Тема: Классическое конфуцианство в модернистской интерпретации: Чэнь Хуаньчжан и его трактат

Актуальность выбранной темы обуславливается несколькими причинами. В первую очередь, на сегодняшний день можно говорить о том, что Китай принимает активное участие в формировании глобального миропорядка, а Конфуций как представитель традиционной культуры Китая, как духовный идеал, не может оставаться в стороне, более того, конфуцианство оказывается непосредственно с этим связано. Так, например, британское еженедельное издание «The Economist» в своей статье говорит о возрождении культа конфуцианства, о его поддержке правительством КНР, в частности, речь идет о председателе правительства Си Цзиньпине и его новом «конфуцианском курсе». Газета рассказывает о том, что коммунистическая партия обращается к древней философии за поддержкой и даже призывает изучать древние книги, к которым сама проявляет интерес, такие как «Толкование изречений Конфуция» и «Беседы и суждения».
Во-вторых, конфуцианство не только формирует китайский менталитет, духовность и культуру, но также является весомой в качестве экономической системы, функциональная значимость которой актуальна и по сегодняшний день. Изучение новой грани конфуцианского учения позволяет не только взглянуть иначе на философскую систему в целом, но и дает возможность ставить древнее на службу настоящему.
В-третьих, китайская экономика все чаще подвержена критике со стороны западных экономистов, осуждая выбранный правительством Китая курс. Неоднозначные мнения в адрес экономической политики Поднебесной, как правило, выражены сторонниками капиталистического уклада экономики государства. В частности, экономическая нестабильность Китая, девальвация юаня, критика китайского руководства была описана в статье «China is Not Collapsing» в электронной газете «Project Syndicate» британским экономистом и журналистом Анатолем Калецки, который также является автором идеи создания глобального капиталистического мира, выраженной в его труде «Capitalism 4.0». Сложившаяся экономическая ситуация на международной арене, а также поиск возможных путей развития экономики Китая также обуславливает интерес к выбранной теме.
В развитии каждого государства экономический базис имеет первостепенное значение. Современные экономисты предлагают все больше новых вариантов проведения экономической политики государств, однако в данной работе ответ на этот вопрос мы будем искать в трактате Чэня Хуаньчжана.
Объектом изучения является само конфуцианство как совокупность взаимосвязанных религиозной, экономической, политической, социальной систем, предметом - рассмотрение конфуцианских догм в трактовке Чэня Хуаньчжана.
Цель работы - представить конфуцианство в трактовке Чэня Хуаньчжана как экономическое учение для западных экономистов, а также как новый путь модернизации Китая.
Для достижения цели необходимо решить следующие задачи:
• Представить биографию Чэня Хуаньчжана в условиях создания трактата, а также саму сущность его работы;
• рассмотреть основное содержание классического конфуцианства и его принципов в трактате «The Economic Principles of Confucius and his School»;
• рассмотреть классические догмы конфуцианства с точки зрения экономических принципов потребления;
• рассмотреть классические догмы конфуцианства с точки зрения экономических принципов ведения государственной политики;
• проанализировать пути модернизации Китая.
Источники и литература.
Данная работа анализирует труд «The Economic Principles of Confucius and his School» («Экономические принципы Конфуция и его школы») известного экономиста и мыслителя Чэня Хуаньчжана (ЙЦ&Ж, 1880-1933 гг.). Будучи приверженцем учения Конфуция, подробно изучая древние источники на китайском языке, он также имел возможность рассмотреть конфуцианскую мысль под другим углом, так как обладал соответствующими экономическими знаниями, обретенными в одном из американских университетов. Чэнь в своем трактате опирается на древние источники, которые были переведены на английский язык британским синологом Джеймсом Леггом (1816 — 1897 гг.), труды которого использовались и в написании данной работы, это «The Chinese Classics» («Китайская классическая литература») и «The Li Ki» («Ли цзи»). Помимо переводных изданий на английский язык использовались китайские источники, Jпереведенные на русский язык отечественными авторами, такими как Р.В. Вяткин, Л.С. Переломов, А,А. Штукин, а также советским историком, китайцем по происхождению Ян Хиншуном.
В данной работе использовались документы Архива внешней политики Российской империи (АВПРИ), который осуществляет государственное хранение документальных материалов внешнеполитического характера и представляет собой дипломатические документы, рескрипты по вопросам внешней политики и т.д. В качестве источника также была использована Временная конституция Китайской республики от 11 марта 1912г.
В работу также были включен материал из зарубежных газет, таких как китайская газета « Ф Ш ft A ft » (Чжунго шэхуй кэсюэ бао), британский еженедельник «The Economist», не выпускаемая ныне шанхайская газета «The North China Daily News», а также рецензия на книгу Чэня Хуаньчжана в газете «The Economic Journal»,
Были рассмотрены и включены в работу труды таких зарубежных деятелей, как Фридрих Хирт и Адам Смит , изучено справочное издание китайских авторов Чэнь Сюйлу (1^ЛйЖ) , Фан Шимин (Тэтч^) , Вэй Цзяныо (1ЙЖЖ).
Безусловно, в работе использовались и труды отечественных авторов. таких как Д.Е. Мартынов, А.В. Ломанов, А.Н. Хохлов и др. А также справочные издания Л.Ф. Ильичева, А.И. Кобзева и др.
Работа состоит из введения, основной части, включающая в себя четыре главы, заключения, списка использованных источников и литературы.

Купить

Таким образом, описание в Первой главе основных событий жизни Чэня Хуаньчжана и его работы, написанной в данный промежуток времени, является необходимым дополнением, которое позволяет глубже понять сущность трактата и те цели, которые преследовал автор при его создании. Вторая глава позволила взглянуть на конфуцианство с точки зрения Чэня Хуаньчжана, рассмотреть основные постулаты учения, на которых основывается экономический труд автора; выявить, что учение и сам Учитель имеют непосредственное влияние на жизнь китайского народа, который ищет в его трудах одобрение и даже руководство в важных делах.
Суммируя все вышесказанное в основной части данной работы, можно увидеть, что автор хотел показать, насколько конфуцианство - уникальная система. Несмотря на ее многовековую историю, ее принципы имеют весомое значение и сегодня. Уникальность ее состоит в том, что присутствующие в ней принципы охватывают все сферы жизнедеятельности государства, но важнее то, что они созданы на благо народа. Чэнь Хуаньчжан пропагандировал принципы Конфуцианства, доказывая их простоту и практичность. Поддерживая и развивая идеи Кан Ювея, он показал, что конфуцианство адаптировано и для ведения государственной политики в наши дни. Более того, он поддерживал идею о том, что в рамках конфуцианской системы, развивалось бы не только государство, но и сам народ. Такое видение Чэня вполне реально еще и потому, что конфуцианство для китайского населения не просто философско-религиозное течение, а основополагающая китайского менталитета, складывающегося на протяжении веков. Чэнь приводит читателя к выводу, что конфуцианство - это система, внутри которой китайский народ чувствовал бы себя естественно и привычно.
Обращая внимание на рассмотренные в Третьей главе принципы потребления, следует отметить, Конфуций предписывает разные стандарты для разных классов в соответствии с так называемыми сумптуарными законами (лат. leges sumptuariae), то есть законами против излишней роскоши в одежде, еде, жилище и т.п. Нет сомнений, что сумптуарные законы носили больше экономический характер, нежели этический. Как показывал Чэнь, опасения Конфуция заключались в том, что производимых богатств могло не хватить, если бы все удовлетворяли свои желания без ограничений. Конфуций не одобряет, когда человек потребляет больше, чем это соответствует его положению. Единственный способ увеличения потребления - повысить свой социальный статус. Так, «благородность» и «богатство» в конфуцианстве являются взаимозаменяемыми. В рамках монархического строя старого типа сумптуарные законы были необходимы для сохранения социальной иерархии. В этом заключается большое преимущество конфуцианской системы.
Рассмотрев принципы конфуцианского учения в теории, а затем, подробно изучив их на практике через реализацию государственной политики, можно сделать вывод, что данные принципы малоэффективны. Однако Чэнь объясняет это не совсем верным следованием конфуцианским догмам. Как итог такого следования он выделяет экономический застой китайской экономики и обуславливает его причины, связанные с несоблюдением истинных конфуцианских принципов.
Так, одна из причин - этическая. Человек всегда имеет два вида мотивов — экономический и этический. Несмотря на то, что Учитель предписывает ставить этический принцип выше, экономический мотив, как правило, сильнее. Вторая причина отсутствия прогрессивности - философская. Рассмотрев в работе философию буддизма и даосизма, Чэнь показывает, что они являются чересчур духовными и не обращают внимания на материальное благополучие. Философия буддизма направлена на то, чтобы погасить желания человека, сделать его жизнь максимально трудной. Буддисты мало озабочены экономическими проблемами. Безусловно, это присутствовало и в конфуцианстве, но оно никогда не прибегало к крайностям. Поэтому в совокупности влияние этих трех религий не давали экономический прогресс обществу.
Также отсталость Китая обусловлена причиной, связанной с образованием. После династии Хань в Китае не было практически никакого государственного образования, адаптированного для ежедневных нужд общества. Начиная с династии Сун и до наших дней изучение «Четверокнижия» и «Пяти канонов» было очень популярно, но в действительности ученые мало принесли от них пользы. По мнению Чэня, наихудшим требованием к чиновникам было умение писать эссе. Изучение «Четверокнижия» и «Пяти канонов» сводилось не к применению основных принципов и идей, заложенных в этих великих трудах, а к развитию мастерства писания эссе, что не имело никакой практичности. Более того, не было должного образования для таких слоев населения как торговец, ремесленник, земледелец. Не было школ в сфере горнодобывающей промышленности, сельского хозяйства или коммерции. Единственное школа для них - это школа своего собственного опыта. Такая система могла поддерживать стабильное экономическое состояние, но никак не развивать его.
В результате анализа трактата стоит выделить и не маловажную социальную причину. Как было сказано, китайское общество было разделено на четыре класса, а именно - ученые, земледельцы, ремесленники и торговцы. Согласно учению Конфуция - все они равны. Но в действительности самое высокое положение занимают ученые мужи. Таким образом, лучшие люди нации стараются стать учеными, оставив промышленный мир нижестоящим людям. Конечно, нельзя утверждать, что весь класс ученых был мудрым, а остальные три — невежественными. Но из-за социальных предрассудков существовала тенденция вытеснения класса ученых из трех других. Поэтому индустриальный мир терял лучшие умы на протяжении многих веков, а простой люд не проявлял никакого интереса к науке и новым изобретениям.
Помимо этих четырех классов, Чэнь выделяет два других в отдельную группу - это буддисты и даосы. Критикуя их не за религиозные верования, а за социальную точку зрения, Чэнь говорит, что они являются «паразитами» общества. Они не обрабатывают землю, но едят; не шьют одежду, но ее носят; согласно истории, были освобождены от многих налогов. Он противопоставляет ученых мужей и приверженцев этих верований, говоря, что ученые трудятся для общества, а буддисты и даосы - для себя самих. Более того, большое количество китайцев со временем стало буддистами и даосами, что ослабило производительную силу государства. Поэтому эта отдельная группа также несет ответственность за отсталость экономического развития.
Третья и Четвертая главы данной работы позволяют выделить четвертую причину - политическую. После объединения феодальных государств династией Цинь, Китай находился под управлением единого имперского правительства. Начиная с династии Хань, китайское правительство приняло учение Лаоцзы и его политику невмешательства. В отсутствии развитой системы связи и коммуникации административная система, безусловно, будет работать неэффективно. А начиная с династии Хань, китайское правительство приняло учение Лаоцзы и его политику невмешательства. После династии Юань положение в стране стало еще хуже в связи с территориальным увеличением Китая и неэффективностью выбранной политики. В условиях отсутствия влияния правительства на экономику страны и правления на местах чиновников, которые были не более чем сборщиками налогов, прогресс экономической системы был невозможен. Чэнь считает, что Китай принял принципы социализма слишком рано, и это уничтожило существование капитализма. Если бы Китай принял капиталистов как отдельных класс, то страна уже давно прошла бы данную стадию капитализма.
Чэнь Хуаньчжан намеренно критикует государственное ведение политики на протяжении многих веков китайской истории, указывая на недостатки государственного строя, который не следовал истинному учению Конфуция, что привело к стагнации. Он дает ответ, который интересовал большинства его современников о дальнейшем развитии китайского государства. И в первую очередь он отвергает принятие китайским населением христианства. И этому есть множество причин. Во-первых, с философской точки зрения христианство не так глубоко и богато, как конфуцианство, буддизм или даосизм. С практической точки зрения христианство не так связано с человеком и его потребностями, как конфуцианство. Крайне трудно убедить китайских ученых мужей стать христианами, не говоря уже о простом населении. Это связано в большой степени из-за того, что христианство было введено с помощью оружия, это стоило Китаю многих жизней, многих миль территорий и многих миллионов долларов.
Некоторые христиане говорят, что Китай не сможет стать сильной страной, пока она не превратиться в христианскую. Но Чэнь доказывает обратное, указывая на опыт Римской империи, а также истории Испании, Португалии, Центральной и Южной Америки. Он дает понять, что главным производителем является не христианство, а индустриализм. Более того, он указывает на положительное развитие Китайской цивилизации до Опиумных войн, а также модернизации Японии, в которой лидеры политический реформ были конфуцианцы.
Чэнь Хуаньчжан хотел показать, что вся школа Конфуция могла бы модернизировать Китай. Конфуцианство могло бы изменить Поднебесную, направить ее по новому течению, которое осуществлялась бы мирным путем. Чэня считал, когда Китай возвысится, наступит конфуцианская стадия «Великого единения», будет создано братство народов, не будет больше войн и будет царить мир.
Чэнь создал трактат в непростое для Китая время как новый взгляд на решение созревшего кризиса, как новую экономическую теорию. Он не только раскрыл незнакомую для западного мира грань конфуцианства, но и представил философское учение как практичную и эффективную экономическую систему, способную стать основой для ведения государственной политики. Более того, описание аграрных реформ включало в себя принципы социализма, что не только являлось противоположным капиталистическому миру, но и указывало на самобытность развития китайского политического и экономического уклада.

Купить