Помощь студентам в учебе
Творчество Донны Тартт в контексте американской литературной традиции
|
Введение 3
1. Эстетические основания творчества Донны Тартт 9
1.1. Предпосылки формирования творческого пути Донны Тартт 9
1.2. Творчество Донны Тартт в историко-литературном аспекте 20
2. Проблематика творчества Донны Тартт 31
2.1 Проблематика взросления в контексте южной литературной традиции на материале рассказов «Засада», «Рождественское представление», «Подвязочная змея» и романа «Маленький друг» Д. Тартт 31
2.2. Проблема поиска идентичности в романах «Тайная история». «Щегол» и в рассказе «Там-О-Шантер» 45
3. Поэтика творчества Д. Тартт и американская литературная традиция: контактные и типологические связи 53
3.1. Трансформация «южного мифа» в поэтике и нарративе романа «Маленький друг» 53
3.2. Интермедиальный код как основа хронотопа и системы образов в романе «Щегол» 59
Заключение 67
Список литературы 68
1. Эстетические основания творчества Донны Тартт 9
1.1. Предпосылки формирования творческого пути Донны Тартт 9
1.2. Творчество Донны Тартт в историко-литературном аспекте 20
2. Проблематика творчества Донны Тартт 31
2.1 Проблематика взросления в контексте южной литературной традиции на материале рассказов «Засада», «Рождественское представление», «Подвязочная змея» и романа «Маленький друг» Д. Тартт 31
2.2. Проблема поиска идентичности в романах «Тайная история». «Щегол» и в рассказе «Там-О-Шантер» 45
3. Поэтика творчества Д. Тартт и американская литературная традиция: контактные и типологические связи 53
3.1. Трансформация «южного мифа» в поэтике и нарративе романа «Маленький друг» 53
3.2. Интермедиальный код как основа хронотопа и системы образов в романе «Щегол» 59
Заключение 67
Список литературы 68
Донна Луиза Тартт (род. 1963) – современная американская писательница, автор трёх романов («Тайная история» («TheSecretstory», 1992), «Маленький друг» («TheLittlefriend», 2002), «Щегол» («TheGoldfinch», 2013)).
Дебютный роман Тартт «Тайная история» сразу стал бестселлером и был переведен на 24 языка. Второй роман – «Маленький друг» – Тартт выпустила после перерыва длиной в 10 лет. За это время у неё вышли три коротких рассказа: «Там-О-Шантер» («Tam-O'-Shanter», 1993), «Рождественское представление» («AChristmasPageant», 1993) и «Подвязочная змея» («AGarterSnake», 1995), а также три эссе: «Сонный город: южное готическое детство с кодеином» («Sleepytown:ASouthernGothicChildhood, withCodeine», 1992), «Баскетбольный сезон в лучших американских спортивных сочинениях» («BasketballSeasoninTheBestAmericanSportsWriting», 1993), «Командный дух: воспоминания о том, каково быть болельщиков-первокурсником в баскетбольной команде» («TeamSpirit: MemoriesofBeingaFreshmanCheerleaderfortheBasketballTeam», 1994) и «Мой друг, мой наставник, мое вдохновенье. Вспоминая Вилли» («My friend, my mentor, my inspiration, Remembering Willie», 2000) (здесь идалее перевод наш – В.П.).В период между публикацией «Маленького друга» и написанием третьего романа Тартт публикует рассказ «Засада» («TheAmbush», 2005), эссе «Это большее, что я знаю» («ThismuchIknow», 2003) и предисловие к роману Ч. Портиса с одноименным названием «На “Железную хватку”» («On “TrueGrit”», 2005). В 2013 году был опубликован третий роман Донны Тартт «Щегол», именно за него писательница получила многочисленные литературные награды, в том числе и Пулитцеровскую премию 2014 года. Осенью 2019 года вышла экранизация последнего романа.
Первое исследование, посвященное творчеству Донны Тартт, появилось в 2010 году в Чехии [53] и было связано с расширением возможностей интерпретации текстана примере романа «Маленький друг». Бренкусова поднимает вопрос о важности интерпретации текста и приводит 7 возможных подходов к интерпретации. В данной статье Бренкусова иллюстрирует влияние региональной традиции на примере романа «Маленький друг», рассматривая текст произведения через призму культурных особенностей американского юга (расизм, религия и духовность, семейное наследие, бедность)[53].
Пик интереса к творчеству Тартт пришелся на 2016–2018 годы, значительная часть исследований была проведена в России (более чем две трети) и находится в открытом доступе в электронной библиотеке «eLIBRARY», также встречаются работы исследователей из Германии [54; 75], Финляндии [64; 66], Италии [58] и США[59; 62; 65], выложенные в базах данных «Scopus» и «WebofScience». Объектом исследования большинства из них стал последний роман Донны Тартт «Щегол», выпущенный в России в 2015 году. Причиной пристального внимания к роману в России, вероятнее всего, стал повышенный интерес к книге русскоязычной аудитории и обращение писательницы к русской теме и творчеству Ф.М. Достоевского[6, с. 94–98, 12, с. 200, 14, 19, с. 82, 26, 47, с. 458, 48, 49, с. 167, 58], что впоследствии переросло в более углубленное изучение романа и творчества писательницы в целом, а также хорошая рекламная компания, реализованная в отзывах в таких популярных русскоязычных изданиях как «Psychologies», «Esquier», «Meduza», «Аргументы и факты» и др.
Роман «Щегол» является объектом междисциплинарных исследований: Мерсе Куэнка рассматривает роман через призму социологии и исследует отношение к роману взрослых читателей [59], Мориц Виганд изучает миграцию населения в США и ищет ее причины в современной американской литературе, где описывается переселение[75], а Фил Лиск написал книжный обзор и проанализировал «Щегла» с точки зрения психологии [65]. Среди наиболее активно изучающих творчество Д. Тартт исследователей выделяются О. Ю. Анцыферова, И. Ю. Парулина, А. В. Татаринов, Н. С. Шалимова и Л. Коккола.
Произведения Тартт широко представлены в обзорных и исследовательских статьях и критических отзывах, носящих характер рецензий. Наиболее спорным и актуальным предметом исследований романов Тартт является жанровый аспект. Так, исследователи отмечают в университетском романе «Тайная история» черты триллера, романа нуар и детектива [1, с. 22; 9, с. 41–43; 12; с. 198–199; 26] античную традицию[2, с. 263], роман «Маленький друг» называют «триллером с насыщенной атмосферой» и «моделью южной саги» [3, с. 168], а также романом воспитания, психологическим романом и социально-криминальным романом [26]. «Щегол» рассматривают как роман воспитания [8, с. 195; 9; 23, с. 182; 33, с. 132; 41, с. 261; 48, с. 166–171], роман инициацию [46, с. 460; 49, с. 166] и трансформацию детектива [29].
Вторую большую группу работ представляют статьи, посвященные интермедиальным и интертекстуальным связям романов Тартт. В первую очередь, следует отметить влияние «англо-американской рецепции русской литературы и, конкретно, социально-психологического романа» Ф. М. Достоевского [29], которое проявляется на разных уровнях поэтики романов [6, с. 94–98; 12, с. 200; 14; 19, с. 82; 26; 46, с. 458; 47; 54]. В «Тайной истории» исследователи находят античный интертекст[1, с. 24; 27], отсылки к работам Ницше [9, с. 43; 19, с. 79], в «Маленьком друге» аллюзии на «Унесенных ветром» М. Митчелл, «Убить пересмешника» Х. Ли и «Приключения Тома Сойера» М. Твена [30, с. 229; 44; 60], а также отмечают влияние южной американской традиции [3, с. 168; 53], в «Щегле» исследователи находят аллюзии на роман Дж. Д. Сэлинджера «Над пропастью во ржи» [6, с. 98; 49, с. 170], на произведения Ч. Диккенса [43; 44; 48, с. 170; 49, с. 165], многочисленные экфрасические обращения также были исследованы в ряде русскоязычных работ [13; 20, с. 67; 34, с. 78;40, с. 399; 43, с. 51; 54].
Таким образом, творчество Донны Тартт изучено с точки зрения влияния на него южной традиции, традиции Ф. М. Достоевского, Дж. Д. Сэлинджера, М. Твена, Ч. Диккенса и других писателей, отмечена структурообразующая, сюжетообразующая и характеризующая функции экфрасиса, большое внимание уделено определению жанровой формы романов, однако, несмотря на признание таланта Донны Тартт, ни в американском, ни в российском литературоведении не было опубликовано диссертаций или монографий по ее произведениям, а также не было проведено ни одного целостного анализа творчества писательницы.
Актуальность темы обусловлена вниманием научного сообщества к творчеству Д. Тартт в России, о чем свидетельствует преобладающее количество русских исследований её романов, а также наличием вопросов, связанных с жанром и поэтикой, соотношением литературных и культурных традиций в её произведениях, которые на данный момент разработаны не полностью и не систематизированы.
Новизна работы заключается в том, что это первое исследование, в котором творчество Донны Тартт, в том числе не переведенные на русский язык рассказы и эссе, которые ранее не были представлены ни в одном исследовании, рассматривается как целостный художественный мир с точки зрения поэтики и проблематики. Мы постараемся проанализировать её произведения не изолированно, а в контексте развития творческого пути писательницы, рассмотрим особенности поэтики её романов и рассказов.
Целью исследования является определение специфики творчества Донны Тартт и его соотношение с американской литературной традицией на уровне поэтики и проблематики.
В соответствии с поставленной целью предполагается решить следующие задачи:
1) обозначить предпосылки формирования мировоззрения Д. Тартт и эстетики её творчества;
2) описать идейно-тематическое своеобразие произведений Д. Тартт, сформулировать основные темы и проблемы творчества писательницы;
3) выявить художественное своеобразие романов «Маленький друг» и «Щегол» Д. Тартт как наиболее ярко воплощающих американскую литературную традицию в творчестве писательницы текстов, описать особенности композиции и повествования, определить их роль в раскрытии идейного плана произведений.
В процессе работы будут использоваться биографический, сравнительно-типологический и историко-литературный методы исследования.
Материал исследования:
1) роман «Тайнаяистория» (The Secret History, 1992);
2) роман «Маленький друг» (LittleFriend, 2003);
3) роман «Щегол» (The Goldfinch, 2013);
4) рассказ «Там-О-Шантер» («Tam-O'-Shanter», 1993);
5) рассказ «Рождественское представление» («AChristmasPageant», 1993);
6) рассказ «Подвязочная змея» («AGarterSnake», 1995);
7) рассказ «Засада» («TheAmbush», 2005).
Наша работа будет состоять из трёх глав, введения, заключения и библиографического списка. В первой главе мы исследуем предпосылки формирования мировоззрения и эстетики Д. Тартт, а также опишем историю исследования её творчества в российском и зарубежном литературоведении. Вторая глава включает сравнительно-типологический анализ романов и рассказов Д. Тартт: мы опишем специфику проблематики романов и рассказов Тартт. В третьей главе мы рассмотрим поэтику творчества Тартт, особенности функционирования интертекстуального и интермедиального кода романов «Маленький друг» и «Щегол».
Апробация материала выпускной квалификационной работы осуществлялась в ходе участия в конференциях «Китай. Россия. США. Искусство. Гуманитарные науки от поколения к поколению» (15 16 ноября 2019 года), XXVII Международной конференции студентов, аспирантов и молодых учёных «Ломоносов» (10 27 ноября 2020 года), XLVI Международной научной конференции «Экранная история США: мечта, документ, интерпретация» (2 5 декабря 2020 года), IX Международной конференции «Студенческие Смольные чтения: Re:конструируя новый мир» (16 18 апреля 2021 года), в XXIV Открытой конференции студентов-филологов (19 24 апреля 2021 года), Международной научной конференции «В. В. Набоков и трансатлантические связи в американской и европейской культуре» (14 16 мая 2021 года) и в публикации статей на исследуемую тему в сборниках «Китай. Россия. США. Искусство. Гуманитарные науки: От поколения к поколению» (Санкт-Петербург, 2020), «Американистика на Дальнем Востоке» (Благовещенск, 2020).
Дебютный роман Тартт «Тайная история» сразу стал бестселлером и был переведен на 24 языка. Второй роман – «Маленький друг» – Тартт выпустила после перерыва длиной в 10 лет. За это время у неё вышли три коротких рассказа: «Там-О-Шантер» («Tam-O'-Shanter», 1993), «Рождественское представление» («AChristmasPageant», 1993) и «Подвязочная змея» («AGarterSnake», 1995), а также три эссе: «Сонный город: южное готическое детство с кодеином» («Sleepytown:ASouthernGothicChildhood, withCodeine», 1992), «Баскетбольный сезон в лучших американских спортивных сочинениях» («BasketballSeasoninTheBestAmericanSportsWriting», 1993), «Командный дух: воспоминания о том, каково быть болельщиков-первокурсником в баскетбольной команде» («TeamSpirit: MemoriesofBeingaFreshmanCheerleaderfortheBasketballTeam», 1994) и «Мой друг, мой наставник, мое вдохновенье. Вспоминая Вилли» («My friend, my mentor, my inspiration, Remembering Willie», 2000) (здесь идалее перевод наш – В.П.).В период между публикацией «Маленького друга» и написанием третьего романа Тартт публикует рассказ «Засада» («TheAmbush», 2005), эссе «Это большее, что я знаю» («ThismuchIknow», 2003) и предисловие к роману Ч. Портиса с одноименным названием «На “Железную хватку”» («On “TrueGrit”», 2005). В 2013 году был опубликован третий роман Донны Тартт «Щегол», именно за него писательница получила многочисленные литературные награды, в том числе и Пулитцеровскую премию 2014 года. Осенью 2019 года вышла экранизация последнего романа.
Первое исследование, посвященное творчеству Донны Тартт, появилось в 2010 году в Чехии [53] и было связано с расширением возможностей интерпретации текстана примере романа «Маленький друг». Бренкусова поднимает вопрос о важности интерпретации текста и приводит 7 возможных подходов к интерпретации. В данной статье Бренкусова иллюстрирует влияние региональной традиции на примере романа «Маленький друг», рассматривая текст произведения через призму культурных особенностей американского юга (расизм, религия и духовность, семейное наследие, бедность)[53].
Пик интереса к творчеству Тартт пришелся на 2016–2018 годы, значительная часть исследований была проведена в России (более чем две трети) и находится в открытом доступе в электронной библиотеке «eLIBRARY», также встречаются работы исследователей из Германии [54; 75], Финляндии [64; 66], Италии [58] и США[59; 62; 65], выложенные в базах данных «Scopus» и «WebofScience». Объектом исследования большинства из них стал последний роман Донны Тартт «Щегол», выпущенный в России в 2015 году. Причиной пристального внимания к роману в России, вероятнее всего, стал повышенный интерес к книге русскоязычной аудитории и обращение писательницы к русской теме и творчеству Ф.М. Достоевского[6, с. 94–98, 12, с. 200, 14, 19, с. 82, 26, 47, с. 458, 48, 49, с. 167, 58], что впоследствии переросло в более углубленное изучение романа и творчества писательницы в целом, а также хорошая рекламная компания, реализованная в отзывах в таких популярных русскоязычных изданиях как «Psychologies», «Esquier», «Meduza», «Аргументы и факты» и др.
Роман «Щегол» является объектом междисциплинарных исследований: Мерсе Куэнка рассматривает роман через призму социологии и исследует отношение к роману взрослых читателей [59], Мориц Виганд изучает миграцию населения в США и ищет ее причины в современной американской литературе, где описывается переселение[75], а Фил Лиск написал книжный обзор и проанализировал «Щегла» с точки зрения психологии [65]. Среди наиболее активно изучающих творчество Д. Тартт исследователей выделяются О. Ю. Анцыферова, И. Ю. Парулина, А. В. Татаринов, Н. С. Шалимова и Л. Коккола.
Произведения Тартт широко представлены в обзорных и исследовательских статьях и критических отзывах, носящих характер рецензий. Наиболее спорным и актуальным предметом исследований романов Тартт является жанровый аспект. Так, исследователи отмечают в университетском романе «Тайная история» черты триллера, романа нуар и детектива [1, с. 22; 9, с. 41–43; 12; с. 198–199; 26] античную традицию[2, с. 263], роман «Маленький друг» называют «триллером с насыщенной атмосферой» и «моделью южной саги» [3, с. 168], а также романом воспитания, психологическим романом и социально-криминальным романом [26]. «Щегол» рассматривают как роман воспитания [8, с. 195; 9; 23, с. 182; 33, с. 132; 41, с. 261; 48, с. 166–171], роман инициацию [46, с. 460; 49, с. 166] и трансформацию детектива [29].
Вторую большую группу работ представляют статьи, посвященные интермедиальным и интертекстуальным связям романов Тартт. В первую очередь, следует отметить влияние «англо-американской рецепции русской литературы и, конкретно, социально-психологического романа» Ф. М. Достоевского [29], которое проявляется на разных уровнях поэтики романов [6, с. 94–98; 12, с. 200; 14; 19, с. 82; 26; 46, с. 458; 47; 54]. В «Тайной истории» исследователи находят античный интертекст[1, с. 24; 27], отсылки к работам Ницше [9, с. 43; 19, с. 79], в «Маленьком друге» аллюзии на «Унесенных ветром» М. Митчелл, «Убить пересмешника» Х. Ли и «Приключения Тома Сойера» М. Твена [30, с. 229; 44; 60], а также отмечают влияние южной американской традиции [3, с. 168; 53], в «Щегле» исследователи находят аллюзии на роман Дж. Д. Сэлинджера «Над пропастью во ржи» [6, с. 98; 49, с. 170], на произведения Ч. Диккенса [43; 44; 48, с. 170; 49, с. 165], многочисленные экфрасические обращения также были исследованы в ряде русскоязычных работ [13; 20, с. 67; 34, с. 78;40, с. 399; 43, с. 51; 54].
Таким образом, творчество Донны Тартт изучено с точки зрения влияния на него южной традиции, традиции Ф. М. Достоевского, Дж. Д. Сэлинджера, М. Твена, Ч. Диккенса и других писателей, отмечена структурообразующая, сюжетообразующая и характеризующая функции экфрасиса, большое внимание уделено определению жанровой формы романов, однако, несмотря на признание таланта Донны Тартт, ни в американском, ни в российском литературоведении не было опубликовано диссертаций или монографий по ее произведениям, а также не было проведено ни одного целостного анализа творчества писательницы.
Актуальность темы обусловлена вниманием научного сообщества к творчеству Д. Тартт в России, о чем свидетельствует преобладающее количество русских исследований её романов, а также наличием вопросов, связанных с жанром и поэтикой, соотношением литературных и культурных традиций в её произведениях, которые на данный момент разработаны не полностью и не систематизированы.
Новизна работы заключается в том, что это первое исследование, в котором творчество Донны Тартт, в том числе не переведенные на русский язык рассказы и эссе, которые ранее не были представлены ни в одном исследовании, рассматривается как целостный художественный мир с точки зрения поэтики и проблематики. Мы постараемся проанализировать её произведения не изолированно, а в контексте развития творческого пути писательницы, рассмотрим особенности поэтики её романов и рассказов.
Целью исследования является определение специфики творчества Донны Тартт и его соотношение с американской литературной традицией на уровне поэтики и проблематики.
В соответствии с поставленной целью предполагается решить следующие задачи:
1) обозначить предпосылки формирования мировоззрения Д. Тартт и эстетики её творчества;
2) описать идейно-тематическое своеобразие произведений Д. Тартт, сформулировать основные темы и проблемы творчества писательницы;
3) выявить художественное своеобразие романов «Маленький друг» и «Щегол» Д. Тартт как наиболее ярко воплощающих американскую литературную традицию в творчестве писательницы текстов, описать особенности композиции и повествования, определить их роль в раскрытии идейного плана произведений.
В процессе работы будут использоваться биографический, сравнительно-типологический и историко-литературный методы исследования.
Материал исследования:
1) роман «Тайнаяистория» (The Secret History, 1992);
2) роман «Маленький друг» (LittleFriend, 2003);
3) роман «Щегол» (The Goldfinch, 2013);
4) рассказ «Там-О-Шантер» («Tam-O'-Shanter», 1993);
5) рассказ «Рождественское представление» («AChristmasPageant», 1993);
6) рассказ «Подвязочная змея» («AGarterSnake», 1995);
7) рассказ «Засада» («TheAmbush», 2005).
Наша работа будет состоять из трёх глав, введения, заключения и библиографического списка. В первой главе мы исследуем предпосылки формирования мировоззрения и эстетики Д. Тартт, а также опишем историю исследования её творчества в российском и зарубежном литературоведении. Вторая глава включает сравнительно-типологический анализ романов и рассказов Д. Тартт: мы опишем специфику проблематики романов и рассказов Тартт. В третьей главе мы рассмотрим поэтику творчества Тартт, особенности функционирования интертекстуального и интермедиального кода романов «Маленький друг» и «Щегол».
Апробация материала выпускной квалификационной работы осуществлялась в ходе участия в конференциях «Китай. Россия. США. Искусство. Гуманитарные науки от поколения к поколению» (15 16 ноября 2019 года), XXVII Международной конференции студентов, аспирантов и молодых учёных «Ломоносов» (10 27 ноября 2020 года), XLVI Международной научной конференции «Экранная история США: мечта, документ, интерпретация» (2 5 декабря 2020 года), IX Международной конференции «Студенческие Смольные чтения: Re:конструируя новый мир» (16 18 апреля 2021 года), в XXIV Открытой конференции студентов-филологов (19 24 апреля 2021 года), Международной научной конференции «В. В. Набоков и трансатлантические связи в американской и европейской культуре» (14 16 мая 2021 года) и в публикации статей на исследуемую тему в сборниках «Китай. Россия. США. Искусство. Гуманитарные науки: От поколения к поколению» (Санкт-Петербург, 2020), «Американистика на Дальнем Востоке» (Благовещенск, 2020).
В ходе проведенного исследования в соответствии с поставленными задачами были обозначены предпосылки формирования мировоззрения Д. Тартт и эстетики её творчества. Наибольшее влияние на творчество писательницы стали оказали устная южная традиция, берущая начало в семейном кругу будущей писательницы, обучение в колледже у Вилли Морриса, представителя писателей Мисиссипи третьей волны, классическое филологическое образование, полученное в кругу впоследствии именитых писателей и критиков и, конечно, воспитание, в основу которого легла европейская литературная традиция, воплотившаяся в романах Тартт в том числе через проблематику взросления, ставшую магистральной идеей всего творчества Донны Тартт, неоднократно отмеченную учеными.
Исследование проблематики творчества Донны Тартт выявило взаимосвязь магистральной темы всех романов и рассказов – темы взросления – с несколькими комплексами мотивов. Во-первых, мотивы, относящиеся к героям-подросткам: мотив божественной кары, мотив преодоления страха, мотив разрушения родового гнезда, мотив театральности/поддельности – в сочетании с дихотомией «невинность –испорченность», апокалиптичностью мировосприятия героев и проблемами социального и расового неравенства порождает новый тип героини – упрямой маленькой девочки, не желающей взрослеть и играющей во взрослые игры (расследование преступлений, разыгрывание сценок из Библии). Во-вторых, мотивы, соотносящиеся с молодыми людьми, чье взросление уже не вопрос выбора, а вопрос выживания: в первую очередь, это традиционный для американской литературы мотив ухода, трансформировавшийся в мотив бегства и ставший в творчестве Тартт частью инициального обряда. Задача этих героев отделить правду от лжи, чтобы из лиминального мира вновь оказаться в мире профанном, в связи с чем мотив поддельности/театральности обретает в контексте их историй новое звучание.
Анализируя романы «Маленький друг» и «Щегол» на уровне поэтики, мы пришли к выводам о том, что Тартт, во-первых, последовательного разрушает южные парадигмы, в прошлом составлявших основу «южного мифа», среди которых можно перечислить образы южной леди и южного джентльмена, образ чернокожей няни, непрестанно сопровождающей молодую девушку, родовое поместье и особый кодекс чести. Уходящие в прошлое старые устои в лице четырех тетушек Гарриет и в виде воспоминаний о сгоревшем доме и убитом Робине, оставляют на своём месте пустоту, пространство для новых героев и героинь, одной из которых и оказывается Гарриет. Образ разрушающейся Александрии в романе аллегоричен, а персонажи в нём выполняют определенные функции в соответствии со своей ролью, но не являются самостоятельными единицами, а форма южного повествования позволяет Тартт поднять как социальные, так и экзистенциальные вопросы.
Исследование интермедиального кода романа «Щегол» также позволило выявить закономерности использования американской литературной традиции в тексте, прежде всего, на уровне хронотопа и системы образов. В соответствии с замыслом Тартт выбирает основные локации романа, руководствуясь их культурным и историческим «багажом»: писательница играет со стереотипами о Нью-Йорке, Лас-Вегасе и Амстердаме, в результате чего появляется особая сеть пространств, маркированных интермедиальным кодом с соответствующими мотивными комплексами (и, главным образом, мотивом смерти), для прохождения героем инициациального обряда.
Таким образом, творчество Донны Тартт вобрало в себя черты как региональной (южной), так и национальной американской литературной традиции. Большая часть литературной традиции была воспринята писательницей через генетические связи литературных произведения (как, к примеру, образ Гарриет Клив), о чем свидетельствуют нехудожественные публикации писательницы, в которых она указывает на эти связи, другая же часть (как мотив бегства) является, вероятно, отражением типологической связи творчества Тартт литературой США. Следование той или иной литературной традиции или культурной парадигме не является для писательницы самоцелью, она использует этот пласт текста как инструмент иллюстрации, а порой и схематизации, волнующих ее проблем и идей.
Исследование проблематики творчества Донны Тартт выявило взаимосвязь магистральной темы всех романов и рассказов – темы взросления – с несколькими комплексами мотивов. Во-первых, мотивы, относящиеся к героям-подросткам: мотив божественной кары, мотив преодоления страха, мотив разрушения родового гнезда, мотив театральности/поддельности – в сочетании с дихотомией «невинность –испорченность», апокалиптичностью мировосприятия героев и проблемами социального и расового неравенства порождает новый тип героини – упрямой маленькой девочки, не желающей взрослеть и играющей во взрослые игры (расследование преступлений, разыгрывание сценок из Библии). Во-вторых, мотивы, соотносящиеся с молодыми людьми, чье взросление уже не вопрос выбора, а вопрос выживания: в первую очередь, это традиционный для американской литературы мотив ухода, трансформировавшийся в мотив бегства и ставший в творчестве Тартт частью инициального обряда. Задача этих героев отделить правду от лжи, чтобы из лиминального мира вновь оказаться в мире профанном, в связи с чем мотив поддельности/театральности обретает в контексте их историй новое звучание.
Анализируя романы «Маленький друг» и «Щегол» на уровне поэтики, мы пришли к выводам о том, что Тартт, во-первых, последовательного разрушает южные парадигмы, в прошлом составлявших основу «южного мифа», среди которых можно перечислить образы южной леди и южного джентльмена, образ чернокожей няни, непрестанно сопровождающей молодую девушку, родовое поместье и особый кодекс чести. Уходящие в прошлое старые устои в лице четырех тетушек Гарриет и в виде воспоминаний о сгоревшем доме и убитом Робине, оставляют на своём месте пустоту, пространство для новых героев и героинь, одной из которых и оказывается Гарриет. Образ разрушающейся Александрии в романе аллегоричен, а персонажи в нём выполняют определенные функции в соответствии со своей ролью, но не являются самостоятельными единицами, а форма южного повествования позволяет Тартт поднять как социальные, так и экзистенциальные вопросы.
Исследование интермедиального кода романа «Щегол» также позволило выявить закономерности использования американской литературной традиции в тексте, прежде всего, на уровне хронотопа и системы образов. В соответствии с замыслом Тартт выбирает основные локации романа, руководствуясь их культурным и историческим «багажом»: писательница играет со стереотипами о Нью-Йорке, Лас-Вегасе и Амстердаме, в результате чего появляется особая сеть пространств, маркированных интермедиальным кодом с соответствующими мотивными комплексами (и, главным образом, мотивом смерти), для прохождения героем инициациального обряда.
Таким образом, творчество Донны Тартт вобрало в себя черты как региональной (южной), так и национальной американской литературной традиции. Большая часть литературной традиции была воспринята писательницей через генетические связи литературных произведения (как, к примеру, образ Гарриет Клив), о чем свидетельствуют нехудожественные публикации писательницы, в которых она указывает на эти связи, другая же часть (как мотив бегства) является, вероятно, отражением типологической связи творчества Тартт литературой США. Следование той или иной литературной традиции или культурной парадигме не является для писательницы самоцелью, она использует этот пласт текста как инструмент иллюстрации, а порой и схематизации, волнующих ее проблем и идей.