Помощь студентам в учебе
Проблемы использования технологии Smart Contract в предпринимательской деятельности
|
ВВЕДЕНИЕ 4
ГЛАВА I. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ТЕХНОЛОГИИ СМАРТ-КОНТРАКТ:
ПОНЯТИЕ И ПРАВОВАЯ ПРИРОДА 7
§1. Технические основы действия смарт-контракта 7
§2. Понятие смарт-контракта 10
Программный код 10
Согласование воли сторон 11
Реализация на Blockchain 13
Предмет может быть зафиксирован в электронной форме 14
Использование криптовалюты 15
Заключение по форме договора присоединения 17
§3. Правовая природа смарт-контракта 19
ГЛАВА II. ПРАКТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ТЕХНОЛОГИИ SMART CONTRACT:
ПРОБЛЕМЫ И ОСОБЕННОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ СМАРТ-КОНТРАКТОВ В
РАЗЛИЧНЫХ ВИДАХ ДОГОВОРОВ 26
§ 1. Смарт-контракт купли-продажи 28
Предмет договора 28
Стороны договора 31
Срок договора 32
Дополнительные условия договора 33
Купля-продажа недвижимости 36
Практика применения 37
Мена 38
§2. Смарт-контракт аренды (найма) 39
Предмет договора 39
Форма договора 42
Стороны договора 44
Срок договора 44
Дополнительные условия договора 45
Изменение и прекращение договора 46
§3. Смарт-контракт перевозки 48
Предмет договора (объект перевозки) 49
Стороны договора 49
Условия договора 50
Практика применения 50
§4. Договоры в сфере интеллектуальной собственности 52
Предмет договора 52
Форма договора 54
Условия договора 56
Практика применения 56
§5. Непригодные виды договоров 58
Договор оказания услуг 58
Заем и кредит 59
Банковские договоры 60
Страхование 61
Представительские договоры 62
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 64
Список использованной литературы
ГЛАВА I. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ТЕХНОЛОГИИ СМАРТ-КОНТРАКТ:
ПОНЯТИЕ И ПРАВОВАЯ ПРИРОДА 7
§1. Технические основы действия смарт-контракта 7
§2. Понятие смарт-контракта 10
Программный код 10
Согласование воли сторон 11
Реализация на Blockchain 13
Предмет может быть зафиксирован в электронной форме 14
Использование криптовалюты 15
Заключение по форме договора присоединения 17
§3. Правовая природа смарт-контракта 19
ГЛАВА II. ПРАКТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ТЕХНОЛОГИИ SMART CONTRACT:
ПРОБЛЕМЫ И ОСОБЕННОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ СМАРТ-КОНТРАКТОВ В
РАЗЛИЧНЫХ ВИДАХ ДОГОВОРОВ 26
§ 1. Смарт-контракт купли-продажи 28
Предмет договора 28
Стороны договора 31
Срок договора 32
Дополнительные условия договора 33
Купля-продажа недвижимости 36
Практика применения 37
Мена 38
§2. Смарт-контракт аренды (найма) 39
Предмет договора 39
Форма договора 42
Стороны договора 44
Срок договора 44
Дополнительные условия договора 45
Изменение и прекращение договора 46
§3. Смарт-контракт перевозки 48
Предмет договора (объект перевозки) 49
Стороны договора 49
Условия договора 50
Практика применения 50
§4. Договоры в сфере интеллектуальной собственности 52
Предмет договора 52
Форма договора 54
Условия договора 56
Практика применения 56
§5. Непригодные виды договоров 58
Договор оказания услуг 58
Заем и кредит 59
Банковские договоры 60
Страхование 61
Представительские договоры 62
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 64
Список использованной литературы
Цифровые технологии с каждым днем играют все большую роль в современном мире. Сегодня все сложнее представить повседневную жизнь без гаджетов, цифровых сервисов или электронных способов коммуникации. Не проходят цифровые технологии и мимо сообщества юристов, привнося изменения как в договорную рутину, так и в юрисдикционную действительность.
Цифровые технологии в праве становятся не только предметом научного и публицистического обсуждения, но и выносятся на обсуждение в составе законопроектов в Государственную Думу Российской Федерации, и, более того, становятся частью правовой системы России как включенные в принимаемые законодательные акты положения.
Главными из таких технологий на повестке дня сейчас является феномен Legal Techв целом, а также отдельные его составляющие: технология распределенного реестра Blockchain;разнообразные криптовалюты, влияющие не только на деятельность юристов, но и на состояние фондовых рынков по всему миру; а также технология Smart contract,возможность и правила применения которой к отношениям хозяйствующих субъектов в гражданском обороте есть один из основных вопросов современной юридической науки.
Smart contract(далее по тексту также «смарт-контракт») технически представляет собой самоисполнимую программу, функционирование которой не зависит от воли третьих лиц или каких-либо условий. Алгоритм этой программы будет исполнен в любом случае, вне зависимости ни от чего и при одновременном наличии всех заложенных в фундамент этой программы условий. Юристы видят в такой технологии возможности для улучшения качества гражданского оборота.
Отмечается, что смарт-контракт способен изменить все современное частное право , поскольку исключит недобросовестность участников гражданского оборота, ведь программа не может быть недобросовестной.
Следует ли воспринимать исключительно в позитивном ключе применение этой технологии, а также действительно ли информационные технологии способны внести кардинальные изменения в давно сложившийся закостенелый правовой инструментарий - попробуем разобраться в рамках настоящей работы.
Актуальность исследования, как было указано выше, проистекает из и обосновывается колоссальным влиянием цифровых технологий на все сферы жизнедеятельности российского общества, включая правовую. В это же время, современные технологии являются новыми для правовой доктрины, которая не только не дает однозначного определения этим новым сущностям, но также и не понимает, как именно они должны регулироваться в целях достижения общего юридического блага.
Несмотря на популярность темы, а также на безусловно определенную важность последствий изучения смарт-контрактов как правового инструмента, доктринальная разработка темы не может быть признана достаточной на сегодняшний день. Все обсуждение темы ведется российскими учеными, что символично, преимущественно, в цифровой среде - в личных блогах в сети Интернет и комментариях к ним. Значительное распространение получили также различного рода семинары, мастер-классы и круглые столы, где обсуждается феномен смарт-контракта. Однако полновесного научного труда (например, монографии или учебного пособия) по теме настоящей работы обнаружить не удается. Отсюда, можем утверждать о наличии научной новизны, особенно в части практического комментария, который будет дан в Главе II диссертации.
Разработанное здесь понятие смарт-контракта и доводы о его правовой природе, по нашему мнению, могут иметь как теоретическое значение - для целей дальнейшей разработки проблематики - так и практическое - возможно заимствование положений в законодательные акты без причинения ущерба уже действующим актам в их системной связи. Кроме того, доводы и примеры диссертации могут быть представлены на изучение непосредственно предпринимателям, которые смогут надлежащим образом внедрить использование технологии Smart Contractв свою коммерческую деятельность.
При анализе теоретических аспектов технологии смарт-контракт использовались научные методы, присущие теоретическому познанию мира: метод деконструкции (для изыскания ключевых особенностей смарт-контракта), метод формализации (для описания этих особенностей в юридических терминах) и другие, в частности, анализ и синтез. В части практического комментария относительно использования технологии смарт-контракт в предпринимательской деятельности были использованы как теоретические (идеализация, аналогия и абстрагирование), так и эмпирические методы, например, наблюдение за уже складывающимися правовыми коммерческими отношениями на соответствующих рынках, где используется заглавная технология.
Цифровые технологии в праве становятся не только предметом научного и публицистического обсуждения, но и выносятся на обсуждение в составе законопроектов в Государственную Думу Российской Федерации, и, более того, становятся частью правовой системы России как включенные в принимаемые законодательные акты положения.
Главными из таких технологий на повестке дня сейчас является феномен Legal Techв целом, а также отдельные его составляющие: технология распределенного реестра Blockchain;разнообразные криптовалюты, влияющие не только на деятельность юристов, но и на состояние фондовых рынков по всему миру; а также технология Smart contract,возможность и правила применения которой к отношениям хозяйствующих субъектов в гражданском обороте есть один из основных вопросов современной юридической науки.
Smart contract(далее по тексту также «смарт-контракт») технически представляет собой самоисполнимую программу, функционирование которой не зависит от воли третьих лиц или каких-либо условий. Алгоритм этой программы будет исполнен в любом случае, вне зависимости ни от чего и при одновременном наличии всех заложенных в фундамент этой программы условий. Юристы видят в такой технологии возможности для улучшения качества гражданского оборота.
Отмечается, что смарт-контракт способен изменить все современное частное право , поскольку исключит недобросовестность участников гражданского оборота, ведь программа не может быть недобросовестной.
Следует ли воспринимать исключительно в позитивном ключе применение этой технологии, а также действительно ли информационные технологии способны внести кардинальные изменения в давно сложившийся закостенелый правовой инструментарий - попробуем разобраться в рамках настоящей работы.
Актуальность исследования, как было указано выше, проистекает из и обосновывается колоссальным влиянием цифровых технологий на все сферы жизнедеятельности российского общества, включая правовую. В это же время, современные технологии являются новыми для правовой доктрины, которая не только не дает однозначного определения этим новым сущностям, но также и не понимает, как именно они должны регулироваться в целях достижения общего юридического блага.
Несмотря на популярность темы, а также на безусловно определенную важность последствий изучения смарт-контрактов как правового инструмента, доктринальная разработка темы не может быть признана достаточной на сегодняшний день. Все обсуждение темы ведется российскими учеными, что символично, преимущественно, в цифровой среде - в личных блогах в сети Интернет и комментариях к ним. Значительное распространение получили также различного рода семинары, мастер-классы и круглые столы, где обсуждается феномен смарт-контракта. Однако полновесного научного труда (например, монографии или учебного пособия) по теме настоящей работы обнаружить не удается. Отсюда, можем утверждать о наличии научной новизны, особенно в части практического комментария, который будет дан в Главе II диссертации.
Разработанное здесь понятие смарт-контракта и доводы о его правовой природе, по нашему мнению, могут иметь как теоретическое значение - для целей дальнейшей разработки проблематики - так и практическое - возможно заимствование положений в законодательные акты без причинения ущерба уже действующим актам в их системной связи. Кроме того, доводы и примеры диссертации могут быть представлены на изучение непосредственно предпринимателям, которые смогут надлежащим образом внедрить использование технологии Smart Contractв свою коммерческую деятельность.
При анализе теоретических аспектов технологии смарт-контракт использовались научные методы, присущие теоретическому познанию мира: метод деконструкции (для изыскания ключевых особенностей смарт-контракта), метод формализации (для описания этих особенностей в юридических терминах) и другие, в частности, анализ и синтез. В части практического комментария относительно использования технологии смарт-контракт в предпринимательской деятельности были использованы как теоретические (идеализация, аналогия и абстрагирование), так и эмпирические методы, например, наблюдение за уже складывающимися правовыми коммерческими отношениями на соответствующих рынках, где используется заглавная технология.
В рамках настоящей работы были установлены технические особенности технологии смарт-контракт, которые фактически обуславливают возможность и содержание правового регулирования ее использования. К таковым, безусловно, можно отнести исполнение программы смарт-контракта в распределенном реестре данных Blockchain,а также необходимость обязательного представления в цифровом виде того объекта, с которым программа смарт-контракта должна взаимодействовать. Отсюда проистекает необходимость использования дополнительных технических средств, например радиочастотных RFID-меток, для «оцифровки» объекта договора или же, напротив, применения сугубо правовой конструкции цифрового права, которая, хотя бы и не позволяет смарт- контракту самостоятельно распорядиться материальным объектом, но достигает исполнения юридической фикции этого распоряжения. Именно технические особенности технологии также определяют факт использования криптовалюты в качестве встречного предоставления как требование при использовании смарт- контракта.
Важно, что смарт-контракт является программой для ЭВМ, что определяет его существование в материальном мире исключительно в форме программного кода. Была объяснена, вместе с тем, необходимость существования смарт- контракта в виде исходного кода, поскольку только он может быть признан воспринимаемым человеком (хотя бы и требуя специальных знаний), следовательно, только исходный код отвечает требованию законодательства о возможности представления условий на материальном носителе.
В результате совокупного анализа всех обнаруженных нами особенностей смарт-контракта, а также ориентируясь на имеющуюся немногочисленную российскую и зарубежную юридическую доктрину, было разработано и предложено соответствующее определение, которое, при необходимости, может быть закреплено в соответствующих законодательных актах. Предложенное определение не создает серьезных проблем при его имплементации в правовую систему Российской Федерации, поскольку не вступает в конкуренцию или противоречие с уже действующим регулированием смежных правовых институтов: права собственности, обязательственного права, договорного права и др. По нашему мнению, предложенное в настоящей работе определение является более точным как технически, так и юридически, нежели предложенные ранее другими исследователями или внесенные на рассмотрение в Государственную Думу в текстах проектов федеральных законов.
Вместе с этим, правовой анализ показал отсутствие самой необходимости внесения определения смарт-контракта в текст закона, поскольку действующий правовой инструментарий способен справиться с тяжелой ношей заглавной технологии. По нашему мнению, технических сложностей при реализации смарт-контрактов возникает не меньше, а, возможно, и значительно больше, чем юридических.
На это указывает также и установленная правовая природа смарт- контракта как способа исполнения обязательства. Соответствующий вывод был сделан путем критического анализа существующей доктринальной позиции о возникновении «нового» частного права, а также с учетом существа технологии, которая, по существу, является техническим средством, исполняющим любую сделку, о необходимости которой согласились стороны. Было предложено объяснение тому, что смарт-контракт не обладает достаточной спецификой для признания его феноменом sui generis,откуда, согласно принципу «бритвы Оккама», следует нецелесообразность поиска или разработки самостоятельной правовой природы этого явления.
Вторая глава настоящей работы представляет собой практический комментарий, полностью посвященный разумности и, что более важно, теоретической возможности применения технологии смарт-контракт
предпринимателями при заключении поименованных в Гражданском Кодексе договоров с третьими лицами.
Отмечено и обосновано, что юридически непритязательные договоры, например, купля-продажа, аренда или перевозка, могут быть без труда исполнены с использованием смарт-контрактов. Более того, такое использование, очевидно, принесет много преимуществ сравнительно с иными способами исполнения, поскольку будет обеспечена абсолютность исполнения обязательства. Отметим, что причиной тому выступает отсутствие сложных многоступенчатых условий в таких договорах. Вместе с тем, именно эти договоры составляют большую часть коммерческого гражданского оборота, то есть здесь смарт-контракт достигает своей изначальной цели облегчения и автоматизации рыночных отношений.
С другой стороны, юридические конструкции, предполагающие большое число перекрестных условий, которые не могут быть восприняты машиной или описаны математически, теоретически не способны исполняться с применением смарт-контракта, что также было показано в настоящей работе.
Особенно отмечено, что все договоры, где предметом выступают конкретные действия конкретного лица, неразрывно связанные с его личностью, также не могут быть исполнены смарт-контрактом, поскольку личность субъекта гражданских прав и его действия не могут быть никоим образом оцифрованы.
В результате, полагаем возможным сделать вывод о том, что технология смарт-контракт, безусловно, является полезной и может использоваться в предпринимательской деятельности, при чем будут достигаться определенные преимущества. Однако сам по себе смарт-контракт вряд ли может привнести что- то настолько концептуально новое в теорию и практику частного права, что способно изменить его до неузнаваемости.
Важно, что смарт-контракт является программой для ЭВМ, что определяет его существование в материальном мире исключительно в форме программного кода. Была объяснена, вместе с тем, необходимость существования смарт- контракта в виде исходного кода, поскольку только он может быть признан воспринимаемым человеком (хотя бы и требуя специальных знаний), следовательно, только исходный код отвечает требованию законодательства о возможности представления условий на материальном носителе.
В результате совокупного анализа всех обнаруженных нами особенностей смарт-контракта, а также ориентируясь на имеющуюся немногочисленную российскую и зарубежную юридическую доктрину, было разработано и предложено соответствующее определение, которое, при необходимости, может быть закреплено в соответствующих законодательных актах. Предложенное определение не создает серьезных проблем при его имплементации в правовую систему Российской Федерации, поскольку не вступает в конкуренцию или противоречие с уже действующим регулированием смежных правовых институтов: права собственности, обязательственного права, договорного права и др. По нашему мнению, предложенное в настоящей работе определение является более точным как технически, так и юридически, нежели предложенные ранее другими исследователями или внесенные на рассмотрение в Государственную Думу в текстах проектов федеральных законов.
Вместе с этим, правовой анализ показал отсутствие самой необходимости внесения определения смарт-контракта в текст закона, поскольку действующий правовой инструментарий способен справиться с тяжелой ношей заглавной технологии. По нашему мнению, технических сложностей при реализации смарт-контрактов возникает не меньше, а, возможно, и значительно больше, чем юридических.
На это указывает также и установленная правовая природа смарт- контракта как способа исполнения обязательства. Соответствующий вывод был сделан путем критического анализа существующей доктринальной позиции о возникновении «нового» частного права, а также с учетом существа технологии, которая, по существу, является техническим средством, исполняющим любую сделку, о необходимости которой согласились стороны. Было предложено объяснение тому, что смарт-контракт не обладает достаточной спецификой для признания его феноменом sui generis,откуда, согласно принципу «бритвы Оккама», следует нецелесообразность поиска или разработки самостоятельной правовой природы этого явления.
Вторая глава настоящей работы представляет собой практический комментарий, полностью посвященный разумности и, что более важно, теоретической возможности применения технологии смарт-контракт
предпринимателями при заключении поименованных в Гражданском Кодексе договоров с третьими лицами.
Отмечено и обосновано, что юридически непритязательные договоры, например, купля-продажа, аренда или перевозка, могут быть без труда исполнены с использованием смарт-контрактов. Более того, такое использование, очевидно, принесет много преимуществ сравнительно с иными способами исполнения, поскольку будет обеспечена абсолютность исполнения обязательства. Отметим, что причиной тому выступает отсутствие сложных многоступенчатых условий в таких договорах. Вместе с тем, именно эти договоры составляют большую часть коммерческого гражданского оборота, то есть здесь смарт-контракт достигает своей изначальной цели облегчения и автоматизации рыночных отношений.
С другой стороны, юридические конструкции, предполагающие большое число перекрестных условий, которые не могут быть восприняты машиной или описаны математически, теоретически не способны исполняться с применением смарт-контракта, что также было показано в настоящей работе.
Особенно отмечено, что все договоры, где предметом выступают конкретные действия конкретного лица, неразрывно связанные с его личностью, также не могут быть исполнены смарт-контрактом, поскольку личность субъекта гражданских прав и его действия не могут быть никоим образом оцифрованы.
В результате, полагаем возможным сделать вывод о том, что технология смарт-контракт, безусловно, является полезной и может использоваться в предпринимательской деятельности, при чем будут достигаться определенные преимущества. Однако сам по себе смарт-контракт вряд ли может привнести что- то настолько концептуально новое в теорию и практику частного права, что способно изменить его до неузнаваемости.