Помощь студентам в учебе
Творчество Чарльза Риккеттса в контексте развития английской книжной графики конца XIX - начала XX века
|
Введение 3
Историография 10
Глава 1. Становление творческого метода Чарльза Риккеттса: 1880-е годы .26
1.1. Период обучения в Ламбетской школе, дом Вейл и конкурс
рисунков 27
1.2. Вновь открытый рисунок Чарльза Риккеттса и «История Англии» 33
1.3. Период «Woman’s World» в творчестве Риккеттса 36
1.4. Период «The Dial»: Nudity and nonsense 44
Глава 2. Творчество Чарльза Риккеттса в 1890-е годы 52
2.1. Интерпретация наследия «Движения искусств и ремесел» и эстетики ар
нуво в печатной графике до 1890-х 52
2.2. Эпоха Osgood McIlvaine / Bodley Head и творческие поиски Риккеттса..60
2.3. «Сфинкс» Оскара Уайльда 70
Глава 3. Поиски собственного стиля Риккеттса в работе с «Вейл-пресс» 75
3.1. Предвестники стиля Vale-press 75
3.2. «Вейл-пресс» 80
Заключение 88
Список использованных источников и литературы 91
Приложение 97
Историография 10
Глава 1. Становление творческого метода Чарльза Риккеттса: 1880-е годы .26
1.1. Период обучения в Ламбетской школе, дом Вейл и конкурс
рисунков 27
1.2. Вновь открытый рисунок Чарльза Риккеттса и «История Англии» 33
1.3. Период «Woman’s World» в творчестве Риккеттса 36
1.4. Период «The Dial»: Nudity and nonsense 44
Глава 2. Творчество Чарльза Риккеттса в 1890-е годы 52
2.1. Интерпретация наследия «Движения искусств и ремесел» и эстетики ар
нуво в печатной графике до 1890-х 52
2.2. Эпоха Osgood McIlvaine / Bodley Head и творческие поиски Риккеттса..60
2.3. «Сфинкс» Оскара Уайльда 70
Глава 3. Поиски собственного стиля Риккеттса в работе с «Вейл-пресс» 75
3.1. Предвестники стиля Vale-press 75
3.2. «Вейл-пресс» 80
Заключение 88
Список использованных источников и литературы 91
Приложение 97
Конец XIX века в Англии в области книжной иллюстрации, и в искусстве книги в целом, отмечен рядом значительных событий и имен. Активное развитие иллюстрации и оформительского дела постепенно приводит нас к книге эпохи «art nouveau». Важную роль в этом сыграли в первую очередь прерафаэлиты и прекрасная книга викторианского периода. Следующий значимый шаг был сделан Уильямом Моррисом с открытием его собственной мастерской «Кельмскотт-пресс» и «Чизвик-пресс». В скором времени старая викторианская книга уступает место времени ар нуво, и развитие книжной иллюстрации теперь продолжается в контексте этого художественного направления, которое знакомит публику с творчеством Чарльза де Сусси Риккеттса.
Творчество Чарльза де Сусси Риккеттса нельзя рассматривать в контексте одного периода времени. Этот яркий представитель арт нуво объединил в своем творчестве трепетное отношение к достижениям своих предшественников и собственную невероятную плодотворность, создав уникальное явление в английской книжной графике конца столетия. Итогом стали многочисленные работы, созданные в короткий срок 1880-90-х годов, явившие собой новый этап в эпохе «прекрасной книги». Продолжив дело Морриса и создав собственную мастерскую, он открыл путь для книги из викторианской эпохи в ар нуво.
В настоящее время для исследователей творческой биографии Чарльза Риккеттса до статочно сведений о его работе и творческих коллаборациях, но чтобы выстроить все это в единую линию, необходимо выделить несколько магистральных линий его жизненного и творческого пути.
В первую очередь стоит обратиться к его дружбе с Оскаром Уайльдом. Ведь именно знакомство с ним во многом определило творческий путь Риккеттса. «Наиболее значимый творческий союз в области книжного дизайна» , именно такое определение дают многие исследователи этой дружбе. Действительно, если задуматься, то можно представить, какую мощь в себе несло это объединение литературы и искусства, мысли и ее художественного воплощения. Именно оформленные Риккеттсом книги Оскара Уайльда наиболее известны и несут в себе ярчайшее воплощение идей художника: «Сфинкс», «Гранатовый домик», «Поэмы». Именно Уайльду Риккеттс обязан многими своими знакомствами, по скольку писатель знакомил художника с многочисленными издателями. Их первое знакомство, по мнению некоторых, связано с работой над журналом Women’s World, где Уайльд был редактором одно время, а Риккеттс делал для них иллюстрации к статьям. Так же существует мнение, что знакомство этих двух творческих людей связано с «первой пробой пера» Риккеттса и Шеннона - журнал «The Dial», о котором Уайльд довольно лестно отзывался.
Выше уже было названо имя еще одного товарища, коллеги, «друга всей жизни» - Чарльза Шеннона. Это тот человек, с которым Чарльз Риккеттс провел всю свою жизнь, в прямом смысле этого слова. Они жили и работали вместе с юношеских лет. Их знакомство связано еще с обучением в школе изобразительных искусств в Ламберте, и с этого момента они развивали свое дело совместно. Но почему же столь значительный человек в жизни художника не идет на первом месте, и говорим мы о нем лишь после Оскара Уайльда? Все дело в том, что они не влияли друг на друга, а гармонично дополняли. Это отмечает даже сам художник. Шэннон был для Риккеттса, как «кроткая жена». Кеннет Кларк пишет: «Риккеттс любил поболтать, Шеннон был тихим и незаметным, но его редкие замечания были всегда по существу и говорили о большой эрудиции. Создавалось впечатление, что Риккеттс обращался к Шэнону за советом, как к благоразумной жене...» . Невероятная атмо сфера творчества в их доме всегда удивляла современников. Сам Уайльд писал о самом знаменитом их доме Вейл, что это то место, где нет места скуке. В этом доме посетителя сразу окружало творчество: японские гравюры на стене, скульптура и живопись. На протяжении нескольких десятилетий
они пополняли свою коллекцию разнообразными экспонатами египетской и греческой пластики, персидских миниатюр, украшений и графики. Сейчас их коллекция хранится в собрании музея Фицвильям в Кембридже. Таким образом, они на протяжении всей жизни создавали вокруг себя этот «мир искусства», и в нем не было места соперничеству или «я», это был их совместный труд. Стоить отметить, что, не смотря на то, что Риккеттс выполнял значительно большую часть работы по созданию украшений книги, он всегда говорил о творческом союзе, но не об индивидуальной работе каждого.
Следующим важным вопросом в контексте творчества Риккеттса является творческая самобытность художника. Довольно часто можно столкнуться с мнением, что его творчество явилось своего рода «мостом» от викторианской книги к периоду art nouveau, как было уже отмечено ранее. В связи с этим многие исследователи делают акцент на его активных заимствованиях у своих предшественников и современников. Порой можно встретить довольно жесткие привязки его работ к определенным образцам, таким как манера Россетти, подражание прерафаэлитам 1850-х годов, ориентализм, заимствования у французских символистов, подражание Дюреру и т.д. Встречаются и более редкие сравнения, например, когда проводят параллели между его эскизами к ювелирным украшениям и греческой вазописью. И в таком количестве ссылок на других авторов можно потерять личность самого художника. Конечно, не стоит отрицать, что Риккетс обращался ко всем этим образцам и активно их изучал, заимствуя и переосмысливая многие идеи. Он сам об этом говорил и писал, посветив этой теме отдельную заметку во втором номере журнала «The Dial». Но стоит отметить, что речь идет не о подражании, а о переосмысливании. И строится оно по такому принципу, когда берется определенный элемент, будь то композиция у Энгра или Гюстава Моро, и интерпретируются в духе современности, и что важнее всего, в рамках стиля самого художника. Не зря один из его современников довольно точно охарактеризовал творческий метод Риккеттса, «как смесь архаичного педантизма и революционного вызова будущему».
Даже свои работы Чарльз Риккеттс подвергал тотальной переработке спустя много лет. В качестве яркого примера можно привести его переиздание «Сфинкса» О.Уайльда, которое он совершил уже в конце жизни. Несмотря на то, что его иллюстрации к первому изданию «Сфинкса» на тот момент стали практически хрестоматийными, Риккеттс считал, что они не достаточно выразительны. Таким образом, важное место в данной работе необходимо уделить влияниям различных художественных течений искусства на творчество мастера и четко отделить их от собственного стиля художника, который ярче всего проявится в середине 90-х годов.
Естественно, если ставится вопрос о влияниях других эпох и персоналий на творчество художника, необходимо сказать и о вкладе самого Чарльза Риккеттса в область книжной графики в Англии в конце XIX - начале XX вв. Обращаясь к хронологическим рамкам рассматриваемого нами явления, мы сталкиваемся с тем, что вся работа по оформлению книг Риккеттсом вкладывается в десять с небольшим лет: с 1889 года, когда появился первый номер «The Dial» и до 1903 года, когда вышла последняя книга в издании «Vale press». Именно в этот короткий срок он прошел все этапы становления художника, и ушел из этого искусства на самом пике своей творческой деятельности, когда были достигнуты все по ставленные цели. Он стал одним из «отцов-основателей» современной школы книжного оформления, пройдя путь от викторианской книги к модерну, и дал дорогу молодым талантливым граверам, таким как Люсьен Писсарро. Показательно, что закрывая «Vale-press», он уничтожил все шрифты, которые были им придуманы, опасаясь необдуманного использования другими граверами. После 1903 года художник обратился к живописи, дизайну театрального костюма, скульптуре и лишь в конце жизни, как уже отмечалось, вновь ненадолго обратился к книжной иллюстрации. Стоит сказать, что довольно часто повествование о работе Риккеттса в этот период сводится лишь к перечислению его работ без сопутствующего анализа и сопоставления с его более ранней творческой деятельностью. Поэтому данный вопрос так же требует более подробного освещения в рамках этой исследовательской работы.
Однако если поздний период творчества художника еще хоть как-то освещается в трудах иностранных исследователей, то ранний период по сей момент остается совершенно неисследованным. Речь не идет о журнале «The Dial», так как обычно с него начинается повествование, а именно о работах до 1889 года. В этот период был создан ряд интересных иллюстраций для достаточно известных журналов, таких как «The Magazine of Art» и «Women’s World», что было большим успехом для начинающего художника.
Творчество Чарльза Риккеттса не теряет актуальности в исследовательском поле. Его работы получают все новые интерпретации, и привлекает широкий круг современных исследователей. В последнее время работы Риккеттс а стали до статочно части экспонироваться в рамках международной выставочной деятельности наравне с такими широко известными именами, как Уильям Моррис. Только за последний год известно уже о двух подобных выставках. Одна из них «Victorian Passions: Stories from the Mark Samuels Lasner Collection» была открыта 14 февраля в университете Делавера и будет проходить до 3 июня 2017 года. В экспозиции представлены британские издания 1850 - 1900 годов, и особый акцент сделан на прерафаэлитах, а так же иллюстраторах 1890-х годов, в ряды которых включен и Чарльз Риккеттс. Более значительная выставка была открыта 1 октября 2016 года в Гааге в музее Меермано в честь 150-летия со дня рождения художника. На ней зрителям были представлены редкие гравюры и рисунки Риккеттса к «Притчам» и «Поэмам в прозе» Оскара Уайльда.
Также и на аукционах стали появляться работы художника, как книги, так и отдельные рисунки, и подобные лоты имеют довольно высокий спрос. В этой связи обращение к изучению графического наследия и творческого пути Риккеттса представляется своевременным в отечественной исследовательской практике.
Характер заявленной работы и её структура определили предмет исследования - становление и эволюция творческого метода Чарльза Риккеттса.
Объектом исследования являются многочисленные фотокопии работ художника, опубликованные в различных изданиях, а так же произведения, размещенные на официальных сайтах музеев и аукционных домов. Большинство представленных иллюстраций не изучено в отечественной литературе.
Основной целью этой работы является изучение отдельных этапов творчества Чарльза Риккеттса в контексте развития традиции английской книжной графики 1890-х годов. Исходя из цели, были сформулированы основные задачи:
1. провести историографический анализ литературы и источников, формирующих корпус исследований о творчестве Чарльза Риккеттса в настоящее время;
2. рассмотреть исторический контекст, в рамках которого развивается английская книжная графика последней трети XIX века;
3. определить, проанализировать и выявить художественные черты творческого наследия Чарльза Риккеттса на отдельных этапах;
4. выделить характерные особенности художественного почерка и специфику принадлежности к отдельным стилевым направлениям и художественным течениям;
5. определить роль Чарльза Риккеттса и его место в развитии книжной графики в Англии в конце XIX-начале XX века.
Поставленные задачи определили характер методов исследования. В работе использовались преимущественно историко - культурный и типологически - системный подход, с применением формально - стилистического анализа и метода сравнительного анализа.
По своей структуре работа разделена на три главы, каждая из которых посвящена отдельному этапу в творческом развитии Риккеттса. Первая глава освещает период с начала обучения в Ламбетской школе и завершается изданием первого номера журнала «The Dial». Во второй главе рассмотрен период работы на частные издательства с 1891 по 1894 год. Третья глава посвящена работам, вышедшим в рамках издательства Вейл,а так же непосредственно предвещающим его стиль. Отдельно в работу включен историографический блок, подробно рассказывающий о наиболее интересных и полезных работах по творчеству Чарльза де Сусси Риккеттса.
Творчество Чарльза де Сусси Риккеттса нельзя рассматривать в контексте одного периода времени. Этот яркий представитель арт нуво объединил в своем творчестве трепетное отношение к достижениям своих предшественников и собственную невероятную плодотворность, создав уникальное явление в английской книжной графике конца столетия. Итогом стали многочисленные работы, созданные в короткий срок 1880-90-х годов, явившие собой новый этап в эпохе «прекрасной книги». Продолжив дело Морриса и создав собственную мастерскую, он открыл путь для книги из викторианской эпохи в ар нуво.
В настоящее время для исследователей творческой биографии Чарльза Риккеттса до статочно сведений о его работе и творческих коллаборациях, но чтобы выстроить все это в единую линию, необходимо выделить несколько магистральных линий его жизненного и творческого пути.
В первую очередь стоит обратиться к его дружбе с Оскаром Уайльдом. Ведь именно знакомство с ним во многом определило творческий путь Риккеттса. «Наиболее значимый творческий союз в области книжного дизайна» , именно такое определение дают многие исследователи этой дружбе. Действительно, если задуматься, то можно представить, какую мощь в себе несло это объединение литературы и искусства, мысли и ее художественного воплощения. Именно оформленные Риккеттсом книги Оскара Уайльда наиболее известны и несут в себе ярчайшее воплощение идей художника: «Сфинкс», «Гранатовый домик», «Поэмы». Именно Уайльду Риккеттс обязан многими своими знакомствами, по скольку писатель знакомил художника с многочисленными издателями. Их первое знакомство, по мнению некоторых, связано с работой над журналом Women’s World, где Уайльд был редактором одно время, а Риккеттс делал для них иллюстрации к статьям. Так же существует мнение, что знакомство этих двух творческих людей связано с «первой пробой пера» Риккеттса и Шеннона - журнал «The Dial», о котором Уайльд довольно лестно отзывался.
Выше уже было названо имя еще одного товарища, коллеги, «друга всей жизни» - Чарльза Шеннона. Это тот человек, с которым Чарльз Риккеттс провел всю свою жизнь, в прямом смысле этого слова. Они жили и работали вместе с юношеских лет. Их знакомство связано еще с обучением в школе изобразительных искусств в Ламберте, и с этого момента они развивали свое дело совместно. Но почему же столь значительный человек в жизни художника не идет на первом месте, и говорим мы о нем лишь после Оскара Уайльда? Все дело в том, что они не влияли друг на друга, а гармонично дополняли. Это отмечает даже сам художник. Шэннон был для Риккеттса, как «кроткая жена». Кеннет Кларк пишет: «Риккеттс любил поболтать, Шеннон был тихим и незаметным, но его редкие замечания были всегда по существу и говорили о большой эрудиции. Создавалось впечатление, что Риккеттс обращался к Шэнону за советом, как к благоразумной жене...» . Невероятная атмо сфера творчества в их доме всегда удивляла современников. Сам Уайльд писал о самом знаменитом их доме Вейл, что это то место, где нет места скуке. В этом доме посетителя сразу окружало творчество: японские гравюры на стене, скульптура и живопись. На протяжении нескольких десятилетий
они пополняли свою коллекцию разнообразными экспонатами египетской и греческой пластики, персидских миниатюр, украшений и графики. Сейчас их коллекция хранится в собрании музея Фицвильям в Кембридже. Таким образом, они на протяжении всей жизни создавали вокруг себя этот «мир искусства», и в нем не было места соперничеству или «я», это был их совместный труд. Стоить отметить, что, не смотря на то, что Риккеттс выполнял значительно большую часть работы по созданию украшений книги, он всегда говорил о творческом союзе, но не об индивидуальной работе каждого.
Следующим важным вопросом в контексте творчества Риккеттса является творческая самобытность художника. Довольно часто можно столкнуться с мнением, что его творчество явилось своего рода «мостом» от викторианской книги к периоду art nouveau, как было уже отмечено ранее. В связи с этим многие исследователи делают акцент на его активных заимствованиях у своих предшественников и современников. Порой можно встретить довольно жесткие привязки его работ к определенным образцам, таким как манера Россетти, подражание прерафаэлитам 1850-х годов, ориентализм, заимствования у французских символистов, подражание Дюреру и т.д. Встречаются и более редкие сравнения, например, когда проводят параллели между его эскизами к ювелирным украшениям и греческой вазописью. И в таком количестве ссылок на других авторов можно потерять личность самого художника. Конечно, не стоит отрицать, что Риккетс обращался ко всем этим образцам и активно их изучал, заимствуя и переосмысливая многие идеи. Он сам об этом говорил и писал, посветив этой теме отдельную заметку во втором номере журнала «The Dial». Но стоит отметить, что речь идет не о подражании, а о переосмысливании. И строится оно по такому принципу, когда берется определенный элемент, будь то композиция у Энгра или Гюстава Моро, и интерпретируются в духе современности, и что важнее всего, в рамках стиля самого художника. Не зря один из его современников довольно точно охарактеризовал творческий метод Риккеттса, «как смесь архаичного педантизма и революционного вызова будущему».
Даже свои работы Чарльз Риккеттс подвергал тотальной переработке спустя много лет. В качестве яркого примера можно привести его переиздание «Сфинкса» О.Уайльда, которое он совершил уже в конце жизни. Несмотря на то, что его иллюстрации к первому изданию «Сфинкса» на тот момент стали практически хрестоматийными, Риккеттс считал, что они не достаточно выразительны. Таким образом, важное место в данной работе необходимо уделить влияниям различных художественных течений искусства на творчество мастера и четко отделить их от собственного стиля художника, который ярче всего проявится в середине 90-х годов.
Естественно, если ставится вопрос о влияниях других эпох и персоналий на творчество художника, необходимо сказать и о вкладе самого Чарльза Риккеттса в область книжной графики в Англии в конце XIX - начале XX вв. Обращаясь к хронологическим рамкам рассматриваемого нами явления, мы сталкиваемся с тем, что вся работа по оформлению книг Риккеттсом вкладывается в десять с небольшим лет: с 1889 года, когда появился первый номер «The Dial» и до 1903 года, когда вышла последняя книга в издании «Vale press». Именно в этот короткий срок он прошел все этапы становления художника, и ушел из этого искусства на самом пике своей творческой деятельности, когда были достигнуты все по ставленные цели. Он стал одним из «отцов-основателей» современной школы книжного оформления, пройдя путь от викторианской книги к модерну, и дал дорогу молодым талантливым граверам, таким как Люсьен Писсарро. Показательно, что закрывая «Vale-press», он уничтожил все шрифты, которые были им придуманы, опасаясь необдуманного использования другими граверами. После 1903 года художник обратился к живописи, дизайну театрального костюма, скульптуре и лишь в конце жизни, как уже отмечалось, вновь ненадолго обратился к книжной иллюстрации. Стоит сказать, что довольно часто повествование о работе Риккеттса в этот период сводится лишь к перечислению его работ без сопутствующего анализа и сопоставления с его более ранней творческой деятельностью. Поэтому данный вопрос так же требует более подробного освещения в рамках этой исследовательской работы.
Однако если поздний период творчества художника еще хоть как-то освещается в трудах иностранных исследователей, то ранний период по сей момент остается совершенно неисследованным. Речь не идет о журнале «The Dial», так как обычно с него начинается повествование, а именно о работах до 1889 года. В этот период был создан ряд интересных иллюстраций для достаточно известных журналов, таких как «The Magazine of Art» и «Women’s World», что было большим успехом для начинающего художника.
Творчество Чарльза Риккеттса не теряет актуальности в исследовательском поле. Его работы получают все новые интерпретации, и привлекает широкий круг современных исследователей. В последнее время работы Риккеттс а стали до статочно части экспонироваться в рамках международной выставочной деятельности наравне с такими широко известными именами, как Уильям Моррис. Только за последний год известно уже о двух подобных выставках. Одна из них «Victorian Passions: Stories from the Mark Samuels Lasner Collection» была открыта 14 февраля в университете Делавера и будет проходить до 3 июня 2017 года. В экспозиции представлены британские издания 1850 - 1900 годов, и особый акцент сделан на прерафаэлитах, а так же иллюстраторах 1890-х годов, в ряды которых включен и Чарльз Риккеттс. Более значительная выставка была открыта 1 октября 2016 года в Гааге в музее Меермано в честь 150-летия со дня рождения художника. На ней зрителям были представлены редкие гравюры и рисунки Риккеттса к «Притчам» и «Поэмам в прозе» Оскара Уайльда.
Также и на аукционах стали появляться работы художника, как книги, так и отдельные рисунки, и подобные лоты имеют довольно высокий спрос. В этой связи обращение к изучению графического наследия и творческого пути Риккеттса представляется своевременным в отечественной исследовательской практике.
Характер заявленной работы и её структура определили предмет исследования - становление и эволюция творческого метода Чарльза Риккеттса.
Объектом исследования являются многочисленные фотокопии работ художника, опубликованные в различных изданиях, а так же произведения, размещенные на официальных сайтах музеев и аукционных домов. Большинство представленных иллюстраций не изучено в отечественной литературе.
Основной целью этой работы является изучение отдельных этапов творчества Чарльза Риккеттса в контексте развития традиции английской книжной графики 1890-х годов. Исходя из цели, были сформулированы основные задачи:
1. провести историографический анализ литературы и источников, формирующих корпус исследований о творчестве Чарльза Риккеттса в настоящее время;
2. рассмотреть исторический контекст, в рамках которого развивается английская книжная графика последней трети XIX века;
3. определить, проанализировать и выявить художественные черты творческого наследия Чарльза Риккеттса на отдельных этапах;
4. выделить характерные особенности художественного почерка и специфику принадлежности к отдельным стилевым направлениям и художественным течениям;
5. определить роль Чарльза Риккеттса и его место в развитии книжной графики в Англии в конце XIX-начале XX века.
Поставленные задачи определили характер методов исследования. В работе использовались преимущественно историко - культурный и типологически - системный подход, с применением формально - стилистического анализа и метода сравнительного анализа.
По своей структуре работа разделена на три главы, каждая из которых посвящена отдельному этапу в творческом развитии Риккеттса. Первая глава освещает период с начала обучения в Ламбетской школе и завершается изданием первого номера журнала «The Dial». Во второй главе рассмотрен период работы на частные издательства с 1891 по 1894 год. Третья глава посвящена работам, вышедшим в рамках издательства Вейл,а так же непосредственно предвещающим его стиль. Отдельно в работу включен историографический блок, подробно рассказывающий о наиболее интересных и полезных работах по творчеству Чарльза де Сусси Риккеттса.
В этих трех главах мы рассмотрели основные этапы становления творческой личности Чарльза Риккеттса. И каждый из периодов внес определенный вклад в его деятельность. Конечно, в мировом искусстве, он известен как продолжатель дела Морриса и, обычно рассматривается на позициях копииста и эклектика. Однако это совершенно не так. Риккеттс стал тем звеном, которое дало путь изданию из эпохи прекрасной книги Морриса в книгу ар нуво. Именно это срединное положение и выделило его на фоне о стальных.
Конечно, не стоит отрицать, что он был под сильным влиянием искусства прерафаэлитов, символизма, а порой и японского искусства. Однако он грамотно объединил все эти заимствования с эпохой ар нуво и в результате мы получили такие шедевры книжной графики как «Сфинкс», «Геро и Леандр» и многие другие произведения. В его творчестве мы как раз можем проследить трансформацию стиля модерн в его понимании, начиная от иллюстраций к «Women’s World», где растительные орнаменты только намечаются и до титульных листов Вейл-пресс с плотным геометризированным плетением, занимающим всю площадь листа. Пожалуй, это единственная эволюционная линия, которая может быть выстроена в творчестве Риккеттса.
В остальном он только придерживается одной идеи - «искусство ради искусства». Все свои силы и способности он направляет на то, чтобы произведение искусства играло главенствующую роль. Подобную ситуацию мы видим в его ранних работах 1890-х годов, когда он активно создавал иллюстрации для разных изданий. Все композиции отражали собственный взгляд художника на текст автора, и довольно часто шли в разрез с описанием в оригинальном произведении.
В этом состоит и сила их совместных работ с Оскаром Уайльдом. Ведь писатель всегда был на позициях того, что именно слово имеет наибольшую эмоциональную выразительность и именно произведение может
Все эти особенности начинают закладываться в нем еще в раннем периоде, когда он только формировался как мастер. Но, к сожалению, многие исследователи упускают этот этап из его творческой биографии. А ведь Риккеттс первый восстал против подчинения гравюры репродуктивным целям, и был убежден, что она может быть такой же автономной, как и масляная живопись или акварель, имея свой собственный изобразительный язык. Поэтому так важно было рассмотреть его ранние работы, которые во многом являются источником его последующих взглядов на искусство. Именно на этом этапе ярче всего отражается его стремление к самодостаточности иллюстрации и уже здесь в композицию закладывается определенный подтекст для более глубокого прочтения ее смысла.
А в конце 80-х годов он пойдет еще дальше в осуществлении этой идеи, ведь он ясно понимал, что для наибольшего эффекта художник сам должен в материале осуществлять свои рисунки. Поэтому появляется «The Dial», а потом подобную тенденцию мы увидим уже в таких работах Риккеттса, как «Сфинкс», «Геро и Леандр» и «Дафнис и Хлоя».
В издательстве Вейл трудно уже выделить подобные мотивы только в рисунке. Ведь теперь художник переориентируется на книгу в целом, где иллюстрации, текст, оформление - было делом рук одного мастера. Ни один печатник не делал этого до него. Произведение искусства для Риккеттса более не рассматривается в отдельных элементах, намного важнее то впечатление, которое в целом производит издание. И с каждым разом он пытается добиться выразительно сти как можно меньшим количе ством художественных средств, как это было ранее в иллюстрации. В итоге мы приходим к его изданиям после 1900-х годов с минимальным количеством декоративных украшений. И в этот момент Риккеттс уходит со сцены, поскольку полностью воплотил в жизнь свое представление об идеальном книжном издательстве.
Нельзя сказать о том, что у Чарльза Риккеттса были ученики или последователи. Конечно, в период 90-х годов он сотрудничал со многими художниками, влияя в той или иной степени на них. Например с Люсьеном Писсаро, которому он даже разрешил пользоваться своими шрифтами одно время, он вместе работал в Вейл-пресс. Другой интересный художник - Лоуренс Хаусман, воспринял от Риккеттса его любовь к карандашу и туши. Стерж Мур, работавший на Вейл, был просто под обаянием от идей и замыслов Риккеттса. И как мы видим все эти влияние были достаточно косвенными, поскольку Чарльз Риккеттс никогда их не обучал. Он лишь предлагал по смотреть на свою работу как будто со стороны, и создать собственную интерпретацию великого искусства, как и он в свое время. Поэтому он возможно и избавился от всех своих шрифтов и орнаментов, чтобы не было копиистов, а были творцы.
Подводя итог можно сказать, что Чарльз Риккеттс, являясь удивительным эклектиком, сделал большой шаг в области книжной графики 90-х годов, полностью поменяв отношение частного издателя не только к гравюре, но и книге в целом.
Конечно, не стоит отрицать, что он был под сильным влиянием искусства прерафаэлитов, символизма, а порой и японского искусства. Однако он грамотно объединил все эти заимствования с эпохой ар нуво и в результате мы получили такие шедевры книжной графики как «Сфинкс», «Геро и Леандр» и многие другие произведения. В его творчестве мы как раз можем проследить трансформацию стиля модерн в его понимании, начиная от иллюстраций к «Women’s World», где растительные орнаменты только намечаются и до титульных листов Вейл-пресс с плотным геометризированным плетением, занимающим всю площадь листа. Пожалуй, это единственная эволюционная линия, которая может быть выстроена в творчестве Риккеттса.
В остальном он только придерживается одной идеи - «искусство ради искусства». Все свои силы и способности он направляет на то, чтобы произведение искусства играло главенствующую роль. Подобную ситуацию мы видим в его ранних работах 1890-х годов, когда он активно создавал иллюстрации для разных изданий. Все композиции отражали собственный взгляд художника на текст автора, и довольно часто шли в разрез с описанием в оригинальном произведении.
В этом состоит и сила их совместных работ с Оскаром Уайльдом. Ведь писатель всегда был на позициях того, что именно слово имеет наибольшую эмоциональную выразительность и именно произведение может
Все эти особенности начинают закладываться в нем еще в раннем периоде, когда он только формировался как мастер. Но, к сожалению, многие исследователи упускают этот этап из его творческой биографии. А ведь Риккеттс первый восстал против подчинения гравюры репродуктивным целям, и был убежден, что она может быть такой же автономной, как и масляная живопись или акварель, имея свой собственный изобразительный язык. Поэтому так важно было рассмотреть его ранние работы, которые во многом являются источником его последующих взглядов на искусство. Именно на этом этапе ярче всего отражается его стремление к самодостаточности иллюстрации и уже здесь в композицию закладывается определенный подтекст для более глубокого прочтения ее смысла.
А в конце 80-х годов он пойдет еще дальше в осуществлении этой идеи, ведь он ясно понимал, что для наибольшего эффекта художник сам должен в материале осуществлять свои рисунки. Поэтому появляется «The Dial», а потом подобную тенденцию мы увидим уже в таких работах Риккеттса, как «Сфинкс», «Геро и Леандр» и «Дафнис и Хлоя».
В издательстве Вейл трудно уже выделить подобные мотивы только в рисунке. Ведь теперь художник переориентируется на книгу в целом, где иллюстрации, текст, оформление - было делом рук одного мастера. Ни один печатник не делал этого до него. Произведение искусства для Риккеттса более не рассматривается в отдельных элементах, намного важнее то впечатление, которое в целом производит издание. И с каждым разом он пытается добиться выразительно сти как можно меньшим количе ством художественных средств, как это было ранее в иллюстрации. В итоге мы приходим к его изданиям после 1900-х годов с минимальным количеством декоративных украшений. И в этот момент Риккеттс уходит со сцены, поскольку полностью воплотил в жизнь свое представление об идеальном книжном издательстве.
Нельзя сказать о том, что у Чарльза Риккеттса были ученики или последователи. Конечно, в период 90-х годов он сотрудничал со многими художниками, влияя в той или иной степени на них. Например с Люсьеном Писсаро, которому он даже разрешил пользоваться своими шрифтами одно время, он вместе работал в Вейл-пресс. Другой интересный художник - Лоуренс Хаусман, воспринял от Риккеттса его любовь к карандашу и туши. Стерж Мур, работавший на Вейл, был просто под обаянием от идей и замыслов Риккеттса. И как мы видим все эти влияние были достаточно косвенными, поскольку Чарльз Риккеттс никогда их не обучал. Он лишь предлагал по смотреть на свою работу как будто со стороны, и создать собственную интерпретацию великого искусства, как и он в свое время. Поэтому он возможно и избавился от всех своих шрифтов и орнаментов, чтобы не было копиистов, а были творцы.
Подводя итог можно сказать, что Чарльз Риккеттс, являясь удивительным эклектиком, сделал большой шаг в области книжной графики 90-х годов, полностью поменяв отношение частного издателя не только к гравюре, но и книге в целом.