Представленный материал является образцом учебного исследования, примером структуры и содержания учебного исследования по заявленной теме. Размещён исключительно в информационных и ознакомительных целях.
Workspay.ru оказывает информационные услуги по сбору, обработке и структурированию материалов в соответствии с требованиями заказчика.
Размещение материала не означает публикацию произведения впервые и не предполагает передачу исключительных авторских прав третьим лицам.
Материал не предназначен для дословной сдачи в образовательные организации и требует самостоятельной переработки с соблюдением законодательства Российской Федерации об авторском праве и принципов академической добросовестности.
Авторские права на исходные материалы принадлежат их законным правообладателям. В случае возникновения вопросов, связанных с размещённым материалом, просим направить обращение через форму обратной связи.
ℹ️Настоящий учебно-методический информационный материал размещён в ознакомительных и исследовательских целях и представляет собой пример учебного исследования. Не является готовым научным трудом и требует самостоятельной переработки.
1. Перечень условных обозначений и символов
2. Введение
3. Глава 1. Обзор литературы
4. Глава 2. Материалы и методы
5. Глава 3. Результаты исследования
6. Заключение
7. Выводы
8. Список литературы
9. Благодарности
10. Приложения
📖 Введение
Миалгический энцефаломиелит или синдром хронической усталости (МЭ/СХУ) – это хроническое приобретенное заболевание, характеризующееся патологической усталостью, общим недомоганием, усугублением усталости вплоть до изнеможения после физического или умственного усилия, продолжающимся иногда более 24 часов (т.н. постэксерциональное истощение), неосвежающим сном, когнитивными нарушениями, болевыми синдромами, нейроэндокринными нарушениями, иммунной дисфункцией и дисфункцией вегетативной нервной системы (дизавтономией)[1]. На сегодняшний день данное заболевание рассматривается как отдельная нозологическая единица. Существуют диагностические критерии, позволяющие отличить МЭ/СХУ от функциональных (реактивных) астенических состояний, которые гораздо более распространены в популяции, имеют совершенно иной прогноз и требуют иного подхода со стороны врача[2]. Согласно последним данным, распространённость МЭ/СХУ составляет 0,89%[3]. Актуальность настоящей работы, обусловленная довольно высокой частотой заболевания, которое поражает в основном людей молодого и среднего возраста и нередко приводит к частичной или полной утрате трудоспособности, дополнительно выросла в связи с тем, что сегодня медицинское сообщество столкнулось с сохранением у большого числа пациентов после перенесенной коронавирусной инфекции COVID-19 разнообразных симптомов, первое место среди которых занимают именно усталость, дисфункция вегетативной нервной системы и нарушение когнитивных функций, что характерно и для МЭ/СХУ, в большинстве случаев также развивающегося после перенесенных инфекционных заболеваний. Отсутствие точных лабораторных и инструментальных методов диагностики МЭ/СХУ напрямую связано с тем, что вопрос этиологии заболевания до сих пор остается спорным, а значительные различия в подходах к его лечению в разных странах в значительной степени обусловлены акцентированием внимания на каком-то одном из множества возможных звеньев патогенеза МЭ/СХУ, значимость каждого из которых и их взаимосвязь требуют дальнейшего изучения. На сегодняшний день большинство исследователей со-гласны, что в патогенезе МЭ/СХУ важную роль играют иммунная дисфункция и нарушения со стороны центральной и периферической (преимущественно вегетативной) нервной системы.[4].
Цель исследования:
Изучить клинико-патофизиологические проявления миалгического энцефаломиелита/синдрома хронической усталости, в том числе развившегося после перенесенной коронавирусной инфекции COVID-19, с целью совершенствования диагностики этого заболевания и патогенетического обоснования его лечения
Задачи исследования:
1. Определить соответствие больных, подозревающих у себя МЭ/СХУ и больных c сохраняющимися более 12 недель после перенесенной коронавирусной инфекции COVID-19 симптомами, диагностическим критериям МЭ/СХУ;
2. Оценить наличие, характер и силу связи между различными симптомами МЭ/СХУ и выраженностью усталости в указанных группах;
3. Провести первичное выявление тревоги и депрессии в указанных группах при помощи госпитальной шкалы тревоги и депрессии (HADS) и оценить наличие, характер и силу связи между тяжестью тревожной/депрессивной симптоматики и выраженностью усталости;
4. Провести анализ результатов первичного иммунологического обследования пациентов с МЭ/СХУ и сделать вывод о наличии или отсутствии иммунной дисфункции у пациентов данной группы;
5. На основании проведения активной ортостатической пробы изучить распространенность постуральной ортостатической тахикардии у больных МЭ/СХУ, в том числе постковидного происхождения, как маркера вегетативной дисфункции.
6. Оценить динамические характеристики микроциркуляции в указанных группах на основании проведения лазерной доплеровской флоуметрии (ЛДФ) и сравнения спектрально-частотных параметров ЛДФ-сигнала, дабы судить о наличии или отсутствии нарушений микроциркуляции в исследуемых группах.
Работа поддержана грантом Правительства РФ (договор № 14.W03.31.0009 от 13.02. 2017 г.) о выделении гранта для государственной поддержки научных исследований, проводимых под руководством ведущих учёных.
✅ Заключение
1. Среди принявших участие в исследовании больных, подозревающих у себя МЭ/СХУ, 73,7% лиц соответствовали диагностическим критериям данного заболевания. 19,7% лиц имели симптомы, соответствующие МЭ/СХУ, но были исключены из исследования по причине наличия иных заболеваний, которые потенциально могут вызывать хроническую усталость, что служит подтверждением ключевой роли тщательного обследования лиц с жалобами на хроническую усталость в клинической практике с целью проведения дифференциальной диагностики. Среди больных c сохраняющимися более 12 недель после перенесенной коронавирусной инфекции COVID-19 симптомами 100% лиц соответствовали диагностическим критериям МЭ/СХУ, что подтверждает наличие тесной связи между т.н. «пост-ковидным синдромом» и МЭ/СХУ.
2. Выявлена статистически значимая положительная связь между усталостью, не проходящей после адекватного отдыха и 20 другими симптомами МЭ/СХУ, относящимися к доменам «постэксерциональное истощение» (7 симптомов), «иммунная дисфункция» (4 симптома), «нарушения сна» (4 симптома), «дисфункция вегетативной нервной системы» (2 симптома) и «неврологические сенсорные/моторные нарушения» (2 симптома), «болевые синдромы» (1 симптом). Полученные данные не только согласуются с представлением о МЭ/СХУ как о заболевании с нейроиммунными механизмами патогенеза, но и позволяют сделать предположения о подходах к диагностике и лечению данного заболевания, а также наиболее эффективной организации помощи больным МЭ/СХУ.
3. Распространенность клинически выраженных и субклинических тревоги и депрессии при МЭ/СХУ, в том числе пост-ковидного генеза соответствует распространенности данных синдромов при МЭ/СХУ, установленной другими авторами и статистически значимо не отличается от таковой среди здоровых лиц. Между тревожной/депрессивной симптоматикой и выраженностью усталости при МЭ/СХУ отсутствует статистически значимая корреляционная связь.
4. Наличие иммунной дисфункции выявлено у 12/12 пациентов с МЭ/СХУ (100%) на основании анализа результатов первичного иммунологического обследования.
5. Распространенность постуральной ортостатической тахикардии у больных МЭ/СХУ составляет 37,5%, у больных МЭ/СХУ пост-ковидного генеза 75,0% (в последней группе статистически значимо чаще по сравнению с контрольной группой здоровых лиц, где данный показатель составил лишь 11,1%, p=0,02). Сравнение среднего прироста ЧСС относительно базальных значений между группами на каждой минуте проведения пробы показало, что в группе МЭ/СХУ, развившегося после COVID-19, имеет место более выраженный прирост ЧСС начиная с 6-й минуты проведения пробы по сравнению с контрольной группой, что позволило предположить, что ПОТС служит одной из ключевых характеристик МЭ/СХУ постковидного генеза.
6. Изменения, выявленные при МЭ/СХУ, в том числе постковидногогенеза, при оценке динамических характеристик микроциркуляции методом ЛДФ, соответствуют гиперемической форме нарушений микро-циркуляции, наблюдаемой при острых воспалительных процессах или дефиците системной вазоконстрикторной активности. Повышение внутрисосудистого сопротивления в 1-й группе (МЭ/СХУ) по сравнению со 2-й (МЭ/СХУ постковидного генеза) может являться отражением вклада в нарушение микроциркуляции у пациентов 1-й группы хронического воспалительного процесса длительного течения и заставляет предполагать существование отдаленных последствий МЭ/СХУ, в частности в виде увеличения риска развития сердечно-сосудистой патологии.