Появление и широкое распространение в российском политическом лексиконе понятия «партия власти» стало в известном смысле реакцией политических кругов, экспертного сообщества на слабость в пореформенной России «гражданских» партий, возникших в результате естественных процессов артикулирования и институционального оформления политических интересов различных общественных групп.
В этой ситуации решающее влияние на политический процесс начали оказывать группы новой политической элиты, сформировавшиеся преимущественно вокруг структур исполнительной власти и представленные как контролируемыми ими политическими объединениями партийного типа, избирательными блоками, так и функционирующими в сфере публичной политики институционально не оформленными политическими кланами.
Многие расценили возникновение данного феномена как яркое свидетельство специфичности российской политической системы, не умещающейся в рамки традиционных представлений о демократической многопартийности.
Цель работы – рассмотреть «партию власти» как структурообразующий элемент партийной системы Российской Федерации.
Задачи:
рассмотреть происхождение понятия «партия власти» и его трактовки;
рассмотреть роль российской «партия власти».
Объект исследования – политическая система.
Предмет – «партия власти».
При написании работы была использована литература следующих авторов: Диких А.А., Лоскутова В.А., Капицыной В.М. и др.
Методы исследования: анализ, синтез, сопоставление, реферирование.
Работа состоит из введения, двух разделов, заключения, списка используемой литературы.
«Единая Россия» – не вполне партия. В классической партии механизмы принятия решений лежат внутри самой партийной структуры. В случае же «Единой России» такие механизмы находятся вовне – прежде всего, у президента РФ и администрации президента.
По большому счету, «Единая Россия» является не столько партией, сколько механизмом управления фракциями большинства в региональных парламентах и в Госдуме. Даже губернаторы находятся вне контроля ЕР, хотя большинство из них являются единороссами. На деле, руководители регионов подчинены правительству РФ и той же администрации президента. И уж тем более ЕР не контролирует членов федерального правительства.
Можно сказать, «Единая Россия» является частью партии власти, в которой ключевую роль занимают, во-первых, структуры исполнительной власти, во-вторых, архипелаг сверхкрупного бизнеса. К этому архипелагу принадлежат такие игроки как глава «Роснефти» Игорь Сечин, глава «Газпрома» Алексей Миллер, владелец «Норильского никеля» Владимир Потанин, владелец компании «Базовый элемент» Олег Дерипаска. Все они никак не зависят от «Единой России», и оказывают влияние на систему российской власти значительно большее – по совокупности, – чем ЕР.
Поскольку «Единая Россия», по сути, является юридически оформленным способом контроля законодательного большинства в парламентах РФ, принцип лояльности стал для нее ключевым. А поскольку крупных задач внутри партии фактически нет (скажем, партийной агитацией занимается, прежде всего, сам президент Путин), принцип лояльности со временем трансформировался в принцип гиперлояльности. Эта гиперлояльность постепенно вытеснила из партии ярких людей.
