📄Работа №149164
Тема: ПРАВОВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЕЙ ЗА НЕПРАВОМЕРНЫЕ ДЕЙСТВИЯ ПРИ БАНКРОТСТВЕ
Тип работы
Магистерская диссертация
Предмет
юриспруденция
Объем:
71 листов
Год:
2023
Просмотров:
172
4815
руб.
🛒 Купить работу
Не подходит эта работа?
Закажите новую по вашим требованиям
Узнать цену на написание
Закажите новую по вашим требованиям
Представленный материал является образцом учебного исследования, примером структуры и содержания учебного исследования по заявленной теме. Размещён исключительно в информационных и ознакомительных целях.
Workspay.ru оказывает информационные услуги по сбору, обработке и структурированию материалов в соответствии с требованиями заказчика.
Размещение материала не означает публикацию произведения впервые и не предполагает передачу исключительных авторских прав третьим лицам.
Материал не предназначен для дословной сдачи в образовательные организации и требует самостоятельной переработки с соблюдением законодательства Российской Федерации об авторском праве и принципов академической добросовестности.
Авторские права на исходные материалы принадлежат их законным правообладателям. В случае возникновения вопросов, связанных с размещённым материалом, просим направить обращение через форму обратной связи.
Настоящий учебно-методический информационный материал размещён в ознакомительных и исследовательских целях и представляет собой пример учебного исследования. Не является готовым научным трудом и требует самостоятельной переработки.
📋 Содержание
ВВЕДЕНИЕ
Глава 1. Банкротство как способ уклонения от уплаты долгов
1.1 Виды ответственности за неправомерные действия при банкротстве
1.2 Фиктивное и преднамеренное банкротство. Анализ судебной практики
1.3 Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц при банкротстве
Глава 2. Контролирующее должника лицо
2.1 Понятие, виды и презумпции наличия статуса контролирующего должника лица
2.2 Опровержение наличия статуса контролирующего должника лица. Судебная практика
Глава 3. Основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности при банкротстве. Обзор судебной практики
3.1 Порядок и основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности при банкротстве
3.2 Субсидиарная ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов
3.3 Субсидиарная ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления о признании должника банкротом
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Список использованной литературы, нормативных актов и иных источников
Глава 1. Банкротство как способ уклонения от уплаты долгов
1.1 Виды ответственности за неправомерные действия при банкротстве
1.2 Фиктивное и преднамеренное банкротство. Анализ судебной практики
1.3 Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц при банкротстве
Глава 2. Контролирующее должника лицо
2.1 Понятие, виды и презумпции наличия статуса контролирующего должника лица
2.2 Опровержение наличия статуса контролирующего должника лица. Судебная практика
Глава 3. Основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности при банкротстве. Обзор судебной практики
3.1 Порядок и основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности при банкротстве
3.2 Субсидиарная ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов
3.3 Субсидиарная ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления о признании должника банкротом
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Список использованной литературы, нормативных актов и иных источников
📖 Введение
Ведение предпринимательской деятельности обусловлено несением соответствующих рисков лицами, непосредственно принимающих управленческие решения относительно деятельности организации, её финансовой состоятельности, а также условий сотрудничества с контрагентами. На практике, в делах о банкротстве, участились случаи установления фактов причастности лиц, осуществляющих фактическое управление организациями, так называемые контролирующие должника лица (далее – КДЛ) к умышленному возникновению признаков неплатежеспособности юридического лица.
Действующее законодательство предусматривает ответственность за неправомерные действия при банкротстве, в том числе за фиктивное и преднамеренное банкротство . В зависимости от квалификации состава, в том числе размера наступившего вреда, ответственность может быть как административной, так и уголовной. В настоящей работе будут проанализированы квалифицирующие признаки по фиктивному и преднамеренному банкротству, выделены правовые проблемы, возникающие в доктрине и на практике при установлении указанных составов, с целью сформировать критерии и правопонимание относительно неправомерных действий при банкротстве, а также с целью оценки доказательств, которые позволяют судам сделать вывод о виновности конкретных лиц.
Особое внимание в настоящей работе будет посвящено гражданско-правовой ответственности КДЛ за неправомерные действия при банкротстве. Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ (ред. от 28.12.2022) "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – ФЗ «О банкротстве») содержит специальные основания для привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности. В рамках настоящей работы будут проанализированы: ст. 61.11 за невозможность полного погашения требований кредиторов; ст. 61.12 за неподачу (несвоевременную подачу) заявления о признании должника банкротом.
Актуальность исследования заключается в том, что институт субсидиарного привлечения к ответственности КДЛ всё активнее и детальнее рассматривается как в судебной практике, так и является предметом многочисленных научных исследований. Согласно статистике, приведенной в Статистическом бюллетене Федресурса по банкротству от 31.12.2022 в разделе: «Заявления о субсидиарной ответственности и акты о привлечении», в 2020 году: актов о привлечении к субсидиарной ответственности было вынесено – 2 594; в 2021 году – 3 147 актов; в 2022 году – 3 385 актов. Соответственно, с одной стороны, приведенная статистика позволяет утверждать, что институт субсидиарной ответственности активно используется на практике для обеспечения прав и законных интересов кредиторов, ас другой стороны, создает необходимость в выработке четких правовых критериев, в соответствии с которыми лицо, во-первых, будет признаваться контролирующим должника, а во-вторых, будет признаваться виновным в возникновении признаков неплатежеспособности должника.
С одной стороны, суды и доктрина сформировали представление о квалифицирующих признаках, позволяющих принять решение о возложении на контролирующих лиц обязанности по возмещению убытков, связанных с ними доказательственных презумпциях, выработаны критерии противоправности поведения руководителей, с другой стороны – выявлены пробелы в формировании единообразной практики применения положений о субсидиарной ответственности КДЛ.
Целью исследования являются правовое разграничение ответственности КДЛ; правовой анализ и выявление проблем при квалификации фиктивного и преднамеренного банкротства; выделение признаков, позволяющих квалифицировать субъекта в качестве КДЛ на основе нормативной и правоприменительной практики; анализ действующего законодательства и установление правовых проблем при привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности при банкротстве; аналитическая работа современного правоприменения данного института.
Для достижения поставленных целей были сформулированы следующие задачи:
1. исследовать правовое регулирование и судебную практику по вопросам ответственности за неправомерные действия при банкротстве, в частности, за фиктивное и преднамеренное банкротство;
2. изучить общий круг вопросов, связанных с определением правовой природы субсидиарной ответственности КДЛ при банкротстве;
3. выявить особенности правового положения КДЛ при банкротстве;
4. определить основания и условия привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности при банкротстве, а также рассмотреть проблемы, возникающие при привлечении к субсидиарной ответственности в рамках правоприменительной практики.
Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие в процессе привлечения КДЛ к ответственности при банкротстве юридического лица (далее – ЮЛ).
С учетом объекта исследования был определен и предмет исследования, а именно изучение доктринальных позиций; действующей нормативной и судебной практики по вопросам, связанным с ответственностью КДЛ за неправомерные действия при банкротстве, а также с особенностями статуса и условий привлечения к гражданско-правовой ответственности по основаниям, установленным в Законе о банкротстве.
Следует отметить, что многие ученые рассматривают в своих исследованиях вопросы о субсидиарной ответственности КДЛ и их правового статуса, например, О.В. Гутников, Г.П. Комиссаров; В.Ф. Попондопуло; С.Н. Яшин; и другие. Проблемы субсидиарной ответственности привлекали к себе внимание следующих исследователей: Е.Е. Богданова, Е.Б. Дьяченко, А.В. Егорова, Ю.Д. Жукова, В.П. Камышанского, С.С. Покровского, В.Ф. Попондопуло, Е.П. Пруса, В.А. Савиных, Д.И. Степанова, В.Н. Ткачева и др.
В ходе исследования нами применялся комплекс различных методов: изучение и анализ правовой литературы, нормативных документов, документов судебной практики, научных и научно-практических статей, а также иные информационные источники, теоретический анализ и синтез, самоанализ.
Структура выпускной квалификационной работы обусловлена логикой исследования и включает введение, три главы, заключение, библиографический список.
Действующее законодательство предусматривает ответственность за неправомерные действия при банкротстве, в том числе за фиктивное и преднамеренное банкротство . В зависимости от квалификации состава, в том числе размера наступившего вреда, ответственность может быть как административной, так и уголовной. В настоящей работе будут проанализированы квалифицирующие признаки по фиктивному и преднамеренному банкротству, выделены правовые проблемы, возникающие в доктрине и на практике при установлении указанных составов, с целью сформировать критерии и правопонимание относительно неправомерных действий при банкротстве, а также с целью оценки доказательств, которые позволяют судам сделать вывод о виновности конкретных лиц.
Особое внимание в настоящей работе будет посвящено гражданско-правовой ответственности КДЛ за неправомерные действия при банкротстве. Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ (ред. от 28.12.2022) "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – ФЗ «О банкротстве») содержит специальные основания для привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности. В рамках настоящей работы будут проанализированы: ст. 61.11 за невозможность полного погашения требований кредиторов; ст. 61.12 за неподачу (несвоевременную подачу) заявления о признании должника банкротом.
Актуальность исследования заключается в том, что институт субсидиарного привлечения к ответственности КДЛ всё активнее и детальнее рассматривается как в судебной практике, так и является предметом многочисленных научных исследований. Согласно статистике, приведенной в Статистическом бюллетене Федресурса по банкротству от 31.12.2022 в разделе: «Заявления о субсидиарной ответственности и акты о привлечении», в 2020 году: актов о привлечении к субсидиарной ответственности было вынесено – 2 594; в 2021 году – 3 147 актов; в 2022 году – 3 385 актов. Соответственно, с одной стороны, приведенная статистика позволяет утверждать, что институт субсидиарной ответственности активно используется на практике для обеспечения прав и законных интересов кредиторов, ас другой стороны, создает необходимость в выработке четких правовых критериев, в соответствии с которыми лицо, во-первых, будет признаваться контролирующим должника, а во-вторых, будет признаваться виновным в возникновении признаков неплатежеспособности должника.
С одной стороны, суды и доктрина сформировали представление о квалифицирующих признаках, позволяющих принять решение о возложении на контролирующих лиц обязанности по возмещению убытков, связанных с ними доказательственных презумпциях, выработаны критерии противоправности поведения руководителей, с другой стороны – выявлены пробелы в формировании единообразной практики применения положений о субсидиарной ответственности КДЛ.
Целью исследования являются правовое разграничение ответственности КДЛ; правовой анализ и выявление проблем при квалификации фиктивного и преднамеренного банкротства; выделение признаков, позволяющих квалифицировать субъекта в качестве КДЛ на основе нормативной и правоприменительной практики; анализ действующего законодательства и установление правовых проблем при привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности при банкротстве; аналитическая работа современного правоприменения данного института.
Для достижения поставленных целей были сформулированы следующие задачи:
1. исследовать правовое регулирование и судебную практику по вопросам ответственности за неправомерные действия при банкротстве, в частности, за фиктивное и преднамеренное банкротство;
2. изучить общий круг вопросов, связанных с определением правовой природы субсидиарной ответственности КДЛ при банкротстве;
3. выявить особенности правового положения КДЛ при банкротстве;
4. определить основания и условия привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности при банкротстве, а также рассмотреть проблемы, возникающие при привлечении к субсидиарной ответственности в рамках правоприменительной практики.
Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие в процессе привлечения КДЛ к ответственности при банкротстве юридического лица (далее – ЮЛ).
С учетом объекта исследования был определен и предмет исследования, а именно изучение доктринальных позиций; действующей нормативной и судебной практики по вопросам, связанным с ответственностью КДЛ за неправомерные действия при банкротстве, а также с особенностями статуса и условий привлечения к гражданско-правовой ответственности по основаниям, установленным в Законе о банкротстве.
Следует отметить, что многие ученые рассматривают в своих исследованиях вопросы о субсидиарной ответственности КДЛ и их правового статуса, например, О.В. Гутников, Г.П. Комиссаров; В.Ф. Попондопуло; С.Н. Яшин; и другие. Проблемы субсидиарной ответственности привлекали к себе внимание следующих исследователей: Е.Е. Богданова, Е.Б. Дьяченко, А.В. Егорова, Ю.Д. Жукова, В.П. Камышанского, С.С. Покровского, В.Ф. Попондопуло, Е.П. Пруса, В.А. Савиных, Д.И. Степанова, В.Н. Ткачева и др.
В ходе исследования нами применялся комплекс различных методов: изучение и анализ правовой литературы, нормативных документов, документов судебной практики, научных и научно-практических статей, а также иные информационные источники, теоретический анализ и синтез, самоанализ.
Структура выпускной квалификационной работы обусловлена логикой исследования и включает введение, три главы, заключение, библиографический список.
✅ Заключение
Подводя итоги нашего исследования, мы пришли к следующим выводам.
Административные и уголовные дела по криминальному банкротству встречаются достаточно редко, особенно по составу фиктивного банкротства. На наш взгляд, это обусловлено отсутствием четкого регламента, который бы позволил выявить соответствующие квалифицирующие признаки, а также тем, что признаки криминального банкротства выявляются в рамках гражданских правоотношений, что вызывает споры в научных исследованиях об отсутствии минимальных правовых гарантий достоверности представляемого в суд отчета арбитражным управляющим.
Было выявлено, что объективная сторона фиктивного банкротства не соответствует действующему законодательству о банкротстве, а именно, не учитывает роль арбитражного суда при оценке достоверности и обоснованности подаваемого в суд заявления о признании должника банкротом, а также не содержит указаний на саму общественную опасность данного деяния в виде неправомерных целей КДЛ.
1. Делается предложение о внесении изменений в объективную сторону фиктивного банкротства: «Обращение руководителем или учредителем (участником) ЮЛ в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае, если впоследствии в рамках дела о банкротстве будет выявлено, что такое обращение являлось заведомо ложным, а именно, было сделано с целью введения в заблуждение кредиторов и (или) иных заинтересованных лиц, с целью получения определенных льгот/скидок по задолженностям должника, или с целью уклонения от оплаты долгов в крупном размере» влечет соответствующее наказание.
2. Субсидиарная ответственность, по своей правовой природе, является генеральным деликтом, при доказанности которого, КДЛ обязаны возместить причиненные убытки кредиторам. На наш взгляд, установление особой правовой формы в виде «субсидиарной ответственности» - влечет лишь загромождение правового регулирования, а также не способствует выработке единых подходов в судебной практике. Если признать, что субсидиарная ответственность является деликтом, то у кредиторов появится выбор способов защиты своих нарушенных прав - в рамках дела о банкротстве, либо вне дела о банкротстве посредством подачи искового заявления.
3. Выявлена тенденция судебной практики по поиску фактических КДЛ. Формальные критерии КДЛ устанавливаются через совокупность косвенных доказательств «присутствия» скрывающегося конечного бенефициара в управлении должником. С одной стороны, данную тенденцию мы оцениваем положительно, так как именно у конечных бенефициаров возникает незаконная выгода от неправомерных действий, но, с другой стороны, мы не можем не отметить «прокредиторскую» направленность практики, так как любое лицо, принимающее хоть и минимальное участие в принятии управленческих решений, всегда находится под риском субсидиарной ответственности, возможность опровергнуть статус КДЛ на практике становится фактически невозможно.
4. Делается предложение об изменении п. 9 ст. 61.11 Закона о банкротстве, в установлении правовых гарантий для номинальных руководителей в том, что суд, при выявлении «полезной информации», обязуется освободить или уменьшить размер их субсидиарной ответственности соразмерно предоставленной ими информации и (или) доказательствами. Предлагаем обосновывать «полезность информации» тем, что у заинтересованных лиц появится доказательственная база для предъявления соответствующих требований.
Установление законодателем большого количества презумпций виновности КДЛ, в частности, в ст. 61.11 и ст. 61.12 Закона о банкротстве, на практике становится существенной проблемой. Суды устанавливают повышенный стандарт доказывания для ответчиков, что фактически приводит к невозможности опровержения таких презумпций, создает угрозу для ведения бизнеса, так как КДЛ ставятся в крайне «уязвимое положение», возможность опровержения установленных презумпций сводится к необходимости КДЛ оценивать все риски при ведении предпринимательской деятельности, что, конечно, невозможно в силу самого определения предпринимательской деятельности.
5. Выявлена одна из ключевых проблем субсидиарной ответственности - отсутствие четкого правового регламента в части установления момента и причин «объективного банкротства».
Мы считаем необходимым выработку Верховным судом, с привлечением специалистов в области экономики и финансов, более детальной процедуры определения момента «объективного банкротства», с указанием на конкретные обстоятельства и степень их влияния на возникновение признаков «объективного банкротства». Предлагаем чаще привлекать экспертов, обладающих специальными познаниями в области экономики, которые бы проводили экспертизу признаков и причин объективного банкротства, а также самого момента его возникновения. С целью установления минимальных гарантий независимости, предлагаем создать некий реестр экспертов, которые обладают необходимой квалификацией для проведения экспертизы, данный реестр должен быть под контролем (надзором) Росреестра, по аналогии осуществления надзора этим органом за деятельностью саморегулируемых организаций арбитражных управляющих.
6. Предлагаем повысить размер уставного капитала при создании ЮЛ. Например, законодательство Германии предусматривает минимальный размер уставного капитала в размере - 25 000 евро. На наш взгляд, увеличение уставного капитала при создании ЮЛ, обеспечит не только адекватный объем защищенности кредиторов, но также повлияет на уменьшение потока заявлений о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности.
Административные и уголовные дела по криминальному банкротству встречаются достаточно редко, особенно по составу фиктивного банкротства. На наш взгляд, это обусловлено отсутствием четкого регламента, который бы позволил выявить соответствующие квалифицирующие признаки, а также тем, что признаки криминального банкротства выявляются в рамках гражданских правоотношений, что вызывает споры в научных исследованиях об отсутствии минимальных правовых гарантий достоверности представляемого в суд отчета арбитражным управляющим.
Было выявлено, что объективная сторона фиктивного банкротства не соответствует действующему законодательству о банкротстве, а именно, не учитывает роль арбитражного суда при оценке достоверности и обоснованности подаваемого в суд заявления о признании должника банкротом, а также не содержит указаний на саму общественную опасность данного деяния в виде неправомерных целей КДЛ.
1. Делается предложение о внесении изменений в объективную сторону фиктивного банкротства: «Обращение руководителем или учредителем (участником) ЮЛ в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае, если впоследствии в рамках дела о банкротстве будет выявлено, что такое обращение являлось заведомо ложным, а именно, было сделано с целью введения в заблуждение кредиторов и (или) иных заинтересованных лиц, с целью получения определенных льгот/скидок по задолженностям должника, или с целью уклонения от оплаты долгов в крупном размере» влечет соответствующее наказание.
2. Субсидиарная ответственность, по своей правовой природе, является генеральным деликтом, при доказанности которого, КДЛ обязаны возместить причиненные убытки кредиторам. На наш взгляд, установление особой правовой формы в виде «субсидиарной ответственности» - влечет лишь загромождение правового регулирования, а также не способствует выработке единых подходов в судебной практике. Если признать, что субсидиарная ответственность является деликтом, то у кредиторов появится выбор способов защиты своих нарушенных прав - в рамках дела о банкротстве, либо вне дела о банкротстве посредством подачи искового заявления.
3. Выявлена тенденция судебной практики по поиску фактических КДЛ. Формальные критерии КДЛ устанавливаются через совокупность косвенных доказательств «присутствия» скрывающегося конечного бенефициара в управлении должником. С одной стороны, данную тенденцию мы оцениваем положительно, так как именно у конечных бенефициаров возникает незаконная выгода от неправомерных действий, но, с другой стороны, мы не можем не отметить «прокредиторскую» направленность практики, так как любое лицо, принимающее хоть и минимальное участие в принятии управленческих решений, всегда находится под риском субсидиарной ответственности, возможность опровергнуть статус КДЛ на практике становится фактически невозможно.
4. Делается предложение об изменении п. 9 ст. 61.11 Закона о банкротстве, в установлении правовых гарантий для номинальных руководителей в том, что суд, при выявлении «полезной информации», обязуется освободить или уменьшить размер их субсидиарной ответственности соразмерно предоставленной ими информации и (или) доказательствами. Предлагаем обосновывать «полезность информации» тем, что у заинтересованных лиц появится доказательственная база для предъявления соответствующих требований.
Установление законодателем большого количества презумпций виновности КДЛ, в частности, в ст. 61.11 и ст. 61.12 Закона о банкротстве, на практике становится существенной проблемой. Суды устанавливают повышенный стандарт доказывания для ответчиков, что фактически приводит к невозможности опровержения таких презумпций, создает угрозу для ведения бизнеса, так как КДЛ ставятся в крайне «уязвимое положение», возможность опровержения установленных презумпций сводится к необходимости КДЛ оценивать все риски при ведении предпринимательской деятельности, что, конечно, невозможно в силу самого определения предпринимательской деятельности.
5. Выявлена одна из ключевых проблем субсидиарной ответственности - отсутствие четкого правового регламента в части установления момента и причин «объективного банкротства».
Мы считаем необходимым выработку Верховным судом, с привлечением специалистов в области экономики и финансов, более детальной процедуры определения момента «объективного банкротства», с указанием на конкретные обстоятельства и степень их влияния на возникновение признаков «объективного банкротства». Предлагаем чаще привлекать экспертов, обладающих специальными познаниями в области экономики, которые бы проводили экспертизу признаков и причин объективного банкротства, а также самого момента его возникновения. С целью установления минимальных гарантий независимости, предлагаем создать некий реестр экспертов, которые обладают необходимой квалификацией для проведения экспертизы, данный реестр должен быть под контролем (надзором) Росреестра, по аналогии осуществления надзора этим органом за деятельностью саморегулируемых организаций арбитражных управляющих.
6. Предлагаем повысить размер уставного капитала при создании ЮЛ. Например, законодательство Германии предусматривает минимальный размер уставного капитала в размере - 25 000 евро. На наш взгляд, увеличение уставного капитала при создании ЮЛ, обеспечит не только адекватный объем защищенности кредиторов, но также повлияет на уменьшение потока заявлений о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности.
ИЛИ
Поиск аналога
📕 Список литературы
🛒 Оформить заказ
⚡ Работу высылаем в течении 5 минут после оплаты.