Тема: ТОРГОВО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ США И КНР (2017-2024 ГГ.)

Торгово-экономические отношения между Соединёнными Штатами Америки и Китайской Народной Республикой на протяжении последних десятилетий остаются ключевым элементом глобальной экономической архитектуры. С 2017 года динамика их взаимодействия существенно трансформировалась под воздействием внутренних политических решений, таких как протекционистские меры администрации США, и глобальных факторов, включая эскалацию торговых противоречий, пандемию COVID-19, а также нарастающее стратегическое соперничество в технологической и геополитической сферах. Эти изменения не только предопределили двусторонние связи, но и оказали системное влияние на мировые рынки, цепочки поставок и баланс сил в условиях формирования новой экономической реальности.
Актуальность данного исследования обусловлена совокупностью факторов, имеющих как теоретическую, так и практическую значимость. Во-первых, США и Китай, занимая доминирующие позиции в мировой экономике (около 40% глобального ВВП и 25% международной торговли по данным Всемирного банка за 2023 г. ), выступают системообразующими акторами в формировании структуры глобальных рынков. Их взаимодействие определяет динамику трансграничных инвестиций, инновационных процессов и логистических цепочек, что делает изучение их отношений ключевым для анализа современных трендов - от неолиберальной глобализации до фрагментации экономического пространства.
Во-вторых, американо-китайские торгово-экономические отношения помимо экономических вопросов также затрагивают аспекты геополитики и национальной безопасности. Соперничество за технологическое лидерство (например, в производстве полупроводников, развитии искусственного интеллекта и квантовых вычислений), борьба за контроль над важными регионами (как Индо-Тихоокеанский или Африка) и конфликты в цифровом пространстве показывают, как экономические методы используются для достижения политических целей. Это заставляет анализировать их взаимодействие не только с экономической, но и с политической точки зрения, объединяя разные области знания.
В-третьих, период с 2017 по 2024 год стал временем глубоких трансформаций в американо-китайских торгово-экономических отношениях, связанных с эскалацией торговой войны, начатой администрацией Дональда Трампа, и последующими изменениями в политике администрации Джозефа Байдена. Эти события привели к пересмотру принципов международной торговли, усилению протекционизма и фрагментации глобальной экономической системы. Анализ данных процессов позволяет выявить ключевые вызовы и риски, с которыми сталкивается современная мировая экономика.
Целью выпускной квалификационной работы является выявление ключевых противоречий в торгово-экономических отношениях Соединенных Штатов и Китая в период с 2017 по 2024 гг.
Для достижения цели были поставлены следующие задачи:
1. рассмотреть торгово-экономические стратегии США и Китая в период президентства Дональда Трампа и их влияние на двусторонние отношения;
2. раскрыть причины, ход и последствия торговой войны между США и КНР в 2017-2020 гг., а также ее влияние на торгово-экономическую политику обеих стран;
3. определить влияние пандемии COVID-19 на ключевые отрасли торговли между США и Китаем, а также на изменения в экономической политике обеих стран в контексте администрации Дональда Трампа, включая роль международных торговых организаций (ВТО, АСЕАН, АТЭС) в регулировании кризисных процессов;
4. проследить изменения в торгово-экономических отношениях США и Китая в период президентства Джозефа Байдена, включая новые стратегические подходы обеих стран (2021-2024 гг.);
5. оценить роль экологических, энергетических, технологических и валютных вопросов в американо-китайских торгово-экономических отношениях в период администрации Джозефа Байдена.
Объектом исследования являются американо-китайские торгово-экономические отношения.
Предметом исследования являются ключевые аспекты, тенденции и вызовы торгово-экономического взаимодействия США и КНР в период с 2017 по 2024 гг.
Гипотеза исследования - торгово-экономические отношения между Соединенными Штатами Америки и Китайской Народной Республикой в период с 2017 по 2024 годы характеризуются усилением конфронтации и стратегической конкуренции, обусловленной стремлением обеих стран к доминированию в мировой экономике.
Хронологические рамки работы охватывают период с 2017 по 2024 год. Выбор нижней границы периода связан с началом активной фазы торговой войны между США и Китаем, инициированной администрацией Дональда Трампа, что стало переломным моментом в их экономических отношениях. Выбор верхней границы периода обуславливается окончанием президентского срока Джозефа Байдена в 2024 году, что позволяет оценить итоги его политики в отношении Китая, включая меры в области торговли, технологий и климатической повестки. Этот временной отрезок также дает возможность проанализировать, как администрация Байдена справлялась с наследием торговой войны, начатой при Трампе, и какие долгосрочные последствия ее действия могут иметь для американо-китайских отношений. Однако для более глубокого понимания исторических и экономических предпосылок американо-китайского торгово-экономического конфликта, а также экономических процессов внутри стран в работе по ряду вопросов временной период был расширен, например, при анализе внешней торговли Китая и США, а также развития их торгово-экономических отношений.
В исследовании применялся историко-генетический метод, который дал возможность поэтапно раскрыть динамику торгово-экономических связей США и КНР в период с 2017 по 2024 год, выявить их ключевые свойства и изменения. Этот метод позволил проследить причинно-следственные связи и закономерности развития двухсторонних экономических взаимодействий. В ходе исследования он использовался для анализа эволюции американо-китайской торговой политики, тарифных конфликтов, логистического, валютного и технологического соперничества, что позволило выявить как уникальные особенности (например, влияние торговой войны 2018-2020 гг. и пандемии COVID-19), так и общие тенденции (глобальная дедолларизация, протекционизм, региональнализация поставок и др.).
Метод качественного контент-анализа использовался для системного изучения заявлений официальных представителей США и Китая по вопросам торгово-экономических отношений рассматриваемого временного промежутка. Этот метод позволил выявить ключевые темы (торговый дефицит, технологические ограничения и др.), а также оценить тональность (конфронтационная, нейтральная, кооперативная) в риторике обеих сторон. Анализ проводился на основе официальных документов (выступлений политиков, заявлений министерств, текстов торговых соглашений) и медиа-материалов (публикаций в государственных и близких к властям СМИ). Так, было выявлено, что китайские источники чаще используют нормативную лексику («взаимовыгодное сотрудничество»), тогда как американские - безопасную («недобросовестные практики»). Это подтвердило гипотезу о различии нарративов: Китай акцентирует глобализацию, США - защиту национальных интересов.
Кейс-метод был использован для углубленного анализа торговой войны между США и КНР (2017-2024 гг.) как ключевого события, повлиявшего на динамику двухсторонних экономических отношений. Данный метод предполагал поэтапное рассмотрение конфликта с выделением ключевых решений (например, введение тарифов на 250 млрд долл. китайский товаров в 2018 г. или ответные меры КНР) и их последствий. Это позволило не только зафиксировать факты, но и выявить причинно-следственные связи. Метод также выявил разную адаптацию стран к конфликту: если США делали ставку на давление, то Китай - на диверсификацию торговых партнеров, что подтвердило гипотезу о стратегическом расхождении в подходах двух экономик.
Наконец, в работе использовался сравнительный метод для системного сопоставления торгово-экономических стратегий США и Китая в отношении друг друга в 2017-2024 гг. Этот метод позволил выявить ключевые различия в подходах двух стран, структурировать их по следующим критериям: интересы, цели и задачи; политика и международные обязательства; возможности и ресурсы; использование элементов национальной мощи. Сравнительный анализ подтвердил, что стратегии США и Китая основаны на противоположных парадигмах: США делают ставку на ограничение роста КНР через односторонние меры и коалиционное давление, Китай - на стратегическую устойчивость через диверсификацию.
Помимо этого, исследования торгово-экономических отношений США и КНР указанного периода опираются на теоретическую базу, включающую следующие направления:
1. Теория международной торговли. В рамках данного подхода исследуются закономерности глобализации, противоречия между свободной торговлей и протекционизмом, а также влияние тарифных барьеров на двустороннее сотрудничество. Ключевые концепции, такие как теория сравнительных преимуществ (Д. Рикардо ) и теория конкурентных преимуществ наций (М. Портер ), применяются для оценки дисбалансов в торговле (например, дефицит США в товарообороте с КНР). Особое внимание уделяется анализу последствий торговой войны 2018-2020 гг., где введение тарифов (до 25% на 550 млрд долл. товаров) нарушило принципы взаимовыгодного обмена, заложенные в рамках ВТО.
2. Теория международных отношений. Геополитическое соперничество США и Китая интерпретируется через призму реализма (Г. Моргентау ) и неореализма (К.
Уолтц ), акцентирующих роль силы и анархии в мировой системы. Торговая война, технологические санкции и борьба за влияние в Индо-Тихоокеанском регионе рассматривается как проявление стратегической конкуренции за доминирование. Параллельно применяется либеральный институционализм (Р. Кеохейн ), объясняющий роль международных организаций (ВТО, АСЕАН и др.) в смягчении конфликта и поддержания многостороннего диалога.
3. Экономическая теория инноваций. Изучение технологического противостояния базируется на концепциях национальных инновационных систем (Б. Лундвалл ) и технологической зависимости. Анализируются механизмы трансфера технологий, ограничения на прямые иностранные инвестиции и конфликты в сфере интеллектуальной собственности. Теория догоняющего развития (А. Гершенкрон ) объясняет стратегию Китая по сокращению технологического отрыва через программы типа «Сделано в Китае - 2025».
Итак, вышеперечисленные подходы позволили комплексно оценить американо-китайские отношения, объединяя экономические, политические и технологические аспекты в единую аналитическую модель.
Источниковую базу можно разделить на четыре условные группы. В первую группу входят статистические данные, предоставленные международными организациями, такими как Всемирный банк , Международный валютный фонд (МВФ) , Всемирная торговая организация (ВТО) , а также национальными статистическими агентствами США и Китая. Перечисленные источники занимают важное место в исследовании, так как отражают торгово-экономическое положение США и Китая в рассматриваемый промежуток времени и позволяют выявить ключевые тенденции, такие как динамика товарооборота, объемы инвестиций и изменения в структуре экономик обеих стран. Вторая группа включает в себя нормативно-правовые акты и официальные документы, такие как торговые соглашения, санкционные списки, стратегические программы (например, «Сделано в Китае - 2025» и «Индо-Тихоокеанская стратегия США» ), а также официальные заявления представителей правительств и международных организаций. Эти источники играют значимую роль в проводимом исследовании, так как позволяют определить правовые и политические рамки, в которых развиваются американо-китайские отношения, а также выявить мотивацию сторон в принятии тех или иных решений. В третью группу вошли новостные сообщения таких платформ, таких как Reuters , Bloomberg , Xinhua , NBC News и других. Данные источники позволяют проследить нарративы, формируемые США и Китаем, и проанализировать, как обе страны используют информационное пространство для продвижения своих интересов. Представленный в СМИ нарратив играет важную роль в формировании общественного мнения и международного восприятия американо - китайских отношений, что делает эти источники ценными для анализа не только экономических, но и политико-идеологических аспектов взаимодействия двух стран. Наконец, четвертая группа источников включает в себя официальные заявления и выступления ключевых представителей США и КНР: лидеров государств , министров иностранных дел и торговли , а также высокопоставленных дипломатов . Сюда относятся речи на международных форумах, таких как G2022 , пресс-конференции и публикации на официальных правительственных сайтах . Эти источники имеют особое значение для исследования, так как позволяют непосредственно фиксировать позиции сторон, выявлять изменения в риторике и аргументации, а также анализировать реакцию каждой страны на действия оппонента.
Историография проблемы торгово-экономических отношений между США и Китаем в последние десятилетия значительно расширилась, что связано с возрастающим влиянием этих двух стран на мировой экономический и политический порядок. Литературу по данной теме условно можно разделить на два основных направления: исследования, сосредоточенные на экономических аспектах конфронтации, и работы, рассматривающие американо-китайское геостратегическое соперничество.
Первый блок включает в себя исследования, фокусирующиеся на структурных аспектах двусторонних экономических отношений США и Китая, а именно на анализ их торговых конфликтов, санкционной политики в период пандемии COVID-19, а также технологической и финансовой конкуренции.
Так, китайский экономист Чи Хун Квань в статье «Торговая война США и Китая: глубинные причины, изменяющаяся динамика и неопределенные перспективы» представляет китайскую точку зрения на торговую войну, аргументированно доказывая, что торговая конфронтация 2018-2020 гг. стала закономерным следствием долгосрочных экономических структурных противоречий между странами. Основное внимание уделяется китайской стратегии противодействия американскому давлению, включающей как экономические меры, так и дипломатические шаги, направленные на укрепление сотрудничества с другими экономическими центрами, такими как Европейский союз и АСЕАН. Исследование фокусируется на конфликтах, связанных с дисбалансом в торговле, интеллектуальной собственностью и технологическим сдерживанием.
Китайская перспектива на торговую войну имеет важное значение для понимания мотивации и ответных мер КНР, однако данная работа ограничена национальной точкой зрения и не учитывает полноту американской позиции.
Ряд научных работ отечественных и зарубежных авторов, таких как Бабаев К.В., Сергиенко Е.Е., Ван Цзинвэй, Ли Фэн, Сазонов С.Л., Джерниган Келли , Томбини А.А. , рассматривает важный вектор торгово-экономических отношений США и Китая - борьбу за доминирование в финансовой сфере. Авторы приводят детальный обзор текущей роли доллара США как основной резервной валюты и делают акцент на значении валютной экспансии юаня в рамках реализации инициативы «Один пояс - один путь» (ОПОП) для наращивания экономического влияния Китая. В частности, Бабаев К.В. и Сергиенко Е.Е. отмечают, что китайская стратегия интернационализации юаня строится на трех ключевых направлениях: расширении использования национальной валюты в расчетах по проектам ОПОП, создании альтернативной системы международных платежей и наращивании золотовалютных резервов. Американские исследователи Джерниган Келли и Томбини А.А. подчеркивают, что ответные меры США включают ужесточение контроля за долларовыми операциями китайских компаний и ограничение доступа Китая к американским финансовым технологиям. При этом, как показывает Ван Цзинвэй, Пекин успешно использует экономическое влияние в странах Африки и Латинской Америки для продвижения юаня как региональной резервной валюты. Особый интерес представляет анализ Сазонова С.Л., который выявляет парадоксальную ситуацию: несмотря на активные усилия Китая, доля юаня в мировых резервах растет медленнее, чем ожидалось. Автор объясняет это сохраняющимся доверием к доллару как «безопасному активу» и недостаточной конвертируемостью китайской валюты. Данные работы послужили теоретической основой для понимания глубинных процессов валютного противостояния, демонстрируя, что финансовое доминирования остается ключевым полем битвы двух экономик, а текущие темпы дедолларизации не соответствуют амбициям КНР, но создают долгосрочные риски для долларовой гегемонии.
Кроме того, Зайцева А.А., Пятачкова А.С. , Маматханов Р., Пехтерева Е.А. , Чжао Цзе единодушно отмечают в своих научных статьях, что пандемия COVID-19 стала мощным катализатором структурных изменений в американо-китайских экономических отношениях, ускорив тенденции, наметившиеся еще до кризиса. Исследователи подчеркивают, что пандемия обнаружила уязвимость глобальных цепочек поставок, что привело к пересмотру стратегий обеих стран. Особенно заметно это проявилось в высокотехнологичных отраслях и сфере прямых инвестиций, где взаимозависимость стала рассматриваться как угроза национальной безопасности. Таким образом, кризис усилил тенденцию к «экономическому национализму» и отраслевому «разрыву» (decoupling) - как США, так и Китай приняли меры по защите критически важных отраслей. Примечательно, что работы Абуталеб Я., Палетта Д.31 32 , Яворского Б.Н., Цяоян Р. предлагают несколько иной ракурс анализа, делая акцент на политико-идеологических аспектах кризиса. Они показывают, что пандемия не только усугубила экономическое противостояние, но и стала ареной для информационной войны, где каждая сторона стремилась переложить ответственность за кризис на оппонента. Однако, несмотря на разницу в методологических подходах, их выводы в целом подтверждают основную тенденцию - пандемия не создавала новых противоречий, а интенсифицировала уже существующие тренды, сделав экономический «разрыв» США и КНР более вероятным сценарием.
Во втором блоке работ акцент сделан на стратегические и политические аспекты американо-китайской конфронтации, включая влияние глобальных факторов, таких как изменение климата и борьба за стратегическое влияние в различных регионах мира.
Доктор политических наук и профессор РАН Я.В. Лексютина, в работе ««Китайская мечта» или «американский кошмар»: к чему пришли американо-китайские отношения за три десятилетия» представляет обобщающее исследование эволюции американо-китайских отношений с конца XX века до 2021 года. Она отмечает, что «с 2017 года отношения между двумя странами перешли в фазу открытой конфронтации, что связано с ростом экономического и политического влияния Китая и стремлением США сохранить свое глобальное лидерство» . Лексютина отмечает, что для американо-китайских отношений всегда была характерна асимметрия: направление их развития определялось в основном Соединенными Штатами, в то время как КНР зачастую выступала реагирующей стороной. Однако современный этап конфронтации уникален, так как теперь сам Китай воспринимается США как экзистенциальная угроза, а не просто экономический конкурент. Для объяснения этой динамики автор использует концепцию «стратегической основы», которая предполагает, что отсутствие внешней экзистенциальной угрозы для США, при которой интересы двух стран совпадали, делает американо-китайские отношения нестабильными и ведет к усилению противоречий и соперничества. По мнению автора, развернувшаяся торговая война стала следствием укрепления Китая как глобальной державы, способной бросить вызов американскому доминированию. Именно это превратило «китайскую мечту» о великом возрождении нации в «американский кошмар», заставив США перейти к стратегии «сдерживания» Китая. Работа Лексютиной позволила глубже понять эти фундаментальные изменения, что важно для понимания текущих процессов в американо-китайских торгово-экономических отношениях.
В контексте глобального энергетического перехода климатическая повестка становится все более значимым полем геоэкономического противостояния между США и Китаем. Матвеев В.А., ведущий научный сотрудник Центра «Россия, Китай, мир», кандидат экономических наук, в своей работе «Борьба с изменением климата - новая арена противоборства Китая и США» справедливо отмечает, что администрация Джо Байдена подняла климатические вопросы на уровень национальной безопасности, стремясь сохранить технологическое лидерство. Этот тезис находит подтверждение в исследовании Голуба Ю.Г. и Шенина С.Ю. , которые детально анализируют двойственную политику Вашингтона: с одной стороны, американские декларации о необходимости климатического сотрудничества, с другой - использование «зеленой» повестки как инструмента давления на Пекин. Современные исследования Кристалинской С. и Кулькова А.Ю. выявляют три ключевых направления конкуренции: технологическая гонка в сфере возобновляемых источников энергии (ВИЭ), борьба за критические минералы и институционное лидерство. Данные работы дополняют предыдущие исследования, показывая, что климатическая политика тесно связана с геополитической борьбой между США и Китаем за технологическое лидерство и контроль за ключевыми ресурсами, что особенно актуально в контексте их стремления к глобальному лидерству.
Американский политолог Грэхам Аллисон в своей работе «Обречены воевать: могут ли Америка и Китай избежать ловушки Фукидида?»40 применяет концепцию «ловушки Фукидида» для анализа американо-китайских отношений. Автор утверждает, что рост мощи Китая неизбежно приведет к стратегической конфронтации с США - ситуации, в которой восходящая держава бросает вызов доминирующей силе, создавая глубокое структурное напряжение. Особенно остро, по мнению исследователя, это ощущается на фоне риторики Си Цзиньпина и Дональда Трампа, обещающих сделать свои страны «великими снова». Аллисон подчеркивает, что если Китай не согласится сократить свои амбиции, а США не примет роль второй силы в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР), то торговые конфликты, кибератаки или случайные инциденты на море могут легко перерасти в полномасштабное противостояние. Несмотря на стратегическую направленность исследования, Аллисон, возможно, недооценивает роль экономических факторов и взаимозависимости, которые также играют ключевую роль в современной динамике отношений между США и Китаем. Таким образом, работа Аллисона предоставляет теоретическую основу для анализа будущих угроз и вызовов, связанных с динамикой американо-китайских отношений, предлагая как исторические параллели, так и возможные пути для предотвращения катастрофического конфликта в XXI веке.
Экономическое измерение американо-китайского соперничества в АТР подробнее раскрывается в работе Хендрати И.М. и соавторов , посвященной влиянию торговой войны США и Китая на страны АСЕАН. Авторы подчеркивают, что государства Юго - Восточной Азии оказались под двойным влиянием. С одной стороны, они сталкиваются с торговыми ограничениями и вынуждены адаптироваться к переносу производственных цепочек. С другой - некоторые страны, такие как Вьетнам и Малайзия, получают краткосрочные выгоды от переноса производств из Китая. Стратегическая конкуренция в регионе наиболее детально отражена в исследовании Вэйсин Ху , посвященном Индо-Тихоокеанской стратегии рассматриваемых стран. Отмечается, что США делают ставку на военно-политические альянсы (AUKUS, Quad) и экономические инициативы (IPEF), направленные на сдерживание Китая. В ответ КНР активизирует дипломатию через проекты вроде «Морского шелкового пути» и укрепляет двусторонние связи с лояльными режимами. Растущая напряженность, особенно вокруг Тайваня и спорных морских территорий, повышает риски прямого столкновения. Таким образом, данные работы раскрывают комплексный характер экономического противостояния США и Китая в АТР, затрагивая военные и дипломатические сферы.
Кандидат политических наук и заместителя директора по научной работе ИМЭМО РАН Данилин И.В. в исследовании «Американо-китайская технологическая война через призму технонационализма» анализирует динамику американо-китайских отношений с позиции «технонационализма» — подхода, при котором технологии становятся ключевым инструментом геополитической конкуренции. Данилин отмечает, что с 2017 года, после прихода администрации Дональда Трампа, США начали активно ограничивать доступ Китая к критически важным технологиям, включая полупроводники, искусственный интеллект и сети 5G. Работа позволяет понять, как технологическая конкуренция влияет на торговые отношения между двумя странами, особенно в условиях санкций и ограничений. Отмечается усиление процесса секьюритизации технологической повестки, когда технологии начинают рассматриваться не только как фактор экономического роста, но и как элемент национальной безопасности. В этой связи автор подчеркивает, что текущая технологическая война между США и Китаем не только определяет вектор двухсторонних торговых отношений, но и формирует новую глобальную реальность технологических блоков, где страны стремятся к цифровому суверенитету. К схожим выводам в своих научных работах приходят Авдокушин Е.Ф. , Кадомцев А. , Кузьмин В.А. и Портанский А.П. , подчеркивая, что такая политика, несмотря на краткосрочные стратегические преимущества, может ослабить конкурентоспособность самих американских компаний и создать серьезные проблемы для глобальных цепочек поставок, что может подорвать позиции США на мировом рынке высоких технологий. Особое внимание уделяется таким технологиям, как квантовые вычисления, искусственный интеллект и сети нового поколения, которые определяют будущее глобальной технологической конкуренции и являются ключевыми для цифрового суверенитета.
Следует отметить, что в современной научной литературе, посвящённой американо-китайским отношениям, наблюдается определенная поляризация аналитических подходов, что зачастую связано с геополитической позицией исследователей. Так, труды американских и китайских авторов нередко характеризуются явной политической или идеологической направленностью, что может накладывать ограничения на их объективность и полноту анализа. Для американских исследований характерно акцентирование на проблеме стратегического сдерживания Китая и сохранения глобального лидерства США, тогда как китайские работы, как правило, акцентируют внимание на мирном подъеме КНР и критике западных концепций глобального порядка.
В то же время исследования российских и европейских ученых стремятся к более взвешенной и нейтральной оценке, пытаясь избежать крайностей идеологического подхода. Однако такие работы зачастую ограничены в своем аналитическом потенциале ввиду недостатка эмпирических данных и меньшей вовлеченности этих стран в прямое соперничество на глобальной арене, что затрудняет глубокое понимание стратегических аспектов американо-китайских торгово-экономических отношений.
Таким образом, современная литература по теме торгово-экономических отношений США и Китая охватывает широкий спектр проблем, включая технологическую конкуренцию, энергетическую безопасность, влияние санкционных режимов, региональное соперничество. Тем не менее, комплексный и сравнительный анализ этих вопросов требует дальнейшего междисциплинарного подхода. Особенно важным представляет учет как краткосрочных факторов - таких как торговые споры и санкции - так и долгосрочных структурных изменений, связанных с трансформацией мировой экономической системы и изменением глобального баланса сил.

Купить

Изучение торгово-экономического взаимодействия Соединенных Штатов и Китая за 2017-2024 гг. позволило выявить сложную систему взаимовлияний, существенно преобразовавшую как конфигурацию мировой экономики, так и характер двусторонних отношений между этими ключевыми игроками. Вопросы, касающиеся торговой войны, изменений в стратегиях обеих сторон конфликта, а также влияния внешнеэкономических факторов, таких как пандемия COVID-19, экологические, энергетические и технологические проблемы, стали основными фокусами данной работы. Все эти аспекты вместе создали контекст для понимания того, как меняются американо-китайские торгово¬экономические отношения и какие вызовы стоят перед ними в условиях глобальных перемен.
Во-первых, в период президенства Дональда Трампа (2017-2020 гг.) американо-китайские торгово-экономические отношения пережили значительную трансформацию, обусловленную началом торговой войны между рассматриваемыми странами. Администрация Трампа активно использовала протекционистские меры, включая введение тарифов и ограничений на китайские товары, что привело к обострению экономической конфронтации. Торговая война США и КНР возникла на фоне глубоких системных разногласий, включая растущий торговый дисбаланс, споры вокруг защиты интеллектуальных прав, подозрения в валютных манипуляциях и жесткое технологическое соперничество. Важным фактором стало стремление США сдержать экономическую экспансию Китая, что ознаменовало отход от прежней модели «взаимовыгодного сотрудничества» (модели «win-win») к протекционистской политике.
Во-вторых, влияние пандемии COVID-19 на ключевые отрасли торговли между США и КНР, такие как сельское хозяйство, фармацевтика, автомобильная и строительная промышленность, показало, что возникший кризис ускорил процессы деглобализации и усилил протекционистские тенденции в обеих странах. Принятые Соединенными Штатами торгово-экономические меры приобрели выраженный политический контекст, направленный на консолидацию общества в условиях экономического спада. Роль международных торговых организаций (ВТО, АТЭС, АСЕАН) в регулировании американо-китайских отношений в рамках рассматриваемого кризиса была ограниченной, поскольку обе стороны в большей степени обращались к двусторонним соглашениям. В частности, администрация Дональда Трампа, придерживаясь курса на «американоцентризм», демонстрировала нежелание участвовать в многосторонних диалогах и механизмах, что создало благоприятные условия для Китая, который смог использовать эти организации для продвижения своих интересов и усиления роли в глобальной экономике.
В-третьих, с приходом к власти Джозефа Байдена в 2021 году американо-китайские отношения продолжили развиваться в условиях стратегической конкуренции. Однако, важным компонентом в динамике американо-китайских торгово-экономических отношениях стал идеологический аспект, проявившийся, прежде всего, в усиливающейся риторике США о защите демократических ценностей и укреплении союзнических связей, направленных против китайского авторитарного режима. Экологические и энергетические вопросы стали важной составляющей в торгово-экономических отношениях США и Китая, особенно с учетом стремления обеих стран развивать «зеленые» технологии и решать проблемы изменения климата. Соревнование в этой области указывает на важность этого направления в стратегическом взаимодействии стран. Валютный конфликт и противостояние в сфере кибербезопасности между США и КНР в 2021-2024 гг. также оказали значительное влияние на динамику торгово-экономических отношений. Противостояние в области высоких технологий, особенно в контексте блокировок китайских компаний от американских технологий, привело к усилению экономической и технологической конкуренции.
Таким образом, главные различия между торгово -экономической политикой Трампа и Байдена можно выделить в их подходах к управлению конфликтом с Китаем. Трамп придерживался принципа «односторонних» действий, фокусируясь на жестких мерах давления и попытках экономического сдерживания Китая, что вылилось в прямое столкновение интересов. Байден же продолжил стратегическую конкуренцию, но с упором на многосторонность и дипломатию, при этом акцентируя внимание на тех аспектах, которые имеют долгосрочную важность, таких как высокие технологии и изменение климата. В свою очередь, это также отражает более комплексный и продуманный подход, направленный на балансирование интересов США и их союзников в условиях глобальных изменений.
Результаты исследования подтвердили выдвинутую гипотезу о том, что американо-китайские торгово-экономические отношения с 2017 по 2024 годы характеризовались усилением конфронтации и стратегической конкуренции. Этот этап взаимоотношений можно охарактеризовать как многоуровневое противостояние, включающее следующие компоненты: борьбу за технологическое доминирование, институциональное соперничество через создание альтернативных экономических альянсов, конкуренцию за региональное влияние (особенно в Индо-Тихоокеанском регионе и сфере инфраструктурных проектов), а также идеологическую конфронтацию, отражающуюся в столкновении моделей социально-экономического развития.
Различия в подходах Трампа и Байдена - от одностороннего давления до «многостороннего сдерживания» - не изменили сути противостояния, но сделали его более структурированным и ориентированным на долгосрочные вызовы, такие как изменение климата и построение цифровой экономики.
Практическая ценность работы заключается в ее способности помочь в разработке эффективных внешнеэкономических стратегий для стран и бизнес-структур, работающих с США и Китаем. В частности, результаты исследования могут быть использованы для прогнозирования экономических рисков, связанных с политическими и экономическими коллизиями между этими странами. Следует принимать во внимание, что трансформация американо-китайской торговой политики и дипломатических отношений сохранит свое воздействие на глобальные рынки. В этой связи разработка перспективных стратегий требует обязательного учета данных изменчивых факторов.
В контексте будущих исследований особый интерес представляет изучение влияния изменений в политике США и Китая на другие регионы мира, а также на роль новых технологических вызовов, таких как искусственный интеллект и 5G, в формировании будущих торговых отношений.
В том числе, можно предположить, что пришедший ко второму президентскому сроку Дональд Трамп будет вынужден учитывать существующие вызовы и тенденции при формировании своей новой торгово-экономической стратегии в отношении Китая. Несмотря на перемены в политическом ландшафте, Трамп, как сторонник жесткой протекционистской политики, вероятно, продолжит придерживаться курса на экономическое сдерживание Китая, усиливая тарифы на китайские товары и ограничивая доступ китайских компаний к американским технологиям, особенно в высокотехнологичных секторах, таких как телекоммуникации и искусственный интеллект.
В условиях, когда конкуренция в области технологий и инноваций, а также борьба за глобальное лидерство в таких ключевых сферах, искусственный интеллект и зеленая энергетика, становятся определяющими для мировой экономики, Дональд Трамп, скорее всего, будет использовать эти направления для усиления экономического давления на Китай.

Купить