места проживания.
Все три группы переселяющихся находятся под сильным воздействием военного фактора развития, который становится, в условиях постоянных конфликтов, трамплином для представителей общности.
Отсутствие фактического контроля над фракийским коридором со стороны византийской армии, о чем свидетельствует целый ряд авторов, провоцировало славян к движению на территории имперских провинций с целью грабежа, районов проживания на освобожденных в результате войн местах. Ромейская империя стала для мигрантов не только фактором экономического и социального расслоения, источником прибавочного продукта для обогащения славянских элит, но и носителем легитимации для соседних государств и славянских общностей. Последнее, в том числе, подтверждается и тем, что для большинства исследователей данных проблем, факт появления славянских государств связывается с византийским признанием этих государств.
Взаимодействие между этими двумя социокультурнымми системами «официально» началось после старта строительной кампании Юстиниана I Великого, которая была реализацией попытки возвращения территорий Придунавья под контроль Константинополя.
В рамках ромейско-славянского взаимодействия императорская власть активно применяла такие модели и механизмы воздействия как дары, дань, предоставление определенных социальных статусов. Центром этого воздействия была репрезентация личности византийского правителя, стремящегося стать надсоциальным, недоступным. Символическим значением наделялись вещи, окружающие правителя, а следовательно и его подарки местным лидерам. Такая картина транслировалась по различным каналам, и, несмотря на её фрагментарность, динамичность и непоследовательность, она работала над конструированием образа императора как носителя божественной власти, отделенного от общества и ответственного за жизнь государства, арбитра в решении межплеменных споров на рубежах государства и утерянных ранее территориях.
Результатом данного столкновения становится появление антов и славян в официальной титулатуре византийских императоров. С одной стороны это стало показателем официальной фиксации славянских групп на границах и внутри империи, с другой - начало долгого пути взаимных контактов, в результате которых Ромейская держава стала восприниматься как своеобразное место усиление своего политического и экономического капиталов. Империя привлекала местные элиты своим экономическим строем и возможностью узаконить и повысить свой статус, как в имперской, так и в славянской социальной системе. Изучение исторических источников привело к выводу, что процесс политогенеза у славян не происходил в рамках устоявшейся схемы «группа-этнос-государство», а развивался по ускоренному пути, двигателями которого являлись исторический контекст и военный фактор.
Война и мелкие грабительские набеги, ставшие частым явлением для Придунайских провинций империи, формировали в рамках социальной структуры славян определенные группы, живущих военным делом людей. Среди них со временем выделялись наиболее харизматичные лидеры, которых, исходя из данных источников, общности назначали своими защитниками на собрании, или через старейшин. Примечательно, что в этом процессе активно участвовала и имперская Администрация, пытаясь поддерживать наиболее лояльных представителей соседствующих народов, становясь гарантом мира между ними или посредником в решении различных споров.
Эта система была нарушена аварами, установившими свой контроль над славянским населением, причем это подчинение выстраивалось по той же схеме суперсоюза, что и при Аттиле, но с большей степенью самостоятельности входящих в него частей. После прихода авар начинается еще один этап миграции, на этот раз основным регионом расселения становится Иллирия и Далмация, освобожденные в результате движения лангобардов и германцев в Италию....
«Славянская» миграция, являясь агентом и следствием потрясений, который испытал Балканский регион во время завершающей фазы Великого переселения народов, стало для, вероятно, разноэтничного на ранних этапах славянства, населения, существенным фактором социальной консолидации.
Основой для нее, вероятно, стала определенная субкультура, сформировавшаяся в период существования гуннской державы Аттилы из разноэтничного среза взятого на службу к лидеру кочевого государства.
Именно здесь, в условиях гуннского племенного суперсоюза, славяне попадают под опосредованное влияние Византийской империи, возможно даже участвуют в нападении на нее в рамках многочисленных войн между гуннами и ромеями в Увеке.
Сформированная гуннской властью субкультура, скорее всего, являлась частью военной машины, восприняла на себя элементы социальной структуры и оформилась как определенный коллектив, занимающий определенную позицию в гуннской военной иерархии со своими руководителями и внутренней иерархией.
Славянская миграция на Балканы приобрела массовый характер после смерти Аттилы и формирования конфликтогенной среды на месте существования его державы ввиду образовавшегося в регионе вакуума власти. Это стало возможно, так как данное степное кочевое государство возникло как суперсоюз, основанный одной личностью обладающей набором символических характеристик, которые являлись фундаментом, удерживающим в подчинении разнородную массу различных народов. Вакуум власти вылился в спор между местными харизматичными лидерами социальных группировок готов и гуннов. Славяне оказались втянутыми в эту борьбу по разные стороны этого конфликта, и, в итоге, включились в процесс колонизации Придунавья, покидаемого переходившими на запад германскими народами.
Активная фаза славянского переселения V-VI веков проходила в виде двух основных потоков движущегося населения, вызванных отступлением Дензирика и уходом остготов, гепидов, геруллов в Панонию и Иллирию.
Направлением первого потока стали так называемые «Железные врата», то есть граница Паннонии и Дакии около города Сирмий. Отсюда они впоследствии пересекают Дунай, о чем свидетельствует распространение материальных объектов археологических культур, чей ареал распространения совпадал с территорией славянского расселения.
Второй поток мигрантов продвигался вдоль Карпат на юг к Дунайским границам в южной Дакии. Именно здесь начинается прямое взаимодействие с Империей, однако отсутствие этнической организации и борьба готов во Фракии приводит к отсутствию интереса к данному региону со стороны Византийских авторов, поэтому мы можем отследить потоки двигающихся людей по ареалу распространения археологических объектов.
На основании данных письменных источников мы выделяем две стратегии колонизации новых территорий:
1. Военная колонизация, связанная с захватом или насильственным закреплением на определенной территории;
2. Мирное заселение освободившихся территорий и мирное сосуществование с местным населением или взаимное игнорирование.
В условиях постоянных нападений на Фракию и Мезию с конца IV века, в том числе падение ключевых военных пунктов в результате нашествий и восстаний, Империя в конце V века фактически теряет контроль над прибрежными регионами Дуная. Нападения гуннов-булгар на южные территории способствовали открытию коридора, по которому шло движение населения в Империю. Именно эта территория впоследствии станет плацдармом для большей части славянских вторжений.
К этому моменту групповая идентичность славянского населения формирует властные отношения в общности, а фактор славянского присутствия на Балканах Византия больше игнорировать не может. Славяне как факт появляются в византийских источниках, а также попадают под прямое византийское воздействие с юга и опосредованное с запада со стороны германских королевств - Герулов и Гепидов.
Формируется два центра развития славянской государственности: один в Паннонии, второй в Дакии. Византия становится одним из главных факторов политогенеза и, хотя мы продолжаем наблюдать постепенную колонизацию славянами Балкан, конфликтогенность среды, в которой проживают мигранты, сохраняется.
Славяне оказываются зажатыми в рамках трех фронтирных зон, в рамках которых продолжается ускоренное развитие внутренней социальной структуры в общностях.
Первой такой линией становится Византийский фронтир, выходящий за рамки дунайской границы, которая является в глазах населения империи барбарикума скорее воображаемым рубежом между варварством и цивилизацией. Именно по этой линии идет трансляция византийский культурных посланий, цель которые - признание славянами Византии как своего покровителя.
Вторая фронтирная зона проходила до Моравы и Эльбы - это зона не только Византийского, но и Германского воздействия, включающая в себя «вольный» пересказ римско-византийской традиции, транслятором которых являются остатки византийского населения и правящие германские элиты им подражающие.
Третья линия представляет собой зону контакта между кочевым и оседлым населением. Однако воздействие в рамках этой зоны являлось ограниченным ввиду особенностей существования кочевых обществ, и специфики ведения хозяйства, требующей периодической смены места проживания.
Все три группы переселяющихся находятся под сильным воздействием военного фактора развития, который становится, в условиях постоянных конфликтов, трамплином для представителей общности.
Отсутствие фактического контроля над фракийским коридором со стороны византийской армии, о чем свидетельствует целый ряд авторов, провоцировало славян к движению на территории имперских провинций с целью грабежа, районов проживания на освобожденных в результате войн местах. Ромейская империя стала для мигрантов не только фактором экономического и социального расслоения, источником прибавочного продукта для обогащения славянских элит, но и носителем легитимации для соседних государств и славянских общностей. Последнее, в том числе, подтверждается и тем, что для большинства исследователей данных проблем, факт появления славянских государств связывается с византийским признанием этих государств.
Взаимодействие между этими двумя социокультурнымми системами «официально» началось после старта строительной кампании Юстиниана I Великого, которая была реализацией попытки возвращения территорий Придунавья под контроль Константинополя.
В рамках ромейско-славянского взаимодействия императорская власть активно применяла такие модели и механизмы воздействия как дары, дань, предоставление определенных социальных статусов. Центром этого воздействия была репрезентация личности византийского правителя, стремящегося стать надсоциальным, недоступным. Символическим значением наделялись вещи, окружающие правителя, а следовательно и его подарки местным лидерам. Такая картина транслировалась по различным каналам, и, несмотря на её фрагментарность, динамичность и непоследовательность, она работала над конструированием образа императора как носителя божественной власти, отделенного от общества и ответственного за жизнь государства, арбитра в решении межплеменных споров на рубежах государства и утерянных ранее территориях.
Результатом данного столкновения становится появление антов и славян в официальной титулатуре византийских императоров. С одной стороны это стало показателем официальной фиксации славянских групп на границах и внутри империи, с другой - начало долгого пути взаимных контактов, в результате которых Ромейская держава стала восприниматься как своеобразное место усиление своего политического и экономического капиталов. Империя привлекала местные элиты своим экономическим строем и возможностью узаконить и повысить свой статус, как в имперской, так и в славянской социальной системе. Изучение исторических источников привело к выводу, что процесс политогенеза у славян не происходил в рамках устоявшейся схемы «группа-этнос-государство», а развивался по ускоренному пути, двигателями которого являлись исторический контекст и военный фактор.
Война и мелкие грабительские набеги, ставшие частым явлением для Придунайских провинций империи, формировали в рамках социальной структуры славян определенные группы, живущих военным делом людей. Среди них со временем выделялись наиболее харизматичные лидеры, которых, исходя из данных источников, общности назначали своими защитниками на собрании, или через старейшин. Примечательно, что в этом процессе активно участвовала и имперская Администрация, пытаясь поддерживать наиболее лояльных представителей соседствующих народов, становясь гарантом мира между ними или посредником в решении различных споров.
Эта система была нарушена аварами, установившими свой контроль над славянским населением, причем это подчинение выстраивалось по той же схеме суперсоюза, что и при Аттиле, но с большей степенью самостоятельности входящих в него частей. После прихода авар начинается еще один этап миграции, на этот раз основным регионом расселения становится Иллирия и Далмация, освобожденные в результате движения лангобардов и германцев в Италию....
ИЛИ
Поиск аналога
📕 Список литературы
🖼 Скриншоты
🛒 Оформить заказ
⚡ Работу высылаем в течении 5 минут после оплаты.