Опека и попечительство как форма устройства детей, оставшихся без попечения родителей

Подводя итог проведенного исследования, возможно, сделать следующие основные выводы.
Проанализировав правовые нормы, регулирующие вопросы определения опеки и попечительства в отношении несовершеннолетних детей, возможно, сделать вывод о том, что понимание опеки и попечительства фактически имеют одно основание: это форма устройства детей, а главное отличие базируется на достижении несовершеннолетним определенного возраста (до 14 лет и от 14 до 18 лет).
Опека и попечительство как правовые институты тесно взаимосвязаны между собой. В обоих случаях речь идет о полностью или частично недееспособных лицах; регулируются в рамках одной нормативно-правовой базы; устанавливаются единым специализированным органом - органом опеки и попечительства.
С учетом определенных акцентов, расставляемых учеными специалистами при рассмотрении вариантов назначения опеки, формируется правовая природа действующего института опеки, а также основные принципы законодательного регулирования образующихся правоотношений между людьми.
Если большинство ученых считают, что формирование личности подопечного посредством взаимоотношений с опекуном вторичны по сравнению с необходимостью обретения несовершеннолетним гражданином
трудоспособности, то вопрос правового регулирования должен, прежде всего, решаться законодательством нашей страны.
В этой части, Т.О. Урумова, отметила, что опека (попечительство) над малолетними (несовершеннолетними) устанавливаются в первую очередь для их воспитания, и уже только во вторую очередь в процессе воспитания решаются вопросы по обеспечению их личными и имущественными правами и интересами. В отношении иных лиц опека и попечительство устанавливаются для целей восполнения дееспособности [56, с. 15].
С таким мнением возможно согласиться в неполной мере. Действительно, вопросам воспитания должно уделяться повышенное внимание и оно должно быть в приоритете при выборе опекуна. Хотя на практике зачастую ребенка передают опекуну, который может обеспечить лучшее материальное содержание, чем опекуну с более, например, низким доходом, но более близким к ребенку по нравственным показателям.
Исходя из анализа научной литературы и нормативных правовых актов в отечественном праве следует отметить, что классификация опеки (попечительства) по видам необходима не только для теоретического анализа, складывающихся правоотношений, но преследует и сугубо практические цели, давая возможность уяснить их внутреннее содержание.
Если основанием для классификации является субъектный состав, то здесь классификация производится на основании признаков, характеризующих возраст подопечных, их состояние здоровья, а также объем дееспособности.
Устройство детей, оставшихся без попечения родителей, под опеку или попечительство опять же с определенной долей условности можно отнести к категории бессрочной или постоянной, имея в виду, что попечительство автоматически прекращается по достижении несовершеннолетним восемнадцати лет либо при приобретении им полного объема дееспособности до наступления совершеннолетия (вступление в брак, эмансипация).
Закон об опеке и попечительстве выделяет два специальных вида временной опеки (попечительства): предварительную опеку (попечительство) и опеку (попечительство) по заявлению родителей.
В части последнего (опека (попечительство) по заявлению родителей) необходимо отметить, что, например, оба родителя либо единственный родитель, в случае, когда другой родитель умер, лишен родительских прав, признан недееспособным, если местонахождение его неизвестно или не установлено отцовство, безусловно, должны быть в равной мере наделены правом ходатайствовать о назначении их детям временного опекуна или попечителя, разумеется, только при наличии у них уважительной причины.
Сложнее будет обстоять дело, если родитель, с которым проживает ребенок, заинтересован в установлении временной опеки или попечительства, а другой родитель, отдельно проживающий от ребенка, по тем или иным причинам не пожелает подать совместное заявление в орган опеки и попечительства.
Представляется, что положительное разрешение подобной ситуации возможно путем закрепления в Законе об опеке и попечительстве следующего положения: «Если родители проживают раздельно и родитель, с которым проживает ребенок, ходатайствует об установлении над ним опеки или попечительства, орган опеки и попечительства вправе принять такое заявление и, рассмотрев его, вынести решение об установлении опеки или попечительства над ребенком или отказать в этом, исходя из интересов несовершеннолетнего и с учетом возражений отдельно проживающего родителя».
Если родители проживают раздельно, например, после развода, то при достижении консенсуса между ними они вправе воспользоваться рассматриваемым правом. Нет никаких ограничений и тогда, когда родители не состоят в браке.
Сама по себе процедура оформления опеки и попечительства урегулирована на законодательном уровне достаточно хорошо, при этом на практике возникают проблемы, связанные с бюрократизированностью процедуры, а интересы детей не всегда ставятся на первое место. Так, ситуация при которой внимание уделяется «документальному» оформлению опеки (попечительства), а не учитываются интересы ребенка необходимо нивелировать и в большей степени проявлять индивидуальный подход.
Необходимо на практике бороться с так называемой «теневой опекой». Такое явление раскрывает Тимофеева Н.Ю., которая указывает на тот факт, что в обществе достаточно часто складывается такая ситуация, когда родственники или знакомые фактически забирают детей у неблагополучных родителей и осуществляют опеку, т. е. минуя правовую процессуальную форму самостоятельно устанавливают гражданские правоотношения, беря на себя заботу о таких детях [54, с. 37].
Конечно, при нелегальном опекунстве ребенок относительно благополучен, а дополнительные гарантии рассчитаны на тех, кто лишен какой бы то ни было материальной поддержки. Однако необходимо подчеркнуть, что в Законе говорится именно об отсутствии попечения со стороны родителей, несмотря на то, что ребенок может быть окружен вниманием со стороны других людей. Подразумевается, что добровольная забота с их стороны не является ни постоянной, ни достаточной, ни контролируемой.
В рассматриваемой ситуации тот факт, что родители участия в жизни ребенка не принимают усилиями родственников, не представляет для него опасности. Но закон и не ставит признание ребенка оставшимся без попечения родителей в какую-либо зависимость от негативных последствий такого обстоятельства.
Чтобы разрешить ситуацию с «теневым опекунством» необходима более тщательная работа со стороны социальных служб. Так, если, например, органы опеки и попечительства получают информацию о том, что родители фактически не занимаются воспитанием, содержанием своего ребенка, а эти функции выполняют его родственники, то они должны провести обследование условий жизни ребенка. И проверяться должны условия жизни ребенка у родителей, где ребенок должен проживать, а не у родственников, где фактически ребенок находится. Обследование условий у данных родственников необходимо (возможно) в случае решения вопроса о назначении их опекунами (попечителями).
С 2018 года в РФ ведется активная работа по совершенствованию законодательства в области социальной защиты детей, которые остаются без попечения родителей. Согласно СК РФ защита прав и интересов ребенка возложена на его родителей (иных лиц, на попечении которых он находится).
В целом предлагается системно реформировать действующее законодательство. Так, готовящийся пакет состоит из 4-х законопроектов, из которых базовым является законопроект «О внесении изменений в Семейный кодекс Российской Федерации и в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (о государственной защите ребенка при непосредственной угрозе его жизни и здоровью)». В пакет также входят законопроекты, внесение изменений в которые (в связи с принятием указанного базового закона) возможно только отдельными законами:
- «О внесении изменений в Гражданский кодекс Российской Федерации»;
- «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях РФ»;
- «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации».
Концепция базового закона «О внесении изменений в Семейный кодекс Российской Федерации и в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (о государственной защите ребенка при непосредственной угрозе его жизни и здоровью) включает следующее положение: об упразднении института отобрания ребенка при непосредственной угрозе его жизни и (или) здоровью и замене его институтом «мер государственной защиты ребенка при непосредственной угрозе его жизни и (или) здоровью» (новая глава 12.1 Семейного кодекса). Таким образом, меняется целевая направленность защиты ребенка при непосредственной угрозе его жизни (или) здоровью: не «искать, выявить и наказать», а «обнаружив, устранить и помочь».
При этом предлагается сохранить институт отобрания ребенка как механизм государственного принуждения, применяемый на основании вступившего в законную силу судебного решения в отношении родителей, лишенных родительских прав; усыновителей, отношения которых с ребенком прекращены; опекунов (попечителей), включая приемных родителей, отстраненных от обязанностей опекунов (попечителей).
В связи с этим рассматриваются два варианта.
1 вариант - изложить статью 77 в новой редакции «Статья 77. Отобрание ребенка», предусмотрев в том числе, что «отобрание ребенка - мера государственного принуждения, применяемая в отношении родителей, усыновителей, опекунов (попечителей) ребенка, на основании вступившего в законную силу судебного решения соответственно:
1) о лишении родителей родительских прав;
2) об отмене усыновления;
3) об отказе в удовлетворении иска опекуна (попечителя) о признании недействительным акта органа опеки и попечительства об отстранении от исполнения возложенных на них обязанностей».
2 вариант - признать статью 77 утратившей силу, уточнив положения об отобрании ребенка на основании вступившего в законную силу судебного решения в отношении родителей, лишенных родительских прав; усыновителей, отношения которых с ребенком прекращены; опекунов (попечителей), включая приемных родителей, отстраненных от обязанностей опекунов (попечителей), в статьях 70, 143 и главе 20 Семейного кодекса;
Исходя из предложенных изменений, считаем целесообразным применять первый вариант, т. к. он позволит оперативно решать возникающие перед правоприменителями проблемами.
Предлагаемый пакет законопроектов, предусматривающий введение механизма мер государственной защиты ребенка при непосредственной угрозе его жизни и (или) здоровью, позволит оперативно обеспечить ребенку защиту и безопасность при возникновении непосредственной угрозы его жизни или здоровью и при этом не допустить такие негативные последствия, которые влечет действующий механизм отобрания ребенка, как необоснованное принудительное разлучение ребенка с родителями и разрушение добропорядочной семьи.
Предлагаемый пакет законопроектов ориентирует государство и семьи с ребенком на сотрудничество, взаимопомощь, самоограничение и доверие во имя благополучия ребенка и его семьи.
Также активно обсуждается вопрос можно или нельзя позволять брать опекунство над детьми людям с ВИЧ - относится к разряду скорее этических проблем.
Но в любом социальном государстве руководствуются принципом «каждому гражданину позволены права, пока не доказано обратное». Права быть родителем должны иметь даже те, кто не может родить. Поэтому возможность дать реализовать свои родительские права ВИЧ-инфицированным скорее правовое достижение России, чем какая-то потенциальная угроза детского здоровья.
Разрабатываемый документ наделяет суды правом при вынесении решения об усыновлении ребенка отступить от положений, установленных п. 6 пп. 1 ст. 127 СК РФ. То есть ВИЧ-инфицированные люди могут быть опекунами ребенку «в той мере, в какой эти положения служат основанием для отказа лицу, инфицированному ВИЧ и вирусом гепатита C»». Надо учесть, что отступление от этих положений возможно, «если судом установлены обстоятельства, свидетельствующие, что усыновление отвечает интересам ребенка».
Основанием для изменения закона стало постановление Конституционного суда РФ от 20 июня 2018 года, по которому запрет на усыновление детей, проживающих с людьми, имеющими ВИЧ или гепатит C, был признан незаконным.
Также нет единой системы опеки и попечительства. На региональном уровне органы опеки и попечительства даже подчинены разным управлениям и департаментам. Где-то органы опеки подотчётны министерствам образования, где-то - министерствам социальной защиты, где-то - министерствам здравоохранения. Раньше это было не критично, сейчас - влияет на качество работы. Система органов опеки должна быть единой, хорошо управляемой, методологически обеспеченной, единой службой. Только в этом случае возможно обеспечить качество выполнения тех полномочий, которые на неё сегодня возложены.
Нельзя пропустить и кадровый вопрос в органах опеки и попечительства. Дефицит профессионального и методического инструментария приводит к тому, что многие решения принимаются субъективно и некомпетентно. Путаницу вводит и дублирование полномочий органов опеки и попечительства и комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав.
В связи с этим возможно выдвинуть предложения расширить штат сотрудников опеки и попечительства на местах (по статистике, на одного работника органа опеки и попечительства в некоторых регионах приходится до 2500 детей) и повысить их квалификацию. Ведь если устранение всех пробелов в законодательстве потребует времени, то улучшить подготовку таких специалистов можно значительно быстрее.
Таким образом, в целом возможно подвести итог, что цель исследования полностью достигнута, задачи решены.


Купить