Тема: Разработка социально-философской концепции тревоги как социального феномена

Актуальность исследования. Если человеку что-то не нравится, то его обыденному сознанию свойственно избегать или пытаться избавиться от раздражителя, и этот механизм работает не с любой человеческой данностью. Проблема тревоги оттого и ускользает, потому что этой свойство не позволяет посмотреть на эту проблему, разглядеть её нюансы, мы привыкли идти по пути избавления, а не преодоления. Феномен тревожности чаще рассматривается через призму узких научных исследований человека в биологии, психофизиологии, психиатрии, психологии, социологии, культурологии. Эти точечные научные исследования, как мы замечаем, эмпирически открывают нам определенные аспекты феномена тревожности, причем не как самостоятельного явления, а как часть некоторого более крупного и значимого состояния, элементом которого выступает тревожность, и не ставят задачей выстраивание системы комплексных характеристик феномена тревожности и его надбиологической роли и социальной специфики.
Для того, чтобы подробно рассмотреть этот феномен, необходимо объединить эмпирические и теоретические данные, составить целостный образ из существующих кусочков, и это возможно, если подходить к проблеме с социально-философской стороны.
В современном мире вновь актуализируется потребность в социально-философских исследованиях, касающихся феномена тревоги, и в воздухе висит запрос на современный взгляд на проблему тревожности и, в целом, беспокойства человека в обществе. Современность требует новой постановки вопроса и способа решения. Социально-философский подход позволяет взглянуть на проблему в другом масштабе и преодолеть ограниченность
Именно так, через философский подход, человек задается вопросом о сущности бытия (мира, космоса), о том, кем он является и откуда взялся, что лежит глубоко внутри и является первоисточником, каковы его основные формы существования и куда он идет, для чего развивается. Частные науки занимаются такими вопросами только в рамках своей предметной области. К примеру, физик, имея в голове определенную физическую концепции, которой он придерживается, скорее всего, будет убежден, что мир конечен или что пространство и время даются некоторые "образы" реальных объектов и отношений.
Философия же будто отдаляется в своем зрении, создавая поле, а не точку зрения, находит уникальные связи мира и человека, придавая знаниям и чувствованиям форму, выискивая универсальные положения бытия. Но и в философии есть нюанс: все мы разные, с разными типами мышления, и ответы на наши вопросы зависят от нашего взгляда и умения объяснять.
В качестве того, что лежит в истоке мира, в зависимости от угла зрения, мы можем брать как духовные, так и материальные образования, одной или несколько субстанций. Но и здесь, среди разностей, есть общее - желание ставить и решать задачи на высшем онтологическом уровне.
Экзистенциальные и социальные проблемы волновали умы и ранее, и в мыслях некоторых авторов присутствует постоянное обращение к онтологии социальных явлений (М. Хайдеггер, С. Кьеркегор, К. Ясперс, Л. Бинсвагер, Л. Тиллих).
являясь имманентным к человеческому существованию, не становится следствием лишь конкретных субъективных свойств личности и особенностей психики. Если приглядеться, то можно заметить, что любая социальноисторическая эпоха выглядит как время, полное различных опасностей, накопленных веками, и эти опасности находят свое отражение в коллективном сознании, которое «включает» тревогу в определенный момент. Та же каузальность относится и к механизмам преодоления, и к формам тревоги.
Если обратить внимание на двойственность социального/индивидуального, показывающей себя как постоянно меняющееся взаимодействие и взаимопроникновение и так же не забывать, что мы общественные существа, феномен тревожности можно исследовать как способ социального существования человека. Тревога в социальном существовании человека проглядывает в спрятавшихся механизмах ее преодоления, и они имеют своё косвенное влияние на социальные процессы любого масштаба.
Тревожность, одиночество, отчуждение, абсурд, вопросы к своему существованию и к самому себе ошибочно воспринимаемые как чисто субъективные переживания жизни индивида, на деле выступают признаком существующий в данный момент социально-исторической, социокультурной ситуации. Таким образом, социально-философского исследование необходимо для прогноза того, что ждет нас в грядущем, какие изменения нас могут ожидать и как справиться с тем, что есть сейчас.
Рассматривая тревожность как имманентное социальное существование человеческого опыта, мы отмечаем, что она пробралась во все части человеческого существования, проявляется на всех уровнях и слоях его общественной жизни. То есть. Актуальность исследования заключается еще и в том, что необходимо обозначить форму проявления феномена сейчас, в 21 веке, и найти механизм преодоления, который актуален сейчас.
Здесь важно отметить, что для зарождения тревоги имеет значение свойственная социальному существованию человека необходимость совершать личный выбор, разбираться с ценностными противоречиями. Получается, что подробное изучение феномена тревожности открывает дверь в мир аксиологических проблем социальной жизни человека, и он задачей здесь становится определение места, роли и важности тревоги в ценностной регуляции социального поведения индивида. Большинство существующих потребностей переносятся человеком в социальную среду, где встречают свое субъективное, индивидуальное содержание, наполняя человека социальным смыслом, и тем самым влияют на систему ценностей.
Насколько развита эта проблема? Проблема тревоги в разных ее проявлениях присутствует в истории философской мысли с древних времен. Даже несмотря на то, что долгое время не находилось мыслителей, занимающихся целенаправленными исследованиями, систематизирующих знания об этом явлении в течение длительного периода времени, мы модем встретиться с упоминаниями о тревоге в разных ее проявлениях, с позицией мыслителей по отношению к этому явлению.
Тревога приобрела статус независимого предмета философской мысли, начиная с попытки разобрать этот опыт в работах С. Кьеркегора. Он по-новому взглянул на проблему тревоги и даже установил связь тревоги со свободой человека. С. Кьеркегор замечает присущий человеку "побег от тревоги", потребность не знать об этом явлении. Тревога, способствующая прорыву, в то же время мучает человека. Причиняя сильную боль и страдания, она провоцирует желание человека не сталкиваться с ней, избежать боли.
тревогой(Ангст). Кьеркегор одним из первых признал онтологический статус тревоги. Если страх можно обозначить как предчувствие субъективно негативно окрашенного конкретного события, то экзистенциальная тревога - это страх пустоты, небытия, который пугает тем, что его нельзя понять и от него не получится избавиться.
Философско-богословское понимание тревоги мы встречаем и у П. Тиллиха, описывающего тревогу как определенное состояние, в котором существо осознает, что может и не существовать.
С. Кьеркегор, П. Тиллих создали фундамент экзистенциальнофеноменологической интерпретации тревожности, которая позже стала проглядывать в мыслях Ж.-П. Сартра, М. Хайдеггера, О. Блинова, Э. Фромма, и психиатров, увлеченных экзистенциально-феноменологической направлениям, таких как К. Ясперс, Ю. Л. Бинсвангер, М. Босс, В. Франкл, р. Мэй, О. Ранка, И. Ялом. Психиатры каждый день, видя клинические последствия человеческого существа, которое не может справиться с тревогой, обращались к тревожности как к причине психических отклонений. психиатры коллективно признают онтологическую природу тревоги и исследуют ее различные аспекты.
Социально-философские способы изучения всегда обращаются к частным научным исследованиям, ведь они предоставляют эмпирические данные. В данной работе это и психоаналитический взгляд, раскрывающие иррациональный аспект феномена тревожности (Салливан, О. Ранк), социокультурный Генезис тревожности (К. Хорни), все они акцентируют внимание на роли социальных значительных факторов в возникновении тревожности, а также на личностных свойствах, определяющих социальные факторы тревожности. Так же нам интересны понимания психотерапевтов экзистенциального направления (Л. Бинсвангер, И. Ялом), которые брали вдохновение у философов, когда разрабатывали свой метод. В нашем случае
Таким образом, сразу кидается в глаза, что существующих философских идей и видений не так уж много, и что, несмотря на вроде бы длительную историю изучения явления тревожности, его социальная природа так и осталась в тени. Исследования в рамках определенной науки, так или иначе ограничены прикладным характером, и, по большому счету, не имеют решения проблемы тревожности. Те социально-философские исследования, которые есть в современности, также ограничены излишней конкретикой, которая нужна для решения конкретных проблем, но не является упорядоченным комплексом социально-философских знаний о тревожности как способа существования человека.
Проблема, таким образом, заключается в существующем противоречии и несостыковке теоретических и эмпирических знаний, проявляющейся, прежде всего, в противоречии между определением тревоги как неустранимого способа существования человека и с видением ее как проблемы, которую необходимо «победить».
Цель исследования - разработка социально-философской концепции тревоги как социального феномена.
Задачи исследования:
1. Охарактеризовать основные подходы к исследованию феномена тревоги с точки зрения психологии и философии.
2. Выявить онтологический статус феномена тревоги как имманентного человеческому бытию.
3. Выявить роль и значение феномена тревоги в социальном бытии человека.
4. Охарактеризовать роль тревоги в современном обществе и выявить пути решения проблемы.
Объектом исследования является тревога как социальный феномен.
Методологической базой данного исследования представляется экзистенциально-феноменологическая парадигма, объединяющая идеи теоретиков и взгляды практиков относительно экзистенциального положения человека как существа в целом. В своей работе мы будем полагаться на идеи психологов-психотерпавтов: Г.С,Салливан, О. Ранк, К. Хорни, Л. Бинсвангер. А так же на философские концепции К. Ясперса, С. Кьеркегора, М. Хайдеггера, В.В. Бибихина,
Теоретическое значение. Мы открываем и определяем источник тревоги как реакцию самосознания на борьбу человеческого существа с неизбежными экзистенциальными проблемами.
Так же мы обозначаем место и роль тревожности в ценностной регуляции социального поведения человека. Напряженность и сила переживания тревоги соразмерна степени субъективной значимости содержания, которое подвергается нападению. Под таким прессингом мы сами себя загоняем в ситуацию одиночества, закрытости.
Заметим, что с развитием самосознания и философской мировоззренческой настройкой растет так же способность осознавать и испытывать тревожность, влиять на ее проявления, совершенствовать социальные формы ее существования, работать над объемом переживаний, различать новые краски в своем существовании, открывать новые эмоционально-смысловые оттенки.
Практическая значимость. Те идеи и результаты, которые встречаются в работе, подталкивают к социально-философскому переосмыслению феномена тревожности как способа существования человека. Поиск и нахождение оснований онтологического статуса феномена тревожности и его многоаспектности представляет собой возможность междисциплинарного обмена и даже диалога, а так же подробного рассмотрения отдельных граней явления на единой методологической базе.
Методология исследования, основные положения и выводы можно использовать в преподавании курса социальной философии, и некоторых других гуманитарных наук, и при подготовке специальных курсов.
Практическая значимость: показать специалистам цельную картину и указать на источник, генезис и проявления тревоги как на опыт, соответственный человеческому существованию. Данная работа рассчитана на практическое применение в области психиатрии, психологии, психотерапии, психологического консультирования, социальной работы.
Купить

Неслучайно тревогу называют «болезнью 21 века»: проявляясь понемногу, она открыла свое лицо, ожидая поворотного момента нашего самосознания. Примиримся ли мы с данностями бытия, или продолжим сопротивляться и кому-то что-то доказывать? С развитием самосознания это переживание стало доступным сознательной рефлексии. Значительно позже человек осознал тревогу как онтологическую, признав неизбежность конфронтации с конечными факторами бытия (смерть, свобода, изоляция, бессмысленность). Позиция человека в отношении конечных данностей индивидуальна, и потому индивидуален характер переживания тревоги. Уникальность и индивидуальность переживания и проявления тревоги детерминированы целым комплексом факторов, как личных (личностные характеристики), так и общественных (социальная ситуация).
Психоаналитическая и некоторые другие концепты тревоги указали нам на иррациональную природу в возникновении тревоги, и о ее иррациональности нам говорит ее беспредметность, что и является причиной возникновения переживания, а так же возрастание ощущений, если задеваются больные личностные смыслы и если актуализируются бессознательные психологические защиты. Так же неофрейдисты единогласны в своем мнении о том, что социальное провоцирует эти переживания, подгоняет их.
По результатам этого исследования, мы приходим к мнению, что в социально-философском подходе различные типологии тревоги выглядят абсурдно, и утверждаемся в том, что существует единственный вид тревоги — имманентный бытию человека — онтологическая тревога. Одна из существующих классификаций тревоги, разделяющая тревогу на подвиды, таких как «невротическая» и «нормальная», имеет место только в медицинской и психологической системах изучения. И еще одна классификация, встречающаяся в прикладной психологии, которая указывает на такие виды, как «ситуативная» и «личностная» тревожность, говорит лишь о моментах, в которых постоянная тревога, присущая человеку, проявляется особенно ярко.
На основании представленных в работе взглядов С. Кьеркегора, П. Тиллиха, К. Ясперса, мы точно можем предположить, что человек имеет способность добиться неподдельности и оригинальности своего бытия, при этом глядя в лицо тревоге и воспринимая ответственность за создание личного жизненного пространства как что-то ненавязчивое. Таким образом, мы подмечаем, что тревога как феномен имеет очень значимый вес. Тревога, как онтологическое переживание, является не столько предчувствием опасности, сколько «проводником» во внутренний мир человека, ныряя за которым внутрь, мы имеем возможность обратить свой взгляд на те нерешенные, отложенные задачи и проблемы, которые нас беспокоят. Заглядывая внутрь тревоги, мы открываем свой настоящий мир, свои страхи и желания, которые помогут нам обрести действительные связи с этим миром, а не иллюзорные, что, конечно же, благотворно влияет на человека в отдельности и на общество в целом. Ведь если мы сможем сами себе задавать вопросы и не бояться искать в себе ответы, то многие наши поступки и решения будут пересматриваться, иметь другой вес, мы станем заботиться о мире вокруг нас. Новый взгляд на роль и место тревоги, принятие ее онтологичности может оказать благотворное влияние на уровень его жизни. Так же хочется отметить значение роли самосознания, мировоззрения и настроения человека в борьбе или принятие тревоги. Сама тревога никуда не уйдет, однако от нас и нашей способности к рефлексии, от нашей открытости миру зависит то, в какую позицию мы сами себя загоним, будет нам удобно или мы будем вынуждены страдать. Подобные вещи поддаются некоему анализу, оставляя за нами право выбора и возможность занять ту позицию, которая поможет нам реализовывать свой потенциал, невзирая на тревожность и прочие помехи. И вроде такая исключительно философская задача, как мышление о бытии, внезапно предстает важным звеном в исцелении от душевных недугов.
Человек - создание общительное и социально направленное, ему необходимо делиться всем, что творится его голове, и он выбирает себе людей, которые помогут ему в реализации первичных социальных потребностей, но вынужден ограничивать себя, считаться с другими и терпеть боль утрат. Человек заранее беспокоится, и взращивает внутри тревогу, предчувствуя фрустрацию. Фундаментальные потребности в социальном мире представлены потребностями социальными, и если человек ощущает невозможность их воплощения, он оказывается «парализован», занимает нездоровую позицию. Преодоление этого состояния возможно лишь в случае постепенного движения навстречу миру, что означает открытость и возможность выйти немного «за» собственные представления.

Купить