📄Работа №122146
Тема: Проблемы квалификации незаконного предпринимательства
Тип работы
Магистерская диссертация
Предмет
уголовное право
Объем:
67 листов
Год:
2017
Просмотров:
277
5680
руб.
🛒 Купить работу
Не подходит эта работа?
Закажите новую по вашим требованиям
Узнать цену на написание
Закажите новую по вашим требованиям
Представленный материал является образцом учебного исследования, примером структуры и содержания учебного исследования по заявленной теме. Размещён исключительно в информационных и ознакомительных целях.
Workspay.ru оказывает информационные услуги по сбору, обработке и структурированию материалов в соответствии с требованиями заказчика.
Размещение материала не означает публикацию произведения впервые и не предполагает передачу исключительных авторских прав третьим лицам.
Материал не предназначен для дословной сдачи в образовательные организации и требует самостоятельной переработки с соблюдением законодательства Российской Федерации об авторском праве и принципов академической добросовестности.
Авторские права на исходные материалы принадлежат их законным правообладателям. В случае возникновения вопросов, связанных с размещённым материалом, просим направить обращение через форму обратной связи.
Настоящий учебно-методический информационный материал размещён в ознакомительных и исследовательских целях и представляет собой пример учебного исследования. Не является готовым научным трудом и требует самостоятельной переработки.
📋 Содержание
ВВЕДЕНИЕ 3
ГЛАВА 1. ПРОБЛЕМЫ ОБЪЕКТИВНОЙ СТОРОНЫ НЕЗАКОННОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА 8
§1. Понятие предпринимательской деятельности для целей статьи 171 УК РФ 8
§2. Сдача имущества в аренду как незаконное предпринимательство в свете пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2004 г. № 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве» 24
ГЛАВА 2. ПРОБЛЕМЫ СУБЪЕКТИВНОЙ СТОРОНЫ НЕЗАКОННОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА 33
§1. Форма вины при совершении незаконного предпринимательства 33
§2. Проблемы юридической ошибки применительно к составу преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ 36
ГЛАВА 3. ПРОБЛЕМЫ ОБРАТНОЙ СИЛЫ УГОЛОВНОГО ЗАКОНА, ПРЕДУСМАТРИВАЮЩЕГО УГОЛОВНУЮ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА НЕЗАКОННОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО 45
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 58
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ НОРМАТИВНЫХ ПРАВОВЫХ АКТОВ И ЛИТЕРАТУРЫ 61
ГЛАВА 1. ПРОБЛЕМЫ ОБЪЕКТИВНОЙ СТОРОНЫ НЕЗАКОННОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА 8
§1. Понятие предпринимательской деятельности для целей статьи 171 УК РФ 8
§2. Сдача имущества в аренду как незаконное предпринимательство в свете пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2004 г. № 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве» 24
ГЛАВА 2. ПРОБЛЕМЫ СУБЪЕКТИВНОЙ СТОРОНЫ НЕЗАКОННОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА 33
§1. Форма вины при совершении незаконного предпринимательства 33
§2. Проблемы юридической ошибки применительно к составу преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ 36
ГЛАВА 3. ПРОБЛЕМЫ ОБРАТНОЙ СИЛЫ УГОЛОВНОГО ЗАКОНА, ПРЕДУСМАТРИВАЮЩЕГО УГОЛОВНУЮ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА НЕЗАКОННОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО 45
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 58
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ НОРМАТИВНЫХ ПРАВОВЫХ АКТОВ И ЛИТЕРАТУРЫ 61
📖 Введение
Как известно, на протяжении большей части советского периода частнопредпринимательская деятельность находилась под запретом и, более того, признавалась уголовно наказуемым деянием, за совершение которого статьей 153 УК РСФСР предусматривалось наказание вплоть до 5 лет лишения свободы или ссылки с конфискацией имущества.
Лишь в начале 1990-х гг. в связи с переходом страны к рыночной экономике частнопредпринимательская деятельность была декриминализована. Так, Законом РСФСР от 5 декабря 1991 г. № 1982-I «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР, Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР и кодекс РСФСР об административных правонарушениях» статья 153 была исключена из УК РСФСР.
Спустя полтора года, 1 июля 1993 г., в целях «защиты прав и законных интересов потребителей, а также интересов государства в условиях перехода к рыночным отношениям» был принят Закон РФ № 5304-1 «О внесении изменений и дополнений в законодательные акты Российской Федерации в связи с упорядочением ответственности за незаконную торговлю» , которым, в частности, была введена уголовная ответственность за незаконное предпринимательство, под которым понималось осуществление предпринимательской деятельности без регистрации либо без специального разрешения (лицензии), если такое разрешение (лицензия) обязательно, а также с нарушением условий лицензирования (незаконное предпринимательство), совершенное в течение года после наложения административного взыскания за такие же нарушения, и самовольное осуществление предпринимательской деятельности, разрешенной исключительно государственным предприятиям (ст. 162.4 УК РСФСР). Кроме того, УК РСФСР был дополнен статьей 162.5, которой предусматривалась повышенная ответственность за незаконное предпринимательство в сфере торговли.
Принятая в том же году Конституция РФ гарантировала каждому право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34). Ограничение данного права (как и иных, закрепленных в Конституции РФ, прав) допускается не иначе как на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (часть 3 статьи 55).
Отсюда следует, что в целях максимального обеспечения свободы экономической деятельности механизмы уголовно-правового воздействия должны включаться только тогда, когда предпринимательская деятельность осуществляется с грубым нарушением установленных федеральным законодательством норм и правил и, как следствие, начинает угрожать общественной безопасности, здоровью населения и иным конституционно значимым ценностям.
На сегодняшний день предпринимательская деятельность является уголовно наказуемой лишь в тех случаях, когда она осуществляется без регистрации или без лицензии (в случаях, когда такая лицензия обязательна), и только при условии причинения крупного (особо крупного) ущерба гражданам, организациям или государству либо извлечения дохода в крупном (особо крупном) размере (статья 171 УК РФ ).
Вместе с тем, при квалификации того или иного деяния в качестве преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ, возникает множество проблем, которые не имеют однозначного решения ни в судебной практике, ни в доктрине уголовного права.
Основные проблемы связаны с тем, что в уголовном законодательстве не содержится специального определения предпринимательской деятельности, в то время как определение указанного понятия, приведенное в абзаце 3 пункта 1 статьи 2 ГК РФ , является весьма неопределенным и не позволяет во многих случаях однозначно установить, обладает ли признаками предпринимательской та или иная конкретная деятельность. В частности, возникают вопросы, связанные с квалификацией в качестве незаконного предпринимательства деятельности лица, не зарегистрированного в качестве индивидуального предпринимателя и сдающего в аренду принадлежащее имущество (при условии извлечения им дохода в крупном или особо крупном размере). При этом имеющиеся по данному вопросу разъяснения Пленума Верховного Суда РФ особой ясности не прибавляют.
В свете изложенного закономерно возникает также следующий вопрос: подлежит ли уголовной ответственности лицо, которое не осознавало, что осуществляемый им вид деятельности подпадает под определение предпринимательской деятельности?
Более того, необходимо учитывать, что в связи со значительным усложнением лицензионного законодательства, появлением, наряду с федеральными законами, многочисленных подзаконных нормативных правовых актов, регулирующих вопросы лицензирования отдельных видов деятельности, на практике нередко возникают вопросы, связанные с определением того, подлежит ли лицензированию тот или иной конкретный вид деятельности. При этом решение таких вопросов зачастую вызывает значительные сложности, в том числе у правоприменителей, из-за чего во многих случаях для дачи разъяснений по вопросу о том, подпадает ли данный конкретный вид деятельности под круг тех видов деятельности, для осуществления которых требуется соответствующая лицензия, привлекаются специалисты в области лицензирования. Последние, в свою очередь, также могут расходиться в своих оценках относительно того, является ли тот вид деятельности, который осуществляло лицо, лицензируемым или нет.
Отсюда следует, что лицо, не являющегося специалистом в области лицензирования, тем более, может не иметь представления о том, что осуществляемый им вид деятельности является лицензируемым, и соответственно, не осознавать, что совершает те действия, которые обладают признаками состава преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ. В связи с этим возникает вопрос: подлежит ли уголовной ответственности лицо, добросовестно заблуждавшееся относительно необходимости получения лицензии на осуществляемый им вид деятельности?
Обозначенные выше вопросы не имеют однозначного решения ни в судебной практике, ни в доктрине уголовного права, в силу чего представляют особый интерес.
С учетом того, что диспозиция анализируемой статьи 171 УК РФ носит бланкетный характер, в ходе исследования требовалось обращение не только к нормам уголовного законодательства, но и к нормам иной отраслевой принадлежности, к которым отсылает уголовный закон. При этом, наряду с актами представительных и исполнительных органов власти, автором были подробно проанализированы акты высших судебных инстанций, в которых приведены разъяснения по вопросам, рассмотренным в настоящей работе. Кроме того, в процессе исследования автором были самостоятельно изучены материалы уголовного дела, рассмотренного в 2014 – 2015 гг. Полярным районным судом Мурманской области (Постоянное судебное присутствие в г. Снежногорске) и Мурманским областным судом. В рамках указанного уголовного дела подсудимым инкриминировалось, в том числе, совершение преступления, предусмотренного пунктами «а», «б» части 2 статьи 171 УК РФ. Наконец, проведенное исследование предполагало ознакомление с множеством доктринальных источников по проблемам квалификации незаконного предпринимательства, а также зарубежными нормативными правовыми актами, в которых зачастую более удачно, нежели в отечественном законодательстве, решены вопросы, связанные с отграничением предпринимательской деятельности от иных форм экономической активности.
Лишь в начале 1990-х гг. в связи с переходом страны к рыночной экономике частнопредпринимательская деятельность была декриминализована. Так, Законом РСФСР от 5 декабря 1991 г. № 1982-I «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР, Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР и кодекс РСФСР об административных правонарушениях» статья 153 была исключена из УК РСФСР.
Спустя полтора года, 1 июля 1993 г., в целях «защиты прав и законных интересов потребителей, а также интересов государства в условиях перехода к рыночным отношениям» был принят Закон РФ № 5304-1 «О внесении изменений и дополнений в законодательные акты Российской Федерации в связи с упорядочением ответственности за незаконную торговлю» , которым, в частности, была введена уголовная ответственность за незаконное предпринимательство, под которым понималось осуществление предпринимательской деятельности без регистрации либо без специального разрешения (лицензии), если такое разрешение (лицензия) обязательно, а также с нарушением условий лицензирования (незаконное предпринимательство), совершенное в течение года после наложения административного взыскания за такие же нарушения, и самовольное осуществление предпринимательской деятельности, разрешенной исключительно государственным предприятиям (ст. 162.4 УК РСФСР). Кроме того, УК РСФСР был дополнен статьей 162.5, которой предусматривалась повышенная ответственность за незаконное предпринимательство в сфере торговли.
Принятая в том же году Конституция РФ гарантировала каждому право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34). Ограничение данного права (как и иных, закрепленных в Конституции РФ, прав) допускается не иначе как на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (часть 3 статьи 55).
Отсюда следует, что в целях максимального обеспечения свободы экономической деятельности механизмы уголовно-правового воздействия должны включаться только тогда, когда предпринимательская деятельность осуществляется с грубым нарушением установленных федеральным законодательством норм и правил и, как следствие, начинает угрожать общественной безопасности, здоровью населения и иным конституционно значимым ценностям.
На сегодняшний день предпринимательская деятельность является уголовно наказуемой лишь в тех случаях, когда она осуществляется без регистрации или без лицензии (в случаях, когда такая лицензия обязательна), и только при условии причинения крупного (особо крупного) ущерба гражданам, организациям или государству либо извлечения дохода в крупном (особо крупном) размере (статья 171 УК РФ ).
Вместе с тем, при квалификации того или иного деяния в качестве преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ, возникает множество проблем, которые не имеют однозначного решения ни в судебной практике, ни в доктрине уголовного права.
Основные проблемы связаны с тем, что в уголовном законодательстве не содержится специального определения предпринимательской деятельности, в то время как определение указанного понятия, приведенное в абзаце 3 пункта 1 статьи 2 ГК РФ , является весьма неопределенным и не позволяет во многих случаях однозначно установить, обладает ли признаками предпринимательской та или иная конкретная деятельность. В частности, возникают вопросы, связанные с квалификацией в качестве незаконного предпринимательства деятельности лица, не зарегистрированного в качестве индивидуального предпринимателя и сдающего в аренду принадлежащее имущество (при условии извлечения им дохода в крупном или особо крупном размере). При этом имеющиеся по данному вопросу разъяснения Пленума Верховного Суда РФ особой ясности не прибавляют.
В свете изложенного закономерно возникает также следующий вопрос: подлежит ли уголовной ответственности лицо, которое не осознавало, что осуществляемый им вид деятельности подпадает под определение предпринимательской деятельности?
Более того, необходимо учитывать, что в связи со значительным усложнением лицензионного законодательства, появлением, наряду с федеральными законами, многочисленных подзаконных нормативных правовых актов, регулирующих вопросы лицензирования отдельных видов деятельности, на практике нередко возникают вопросы, связанные с определением того, подлежит ли лицензированию тот или иной конкретный вид деятельности. При этом решение таких вопросов зачастую вызывает значительные сложности, в том числе у правоприменителей, из-за чего во многих случаях для дачи разъяснений по вопросу о том, подпадает ли данный конкретный вид деятельности под круг тех видов деятельности, для осуществления которых требуется соответствующая лицензия, привлекаются специалисты в области лицензирования. Последние, в свою очередь, также могут расходиться в своих оценках относительно того, является ли тот вид деятельности, который осуществляло лицо, лицензируемым или нет.
Отсюда следует, что лицо, не являющегося специалистом в области лицензирования, тем более, может не иметь представления о том, что осуществляемый им вид деятельности является лицензируемым, и соответственно, не осознавать, что совершает те действия, которые обладают признаками состава преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ. В связи с этим возникает вопрос: подлежит ли уголовной ответственности лицо, добросовестно заблуждавшееся относительно необходимости получения лицензии на осуществляемый им вид деятельности?
Обозначенные выше вопросы не имеют однозначного решения ни в судебной практике, ни в доктрине уголовного права, в силу чего представляют особый интерес.
С учетом того, что диспозиция анализируемой статьи 171 УК РФ носит бланкетный характер, в ходе исследования требовалось обращение не только к нормам уголовного законодательства, но и к нормам иной отраслевой принадлежности, к которым отсылает уголовный закон. При этом, наряду с актами представительных и исполнительных органов власти, автором были подробно проанализированы акты высших судебных инстанций, в которых приведены разъяснения по вопросам, рассмотренным в настоящей работе. Кроме того, в процессе исследования автором были самостоятельно изучены материалы уголовного дела, рассмотренного в 2014 – 2015 гг. Полярным районным судом Мурманской области (Постоянное судебное присутствие в г. Снежногорске) и Мурманским областным судом. В рамках указанного уголовного дела подсудимым инкриминировалось, в том числе, совершение преступления, предусмотренного пунктами «а», «б» части 2 статьи 171 УК РФ. Наконец, проведенное исследование предполагало ознакомление с множеством доктринальных источников по проблемам квалификации незаконного предпринимательства, а также зарубежными нормативными правовыми актами, в которых зачастую более удачно, нежели в отечественном законодательстве, решены вопросы, связанные с отграничением предпринимательской деятельности от иных форм экономической активности.
✅ Заключение
В настоящей работе были рассмотрены основные проблемы, связанные с квалификацией тех или иных деяний в качестве незаконного предпринимательства; был сформулирован вывод о необходимости усовершенствования легального определения предпринимательской деятельности путем уточнения признаков, позволяющих отграничить указанную деятельность от иных форм экономической активности, и в перспективе закрепления на законодательном уровне перечня предпринимательских сделок с использованием опыта зарубежных стран. При этом некоторые признаки предпринимательской деятельности, перечисленные в абзаце 3 пункта 1 статьи 2 ГК РФ, в принципе, подлежат исключению из легального определения, поскольку их наличие само по себе не свидетельствует о том, что соответствующая деятельность, осуществляемая без государственной регистрации, представляет повышенную общественную опасность. Осуществление же предпринимательской деятельности лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке, вообще не может рассматриваться в качестве признака предпринимательской деятельности, поскольку при его отсутствии данная деятельность не перестает быть предпринимательской, а лишь становится незаконной, и в этом смысле включение указанного признака в легальное определение предпринимательской деятельности едва ли можно признать оправданным.
Именно недостаточно четкое определение предпринимательской деятельности в гражданском законодательстве на сегодняшний день не позволяет во многих случаях однозначно установить, обладают ли действия лица признаками состава преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ. В частности, нерешенным остается вопрос, связанный с квалификацией в качестве незаконного предпринимательства (при наличии иных признаков состава преступления) сдачи имущества в аренду. При этом разъяснения Верховного Суда РФ по данному вопросу представляются крайне неудачными, поскольку ориентируют правоприменителя на решение вопроса об уголовной противоправности совершенного деяния в зависимости от обстоятельств, не имеющих никакого отношения к его общественной опасности.
Кроме того, в настоящей работе были проанализированы проблемы юридической ошибки применительно к составу преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ; сформулирован вывод о недопустимости привлечения к уголовной ответственности в случае, если лицо не осознавало наличие в его действиях признаков предпринимательской деятельности (а равно – в случае осуществления предпринимательской деятельности без лицензии – необходимость получения лицензии на осуществляемый им вид деятельности). Иной подход, по нашему мнению, приводит к объективному вменению, запрещенному частью 2 статьи 5 УК РФ.
В главе 3 был рассмотрен вопрос о распространении действия закрепленного в статье 10 УК РФ правила об обратной силе уголовного закона, устраняющего преступность деяния, на случаи, когда совершенное деяние перестает являться противоправным с точки зрения норм иных отраслей законодательства, к которым отсылает уголовный закон. По мнению автора, формальный подход к решению данного вопроса недопустим, и ответ на него предполагает установление цели изменений нормативного акта иной отраслевой принадлежности, связаны ли такие изменения с изменением оценки общественной опасности деяния, признанием законодателем ошибочности ранее установленного предписания (запрета).
Наконец, в ходе проведенного исследования было детально проанализировано конкретное уголовное дело, в рамках которого судами были ошибочно истолкованы разъяснения Пленума Верховного Суда РФ по вопросу об обратной силе уголовного закона (применительно к статье 171 УК РФ), а также не был должным образом исследован вопрос об осведомленности подсудимого относительно необходимости получения лицензии на осуществляемый им вид деятельности (что, как было отмечено выше, является существенным нарушением закрепленного в статье 5 УК РФ принципа вины и недопустимости объективного вменения).
Именно недостаточно четкое определение предпринимательской деятельности в гражданском законодательстве на сегодняшний день не позволяет во многих случаях однозначно установить, обладают ли действия лица признаками состава преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ. В частности, нерешенным остается вопрос, связанный с квалификацией в качестве незаконного предпринимательства (при наличии иных признаков состава преступления) сдачи имущества в аренду. При этом разъяснения Верховного Суда РФ по данному вопросу представляются крайне неудачными, поскольку ориентируют правоприменителя на решение вопроса об уголовной противоправности совершенного деяния в зависимости от обстоятельств, не имеющих никакого отношения к его общественной опасности.
Кроме того, в настоящей работе были проанализированы проблемы юридической ошибки применительно к составу преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ; сформулирован вывод о недопустимости привлечения к уголовной ответственности в случае, если лицо не осознавало наличие в его действиях признаков предпринимательской деятельности (а равно – в случае осуществления предпринимательской деятельности без лицензии – необходимость получения лицензии на осуществляемый им вид деятельности). Иной подход, по нашему мнению, приводит к объективному вменению, запрещенному частью 2 статьи 5 УК РФ.
В главе 3 был рассмотрен вопрос о распространении действия закрепленного в статье 10 УК РФ правила об обратной силе уголовного закона, устраняющего преступность деяния, на случаи, когда совершенное деяние перестает являться противоправным с точки зрения норм иных отраслей законодательства, к которым отсылает уголовный закон. По мнению автора, формальный подход к решению данного вопроса недопустим, и ответ на него предполагает установление цели изменений нормативного акта иной отраслевой принадлежности, связаны ли такие изменения с изменением оценки общественной опасности деяния, признанием законодателем ошибочности ранее установленного предписания (запрета).
Наконец, в ходе проведенного исследования было детально проанализировано конкретное уголовное дело, в рамках которого судами были ошибочно истолкованы разъяснения Пленума Верховного Суда РФ по вопросу об обратной силе уголовного закона (применительно к статье 171 УК РФ), а также не был должным образом исследован вопрос об осведомленности подсудимого относительно необходимости получения лицензии на осуществляемый им вид деятельности (что, как было отмечено выше, является существенным нарушением закрепленного в статье 5 УК РФ принципа вины и недопустимости объективного вменения).
ИЛИ
Поиск аналога
📕 Список литературы
🛒 Оформить заказ
⚡ Работу высылаем в течении 5 минут после оплаты.