Помощь студентам в учебе
Международно-правовой статус подводных культурных ценностей
|
ВВЕДЕНИЕ 3
ГЛАВА ПЕРВАЯ 7
ПОНЯТИЕ ПОДВОДНЫХ КУЛЬТУРНЫХ ЦЕННОСТЕЙ И ПОДВОДНОГО КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ В МЕЖДУНАРОДНОМ ПРАВЕ 7
§ 1. Становление международной охраны подводного культурного наследия и определение предмета её международно-правового регулирования 7
§ 2. Понятие и содержание категорий «подводное культурное наследие» и «подводные культурные ценности» 12
§ 3. Отдельные виды подводных культурных ценностей 16
ГЛАВА ВТОРАЯ 20
СТАТУС ПОДВОДНОГО КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ 20
§ 1. Предмет охраны 20
§ 2. Принципы международно-правовой охраны подводного культурного наследия 23
§ 3. Механизм охраны подводного культурного наследия 27
§ 4. Соотношение норм Конвенции о подводном культурном наследии и норм Конвенции по морскому праву об охране подводного культурного наследия 34
§ 5. Статус государственного судна, используемого в некоммерческих целях 44
§ 6. Соотношение Конвенции о подводном культурном наследии с другими международными договорами и общими нормами международного права 47
ГЛАВА ТРЕТЬЯ 53
РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ КАК ПОТЕНЦИАЛЬНЫЙ УЧАСТНИК КОНВЕНЦИИ 2001 г. 53
§ 1. Причины отказа России от участия в Конвенции 53
§ 2. Россия и Европейская конвенции об охране археологического наследия 1992 г. 56
§ 3. Российское законодательство в сфере охраны подводного культурного наследия и его соответствие нормам международного права 59
§ 4. Правовые последствия потенциально возможного присоединения России к Конвенции о подводном культурном наследии 67
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 77
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ 80
ГЛАВА ПЕРВАЯ 7
ПОНЯТИЕ ПОДВОДНЫХ КУЛЬТУРНЫХ ЦЕННОСТЕЙ И ПОДВОДНОГО КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ В МЕЖДУНАРОДНОМ ПРАВЕ 7
§ 1. Становление международной охраны подводного культурного наследия и определение предмета её международно-правового регулирования 7
§ 2. Понятие и содержание категорий «подводное культурное наследие» и «подводные культурные ценности» 12
§ 3. Отдельные виды подводных культурных ценностей 16
ГЛАВА ВТОРАЯ 20
СТАТУС ПОДВОДНОГО КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ 20
§ 1. Предмет охраны 20
§ 2. Принципы международно-правовой охраны подводного культурного наследия 23
§ 3. Механизм охраны подводного культурного наследия 27
§ 4. Соотношение норм Конвенции о подводном культурном наследии и норм Конвенции по морскому праву об охране подводного культурного наследия 34
§ 5. Статус государственного судна, используемого в некоммерческих целях 44
§ 6. Соотношение Конвенции о подводном культурном наследии с другими международными договорами и общими нормами международного права 47
ГЛАВА ТРЕТЬЯ 53
РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ КАК ПОТЕНЦИАЛЬНЫЙ УЧАСТНИК КОНВЕНЦИИ 2001 г. 53
§ 1. Причины отказа России от участия в Конвенции 53
§ 2. Россия и Европейская конвенции об охране археологического наследия 1992 г. 56
§ 3. Российское законодательство в сфере охраны подводного культурного наследия и его соответствие нормам международного права 59
§ 4. Правовые последствия потенциально возможного присоединения России к Конвенции о подводном культурном наследии 67
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 77
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ 80
Актуальность темы. Культура, согласно античному определению этого понятия, - это все, что создано человеком. За всю историю человечества было накоплено огромное количество предметов (материальные носители) и явлений (нематериальные объекты), являющихся выражением культурной составляющей различных народов, наций и государств: сейчас они представляют особый интерес для исследователей, т.к. являются «застывшими памятниками эпохи», «вечными капсулами истории», т.е. уникальными источниками информации о прошлом. Их сохранение и обеспечение каждому лицу беспрепятственного доступа к ним стало ведущими правовыми ценностями, определяющими подход к охране объектов культуры как на национальном, так и на международном уровнях.
Международно-правовое регулирование объектов культуры стало необходимостью и фундаментом для создания унифицированного режима их охраны, включающего единые требования, обращенные к государствам и направленные как на сохранение, консервацию и научное исследование культурных ценностей, так и на препятствование их незаконному ввозу и вывозу.
Долгое время международное сообщество уделяло внимание правовой защите лишь тех объектов культуры, которые находились на суше. Однако дно мирового океана, особенно территориальные воды государств, воды исключи-тельной экономической зоны (далее - ИЭЗ) и континентального шельфа (далее - КШ), хранят бесчисленное количество потенциальных объектов культуры (затонувшие суда с ценным грузом; подводные ландшафты, археологические объекты и др.). Всё это составляет для всего человечества и каждого государства богатое подводное культурное наследие (далее - ПКН).
Но долгое время всё то ценное и бесценное, что располагалось на дне моря, не подлежало особой международной охране: каждое государство создавало свои нормы, регулирующие их охрану и защиту исходя из собственных интересов, что привело и продолжает приводить к негативным последствиям в виде разграбления, утраты или гибели подводных культурных ценностей. Их незаконные извлечения превратились в средство торговли, наживы и обогащения.
Конвенция об охране подводного культурного наследия (далее – Конвенция 2001 г.), принятая ЮНЕСКО в 2001 г. и вступившая в силу в 2009 г., к сожалению, не получила всемирного признания, что, безусловно, осложняет реализацию её целей. В Конвенции 2001 г. не участвуют многие морские государства, в том числе и Российская Федерация. Тем самым цель всемирной охраны ПКН, преследуемая Конвенцией 2001 г., поколеблена, что может при-вести к возможной утрате ею своего значения.
В РФ, несмотря на отказ от участия в Конвенции 2001 г., подводное культурное наследие (далее - ПКН) стало объектом пристального внимания как со стороны государства, так и со стороны научного сообщества. В 2015 г. во исполнение государственного задания Российский научно-исследовательский институт культурного и природного наследия им. Д.С. Лихачева приступил к созданию Свода подводного культурного наследия как перечня расположенных в водах РФ (и суверенных, и находящихся под ограниченной юрисдикцией) подводных культурных ценностей .
Состояние исследования темы. Данный факт, однако, не свидетельствует о том, что в России отсутствуют правовые исследования в этой области. Однако, по сравнению с зарубежными странами (крупные иностранные исследователи в сфере правовой охраны ПКН: Нафцигер, О’Киф, Протт, Друмголь, Страти, Сковацци, Виньи и т.д.), в РФ этой теме посвящено значительно меньшее количество работ. В 2015 г. была издана единственная монография по этой теме, написанная ученым-юристом И. О. Анисимовым на основе своей кандидатской диссертации - «Подводное культурное наследие: актуальные проблемы международно-правовой охраны». Он является крупнейшим научным специалистом в данной сфере на территории РФ. Кроме него, вопросы охраны ПКН затрагивались в единичных статьях К. Е. Рыбака, И. Мартыненко, Я. А. Бороздиной.
Таким образом, в России ПКН в качестве предмета правового регулирования до сих пор не было подвергнуто широкому и детальному изучению множеством исследователей. Проблемы, связанные с правовым статусом объектов ПКН, подлежат в будущем более широкому и глубокому изучению.
Цели и задачи исследования. Целью этого исследования является определение международно-правового статуса объекта ПКН, сложившегося в международном праве после принятия Конвенции 2001 г. Для достижения данной цели необходимо выполнить следующие задачи:
1. представить историю международно-правового регулирования подводных культурных ценностей и соотнести новое правовое понятие с существующими как в международном, так и в национальном праве терминами «культурное наследи», «культурная ценность», «природное наследие», «археологическое наследие или объекты»;
2. выяснить, какой режим международно-правовой охраны устанавливается согласно Конвенции и определить, могут ли объекты подводного культурного наследия быть предметом регулирования других международно-правовых актов, и каково соотношение в этой части Конвенции 2001 г. и этих актов;
3. изложить причины отказа РФ от участия в Конвенции; изучить состояние действующего российского законодательства в сфере защиты подводного культурного наследия и выявить те изменения, которые потребуется принять в случае присоединения РФ к Конвенции 2001 г.;
4. определить международно-правовой статус судна «Фрау Мария» и груза, расположенного на нем, на настоящий момент и в случае потенциального присоединения к Конвенции всех государств, имеющих интерес к этому объекту ПКН.
Новизна исследования. Новизной данного научного исследования является изучение объектов ПКН как предмета правового регулирования раз-личных норм права на международном (соотношение разных международно-правовых режимов) и национальном уровне (российское право). Впервые рассматриваются проблемы, связанные с регулированием статуса объекта ПКН как затонувшего государственного судна, в отношении которого действует принцип суверенного иммунитета. Наконец, впервые предлагается правовой анализ и способы разрешения спора, возникшего между РФ и Финляндией в отношении прав на ценный груз и судно «Фрау Мария», затонувшее в 1771 г. и расположенное сейчас в территориальном море Финляндии.
Международно-правовое регулирование объектов культуры стало необходимостью и фундаментом для создания унифицированного режима их охраны, включающего единые требования, обращенные к государствам и направленные как на сохранение, консервацию и научное исследование культурных ценностей, так и на препятствование их незаконному ввозу и вывозу.
Долгое время международное сообщество уделяло внимание правовой защите лишь тех объектов культуры, которые находились на суше. Однако дно мирового океана, особенно территориальные воды государств, воды исключи-тельной экономической зоны (далее - ИЭЗ) и континентального шельфа (далее - КШ), хранят бесчисленное количество потенциальных объектов культуры (затонувшие суда с ценным грузом; подводные ландшафты, археологические объекты и др.). Всё это составляет для всего человечества и каждого государства богатое подводное культурное наследие (далее - ПКН).
Но долгое время всё то ценное и бесценное, что располагалось на дне моря, не подлежало особой международной охране: каждое государство создавало свои нормы, регулирующие их охрану и защиту исходя из собственных интересов, что привело и продолжает приводить к негативным последствиям в виде разграбления, утраты или гибели подводных культурных ценностей. Их незаконные извлечения превратились в средство торговли, наживы и обогащения.
Конвенция об охране подводного культурного наследия (далее – Конвенция 2001 г.), принятая ЮНЕСКО в 2001 г. и вступившая в силу в 2009 г., к сожалению, не получила всемирного признания, что, безусловно, осложняет реализацию её целей. В Конвенции 2001 г. не участвуют многие морские государства, в том числе и Российская Федерация. Тем самым цель всемирной охраны ПКН, преследуемая Конвенцией 2001 г., поколеблена, что может при-вести к возможной утрате ею своего значения.
В РФ, несмотря на отказ от участия в Конвенции 2001 г., подводное культурное наследие (далее - ПКН) стало объектом пристального внимания как со стороны государства, так и со стороны научного сообщества. В 2015 г. во исполнение государственного задания Российский научно-исследовательский институт культурного и природного наследия им. Д.С. Лихачева приступил к созданию Свода подводного культурного наследия как перечня расположенных в водах РФ (и суверенных, и находящихся под ограниченной юрисдикцией) подводных культурных ценностей .
Состояние исследования темы. Данный факт, однако, не свидетельствует о том, что в России отсутствуют правовые исследования в этой области. Однако, по сравнению с зарубежными странами (крупные иностранные исследователи в сфере правовой охраны ПКН: Нафцигер, О’Киф, Протт, Друмголь, Страти, Сковацци, Виньи и т.д.), в РФ этой теме посвящено значительно меньшее количество работ. В 2015 г. была издана единственная монография по этой теме, написанная ученым-юристом И. О. Анисимовым на основе своей кандидатской диссертации - «Подводное культурное наследие: актуальные проблемы международно-правовой охраны». Он является крупнейшим научным специалистом в данной сфере на территории РФ. Кроме него, вопросы охраны ПКН затрагивались в единичных статьях К. Е. Рыбака, И. Мартыненко, Я. А. Бороздиной.
Таким образом, в России ПКН в качестве предмета правового регулирования до сих пор не было подвергнуто широкому и детальному изучению множеством исследователей. Проблемы, связанные с правовым статусом объектов ПКН, подлежат в будущем более широкому и глубокому изучению.
Цели и задачи исследования. Целью этого исследования является определение международно-правового статуса объекта ПКН, сложившегося в международном праве после принятия Конвенции 2001 г. Для достижения данной цели необходимо выполнить следующие задачи:
1. представить историю международно-правового регулирования подводных культурных ценностей и соотнести новое правовое понятие с существующими как в международном, так и в национальном праве терминами «культурное наследи», «культурная ценность», «природное наследие», «археологическое наследие или объекты»;
2. выяснить, какой режим международно-правовой охраны устанавливается согласно Конвенции и определить, могут ли объекты подводного культурного наследия быть предметом регулирования других международно-правовых актов, и каково соотношение в этой части Конвенции 2001 г. и этих актов;
3. изложить причины отказа РФ от участия в Конвенции; изучить состояние действующего российского законодательства в сфере защиты подводного культурного наследия и выявить те изменения, которые потребуется принять в случае присоединения РФ к Конвенции 2001 г.;
4. определить международно-правовой статус судна «Фрау Мария» и груза, расположенного на нем, на настоящий момент и в случае потенциального присоединения к Конвенции всех государств, имеющих интерес к этому объекту ПКН.
Новизна исследования. Новизной данного научного исследования является изучение объектов ПКН как предмета правового регулирования раз-личных норм права на международном (соотношение разных международно-правовых режимов) и национальном уровне (российское право). Впервые рассматриваются проблемы, связанные с регулированием статуса объекта ПКН как затонувшего государственного судна, в отношении которого действует принцип суверенного иммунитета. Наконец, впервые предлагается правовой анализ и способы разрешения спора, возникшего между РФ и Финляндией в отношении прав на ценный груз и судно «Фрау Мария», затонувшее в 1771 г. и расположенное сейчас в территориальном море Финляндии.
По итогам проведенного исследования международно-правового статуса подводных культурных ценностей, основным источником которого стала Конвенция ЮНЕСКО об охране подводного культурного наследия 2001 г., можно сделать следующие выводы:
1. Изложение исторического процесса разработки норм, регулирующих на международном уровне ПКН, привело к выводу о том, что множество норм Конвенции 2001 г. основано на принципах, которые были разработаны в предшествующих ее принятию международных актах, а именно: принцип in situ; принцип сотрудничества государств при сохранении ПКН; принцип профессионализма лиц, осуществляющих подводные археологические раскопки; разрешительный порядок проведения научных исследований и иного рода мероприятий в отношении ПКН в пределах юрисдикции прибрежного государства; принцип превенции незаконного перемещения объектов ПКН; принцип информационного взаимодействия государств в целях коллективной охраны ПКН; установление единых гармонизационных норм о защите ПКН в пределах юрисдикции государств.
2. Подводное культурное наследие - это совокупность культурных ценностей различного характера (культурного, исторического или археологического), расположенного под водой в течение очень длительного периода, которая является достоянием всего человечества, из-за чего каждое государство обязано сохранять всеми возможными мерами данные объекты.
3. Подводные культурные ценности - конкретные объекты, составляющие в совокупности подводное культурное наследие. Их статус определяется как международным, так и национальным правом.
4. Механизм информирования в территориальном море согласно ст.7 Конвенции 2001 г. не соответствует принципу сотрудничества государств, т.к. вопрос о том, кого и как информировать разрешается прибрежным государством односторонним образом. Его необходимо реформировать путем установления режима консультаций и посредничества Генерального директора ЮНЕСКО.
5. В прилежащей зоне прибрежное государство получило достаточно широкие права по регулированию судьбы ПКН, а именно, неограниченное ничем, кроме целей, распространение юрисдикции государства в части выдачи разрешений на изучение объекта ПКН, что противоречит нормам КМП-1982, имеющим приоритет перед Конвенцией 2001 г.
6. Эффективный международный механизм охраны ПКН в ИЭЗ и на КШ не был создан, т.к. консультации никаким образом не затрагивают вопрос о вы-даче / невыдаче разрешения конкретному лицу и на основе каких норм права - национальных или международных. Расширение прав прибрежного государства без внесения соответствующих изменений в нормы КМП-1982 не может быть признано правомерным.
7. Понятие преференциального права не было представлено в Конвенции 2001 г. в качестве совокупности определенных прав заинтересованного государства, т.е. данный институт не был должным образом раскрыт в нормах специального международного договора, поэтому его содержание остается неясным до сих пор, что приводит к возникновению правовой неопределенности.
8. Ни одно из заинтересованных государств не может принимать никаких мер, а координирующее государство выдавать свои разрешения на ведение деятельности, т.к. в открытом море и Районе не действует юрисдикция ни одного государства.
9. Суверенный иммунитет ранее судоходного государственного судна не переносится на его статус в качестве затонувшего судна: государство флага обладает лишь правом на дачу согласия или на запрет деятельности, направленной на подводное культурное наследие.
10. Культурная значимость объекта, обнаруженного под водой, является основанием для его изъятия из-под действия иных международных договоров, кроме Конвенции 2001 г.. Однако, несмотря на это, затонувший груз может быть предметом норм о спасании в двух случаях:1). государство не заявило оговорку по ст.29 и 30 Конвенции о спасании (допускающих оговорки), а Конвенция 2001 г. не действует в отношении этого груза, т.к. временной критерий не соблюден; 2). государство не заявило оговорку по ст.29 и 30 и соблюдены три условия ст.4 Конвенции 2001 г.: применение норм о спасании установлено национальным правом, оно соответствует Правилам и обеспечивает такой же уровень охраны, что и иной способ (например, изучение объекта государственной службой морских археологов).
11. В действующем законодательстве РФ отсутствует термин «ПКН», но существует иной - «объекты археологического наследия», введенный в 2013 г. в связи с ратификацией Россией Конвенции об археологическом наследии.
12. Присоединение России к Конвенции 2001 г. приведет к необходимости внесения существенных изменений в действующее законодательство РФ, а также к созданию новых нормативно-правовых актов для реализации несамоисполнимых норм Конвенции, предусматривающих меры национально-правового регулирования защиты ПКН.
13. Разрешение спора, связанного с принадлежностью судна и груза «Фрау Мария» одному из заинтересованных государств, должно быть урегулировано путем заключения международного договора по итогам консультаций заинтересованных государств. Право собственности России на груз подлежит признанию всеми государствами, исходя из критериев действительной связи с ним. Однако, вопросы охраны этих культурных ценностей - это предмет публично-правового регулирования, поэтому заинтересованные государства должны сотрудничать друг с другом в интересах сохранения и обеспечения доступа каждого к объекту ПКН.
1. Изложение исторического процесса разработки норм, регулирующих на международном уровне ПКН, привело к выводу о том, что множество норм Конвенции 2001 г. основано на принципах, которые были разработаны в предшествующих ее принятию международных актах, а именно: принцип in situ; принцип сотрудничества государств при сохранении ПКН; принцип профессионализма лиц, осуществляющих подводные археологические раскопки; разрешительный порядок проведения научных исследований и иного рода мероприятий в отношении ПКН в пределах юрисдикции прибрежного государства; принцип превенции незаконного перемещения объектов ПКН; принцип информационного взаимодействия государств в целях коллективной охраны ПКН; установление единых гармонизационных норм о защите ПКН в пределах юрисдикции государств.
2. Подводное культурное наследие - это совокупность культурных ценностей различного характера (культурного, исторического или археологического), расположенного под водой в течение очень длительного периода, которая является достоянием всего человечества, из-за чего каждое государство обязано сохранять всеми возможными мерами данные объекты.
3. Подводные культурные ценности - конкретные объекты, составляющие в совокупности подводное культурное наследие. Их статус определяется как международным, так и национальным правом.
4. Механизм информирования в территориальном море согласно ст.7 Конвенции 2001 г. не соответствует принципу сотрудничества государств, т.к. вопрос о том, кого и как информировать разрешается прибрежным государством односторонним образом. Его необходимо реформировать путем установления режима консультаций и посредничества Генерального директора ЮНЕСКО.
5. В прилежащей зоне прибрежное государство получило достаточно широкие права по регулированию судьбы ПКН, а именно, неограниченное ничем, кроме целей, распространение юрисдикции государства в части выдачи разрешений на изучение объекта ПКН, что противоречит нормам КМП-1982, имеющим приоритет перед Конвенцией 2001 г.
6. Эффективный международный механизм охраны ПКН в ИЭЗ и на КШ не был создан, т.к. консультации никаким образом не затрагивают вопрос о вы-даче / невыдаче разрешения конкретному лицу и на основе каких норм права - национальных или международных. Расширение прав прибрежного государства без внесения соответствующих изменений в нормы КМП-1982 не может быть признано правомерным.
7. Понятие преференциального права не было представлено в Конвенции 2001 г. в качестве совокупности определенных прав заинтересованного государства, т.е. данный институт не был должным образом раскрыт в нормах специального международного договора, поэтому его содержание остается неясным до сих пор, что приводит к возникновению правовой неопределенности.
8. Ни одно из заинтересованных государств не может принимать никаких мер, а координирующее государство выдавать свои разрешения на ведение деятельности, т.к. в открытом море и Районе не действует юрисдикция ни одного государства.
9. Суверенный иммунитет ранее судоходного государственного судна не переносится на его статус в качестве затонувшего судна: государство флага обладает лишь правом на дачу согласия или на запрет деятельности, направленной на подводное культурное наследие.
10. Культурная значимость объекта, обнаруженного под водой, является основанием для его изъятия из-под действия иных международных договоров, кроме Конвенции 2001 г.. Однако, несмотря на это, затонувший груз может быть предметом норм о спасании в двух случаях:1). государство не заявило оговорку по ст.29 и 30 Конвенции о спасании (допускающих оговорки), а Конвенция 2001 г. не действует в отношении этого груза, т.к. временной критерий не соблюден; 2). государство не заявило оговорку по ст.29 и 30 и соблюдены три условия ст.4 Конвенции 2001 г.: применение норм о спасании установлено национальным правом, оно соответствует Правилам и обеспечивает такой же уровень охраны, что и иной способ (например, изучение объекта государственной службой морских археологов).
11. В действующем законодательстве РФ отсутствует термин «ПКН», но существует иной - «объекты археологического наследия», введенный в 2013 г. в связи с ратификацией Россией Конвенции об археологическом наследии.
12. Присоединение России к Конвенции 2001 г. приведет к необходимости внесения существенных изменений в действующее законодательство РФ, а также к созданию новых нормативно-правовых актов для реализации несамоисполнимых норм Конвенции, предусматривающих меры национально-правового регулирования защиты ПКН.
13. Разрешение спора, связанного с принадлежностью судна и груза «Фрау Мария» одному из заинтересованных государств, должно быть урегулировано путем заключения международного договора по итогам консультаций заинтересованных государств. Право собственности России на груз подлежит признанию всеми государствами, исходя из критериев действительной связи с ним. Однако, вопросы охраны этих культурных ценностей - это предмет публично-правового регулирования, поэтому заинтересованные государства должны сотрудничать друг с другом в интересах сохранения и обеспечения доступа каждого к объекту ПКН.