Тема: ГИБРИДНЫЕ ВОЙНЫ КАК ИНСТРУМЕНТ СОВРЕМЕННЫХ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ

Актуальность данной выпускной работы связана, в немалой степени, с возросшей в последние годы популярностью феномена гибридных войн и их влиянием на современные международные отношения. Феномен, появившийся в начале XXI века, для многих исследователей и теоретиков как войны, так и политики, стал ключевым элементом современной системы международных отношений в контексте отсутствия глобальных конфликтов и «полярного мира»; в мире, где даже негосударственные акторы могут, в рамках ограниченных, ассиметричных конфликтов достигать, поставленных перед ними целей.
Особенно серьёзно проблематика гибридных войн традиционно изучается в США, где, на фоне локальных конфликтов двух истёкших десятилетий, идут активные дебаты, касающиеся будущих конфликтов и степени подготовленности правительства и вооружённых сил страны к ним. Также США, как фактический лидер Североатлантического альянса, НАТО, являет собой один из ключевых сторонников изучения гибридных войн, как потенциальных угроз, особенно в последние годы. Более того, именно в данной стране были предприняты первые попытки концептуализировать гибридные войны, дать им определение. Результатом многих лет исследований, проведённых множеством специалистов и теоретиков войны и политики, стало отсутствие какого-либо консенсуса касательно определения данного феномена; даже появились противники гибридных войн, как отдельной концепции. Однако, пропонентами её были рассмотрены и изучены методы ведения войны, которые считаются ими уникальными для гибридных конфликтов. Одним из катализаторов популярности феномена стала вторая ливанская война 2006 года, которая по мнению многих экспертов считается первой, в полной степени, гибридной войной из-за действий признанной во многих странах террористической группировкой Хезболлы. Вторым важным событием в истории феномена явились события зимы-весны 2014 года в Крыму, в результате которых полуостров стал частью Российской Федерации, её новым субъектом. Для западных теоретиков стало неприятной неожиданностью то, как эффективно Россия применила инструменты, присущие гибридным войнам, для достижения своих геополитических целей бескровным путём. Именно 2014 год стал поворотным для феномена, так как до этого его употребляли только в рамках нескольких крупных американских мозговых центров и высшего командного состава вооружённых сил США и НАТО в целом.
Но у гибридных войн есть своя история, и первые попытки их концептуализации неразрывно связаны с изменениями мирового порядка, произошедших после распада Советского Союза и окончания холодной войны в начале 1990-х годов. Соединённые Штаты оказались в новом мире, где казалось скорой реальностью появление многополярной системы международных отношений; и в этих условиях проекция силы и построение гегемонии, даже если и мягкой, требовало выработки совершенно новых, уникальных подходов и инструментов. Одним из таких инструментов в итоге и стала гибридная война.
Целью исследования является анализ гибридной войны как инструмента современных МО, изучение результатов применения гибридных войн и истории их развития в контексте внешней политики Соединённых Штатов на рубеже XX-XXI веков. Для выполнения поставленной цели были сформулированы следующие задачи:
• Изучить определения и трактовки понятия гибридная война,
• Рассмотреть конфликты, считающиеся гибридными и выделить общие черты и различия, их влияние на развитие концепции в целом,
• Проследить формы и методы осуществления Соединёнными Штатами гибридных войн в изучаемый период,
• Проанализировать источники и литературу, как отечественную, так и зарубежную, связанную с общественно-политическими и академическими дискуссиями в США по поводу гибридных войн.
Объект исследования: внешняя политика США после окончания холодной войны.
Предметом исследования: внешняя политика США в период с 1997 по 2001 год.
Метод исследования: в основе исследования лежат общенаучные методы индукции и дедукции, а также сравнительно-исторический анализ и синтез документов, профильных публикаций, исследовательских работ, сообщений СМИ и других исторически и иначе значимых источников информации.
Библиографическая база исследования: в основе данной исследовательской работы лежат множественные публикации западных и отечественных исследователей - в первую очередь, работы Франка Хоффмана, Джеймса Мэттиса, Томаса Хьюбера, Валерия Васильевича Герасимова, Петра Афанасьевича Цыганкова. При написании также задействовались публикации Центра стратегических исследований RAND США и других мозговых центров , отдельные профильные исследовательские работы и статьи зарубежных и российских авторов, публикации в зарубежных средствах массовой информации, а также транскрипты записей дебатов в Конгрессе США.
Источниковая база исследования, в первую очередь, определяется большим количеством исследовательских работ, книг и публикаций как зарубежных, так и отечественных авторов, посвящённых феномену гибридных войн, среди которых ярко выделяются статьи и книги одного из первопроходцев феномена гибридных войн Франка Хоффмана, а так же его коллеги, Джеймса Мэттиса. Их работы, вкупе с исследованиями, проведёнными как Павлом Афанасьевичем Цыганковым - в том числе, под его редакторским началом - позволили проследить множественные попытки концептуализации гибридных войн, сформировать теоретические аспекты этого феномена, в том числе характерные для него методы. В этой же связи стоит отметить публикации других российских теоретиков - в первую очередь, генерала Валерия Васильевича Герасимова, которого на западе считают одним из идеологов российской школы гибридной войны.
При рассмотрении целого комплекса политических, социальных и экономических трансформаций, произошедших как в Соединённых Штатах, так и во всём мире после окончания холодной войны, и приведших к появлению концепции гибридных войн, были использованы работы Збигнева Бзежинского «Великая шахматная доска», Рейнгардта Хильдебрандта «Гегемония США: глобальные амбиции и упадок», а также отдельные статьи отечественных и западных историков и политологов.
Отдельную роль при написании данной работы сыграли официальные источники информации, связанные с правительством Соединённых Штатов - стенограммы и транскрипты дискуссий и дебатов в Конгрессе, материалы крупнейших мозговых центров, таких как RAND, и сообщения американских средств массовой информации. Для более полноценного раскрытия поставленной темы в историческом контексте также использовались публикации российских СМИ. Всё это позволило сформировать представление о том, как политический дискурс в Соединённых Штатах стал началом изучения феномена гибридных войн, как он развивался и оценивался и то, как американские политики формировали свои внешнеполитические установки в рамках политики жёсткой силы на рубеже XX-XXI веков.
Структура данной работы включает в себя следующие разделы: введение; основная часть, состоящая из двух глав и четырёх параграфов; 
заключение; список использованных источников и литературы. Общее


Купить

Гибридные войны, несмотря на свой не до конца сформулированный научным сообществом статус, в последние годы тесно вошли в список терминов, используемых как политиками и журналистами, так и военными теоретиками и стратегами. Отрицать влияние, которое оказывали и продолжают оказывать гибридные войны на современные международные отношения, бессмысленно, особенно в свете событий последнего десятилетия, а именно присоединения Крыма Россией и сопутствовавших этому процессу, умело применённых нашей страной, спектру внешнеполитических и военных инструментов. Однако, стоит понимать, что история концепции гибридных войн неразрывно связана с распадом Советского Союза и, как следствие, биполярной системы международных отношений. Соединённые Штаты Америки, потеряв своего главного идеологического противника, оказались в мире, где начали набирать обороты идеи регионализма и многополярности, что, безусловно, шло вразрез с американскими стремлениями подстроить мир под себя и занять в нём доминирующую позицию, стать гегемоном. Поэтому 1990 -е годы ознаменовались для США чередой конфликтов разного масштаба, завершающим из которых стали бомбардировки Югославии в рамках операции «Союзная сила». По их итогам американцы проводили оценку эффективности своих действий и то, как баланс мягкой и жёсткой силы позволил им достичь таких результатов. Стало очевидным, что решение внешнеполитических проблем только за счёт имевшихся военных и политических инструментов невозможно, и что требуется переход к более гибкой системе воздействия на геополитических и иных внешних противников, что нашло выход сначала в концепции «смешанных войн» Томаса Хьюбера, а затем и гибридных войн Франка Хоффмана. Вторая ливанская война, случившаяся в 2006 году, обратила внимание американских экспертов к новому феномену, что привело к рассмотрению его большим кругом теоретиков и исследователей, начали появляться целые школ ы или дававшие гибридным войнам свои трактовки, или отрицавшие их существование.
Соединённые Штаты и НАТО начали ощущать потенциальную угрозу, исходящую от гибридных войн, в начале 2010-х годов, и начали рассматривать их на уровне дискуссий и мозговых центров. В России в тот момент гибридные войны были фактически неизвестны большей части научно-исследовательского сообщества. После крымских событий 2014 года и последовавшего кризиса международных отношений, гибридные войны встали на повестку дня большинства западных стран; феномен вышел на приоритетное место в списке угроз международной безопасности наравне с терроризмом и экологией; и это место оно занимает до сих пор.

Купить