Помощь студентам в учебе
Тибет в период Синьхайской революции (1911-1912 гг.)
|
Оглавление 2
Введение 3
Глава I 7
Глава II 32
Глава III 49
Заключение 65
Список использованной литературы
Введение 3
Глава I 7
Глава II 32
Глава III 49
Заключение 65
Список использованной литературы
Данная работа представляет собой анализ событий, которые происходили в Тибете в начале XX в., главным из которых стала Синьхайская революция 1911 г., ставшая поворотным моментом в Китае и вместе с этим ознаменовавшая новый этап в истории Тибета. Падение Цинской империи и основание Китайской Республики оказали значительное влияние на судьбу Тибета, вновь обратив международное внимание на так называемый «тибетский вопрос», обсуждение которого в 1913 г. на Симлской конференции впервые осуществлялось не только иностранными государствами, но и самими представителями тибетского правительства.
Актуальность темы данной работы обуславливается важностью изучения исторических процессов, которыми сопровождалась Синьхайская революция в Тибете. Столкновения интересов как различных слоёв тибетского общества, так и иностранных государств в рассматриваемый период определили дальнейшие перспективы развития тибето-британских и тибето-китайских отношений и во многом сформировали те условия, в которых Тибет существовал в первой половине ХХ в.
Цель данной работы – исследовать ход революционных событий 1911-1912 гг. в Тибете и оценить их последствия для тибетского общества и международных отношений в Центральной Азии начала XX в. Автор данной работы ставила перед собой следующие задачи:
- определить предпосылки революционных событий в Тибете, сформировавшиеся в результате тибетской политики Цинской империи в начале XX в. и оценить их значимость для тибетского общества в 1911-1912 гг.;
- описать и проанализировать основные предпосылки и последствия Синьхайской революции в Тибете и их влияние на политическое развитие Тибета;
- восстановить хронологию важнейших событий на основе оригинальных источников и исследований отечественных и зарубежных авторов;
- описать и проанализировать особенности разных мнений о политическом будущем Тибета в тибетском обществе
- определить основные тенденции политики республиканского правительства Юань Шикая в отношении Тибета
При написании данной работы был использован ряд отечественных и зарубежных тибетологических исследований, близких по тематике к ее сюжетной канве. Среди использованных изданий присутствуют фундаментальные исследования по тибетской истории, такие как труды М. Голдштейна «A History of Modern Tibet, 1913-1951: The Demise of the Lamaist State» [17], Е. И. Кычанова и Б. Н. Мельниченко «История Тибета с древнейших времен до наших дней» [2] и А. Маккея «The History of Tibet. Volume III The Modern Period: 1895-1959 The Encounter with Modernity» [27].
Среди важных исследований, посвящённым китайской политике в Тибете в обозначенный период, необходимо выделить работы Д. Хо «The Men Who Would Not Be Amban and the One Who Would: Four Frontline Officials and Qing Tibet Policy, 1905-1911» [18], Э. Сперлинга «The Chinese venture in K'am, 1904-1911, and the role of Chao Erh-feng» [33], Дава Норбу «China's Tibet Policy» [13], Линь Сяотин «Tibet and Nationalist China’s Frontier: Intrigues and Ethnopolitics, 1928-49» [24], Дж. Тайга «Inner Asian Anxieties at the dawn of the Chinese Republic: Mongolia and the Short Life of North-West Magazine» [35] и О.Е. Непомнина «История Китая: эпоха Цин, XVII-начало XX века» [4]. Основные философские и культурные принципы, лежащие в основе китайской традиционной политики подробно изложены в работах Е. Л. Беспрозванных «Тибето-китайские отношения в XVII-XVIII веках» [1], А. С. Мартынова «Статус Тибета в XVII-XVIII веках в традиционной китайской системе политических представлений» [3], Дж. Кранмер-Бинга «The Chinese View of Their Place in the World: An Historical Perspective» [12] и П. Хо «In Defense of Sinicization: A Rebuttal of Evelyn Rawski's "Reenvisioning the Qing"» [19].
Мнения и позиции тибетского правительства Далай-ламы в период 1911-1913 гг. исследовались в трудах В. Д. Шакабпы «One hundred thousand moons: an advanced political history of Tibet» [31], К. Арпи «Glimpses on the History of Tibet » [7], и Н. Т. Дундула «In the Service of His Country: The Biography of Dasang Damdul Tsarong» [15].
Для лучшего понимания особенностей британской политики в отношении Тибета и Китайской Республики были использованы работы А. Лэмба «The McMahon Line. A Study in the Relations between India, China and Tibet, 1904 to 1914» [23], Т. Л. Шаумян «Тибетский вопрос в англо-русских переговорах 1906–1907 гг.» [6] и В. Пэлэса «Losing Face: the British foreign service and the question of Tibet 1904-1922» [28].
В ходе исследования также были использованы работы, опубликованные в последние годы в КНР, которые основаны на большом количестве труднодоступных для западных историков источников и, соответственно, сообщающие новые факты о событиях, происходящих в описываемый период. Среди них важно отметить исследования Чжан Чжаоюна «清末民初拉萨动乱性质初析 = Цинмо миньчу ласа дунлуань синчжи чу си (Анализ беспорядков в Лхасе в конце династии Цин)» [40] и Чжан Юйсиня «蒙藏事务局及其对藏政的管理 = Мэнцзаншиуцзюй цзици дуй цзанчжэн дэ гуаньли (Бюро по делам Монголии и Тибета и его политика в отношении Тибета)» [41].
В исследовании также были использованы источники на тибетском языке. Основным из них является “Биография Далай-ламы XIII Туптен Гьяцо (1866-1933)” [45], в которой были описаны среди прочего пребывание Далай-ламы в Индии в 1910-1912 гг., его религиозная и общественная деятельность в Дарджилинге и Калимпонге, а также подробности его пути в Тибет в 1912 г. Ещё одним важным источником стал сборник писем чиновника тибетского правительства Шэда Палджор Додже [46], опубликованный в 1901 г. и проливающий свет на характер отношений центрального правительства Тибета и локальных правителей восточного Тибета.
Актуальность темы данной работы обуславливается важностью изучения исторических процессов, которыми сопровождалась Синьхайская революция в Тибете. Столкновения интересов как различных слоёв тибетского общества, так и иностранных государств в рассматриваемый период определили дальнейшие перспективы развития тибето-британских и тибето-китайских отношений и во многом сформировали те условия, в которых Тибет существовал в первой половине ХХ в.
Цель данной работы – исследовать ход революционных событий 1911-1912 гг. в Тибете и оценить их последствия для тибетского общества и международных отношений в Центральной Азии начала XX в. Автор данной работы ставила перед собой следующие задачи:
- определить предпосылки революционных событий в Тибете, сформировавшиеся в результате тибетской политики Цинской империи в начале XX в. и оценить их значимость для тибетского общества в 1911-1912 гг.;
- описать и проанализировать основные предпосылки и последствия Синьхайской революции в Тибете и их влияние на политическое развитие Тибета;
- восстановить хронологию важнейших событий на основе оригинальных источников и исследований отечественных и зарубежных авторов;
- описать и проанализировать особенности разных мнений о политическом будущем Тибета в тибетском обществе
- определить основные тенденции политики республиканского правительства Юань Шикая в отношении Тибета
При написании данной работы был использован ряд отечественных и зарубежных тибетологических исследований, близких по тематике к ее сюжетной канве. Среди использованных изданий присутствуют фундаментальные исследования по тибетской истории, такие как труды М. Голдштейна «A History of Modern Tibet, 1913-1951: The Demise of the Lamaist State» [17], Е. И. Кычанова и Б. Н. Мельниченко «История Тибета с древнейших времен до наших дней» [2] и А. Маккея «The History of Tibet. Volume III The Modern Period: 1895-1959 The Encounter with Modernity» [27].
Среди важных исследований, посвящённым китайской политике в Тибете в обозначенный период, необходимо выделить работы Д. Хо «The Men Who Would Not Be Amban and the One Who Would: Four Frontline Officials and Qing Tibet Policy, 1905-1911» [18], Э. Сперлинга «The Chinese venture in K'am, 1904-1911, and the role of Chao Erh-feng» [33], Дава Норбу «China's Tibet Policy» [13], Линь Сяотин «Tibet and Nationalist China’s Frontier: Intrigues and Ethnopolitics, 1928-49» [24], Дж. Тайга «Inner Asian Anxieties at the dawn of the Chinese Republic: Mongolia and the Short Life of North-West Magazine» [35] и О.Е. Непомнина «История Китая: эпоха Цин, XVII-начало XX века» [4]. Основные философские и культурные принципы, лежащие в основе китайской традиционной политики подробно изложены в работах Е. Л. Беспрозванных «Тибето-китайские отношения в XVII-XVIII веках» [1], А. С. Мартынова «Статус Тибета в XVII-XVIII веках в традиционной китайской системе политических представлений» [3], Дж. Кранмер-Бинга «The Chinese View of Their Place in the World: An Historical Perspective» [12] и П. Хо «In Defense of Sinicization: A Rebuttal of Evelyn Rawski's "Reenvisioning the Qing"» [19].
Мнения и позиции тибетского правительства Далай-ламы в период 1911-1913 гг. исследовались в трудах В. Д. Шакабпы «One hundred thousand moons: an advanced political history of Tibet» [31], К. Арпи «Glimpses on the History of Tibet » [7], и Н. Т. Дундула «In the Service of His Country: The Biography of Dasang Damdul Tsarong» [15].
Для лучшего понимания особенностей британской политики в отношении Тибета и Китайской Республики были использованы работы А. Лэмба «The McMahon Line. A Study in the Relations between India, China and Tibet, 1904 to 1914» [23], Т. Л. Шаумян «Тибетский вопрос в англо-русских переговорах 1906–1907 гг.» [6] и В. Пэлэса «Losing Face: the British foreign service and the question of Tibet 1904-1922» [28].
В ходе исследования также были использованы работы, опубликованные в последние годы в КНР, которые основаны на большом количестве труднодоступных для западных историков источников и, соответственно, сообщающие новые факты о событиях, происходящих в описываемый период. Среди них важно отметить исследования Чжан Чжаоюна «清末民初拉萨动乱性质初析 = Цинмо миньчу ласа дунлуань синчжи чу си (Анализ беспорядков в Лхасе в конце династии Цин)» [40] и Чжан Юйсиня «蒙藏事务局及其对藏政的管理 = Мэнцзаншиуцзюй цзици дуй цзанчжэн дэ гуаньли (Бюро по делам Монголии и Тибета и его политика в отношении Тибета)» [41].
В исследовании также были использованы источники на тибетском языке. Основным из них является “Биография Далай-ламы XIII Туптен Гьяцо (1866-1933)” [45], в которой были описаны среди прочего пребывание Далай-ламы в Индии в 1910-1912 гг., его религиозная и общественная деятельность в Дарджилинге и Калимпонге, а также подробности его пути в Тибет в 1912 г. Ещё одним важным источником стал сборник писем чиновника тибетского правительства Шэда Палджор Додже [46], опубликованный в 1901 г. и проливающий свет на характер отношений центрального правительства Тибета и локальных правителей восточного Тибета.
Синьхайская революция 1911 г., являющаяся ключевым событием в истории Китая, в результате которого после 270-ти лет существования погибла Цинская империя, и на её территории было основано совершенно новое государство Китайская республика, не оказала столь же важного значения на историю Тибета. Событием, действительно изменившим его судьбу, на наш взгляд, стало решение Далай-ламы в 1910 г. бежать на территорию Британской Индии. Его пребывание в Дарджилинге привело к тому, что британское правительство неизбежно оказалось втянуто в тибетскую проблему, и в дальнейшем стало важнейшим актором во всех происходящих в Тибете в последующие годы событиях. Оно принимало активное участие в тибето-китайских переговорах в Лхасе в 1912 г., организовало эвакуацию цинских гарнизонов в Китай через территорию Индии и осуществляло строгий контроль над политикой Китайской Республики в отношении Тибета. В результате этого осенью 1913 г. правительство Китайской Республики было вынуждено согласиться на проведение совместных трёхсторонних переговоров между Великобританией, Китайской Республикой и Тибетом.
Синьхайская революция стала закономерным итогом упадка, в состоянии которого в начале XX в. оказалась Цинская империя. Нерегулярное и недостаточное финансирование армии и снижение контроля за состоянием приграничных войск, размещённых в 1909-1910 гг. в центральном и восточном Тибете, в конечном итоге привели к кризису в армии. Беспорядки и погромы, производившиеся цинской армией в Тибете в 1911-1912 гг. не носили революционного характера, а явились естественным результатом пренебрежения, проявляемого пекинским правительством по отношению к отдалённым войскам. Нападение цинских солдат на один из крупнейших буддийских монастырей Тибета Сера стало поворотным событием в противостоянии тибетских жителей и китайских войск и ознаменовало начало полноценной войны в Лхасе. Тибетцы оказали цинским солдатам ожесточённое сопротивление, стремясь полностью прогнать их из Тибета.
При этом важной характеристикой тибетского сопротивления являлось то, что оно не носило национального характера, а было направлено против цинской администрации. Кроме того, даже в отношении последней среди тибетцев не было единства. Жители некоторых районов восточного Тибета относились к цинским властям с лояльностью, видя в проведённых в Кхаме в 1906-1910 гг. преобразованиях положительные результаты. Кхамские тусы и главы монастырей, назначенные цинским правительством на управляющие должности, также надеялись на сохранение китайского контроля в восточном Тибете. Против китайского изгнания выступала также часть жителей Лхасы – с цинской администрацией сотрудничали представители назначенного цинскими властями тибетского правительства, монахи Дрепунга, Лоселинга и Тенгйелинга, а также Панчен-лама.
Вероятно, отчасти это было вызвано тем фактом, что наступательная цинская политика в Тибете в начале XX века являлась закономерным продолжением деятельности, проводимой Цинами на протяжении всего своего правления. Несомненно, в ходе «новой политики», курс на которую был взят в Цинской империи после восстания ихэтуаней 1899-1901 гг., цинские мероприятия по колонизации и китаизации восточного Тибета и централизации всего государства были выражены гораздо более интенсивно, чем в предыдущие годы, однако все действия Цинов в отношении Тибета, начиная с освоения Кхама и заканчивая введением китайских войск в столицу, являлись правомерными с точки зрения международных договоров и необходимости политического укрепления государства. Частью тибетского общества эти мероприятия были восприняты вполне положительно.
Политическая деятельность нового правительства Китайской Республики в отношении тибетских территорий выглядела иначе. Заявляя о своей самостоятельности и отрешённости от Цинской империи, правительство Юань Шикая вместе с тем выражало притязания на Тибет. Очевидное для республиканских властей родство Китая и Тибета формально не было ничем подкреплено, что позволило правительству Далай-ламы рассчитывать на британскую поддержку в противостоянии китайской политике в Тибете. Стремления Далай-ламы добиться тибетской автономии, благодаря установленным им в ходе своего пребывания в Индии в 1910-1912 гг. близким отношениям с британским правительством, наконец, оказались поддержаны участием Великобритании в решении тибетской проблемы. Осознавая преимущества, которые давал для безопасности индийской границы свободный от китайского контроля Тибет, а также перспективы получения особых политических и экономических привилегий в Тибете ввиду благосклонности Далай-ламы, британские власти стали уделять большое внимание политике Китайской Республики в Тибете. Благодаря усилиям британских дипломатов, правительство Юань Шикая было вынуждено отнестись к тибетской проблеме с обходительностью. В 1912 г. в Китайской Республике появились специальное Бюро по делам Монголии и Тибета и множество центров тибетских исследований. Политика пекинских властей в отношении Тибета постепенно перешла из области военного продвижения в сторону дипломатических миссий. Неудачи китайской дипломатии, причина которых заключалась в первую очередь в амбициозном упорстве Далай-ламы в отношении идеи независимого Тибета, а также глубокая вовлечённость Великобритании в тибетский вопрос привели к тому, что в октябре 1913 г. состоялась Симлская конференция, на которой впервые в присутствии представителей Тибета, Китайской Республики и Великобритании обсуждался вопрос о будущем Тибета.
Синьхайская революция стала закономерным итогом упадка, в состоянии которого в начале XX в. оказалась Цинская империя. Нерегулярное и недостаточное финансирование армии и снижение контроля за состоянием приграничных войск, размещённых в 1909-1910 гг. в центральном и восточном Тибете, в конечном итоге привели к кризису в армии. Беспорядки и погромы, производившиеся цинской армией в Тибете в 1911-1912 гг. не носили революционного характера, а явились естественным результатом пренебрежения, проявляемого пекинским правительством по отношению к отдалённым войскам. Нападение цинских солдат на один из крупнейших буддийских монастырей Тибета Сера стало поворотным событием в противостоянии тибетских жителей и китайских войск и ознаменовало начало полноценной войны в Лхасе. Тибетцы оказали цинским солдатам ожесточённое сопротивление, стремясь полностью прогнать их из Тибета.
При этом важной характеристикой тибетского сопротивления являлось то, что оно не носило национального характера, а было направлено против цинской администрации. Кроме того, даже в отношении последней среди тибетцев не было единства. Жители некоторых районов восточного Тибета относились к цинским властям с лояльностью, видя в проведённых в Кхаме в 1906-1910 гг. преобразованиях положительные результаты. Кхамские тусы и главы монастырей, назначенные цинским правительством на управляющие должности, также надеялись на сохранение китайского контроля в восточном Тибете. Против китайского изгнания выступала также часть жителей Лхасы – с цинской администрацией сотрудничали представители назначенного цинскими властями тибетского правительства, монахи Дрепунга, Лоселинга и Тенгйелинга, а также Панчен-лама.
Вероятно, отчасти это было вызвано тем фактом, что наступательная цинская политика в Тибете в начале XX века являлась закономерным продолжением деятельности, проводимой Цинами на протяжении всего своего правления. Несомненно, в ходе «новой политики», курс на которую был взят в Цинской империи после восстания ихэтуаней 1899-1901 гг., цинские мероприятия по колонизации и китаизации восточного Тибета и централизации всего государства были выражены гораздо более интенсивно, чем в предыдущие годы, однако все действия Цинов в отношении Тибета, начиная с освоения Кхама и заканчивая введением китайских войск в столицу, являлись правомерными с точки зрения международных договоров и необходимости политического укрепления государства. Частью тибетского общества эти мероприятия были восприняты вполне положительно.
Политическая деятельность нового правительства Китайской Республики в отношении тибетских территорий выглядела иначе. Заявляя о своей самостоятельности и отрешённости от Цинской империи, правительство Юань Шикая вместе с тем выражало притязания на Тибет. Очевидное для республиканских властей родство Китая и Тибета формально не было ничем подкреплено, что позволило правительству Далай-ламы рассчитывать на британскую поддержку в противостоянии китайской политике в Тибете. Стремления Далай-ламы добиться тибетской автономии, благодаря установленным им в ходе своего пребывания в Индии в 1910-1912 гг. близким отношениям с британским правительством, наконец, оказались поддержаны участием Великобритании в решении тибетской проблемы. Осознавая преимущества, которые давал для безопасности индийской границы свободный от китайского контроля Тибет, а также перспективы получения особых политических и экономических привилегий в Тибете ввиду благосклонности Далай-ламы, британские власти стали уделять большое внимание политике Китайской Республики в Тибете. Благодаря усилиям британских дипломатов, правительство Юань Шикая было вынуждено отнестись к тибетской проблеме с обходительностью. В 1912 г. в Китайской Республике появились специальное Бюро по делам Монголии и Тибета и множество центров тибетских исследований. Политика пекинских властей в отношении Тибета постепенно перешла из области военного продвижения в сторону дипломатических миссий. Неудачи китайской дипломатии, причина которых заключалась в первую очередь в амбициозном упорстве Далай-ламы в отношении идеи независимого Тибета, а также глубокая вовлечённость Великобритании в тибетский вопрос привели к тому, что в октябре 1913 г. состоялась Симлская конференция, на которой впервые в присутствии представителей Тибета, Китайской Республики и Великобритании обсуждался вопрос о будущем Тибета.