Помощь студентам в учебе
ОБРАЗНЫЙ ПОТЕНЦИАЛ ЛЕКСЕМЫ ЛЮБОВЬ И ЕЕ ТАТАРСКОГО ЭКВИВАЛЕНТА (НА МАТЕРИАЛЕ ПРОИЗВЕДЕНИЙ РУССКОЙ И ТАТАРСКОЙ ПОЭЗИИ ХХ ВВ.)
|
Введение 2
Глава I. Теоретические основы изучения категории образа 6
Глава II. Анализ образных возможностей лексемы любовь, функционирующей в произведениях русских авторов 17
Глава III. Характеристика образного потенциала слова мэхэббэт, используемого в произведениях татарских поэтов 37
Заключение 47
Список использованной литературы
Глава I. Теоретические основы изучения категории образа 6
Глава II. Анализ образных возможностей лексемы любовь, функционирующей в произведениях русских авторов 17
Глава III. Характеристика образного потенциала слова мэхэббэт, используемого в произведениях татарских поэтов 37
Заключение 47
Список использованной литературы
Художественный образ - это одно из важнейших понятий в тех научных областях, которые исходят из эстетической природы искусства, то есть в эстетике, литературоведении, искусствоведении и др. Между тем в определении данного понятия остается немало неясного, дискуссионного.
Истоки теории образа, с точки зрения ученых, следует искать еще во времена античности. Однако развернутое понятие образа было дано гораздо позднее. Эта заслуга принадлежит немецкому философу Гегелю. Смысловая емкость, выразительность художественного образа - результат «очищения» явления от всего случайного, затемняющего сущность, результаты его «идеализации».
Вопросы, связанные с созданием художественного образа в произведениях русской литературы, получили отражение в ряде филологических работ: В. В. Виноградова, Г. О. Винокура, В. П. Москвина, Н. В. Павлович, А. И. Федорова, Л. В. Чернец, Д. Н. Шмелева. Проблема классификации образа рассматривалась О. И. Блиновой, В. П. Москвиным и др. Образные парадигмы изучались в связи с особенностями индивидуального стиля А. Вознесенского и других поэтов в работах Н.В. Павлович [Павлович 1995]. Способы передачи образной системы одной из повестей А. Гилязова на русский язык изучены Э. Ф. Нугумановой [Нугуманова 2013].
Однако образный потенциал целого ряда ключевых слов, используемых в поэтических произведениях русской литературы, остается недостаточно исследованным. К числу подобных слов следует отнести и лексему любовь, которая еще не подвергалась системному изучению на материале поэтических произведений русских авторов. Поэтому необходимо восполнить лакуны, касающиеся описания образно-ассоциативных возможностей данного слова, динамики особенностей его употребления, взаимосвязи между использованием лексической единицы и индивидуальным стилем писателя. Эти вопросы связаны с одним из актуальных направлений развития современной лингвистики - изучением Homoluguens ('человека говорящего’). Кроме того, данная проблема еще не изучалась в сопоставительном аспекте - на материале стихотворных произведений русских и татарских поэтов. Необходимость исследования семантики и образного потенциала лексемы любовь и ее татарского эквивалента мэхэббэткак ключевых слов, функционирующих в
произведениях русских и татарских поэтов при воплощении идейно - тематического замысла автора, составляет актуальность данного исследования.
Новизна исследования определяется результатами сопоставительного анализа лексем любовь и мэхэббэт в плане их семантики и функционирования в стихотворных произведениях русских и татарских авторов. Выявлены парадигмы, в которых эти слова способны замещать позицию и левого, и правого элемента модели. Установлены черты сходства и различия между моделями, выделенными на материале каждого из рассматриваемых языков, с точки зрения их количества и качественного состава.
Объектом нашего исследования являются лексемы любовь и мэхэббэт. Его предмет составляет образный потенциал данных слов.
Цель нашей работы - анализ образных возможностей лексем любовь и мэхэббэт. Для достижения обозначенной цели потребовалось решение следующих задач:
1) изучить научную литературу, связанную с проблемой образности художественной речи;
2) собрать и систематизировать языковый материал;
3) проанализировать семантику анализируемых слов;
4) выявить образные парадигмы, включающие эти лексемы
5) в процессе анализа функционирования слов любовь и мэхэббэт в произведениях русских и татарских поэтов установить сходства и различия, определяющие образные возможности данных лексем.
Теоретическую основу нашего исследования составили работы таких ученых, как В. В. Винокур, В. П. Москвин, Н. В. Павлович, А. И. Федоров, Л. В. Чернец, Д. Н. Шмелев и др.
В ходе исследования были использованы следующие методы: наблюдение, классификация, обобщение, сравнение, метод компонентного анализа, дистрибутивный, семантико-стилистический, описательно-аналитический и квантитативный методы.
Материалом для исследования послужили стихотворные произведения русских и татарских поэтов: А. Алексеевой, П. Антокольского, А. Ахматовой, А. Барковой, Е. Боратынского, Г. Глинки, Л. Голенищева- Кутузова, Н. Клюева, Е. Кропивницкого, Б. Лившиц, Т. Снежиной, И. Уткина, Л. Червинской, И. Чиннова, В. Шаламова и др.; Х. Аюпа, Р. Валиева, М. Джалиля, А. Ерикея, Ш. Мударриса, А. Рашитова, Х. Такташа, Г. Тукая, Р. Хариса, С.Хакима, И. Юзеева, Ф. Яруллина. Общий объем нашей картотеки составляют 602 примера.
Теоретическая значимость данного исследования состоит в том, что полученные выводы могут быть использованы при дальнейшей разработке проблем лингвопоэтики, общей стилистики и развитии методологии лингвистического анализа.
Практическая значимость нашей работы заключается в возможности применения материалов исследования при чтении лекций по сопоставительной лексикологии, по филологическому анализу художественного текста, а также на практических занятиях, посвященных навыкам отработки аналитической интерпретации поэтических текстов.
Структура работы обусловлена предметом, целью и задачами исследования. Работа состоит из трех структурных элементов: введения, основной части (представленной тремя главами), заключении и списка использованной литературы.
Истоки теории образа, с точки зрения ученых, следует искать еще во времена античности. Однако развернутое понятие образа было дано гораздо позднее. Эта заслуга принадлежит немецкому философу Гегелю. Смысловая емкость, выразительность художественного образа - результат «очищения» явления от всего случайного, затемняющего сущность, результаты его «идеализации».
Вопросы, связанные с созданием художественного образа в произведениях русской литературы, получили отражение в ряде филологических работ: В. В. Виноградова, Г. О. Винокура, В. П. Москвина, Н. В. Павлович, А. И. Федорова, Л. В. Чернец, Д. Н. Шмелева. Проблема классификации образа рассматривалась О. И. Блиновой, В. П. Москвиным и др. Образные парадигмы изучались в связи с особенностями индивидуального стиля А. Вознесенского и других поэтов в работах Н.В. Павлович [Павлович 1995]. Способы передачи образной системы одной из повестей А. Гилязова на русский язык изучены Э. Ф. Нугумановой [Нугуманова 2013].
Однако образный потенциал целого ряда ключевых слов, используемых в поэтических произведениях русской литературы, остается недостаточно исследованным. К числу подобных слов следует отнести и лексему любовь, которая еще не подвергалась системному изучению на материале поэтических произведений русских авторов. Поэтому необходимо восполнить лакуны, касающиеся описания образно-ассоциативных возможностей данного слова, динамики особенностей его употребления, взаимосвязи между использованием лексической единицы и индивидуальным стилем писателя. Эти вопросы связаны с одним из актуальных направлений развития современной лингвистики - изучением Homoluguens ('человека говорящего’). Кроме того, данная проблема еще не изучалась в сопоставительном аспекте - на материале стихотворных произведений русских и татарских поэтов. Необходимость исследования семантики и образного потенциала лексемы любовь и ее татарского эквивалента мэхэббэткак ключевых слов, функционирующих в
произведениях русских и татарских поэтов при воплощении идейно - тематического замысла автора, составляет актуальность данного исследования.
Новизна исследования определяется результатами сопоставительного анализа лексем любовь и мэхэббэт в плане их семантики и функционирования в стихотворных произведениях русских и татарских авторов. Выявлены парадигмы, в которых эти слова способны замещать позицию и левого, и правого элемента модели. Установлены черты сходства и различия между моделями, выделенными на материале каждого из рассматриваемых языков, с точки зрения их количества и качественного состава.
Объектом нашего исследования являются лексемы любовь и мэхэббэт. Его предмет составляет образный потенциал данных слов.
Цель нашей работы - анализ образных возможностей лексем любовь и мэхэббэт. Для достижения обозначенной цели потребовалось решение следующих задач:
1) изучить научную литературу, связанную с проблемой образности художественной речи;
2) собрать и систематизировать языковый материал;
3) проанализировать семантику анализируемых слов;
4) выявить образные парадигмы, включающие эти лексемы
5) в процессе анализа функционирования слов любовь и мэхэббэт в произведениях русских и татарских поэтов установить сходства и различия, определяющие образные возможности данных лексем.
Теоретическую основу нашего исследования составили работы таких ученых, как В. В. Винокур, В. П. Москвин, Н. В. Павлович, А. И. Федоров, Л. В. Чернец, Д. Н. Шмелев и др.
В ходе исследования были использованы следующие методы: наблюдение, классификация, обобщение, сравнение, метод компонентного анализа, дистрибутивный, семантико-стилистический, описательно-аналитический и квантитативный методы.
Материалом для исследования послужили стихотворные произведения русских и татарских поэтов: А. Алексеевой, П. Антокольского, А. Ахматовой, А. Барковой, Е. Боратынского, Г. Глинки, Л. Голенищева- Кутузова, Н. Клюева, Е. Кропивницкого, Б. Лившиц, Т. Снежиной, И. Уткина, Л. Червинской, И. Чиннова, В. Шаламова и др.; Х. Аюпа, Р. Валиева, М. Джалиля, А. Ерикея, Ш. Мударриса, А. Рашитова, Х. Такташа, Г. Тукая, Р. Хариса, С.Хакима, И. Юзеева, Ф. Яруллина. Общий объем нашей картотеки составляют 602 примера.
Теоретическая значимость данного исследования состоит в том, что полученные выводы могут быть использованы при дальнейшей разработке проблем лингвопоэтики, общей стилистики и развитии методологии лингвистического анализа.
Практическая значимость нашей работы заключается в возможности применения материалов исследования при чтении лекций по сопоставительной лексикологии, по филологическому анализу художественного текста, а также на практических занятиях, посвященных навыкам отработки аналитической интерпретации поэтических текстов.
Структура работы обусловлена предметом, целью и задачами исследования. Работа состоит из трех структурных элементов: введения, основной части (представленной тремя главами), заключении и списка использованной литературы.
Проведенное исследование позволяет сделать следующие выводы.
Художественный образ - это одно из важнейших понятий, изучаемых в сфере гуманитарных наук. Категория образа характеризует присущий только искусству способ отображения и преобразования действительности. Художественный образ не только отражает, но прежде всего обобщает действительность, раскрывает в единичном, преходящем сущностное, вечное.
Благодаря изучению значительного языкового материала было установлено, что существуют некие закономерности при отражении сходных понятий и идей, несмотря на то, что каждый автор по-своему их интерпретирует, используя разнообразные приемы организации текста. Речь идет об отражении таких абстрактных понятий, которые чрезвычайно сложны и многомерны. К их числу можно отнести, например, понятия «жизнь», «смерть», «время», «любовь», «красота» и т. п. Эти понятия представлены различными лексическими единицами, которые в составе поэтического текста нередко подвергаются образному переосмыслению.
Целью нашего исследования было изучение образных возможностей лексем любовь и мэхэббэт на материале произведений русских и татарских поэтов XX в.
В ходе сопоставительного анализа семантики данных лексем, выявления особенностей их функционирования в поэтических текстах нам удалось решить ряд поставленных задач для достижения цели научного исследования.
Мы изучили научную литературу, которая связана с проблемами образности и художественного образа. Теоретической основой для нашего исследования послужили работы таких ученых, как В. В. Винокур, В. П. Москвин, Н. В. Павлович, А. И. Федоров, Д. Н. Шмелев и др. При рассмотрении проблемы образности мы придерживались главным образом позиции А. П. Сковородникова. По вопросу, касающемуся описания природы образа, мы в основном опирались на точку зрения В. П. Москвина.
Сопоставительный анализ нашего материала позволяет сформулировать следующие выводы. Обе лексемы (русское существительное любовь и его татарский эквивалент мэхэббэт) являются многозначными словами, однако их семантический объем не одинаков. В соответствии с данными лексикографических источников лексема любовь имеет три значения, а у слова мэхэббэт представлены лишь два лексико-семантических варианта, которые совпадают с первыми двумя значениями русского слова.
При описании функционирования лексической единицы важное значение имеет и анализ ее дистрибуции. Анализ поэтических произведений, в частности, показал, что лексема любовь наиболее часто используется с такими прилагательными как последняя, страстная, золотая, целебная, а слово мэхэббэт - сприлагательнымисаф (‘чистый’) , керсез (‘чистый’), кайнар (‘горячий’), ялкынлы (‘пламенный’).
Анализ лингвистической литературы выявил несколько подходов к описанию образных возможностей лексических единиц. В качестве наиболее перспективной была определена концепция Н. В. Павлович, в которой развивается идея инвариантности образа.
С ориентацией на теорию Н. В. Павлович нами было выделено 14 крупных парадигм, в которых лексема любовь представлена в качестве предмета сравнения. Это такие модели, как: «ментальное ^ существо», «ментальное ^ стихия», «ментальное ^ огонь», «ментальное ^ растение», «ментальное ^ экзистенциональное», «ментальное ^ свет», «ментальное ^ еда», «ментальное ^ ментальное», «ментальное ^ драгоценное», «ментальное ^ вода», «ментальное ^ лекарство», «ментальное ^ звук» и «ментальное ^ предмет». Определены также парадигмы, в которых лексема любовь замещает позицию правого элемента, то есть является образом сравнения. К таким парадигмам относятся три модели: «существо ^ ментальное», «огонь ^ ментальное», «еда ^ ментальное».
Лексема мэхэббэт в качестве левого члена парадигмы (предмета сравнения) может быть включена в состав девяти типов моделей: «ментальное ^ существо», «ментальное ^ растение», «ментальное ^ огонь», , «ментальное ^ментальное», ментальное ^ земное пространство», «ментальное ^ вода», «ментальное ^ звук», «ментальное ^ свет», «ментальное ^ предмет». Моделей, в которых слово мэхэббэт использовалось бы в качестве образа сравнения, не выявлено.
В аспекте сопоставительного анализа материала двух языков интерес представляет и сравнение тех лексических рядов, которые способны замещать позицию правого члена парадигмы. Наибольшее сходство обнаруживается при сопоставлении таких парадигм, как «ментальное ^ вода», «ментальное ^ растение», «ментальное ^ огонь». Так, понятие «вода» репрезентируется с помощью словвода / су; родник / чишмэ; море / дицгез; понятие «растение» - за счет использования лексем: цветок /чэчэк; сучья / урман; понятие «огонь» - благодаря употреблению словогонь / ут; пламя/ учак. В большей степени отличаются ряды русских и татарских слов, замещающих позицию правого элемента в парадигме «ментальное ^ существо». В русской части картотеки в качестве лексических единиц, входящих в понятие «существо», зафиксированы слова воспитанница, дева, ребенок, гость, вор, ворон, жаворонок, пчела. В татарской части материала словами, принадлежащими к той же смысловой сфере, являются лексемы археолог (‘археолог’), юлдаш (‘спутник’), ялчы (‘служащий’), тылсымчы (‘волшебник’), сакчы (‘охранник’).
Обобщая результаты проведенного исследования можно сказать: анализ стихотворных произведений, извлеченных из электронных корпусов русского и татарского языков, позволяет говорить о более широких образных возможностях русской лексемы любовь по сравнению с образным потенциалом ее татарского эквивалента, о чем свидетельствует количество выделенных образных парадигм.
Перспективу нашего исследования может составить изучение образных возможностей других лексем, входящих в понятие «ментальное».
Художественный образ - это одно из важнейших понятий, изучаемых в сфере гуманитарных наук. Категория образа характеризует присущий только искусству способ отображения и преобразования действительности. Художественный образ не только отражает, но прежде всего обобщает действительность, раскрывает в единичном, преходящем сущностное, вечное.
Благодаря изучению значительного языкового материала было установлено, что существуют некие закономерности при отражении сходных понятий и идей, несмотря на то, что каждый автор по-своему их интерпретирует, используя разнообразные приемы организации текста. Речь идет об отражении таких абстрактных понятий, которые чрезвычайно сложны и многомерны. К их числу можно отнести, например, понятия «жизнь», «смерть», «время», «любовь», «красота» и т. п. Эти понятия представлены различными лексическими единицами, которые в составе поэтического текста нередко подвергаются образному переосмыслению.
Целью нашего исследования было изучение образных возможностей лексем любовь и мэхэббэт на материале произведений русских и татарских поэтов XX в.
В ходе сопоставительного анализа семантики данных лексем, выявления особенностей их функционирования в поэтических текстах нам удалось решить ряд поставленных задач для достижения цели научного исследования.
Мы изучили научную литературу, которая связана с проблемами образности и художественного образа. Теоретической основой для нашего исследования послужили работы таких ученых, как В. В. Винокур, В. П. Москвин, Н. В. Павлович, А. И. Федоров, Д. Н. Шмелев и др. При рассмотрении проблемы образности мы придерживались главным образом позиции А. П. Сковородникова. По вопросу, касающемуся описания природы образа, мы в основном опирались на точку зрения В. П. Москвина.
Сопоставительный анализ нашего материала позволяет сформулировать следующие выводы. Обе лексемы (русское существительное любовь и его татарский эквивалент мэхэббэт) являются многозначными словами, однако их семантический объем не одинаков. В соответствии с данными лексикографических источников лексема любовь имеет три значения, а у слова мэхэббэт представлены лишь два лексико-семантических варианта, которые совпадают с первыми двумя значениями русского слова.
При описании функционирования лексической единицы важное значение имеет и анализ ее дистрибуции. Анализ поэтических произведений, в частности, показал, что лексема любовь наиболее часто используется с такими прилагательными как последняя, страстная, золотая, целебная, а слово мэхэббэт - сприлагательнымисаф (‘чистый’) , керсез (‘чистый’), кайнар (‘горячий’), ялкынлы (‘пламенный’).
Анализ лингвистической литературы выявил несколько подходов к описанию образных возможностей лексических единиц. В качестве наиболее перспективной была определена концепция Н. В. Павлович, в которой развивается идея инвариантности образа.
С ориентацией на теорию Н. В. Павлович нами было выделено 14 крупных парадигм, в которых лексема любовь представлена в качестве предмета сравнения. Это такие модели, как: «ментальное ^ существо», «ментальное ^ стихия», «ментальное ^ огонь», «ментальное ^ растение», «ментальное ^ экзистенциональное», «ментальное ^ свет», «ментальное ^ еда», «ментальное ^ ментальное», «ментальное ^ драгоценное», «ментальное ^ вода», «ментальное ^ лекарство», «ментальное ^ звук» и «ментальное ^ предмет». Определены также парадигмы, в которых лексема любовь замещает позицию правого элемента, то есть является образом сравнения. К таким парадигмам относятся три модели: «существо ^ ментальное», «огонь ^ ментальное», «еда ^ ментальное».
Лексема мэхэббэт в качестве левого члена парадигмы (предмета сравнения) может быть включена в состав девяти типов моделей: «ментальное ^ существо», «ментальное ^ растение», «ментальное ^ огонь», , «ментальное ^ментальное», ментальное ^ земное пространство», «ментальное ^ вода», «ментальное ^ звук», «ментальное ^ свет», «ментальное ^ предмет». Моделей, в которых слово мэхэббэт использовалось бы в качестве образа сравнения, не выявлено.
В аспекте сопоставительного анализа материала двух языков интерес представляет и сравнение тех лексических рядов, которые способны замещать позицию правого члена парадигмы. Наибольшее сходство обнаруживается при сопоставлении таких парадигм, как «ментальное ^ вода», «ментальное ^ растение», «ментальное ^ огонь». Так, понятие «вода» репрезентируется с помощью словвода / су; родник / чишмэ; море / дицгез; понятие «растение» - за счет использования лексем: цветок /чэчэк; сучья / урман; понятие «огонь» - благодаря употреблению словогонь / ут; пламя/ учак. В большей степени отличаются ряды русских и татарских слов, замещающих позицию правого элемента в парадигме «ментальное ^ существо». В русской части картотеки в качестве лексических единиц, входящих в понятие «существо», зафиксированы слова воспитанница, дева, ребенок, гость, вор, ворон, жаворонок, пчела. В татарской части материала словами, принадлежащими к той же смысловой сфере, являются лексемы археолог (‘археолог’), юлдаш (‘спутник’), ялчы (‘служащий’), тылсымчы (‘волшебник’), сакчы (‘охранник’).
Обобщая результаты проведенного исследования можно сказать: анализ стихотворных произведений, извлеченных из электронных корпусов русского и татарского языков, позволяет говорить о более широких образных возможностях русской лексемы любовь по сравнению с образным потенциалом ее татарского эквивалента, о чем свидетельствует количество выделенных образных парадигм.
Перспективу нашего исследования может составить изучение образных возможностей других лексем, входящих в понятие «ментальное».